cards_with_birds

Если кто соскучился по вороне Кангуру, то вот вам ворона Кангур. У него всё хорошо. Он сегодня съел миску творога и помылся.

В копилку ещё одно лауреатство — на это раз "Русский Гофман". Гофман — человек хороший. Почему-то очень хорошо помню некоторые куски его биографии. Например, то, как он любил одну девушку, но знал, что жениться ему нельзя, поскольку он раздолбай неуравновешенный и зарабатывать не умел, и потом на свадьбе этой девушки с другим парнем Гофман напился с горя и под столом чертей ловил. Из университетского курса романтизма всё это помню.

У нас часто просят в добрые руки ручных птиц. Однако большинство живущих у нас инвалидов - взрослые и дикие. Многих птенцов массовых видов мы не принимаем, если в будущем у них нет шансов вернуться в природу из-за полученных травм. Ведь рано или поздно птенцы вырастают, дичают и навсегда остаются в реабилитационном центре, до конца своей жизни никому не нужные. Если вы хотите завести ручную ворону, дрозда или синичку - сейчас самое время заполнить анкету будущего владельца. Не осенью, вернувшись из отпусков, а именно сейчас 😅 В сезон птенцов в реабилитационный центр приезжают разные малыши, многие из них побывали в серьезных переделках: сломали крыло, потеряли глаз или получили другие увечья. Такие птицы не вернутся в природу, но могут стать вам хорошими компаньонами. Пернатые пристраиваются бесплатно, но вы должны быть готовы потратиться на корма, услуги ветеринара, а самое главное - уделить это лето своему новому подопечному. Если вы хотите ручную птицу, она должна расти рядом с человеком. Задача реабилитационного центра полностью противоположная: после выселения в вольер наши подопечные быстро становятся самостоятельными и контактируют в основном с дикарями, перенимая от них в том числе страх перед людьми. Поэтому получить "готового" друга не получится - нужно будет потрудиться самостоятельно. Например, потратить время на ручной докорм еще не самостоятельного слетка. Также мы рекомендуем показать птицу профильному ветврачу и сделать комплексное обследование, так как в условиях реабилитационного центра хронические проблемы нередко остаются незамеченными. По понятным причинам фонд не способен обеспечить индивидуальный подход каждому пациенту. На карточках в посте можно посмотреть примеры видов, которым мы ищем дом. Каждое "резюме" содержит краткую информацию о потребностях птицы, в том числе минимальные размеры необходимой ей "жилплощади". Размеры, указанные для дрозда, подойдут и скворцу, а синичьи - другим мелким певчим птицам. Не забывайте, что животные пристраиваются только в готовые условия. Заполнить анкету будущего владельца можно тут: corvidsnest.ru/take_the_bird Репосты приветствуются! И да, птенцы серых ворон на пристройство есть уже сейчас) Наши соц. сети: https://vk.com/corvids_nest https://t.me/corvids_nest https://dzen.ru/corvidsnest.ru Горячая линия(чат): https://t.me/+79611110495 или ⬅️нажмите на аватарку слева(Тг)

Если кому надо дрозда или какую другую птицу, то Воронье гнездо может снабдить вас пернатыми.

Брат синица сильно соскучился, пока меня дома не было.

