TeмerёK⚔️

У тебя новый вопрос:

А чего это Миккель всегда сверху?)

Потому что он великий конунг Миккель Острозубый, который всегда брал то, что хотел. Вот и берёт😏 #викинги

А вот ещё жаркий летний Миха💥 с традиционной футболкой на голове вместо банданы))

Привет девочки, всем хорошего дня!!!🤗🤗🤗 Нет, ну как вам такое? Миш ты в следующий раз голый на сцену уже тогда выходи!

Какие силуэты🔥

#чистый_звук Андрей блуждал лабиринтами гигантского кирпичного особняка и его пристроек, с широким размахом встречая Новый год. Всюду мельтешили мишура и гирлянды, лилось шампанское, бурлили разговоры. Громкая музыка звенела в ушах, перебиваемая взрывами смеха. Пахло роскошью и праздником. За окном трещали фейерверки. Девчонки были охуенными, на любой вкус: длинноногие, титькастые, жопастые, в самых разных нарядах, схожих лишь степенью откровенности. Андрей, слегка покачиваясь, склонился над бедром жгучей брюнетки, распластанной по барной стойке, и жадно повёл языком по насыпанной дорожке соли. Изящно опрокинул рюмку и укусил лайм, что она зажимала в ровных белоснежных зубах. Со всех сторон засвистели, аплодируя, а кто-то крикнул: — Князь красава! А Андрею вдруг примерещился совсем другой прикус, кривой и прореженный, но... Такой очаровательный... Михин. Его бы целовать... Едва не поперхнувшись кислой горечью, Князь оставил стриптизёршу и спустился вниз. От запахов разнообразных дорогих деликатесов, явно нарочно всем скопом выставленных на стол, начинало мутить. — Андрей, освежился бы? — подхватил твёрдой рукой Алик. Здесь, у Гордея, не принято было напиваться в сопли, и за этим строго следили. Так же, как и за запретом на наркотики. Ну чисто итальянская мафия, блин. Алик доставил его к бассейну, что был рядом с сауной, и, веселясь, едва не столкнул в воду прямо в одежде. Вокруг галдели, выпендривались, хвастались и бахвалялись чем угодно: шмотками, часами, тачками, тёлками и ювелиркой. Андрей тоже любил это дело, и при любом удобном случае демонстрировал мобильный телефон, который сам себе подарил на Новый год, перед поездкой сюда. Крутая такая изогнутая Нокия в форме банана, с кнопочками, защищёнными выдвижной панелью. — Эй, погоди! Погоди, я уберу... Видишь? Штуку баксов стоит, между прочим! — И ты теперь с трубой? Давно пора, — Алик терпеливо дождался, пока Андрей разденется, и всё-таки столкнул в подсвеченную фонариками воду. Там тоже были какие-то девчонки, и вскоре Андрей уже охотно целовал одну, дурея от близости её влажного блестящего тела. Ему, как никогда, нужен был этот отрыв, эта гуляцкая удаль и дурь. Чтобы доказать самому себе, что он ещё способен думать о ком-то другом, кроме Миши. Наобнимавшись, Андрей вытянул красавицу наверх, устроился с ней в шезлонге и кормил с рук виноградом, целуя в ключицы. Хотел её, по-простому, без изысков, и почти увёл за собой, но рядышком вдруг опустился Гордей, пришлось повременить. — Как отдыхается, Андрюш? — Всё шикарно, — Андрей сильнее вжал девушку в себя, ведя пальцами по длинной ножке. — Чудесный праздник, шеф. — Мы молодцы, — Гордей предложил ему сигару и сам тоже закурил, располагаясь в соседнем шезлонге. — Слышал, у тебя появилось новое развлечение? Руки Гордея тоже потянулись к хорошенькой девичьей талии. — М? В смысле? — Музыкальная группа. Озорные ребятки, да? Талантливые. Особенно солист. Как его? Горшенёв, вроде? Миша. У Андрея пропустило удар сердце. Гордей всё знает. Правильно, глупо было скрывать. — Да, я решил вот... Помочь парням раскрутиться. Новая сфера, эт самое... Как бы, интересно. — Да-да. Забавная группа. Будет жаль, если с ними что-то случится. Но я верю, ты хороший продюсер, ты этого не допустишь. Береги их. Андрей с такой силой сжал руку, что девушка взвизгнула. Гордей тут же переманил её с андреевых коленей к себе и мягко успокоил, а потом спросил с широкой фальшивой улыбкой: — Как поживают твои родители, Андрей? — Да это... Потихоньку. Шеф, я не понимаю... Может быть, что-то не так? — Ну что ты, Андрей. Передавай всем поздравления с Новым годом. Ну, отдыхай, отдыхай. Набирайся сил. Он встал и ушёл вместе с девушкой. Андрей потерянно моргнул и налёг на коньяк, а потом вроде решил уехать, но вместо этого вышел во двор и стал стрелять с мужиками по бутылкам под дикий ржач, грохот пушек и звон осколков. Что может быть лучше, когда в голове у тебя настоящее чистилище.

