"Музыка в особняках"
Open in Telegram
359
Subscribers
+124 hours
No data7 days
-230 days
Data loading in progress...
Similar Channels
Tags Cloud
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
September '26
September '26
+3
in 0 channels
August '26
+2
in 0 channels
Get PRO
July '26
+5
in 0 channels
Get PRO
June '26
+5
in 0 channels
Get PRO
May '26
+7
in 0 channels
Get PRO
April '26
+4
in 0 channels
Get PRO
March '26
+4
in 0 channels
Get PRO
February '26
+5
in 0 channels
Get PRO
January '26
+15
in 0 channels
Get PRO
December '25
+10
in 0 channels
Get PRO
November '25
+12
in 0 channels
Get PRO
October '25
+9
in 0 channels
Get PRO
September '25
+8
in 0 channels
Get PRO
August '25
+2
in 0 channels
Get PRO
July '25
+4
in 0 channels
Get PRO
June '25
+10
in 0 channels
Get PRO
May '25
+6
in 0 channels
Get PRO
April '25
+5
in 0 channels
Get PRO
March '25
+12
in 0 channels
Get PRO
February '25
+8
in 0 channels
Get PRO
January '25
+8
in 0 channels
Get PRO
December '24
+6
in 0 channels
Get PRO
November '24
+5
in 0 channels
Get PRO
October '24
+293
in 0 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 07 September | 0 | |||
| 06 September | +1 | |||
| 05 September | 0 | |||
| 04 September | +2 | |||
| 03 September | 0 | |||
| 02 September | 0 | |||
| 01 September | 0 |
Channel Posts
+3
Улица благотворителей
«Донская, моя прекрасная Донская, с липовыми аллеями…»
Так художник Михаил Нестеров вспоминал московскую улицу, на которой поселился в 1910 году.
Она была широкой, тихой, обсаженной липами; из окон его квартиры в одну сторону были видны Калужские ворота, в другую — Донской монастырь.
Своё название Донская получила ещё в XVII веке — благодаря Донскому монастырю, к которому она ведёт и сегодня.
Но у Донской улицы есть ещё одна важная история: в конце XIX — начале XX века здесь оказалось сосредоточено более десятка благотворительных и учебных заведений, созданных на частные пожертвования.
В доме № 37 находилось училище для глухонемых детей, которому много лет помогала семья Третьяковых. Павел Михайлович Третьяков жертвовал училищу деньги, регулярно бывал здесь и даже сам присутствовал на экзаменах. После его смерти училище получило название Арнольдо-Третьяковского.
В доме № 3 в 1913 году открылась богадельня имени Алексея и Александры Колесовых. На её устройство вдова московского городского головы Александра Колесова пожертвовала 380 тысяч рублей — деньги предназначались и на строительство здания, и на дальнейшее содержание богадельни.
А несколько домов в самом начале Донской принадлежали купцу первой гильдии Ивану Григорьевичу Простякову. Их было столько, что эту часть улицы москвичи называли «Простяковкой».
Простяков был крупным промышленником и домовладельцем, но одновременно занимался множеством благотворительных дел. Он был казначеем Солодовниковской богадельни и Солодовниковского училища, Александровской больницы, попечителем Дома призрения имени Т. Г. Гурьевой, участвовал в строительстве богадельни Павла Третьякова.
Один из его домов сохранился по адресу Донская, 9.
С 1911 года здесь находилось Якиманское 6-е начальное училище. На втором этаже располагались классы, на первом жили преподаватели. Простяков помогал училищу, а сам жил совсем рядом — в доме № 7.
Сегодня в этом особняке находится Музей предпринимателей, меценатов и благотворителей.
23 и 24 сентября мы впервые проведём здесь концерты «Музыки в особняках».
Новый сезон откроет программа «Хранители русской культуры».
Будем играть музыку Рахманинова, Бородина, Глазунова и Прокофьева и рассказывать о людях, благодаря которым создавались музеи и школы, поддерживались художники и музыканты, сохранялись усадьбы и художественные собрания.
Так что в эти два вечера история нашего концерта начнётся ещё до первых звуков музыки — на самой Донской улице.
Подробности и билеты — bigbilet.ru/place/muzos/
На фото: Донская улица и вид в сторону Калужской площади; Арнольдо-Третьяковское училище для глухонемых; приют для престарелых и бедных имени Г. и О. Поповых на Донской улице; главный вход Донского монастыря. Начало XX века.
#музыкавособняках
#ближайшиеконцерты
#московскиеособняки
#донскаяулица
#стараямосква
| 2 |  «Секретный инструмент» Чайковского
Летом 1891 года Чайковский пишет своему издателю Петру Юргенсону довольно необычное письмо об одном музыкальном инструменте:
«Я желал бы, чтобы его никому не показывали, ибо боюсь, что Римский-Корсаков и Глазунов пронюхают и раньше меня воспользуются его необыкновенными эффектами».
О каком же инструменте идёт речь — и почему его понадобилось прятать от двух крупнейших русских композиторов?