История номер два. Я до сих пор нахожусь в полном шоке от того, что в Тверской области, как выяснилось, вообще нет иммуноглобулина для профилактики резус-конфликтов. Простыми словами, что такое резус-конфликт. Бывает, что у женщины отрицательная группа крови, а у мужчины — положительная. Тогда ребёнок может унаследовать положительный резус отца. И если клетки крови ребёнка попадают в кровоток матери, организм матери может решить, что это что-то чужое и опасное, и начать вырабатывать антитела против крови ребёнка. Проблема в том, что при следующем контакте эти антитела уже могут атаковать ребёнка по-настоящему. Это может приводить к очень тяжёлым осложнениям беременности, вплоть до тяжёлого поражения плода, невынашивания или серьёзных проблем у новорождённого. Чтобы этого не произошло, существует специальный препарат — иммуноглобулин. Его вводят в определённые сроки беременности и после родов, чтобы организм матери не начал производить эти опасные антитела. Для меня это, между прочим, довольно актуальная история. У меня отрицательная группа крови, у Игоря — положительная. То есть если бы я захотела заиметь ребёнка, вероятность столкнуться с этой историей была бы вполне реальной. И тут выясняется, что иммуноглобулина в Тверской области нет вообще. Ни бесплатно. Ни за деньги. Со мной в палате лежала девушка, у которой тоже отрицательная группа крови. И её муж вынужден ездить в Москву, чтобы покупать этот иммуноглобулин там. Кстати, не сказать, что стоит он копейки. Примерно 5000 рублей одна инъекция. А инъекций нужно больше одной. То есть для человека с не очень высоким доходом — или для человека, у которого нет родственников, готовых просто сорваться и поехать в Москву искать препарат, — это, простите, уже практически mission impossible. И вот мы лежали с соседкой на соседних кроватях, две женщины с отрицательной группой крови, и обсуждали, как всё-таки хорошо, что мы взрослые люди. Что мы хотя бы знаем про существование резус-конфликта. Что можем его заранее предусмотреть. И что у нас, если что, есть возможность раздобыть для себя этот иммуноглобулин. Вот такие мы были две взрослые, серьёзные, ответственные женщины. P. S. Именно эти две взрослые серьёзные женщины как-то ночью в больнице пытались убить комара мандарином. И преуспели.

Вот ещё две истории из больницы. На этот раз они не весёлые, а скорее грустные. История первая. Меня привезли в больницу в ночь с субботы на воскресенье. Можно сказать, уже рано утром в воскресенье. Мне сделали какие-то базовые обследования: взяли анализы крови, кардиограмму, посмотрели пульс, насыщение крови кислородом. Но поскольку я поступила с болью в боку, главной диагностической процедурой для меня должно было стать УЗИ. И тут дежурный врач, который меня осматривал, говорит: слушай, а у нас нет специалиста УЗИ. Будет только в понедельник. Так что, если хочешь, можешь пока поехать домой, а потом, если всё ещё будет болеть, приехать обратно. Ну, благо буквально за день до этого я читала лекцию про еврейских художников и рассказывала там, как Хаим Сутин умер в оккупированном Париже от перитонита. И я говорю врачу: дядя, ты хочешь, чтобы я тут, как Хаим Сутин, умерла от перитонита? Он говорит: да нет, конечно. И меня всё-таки положили в больницу. К врачам у меня ноль претензий. Но, конечно, совершенно ужасен вот этот кадровый голод, когда в специализированной больнице скорой медицинской помощи, куда меня, собственно, доставили, нет круглосуточно доступной УЗИ-диагностики. В итоге УЗИ мне сделали. Но сделали его больше чем через 30 часов после поступления. И все эти 30 часов меня заливали противовоспалительными, кровоостанавливающими и прочими капельницами. Пытались как-то стабилизировать моё состояние. Ну и да, спустя 30 часов УЗИ уже не показало никакой ужасной картины. Никакой свободной жидкости в брюшной полости. Я, честно говоря, и не думаю, что там было что-то совсем катастрофическое. Но если там действительно был какой-то повреждённый сосуд или что подобное, то свободная жидкость за это время уже вполне могла успеть частично всосаться в ткани. И я с ужасом думаю: а что было бы, если бы моё состояние — или состояние какого-нибудь другого человека — было тяжелее? Если бы там действительно начинался перитонит или ещё что-то подобное? А в больнице просто нет УЗИ-диагностики. Кстати, пока я лежала в приемном покое, туда ещё привезли дядьку с тяжёлыми травмами. Ему, по-хорошему, нужно было обследование на компьютерном томографе. Томограф в больнице был. А вот специалиста, который мог провести исследование, — нет. Он тоже мог появиться только позже. Я так и не знаю, что стало с этим дядькой. Кажется, его отправили в другую больницу. В общем, кошмар. Просто кошмар.