Удивительное дело, расселись по разным концам дивана, а не слепились коленями. Кого-то третьего ждёте, мальчики?😏

#чистый_звук Шёл снег. Настоящий густой пушистый снег, окунающий в новогоднюю сказку. Но Андрею было плевать на эту белокружевную красоту: он стоял в дикой пробке и бессильно лупил рукой по клаксону, опаздывая в клуб, где играла сегодня на фесте «Контора». Как там у них дела? Пришёл ли Миха? Он не попадался занятому Андрею на глаза с той самой безумной ночи, и это напрягало. А засосы с шеи, между прочим, до сих пор не сошли. Кое-как выбравшись из городского затора, Андрей чуть не застрял в наметённом сугробе, бросил машину поперёк парковки, не особо заботясь о других автовладельцах, и устремился в клуб. Ребро ещё побаливало от быстрых движений, Андрей легко прижимал к нему руку. Но братки больше не появлялись на горизонте, значит, оба дознувшихся чувака выжили. Вот и славно. Клуб встретил грохотом музыки и привычным уже смрадом. Пацаны ютились в гримёрке и, распивая напитки, ждали свой выход. Миха тоже был тут. У Андрея зашлось от болезненного облегчения сердце, едва он увидел его, и на лицо наползла улыбка, которую он сумел стереть, за руку здороваясь с подошёдшим Балу: — Ну, как тут у вас? Полёт нормальный? Я это... Буквально на пять минут пожелать удачи. — Спасибо, — Балу элегантно и неопределённо покрутил головой. — Слушай, Андрюх, у тебя на Новый год какие планы? Не хочешь с нами затусить? Мишка вроде тоже собирается. Андрей посмотрел в сторону Горшка, который висел где-то в своих мирах, не поворачивая головы, и усмехнулся: — А сам он меня не может позвать? А, Мих? — он подошёл ближе, не отгоняя моментально вспенившегося раздражения: — Ау! Не хочешь со мной хотя бы поздороваться? Миша медленно вскинул тёмные мутные глаза, обжёг невероятной страшной глубиной и пожал плечами обезоруживающе: — Привет. Я не заметил тебя. Андрей сглотнул возмущение, отдалённо понимая, что, наверно, действительно для всех будет лучше делать вид, что ничего не произошло, и хлопнул его по плечу. Поболтал немного с пацанами, уточнил у оргов насчёт гонорара и только собрался отчаливать, как группу пригласили на сцену. Миха протопал было мимо и вдруг, развернувшись, одной рукой прихватил за корпус. — Уже уходишь, что ли? — Да, — сказал Андрей, но весьма неуверенно. Он чувствовал, стоит Михе сказать сейчас одно лишь слово и попросить остаться, он не сможет ему отказать и забьёт на все дела. Миха приоткрыл рот, облизал сухие губы в трещинках и... ничего не сказал. Молча убрал руку и шагнул на сцену. Андрей посмотрел ему вслед и под рокот барабанов и трескотню гитар вышел с чёрного хода.

Листаю всякие старые интервью Князя. И снова чувствую чувства к этим маленьким миленьким чижикам, которые шли до остановки, ехали в автобусе и всю дорогу трепались обо всём🥰

Бодро врываемся в новую недельку. Как Андрюха тут. Или не бодро, зато с пакетиком и в новой куртке, как Миха😁

#зарисовочка #княшки_на_пенсии Миша проснулся на рассвете. Словно кто под локоть толкнул. Летний шумный дождь мелодично барабанил по крышам и водосточным трубам, растворяя пространство вокруг. Отсеки металлический звук — и легко представишь, будто лежишь под навесом в сказочном лесу возле могучего дуба. А в груди у тебя жжёт и давит, и торчит между рёбрами древко острой вражеской стрелы. Продолженье сна... Хвала богам, там было что-то ещё, не менее важное: тёплые дружеские руки, лихорадочный шёпот, крепкое плечо и прохладная исцеляющая повязка. Андрей... Миха быстро распахнул глаза, посмотрел на вторую половину широкой кровати, пустую и холодную, и резко сел, лохмача обеими руками седую спутавшуюся гриву. По панорамному окну ручьями бежали дождевые потёки, а испуганная память медленно прояснялась: у Андрюхи концерты где-то... Где-то, неважно где. Уже закончились. Он прилетит к вечеру, всё хорошо. Надо просто успокоиться, выпить таблеточку и лечь обратно в постелюшку досыпать. Уменьшительно-ласкательные прозвучали в голове Андреевым голосом, Миха улыбнулся и зашуршал блистером. Лёг и задумался: где бы он был сейчас, если бы всё обернулось по-другому. Может, и вовсе бы не был. Исчез бы, растворился, смешался с землёй... Стало грустно и холодно, будто за окном колыхнулась Вечность. Та самая, сложенная из ледяных чёрных кубиков похуже, чем в сказке Андерсена. Миша сморгнул дурацкие слёзы, неизвестно откуда поселившиеся на ресницах, и перевернулся на левый бок, подминая ближе к сердцу подушку. Она ещё пахла Андрюхой, его шампунем, его духами, его кожей. Миха приласкал её, как живую, и снизу вдруг наткнулся пальцами на бумажный квадратик. Записка? Он прищурился и развернул. Нарисованный Андрюхиной рукой леший мило скалился редкими зубами, а подпись гласила: «Не скучай, Мишка. Скоро буду. Лизни тут, я тоже полизал. Лешего не лижи, не то обидится». Миха заржал, как беззаботный первокурсник в путяге, и старательно приложился губами и языком к обведённому "месту для поцелуя полизуя" в форме сердечка. Или не сердечка, с Андрея станется. Миша посмеялся ещё немного и снова обнял подушку, почти проваливаясь в сладкий и приятный сон.

Мы помним, Миш. Помним.

Настроение сегодня вечером любоваться на такого Мишу. Вот бы нам машину времени, да?..

#чистый_звук План у Михи, очухавшегося хуй пойми как рядом с вырубленным напрочь Князем, был надёжней, чем швейцарские часы: свалить к Волчице и больше уже ни о чём не думать. А хули. Если идти в отрыв, то на всю катушку, по-другому не умел. Пока работало. Он лежал на диване, пропахшем уксусом, куревом и ядрёными духами, качался в тепле невидимого чёрного одеяла, и ему было кристально похуй. Абсолютно на всё по-е-бать. Но потом захотелось как-то озвучить всё, что случилось. Само полезло наружу, словно каша из переполненного горшочка. Горшочка, блять. — А я... Был... Там. С мужиком. Помолчал, прислушиваясь, как это звучит. Звучало... однохуйственно. Миша подобрал слюни и добавил: — Ночью. В постели. Он улыбнулся, вспомнив сладкие-сладкие тоненькие андреевы ушки. Классные... — Ставились вместе? Или трахались? — Волчица умела жёстко поставить вопрос ребром. Миша отпихнул её волосы, норовившие червями залезть в нос и рот, и фыркнул: — Да не-е... — А... Как? — У-уши ему кусал. Кайфуха. Но... Стрёмно, не? В магнитофоне, до этого орущем в ритме панка, кончилась кассета. — Он кто? Твой друг? — Нет, — Миша попробовал лизнуть её ухо: вообще не то. Обидно даже. — Директор типа наш. Группы. Продюсер, хули. — Красивый? — Ну... Это... Да. — Тогда чего ноешь? У него деньги есть? — Есть. Дохуя. — Вот и будь с ним. — Зачем? Она не ответила, а Мише даже сквозь толщу мрачного дурмана стало противно. — Да ты чё? Я же не то. Я от души. — Что? — Бешусь на него от души. А ухи люблю. — Идиот. С этим Миха согласился и перевернулся на бок, показывая, что разговор окончен.