Сейчас идёт сезон птенцов — он в самом разгаре. И мне постоянно пишут люди с разными вопросами про птенцов. Вот один из самых очаровательных. Мне написала Юля, прислала фотографию вот этого вороньего ребёнка и спросила: а что с ним делать? Если вы встретите такого вороньего ребёнка, то, во-первых, нужно объяснить ему, что кататься на машине ему пока нельзя. Даже если родители разрешили. Даже на пассажирском сиденье. Потому что он ещё слишком маленький. А если серьёзно, то птенцы, которые выглядят вот так, — это не «выпавшие из гнезда беспомощные малыши». Это слётки. У них уже есть полное, пусть и детское, оперение, они хорошо стоят на лапах, ходят, исследуют мир. И даже если они ещё не умеют летать, их нельзя забирать из природы. Сейчас у них один из самых важных этапов взросления. Они должны быть на улице, в своей среде, учиться быть птицами под присмотром родителей. Подбирать и спасать слётков нужно только в том случае, если у птицы есть явные повреждения: кровь, травмы, проблемы с оперением, если птенец не стоит на лапах, лежит, заваливается, выглядит слабым или истощённым. А вот если слёток бодрый, любопытный, уверенно стоит и возмущается происходящему — значит, с ним, скорее всего, всё в порядке, и забирать его не нужно. Поэтому если какой-нибудь такой вороньий подросток решит прокатиться на вашей машине или велосипеде, лучший вариант — аккуратно взять его руками и перенести в ближайшее безопасное зелёное место: под кустик, на невысокую ветку, в тихую траву. И оставить там ждать маму и папу. А вот на машинах кататься им всё-таки пока не стоит.

Ещё одна комариная история из больницы. Всю прошлую ночь меня нещадно ели комары. Вернее один комар, я научилась узнавать его по голосу. Сейчас, ближе к ночи, я снова начала про него думать. Смотрю на потолок, а там он как раз и сидит. Надо, думаю, его убить. Как это сделать — непонятно. Потолки в больнице выше четырёх метров. Мы с соседками по палате решили в него что-нибудь метнуть. Поначалу попробовали тапок, но не удалось. Потом я даже пыталась влезть на стул, чтобы было повыше. Соседка мне говорит: аккуратнее, а то тебя сейчас придется перевозить в травматологию. Потом соседке же приходит в голову гениальная идея использовать наш единственный мандарин в качестве орудия убийства. Сперва она попробовала кинуть — и не попала. Потом отдаёт мандарин мне и предупреждает, мол, у тебя есть одна попытка, потому что потом мандарин треснет и развалится. И вы представляете — я убила комара первым же броском мандарина, просто в лепёшку его расфигачила. Потом соседка уничтожила орудие убийства — в смысле, съела мандарин. Во всё время этой комариной драмы мы ржали как дуры — и, учитывая наши диагнозы, это было больно. А у меня ещё и катетер в сгибе локтя стоит.

Ещё смешная больничная история. Медсестра заходит в палату, говорит мне: "Идите в процедурную, там у Вас кровь будут брать". Я иду в процедурную, а людей там нет, только посреди помещения комар большой и толстый летает. Я до сих пор не поняла, это он должен был кровь брать или кто другой.

Я тут внезапно приземлилась в больничке (но всё не особо страшно), а у них бунташные тарелки — Стеньки Разина челны.

А вот фотографии с прошлой недели, когда с собаками бегали. Для, меня воспоминание несколько травматичное — пришла домой и на следующий день заболела какой-то странной фигнёй. Но всё равно, собаки и бег — это прекрасно!

Читала сегодня лекцию про еврейских художников. Собственно, ради неё и надела парадные штанцы с дырками. Фотографии с лекции, в основном, всратые, потому что я когда говорю, сильно рожи корчу, но вот эта хорошая. Мы тут стоим с Мариной Флейс — она председатель еврейского комьюнити при нашей синагоге (забыла его официальное название). И звезда Давида так в тему. Красивое

Смотрите, какие у меня штаны зачётные.

Правильно ли называть вольер чайки чайником?

Я хлопнула комара, а он не умер, зато упал и провалился внутрь направляющей для двери шкафа-купе. Барахтается там. Я не знаю, то ли добить его, то ли помочь надо...

Угадаем, что за штуки китайские приехали.

Читать вечером во дворе прекрасно. Вырулила подышать воздухом, хотя было огромное желание лежать на кровати, поскольку ещё болею и от поправки весьма далека.