Яша тут как сын полка, в Андреевой футболке и Мишиной рубашке😁 хотя футболки, может, всем дарила эта Музыкальная газета, что на втором фото, и которую держат они в руках на первом) Вот такие изыскания с утра пораньше😁

#чистый_звук Утро было наипаршивейшим. Андрей очухался голым в пустой кровати, зажмурился от лучей низкого любопытного солнца, подглядывающего между штор, и не смог встать: в башке пульсировало так, что перед глазами плыли пятнистые мушки. — Мих... — изо рта выскоблился только хрустящий шёпот. — Миха... Ты тут? Нету. Ушёл. Блять-блять-бля-я-ять... А чё было-то? Андрей помнил только поцелуи. Много-много поцелуев. И сигарету, что курили прямо тут, одну на двоих, из рук друг друга. Уши горели так, будто ему их драли всю ночь наждачкой. Блин, а серёжка? Где серёжка? Съел Миха её, что ли? Ай, чёрт, и задеть больно. Как же хуёво... Как же плохо... А память, как сеть рыбака, вся в дырах и чешуе... Несколько раз надсадно пропищал пейджер. Потом ещё. И ещё. Андрей сполз с кровати, с неудовольствием отопнув по пути пустую коньячную бутылку, еле-еле нашёл пищалку в джинсах и долго не мог сложить буквы в слова. Так, рынок, Дыбенко, это ладно. А дальше? Куда ехать, зачем, какая вечеринка, что за подготовка. Нафиг это всё?.. Сейчас, когда все мысли заняты совсем другим. Оп, а вот и серьга, блестит под кроватью как доказательство ночной дурости. Только стоя в душе, под ледяными струями ржавой воды, вздрагивающий Андрей вспомнил про новогодний праздник, который Гордей каждый год с размахом устраивает для всей банды, и про то, что сам по-холуйски вызвался помочь с его организацией, чтобы вернуть былое доверие. Бляха-муха... Надо срочно ехать к Славику, договариваться насчёт стриптиза и всего такого прочего. А как быть с Мишкой? У того щас в башке наверняка полнейший кавардак, хуже, чем у Андрея, в тыщу раз! Он вчера вроде признавался, что никогда ещё не был с парнем... Точно! Твердил "только с тобой, Андрюнь, только с тобой", будто у него пластинку заело. Потом, правда, хвастался, что баб перетрахал дохуя, но Князь ему не верил. Смеялся и подкалывал, пока чуть не остался с отгрызенным ухом. А потом вроде отрубились оба. Ёбаный в рот. Куда Миха пошёл? Может, к Шурке? Или репать? Или... продолжать банкет... Андрей оделся, ужаснувшись количеству и качеству засосов на шее, и позвонил Балунову. Гудки долго сверлили мозг, но трубку в разгар рабочего дня никто, естественно, не взял. От тревоги сильнее замутило под ложечкой. Эх, Андрюха... Наскрёб себе на горб ещё проблем, да что ж ты будешь делать!.. Сам не свой, помятый, измочаленный, больной, Князь попилил на стоянку за машиной. Пальцы тряслись от алкашки, в горле стояла пустынная сушь, которую не увлажняла даже минералка. Ебучее похмелье, как же сильно Андрей его ненавидел! Но дела не позволяли на весь день залечь в кровать, как того хотелось бы. Сучий коньяк... Ехал и думал только об одном: Мих, ну где же ты, Мих?

Что за фотка😁 "А-а, Миха увидел розовый зонтик и идёт сюда, спасайся, кто может. А-а. Ях, ну подыграй мне, Яков, блин"

Всем приветики от Мишани и Андрея🥳 М: Мдаааа, вот это я вчера кринжа-то навалил...🥵🫣 А: Да, ладно, Мих. Я сам-то не лучше! Ну было и было!!! Мы так с тобой подходим друг другу😄

#чистый_звук Квартира, которую Андрей раньше частенько снимал для всяких одноразовых встреч, находилась в старом доходном доме почти в центре города. Парадная, местами облупившаяся, ещё хранила дореволюционный питерский шарм, и Миша надолго залип, разглядывая разноцветный мозаичный витраж. Князю это было только на руку. Надо остыть, а то уши горят не на шутку. А вместе с ними и яйца. Блять, а как иначе, если тебя буквально всю дорогу облизывали, как леденец? Андрей сунулся за дверку к сонной старушонке, взял ключ и потянул Миху за собой по закруглённой лестнице. — Стёклышки красивые, Андрюнь. Как ты, — серьёзно и вкрадчиво сообщил тот, будто сделал величайшее открытие в жизни. А потом запнулся и пересчитал бы носом ступеньки, если бы Князь не перехватил кое-как и не прижал к перилам. С высокого лепного потолка вместе с побелкой обрушилась тяжёлая тишина, прерываемая отрывистым дыханием. За окном выл декабрьский шквалистый ветер. Опять закружилась голова, будто в дурном, но желанном сне, и Андрей столкнул Мишу в долгий пьяный поцелуй, ленивый и тягучий, сходя с ума от того, какие у него охуенные губы. Вот бы целовать их каждый день... Каждую минуту... Ведь он сам это начал там, в клубе. Значит, тоже устал сопротивляться. Неужели всё — правда? Не думать. Только не думать. Только не сейчас. Мебель в холодной квартире была под стать всему дому. Андрей по старой памяти, не зажигая свет, вытянул из массивного буфета красного дерева бутылку коньяка, чтобы не понижать градус и не давать простора мыслям. За бутылкой потянулся бокал и грохнулся об паркет. На счастье, блять. Да хрен с ним, пусть валяется. — А можно... — шаткий горячий Миха обхватил сзади за шею в некрепкий замок. — Можно, я тебя сожру? — Целиком? — Ага-а... Будешь у меня внутри, — его неровные, но острые зубы жгуче сомкнулись уже на шее, оставляя отметину. У Андрея задрожали ноги. — Не, не надо. Оставь и другим маленько. — А вот хуй им, — прочмокал ревниво и так дёрнул за рукав, что Андрей чуть рюмку не опрокинул мимо рта. — Пошли, это... Где койка тут? Полежим по-человечески. С тобой. Тёмные глаза его были абсолютно безумными. А трепещущие ресницы — преступно длинными. Густые брови требовательно сходились к переносице. — Ложись, Мих. Я щас. — Нет. Хочу с тобой. Только с тобой, — Миша навалился с такой силищей, что стало почти страшно. Андрей инстинктивно рванулся и, подсобравшись, сбросил его на кровать, которая была совсем рядом. Не надо было везти его сюда. — Пожёстче любишь? Так и знал, что опасный ты тип, — он засмеялся, а Андрей спросил прямо и грубо, опрокидывая в горло ещё одну рюмку. — Мих. Ты же ненавидишь меня. Зачем всё это? Чтобы ещё хуже стало? — Я ненавижу? — Миша удивился так искренне и посмотрел неожиданно ясно, что у Андрея ёкнуло сердце. — Не-не... Не то. Ну иди сюда, побудь со мной, Андрюнь. Ну Андрюнь...

Красивые какие оба🥰 Андрюха кому-то по зубам что ли съездил, пластырь на кулаке) А у Михи красивая тень на стене

#чистый_звук — Да чё ты. У меня всё охуенно, понимаешь, да, Андрюнь? — слюнявые Мишины губы опять горячо сомкнулись на ухе. — Ты тут. И я тут. Вот... И... И всё. Это ты правильно говоришь, кайф. Мне щас всё в кайф, понимаешь, да? Ты можешь даже нудеть и мандеть, а мне будет круто, лишь бы слышать тебя. Понимаешь, да? Миха выдал эту длинную, весьма осмысленную фразу, и вернулся к медленному-медленному облизыванию всей ушной раковины и посасыванию мочки. Чёрт раздери, никогда Андрей не думал, что уши могут быть настолько чувствительным местом! Или это от пьянки... Или от Мишки... Тот вроде задрёмывал, притихал, но через некоторое время опять возвращался. По шее вниз, на спину, бежали мелкие огненные мурашки, а злость быстро уменьшалась. Ну что с него взять сейчас, обдолбыша? Орать вроде как бесполезно. Нахер надо. Любого другого партнёра в таком состоянии Андрей выкинул бы из тачки в первом безопасном месте, подвернувшемся под руку, и хоть трава не расти. А Миху... Миху не мог. Как его одного сейчас оставлять? Дурак какой, а... Точно намутил чё-то противоположное по эффекту, и качается теперь на этих качелях. Пиздец в квадрате. Рука сама потянулась к шее и крепче прижала опять замершего Мишку, удерживая на повороте и заодно нащупывая пульс. Так и ехали под пошлые чмокающие звуки, будто тут не ухо сосут, а хуй. Водитель косился в зеркало осуждающе и что-то бормотал про охреневших, а Андрей от души показывал ему факи. Какая же сука оказался, ему пятихатку с щедрого плеча отвалили, а он ещё не слился с салоном!.. Молчи, блять, в тряпочку, и на дорогу смотри! — Ты... красивый, Андрей, ебануться, — раскованно шептал Миша, опаляя дыханием. — Что мне сделать?.. Чтоб с тобой... быть постоянно. Что сделать, Мих? Да ты уже сделал... Андрей крупно переглотнул и резко дёрнул головой, брякнувшись о стекло. Накрывало очень опасным неправильным пожаром.