Весной того же года Чайковский был в Париже, куда приехал дирижировать концертом из собственных произведений. Оттуда он отправился в Америку, где участвовал в открытии нью-йоркского Music Hall — будущего Carnegie Hall.
Именно тогда, в Париже, Чайковский познакомился с челестой Мюстеля.
Инструмент был совсем новым: парижский мастер Огюст Мюстель создал его в 1886 году.
Внешне челеста напоминала небольшое пианино, но молоточки внутри ударяли по металлическим пластинам. Чайковский сравнивал её звучание с маленьким фортепиано и оркестровыми колокольчиками и называл его «божественно чудным».
В России челеста тогда была практически неизвестна. Чайковский же планировал использовать её в симфонической балладе «Воевода» и новом балете «Щелкунчик».
Купить инструмент можно было только в Париже у Мюстеля. Стоил он 1200 франков — примерно столько составляли годовые расходы небогатого парижанина. В пересчёте на российские деньги это было около 430 рублей — почти стоимость хорошего нового пианино.
Чайковский попросил Юргенсона заказать челесту и отправить её в Россию. И отдельно предупредил: никому не показывать.
Впервые Чайковский использовал челесту в «Воеводе» — симфонической балладе для оркестра. Премьерой в Москве 18 ноября 1891 года дирижировал сам композитор.
А через год челеста получила свою самую знаменитую партию — в Танце феи Драже из «Щелкунчика».
Хорошая музыка на выходные.
Пётр Ильич Чайковский.
Танец феи Драже из балета «Щелкунчик».
Royal Ballet, Covent Garden.
Фея Драже — Лорен Катбертсон.
📺 https://youtu.be/zV1qLYukTH8?si=_CECWzZnK_Oyfhtv
📺 https://vkvideo.ru/video-45573008_456239374
#МузыкаВОсобняках #Чайковский #Щелкунчик #ИсторияМузыки | 54 |
| 3 |  Они не выходили на сцену, не собирали концертных залов, не писали картин.
Но без них мы сегодня не увидели бы многих полотен в музейных собраниях. Некоторые выдающиеся музыкальные произведения никогда не были бы написаны. Не появились бы музеи и школы, а многие красивейшие особняки не были бы построены.
Меценаты, коллекционеры, предприниматели, просветители — люди, которые вкладывали в культуру деньги, силы и время - именно им мы посвятим концерты «Музыки в особняках».
23 и 24 сентября открываем сезон программой «Хранители русской культуры».
Мы играли эту программу в разных городах, рассказывали о людях, благодаря которым сохранялась и создавалась русская культура, о домах и усадьбах, связанных с их судьбами. Московские концерты станут финальной точкой этого большого путешествия.
Вести концерт будет Вадим Разумов — исследователь русской усадебной культуры, фотограф, автор проекта «Летопись русской усадьбы». Он много лет занимается историей усадеб, фотографировал сотни старых домов и ансамблей, писал и снимал для National Geographic, работал с телеканалом «Культура».
Главная часть вечера, конечно, будет отдана музыке.
Прозвучат Неоконченный квартет Рахманинова, Ноктюрн из Второго квартета Бородина, «Мимолётности» Прокофьева и «Новеллетты» Глазунова.
Эту программу мы впервые сыграем в Музее предпринимателей, меценатов и благотворителей на старой Донской улице.
Музей находится в особняке XIX века, принадлежавшем московскому предпринимателю и благотворителю Ивану Простякову.
23 и 24 сентября
Музей предпринимателей, меценатов и благотворителей.
«Хранители русской культуры».
Программа двух вечеров одинаковая — можно выбрать удобную дату.
Подробности и билеты — по ссылке: https://bigbilet.ru/place/muzos/
#МузыкаВОсобняках #ХранителиРусскойКультуры #КамернаяМузыка #Меценаты #Москва #КонцертыМосква #КудаПойтиВМоскве | 65 |
| 4 |  ⚡️ Запускаем в продажу билеты нового сезона! | 38 |
| 5 |  Как певец Бантышев будил композитора Варламова - и в результате получил романс «На заре ты её не буди»
В 1842 году солист Большого театра Александр Бантышев попросил композитора Александра Варламова написать для него новый романс. Варламов легко согласился, но с готовым сочинением как всегда не спешил...
Тогда, по известной московской легенде, певец стал наведываться к композитору каждым утром.
Причём достаточно ранним.
Согласно той же легенде, однажды разбуженный Варламов возмутился: человек, мол, спит, «а ты являешься, можно сказать, на заре!»
На следующее утро Бантышев пришёл снова. Варламов ещё спал, зато слуга наконец вынес гостю ноты.
Романс назывался «На заре ты её не буди».
Основа истории вполне реальна: романс на стихи совсем молодого тогда Афанасия Фета Варламов написал в 1842 году по просьбе Бантышева, и именно певец стал его первым исполнителем.
У этой истории есть и совершенно конкретный московский адрес.
В конце 1830-х Варламов поселился в доме на Никитском бульваре, 6.
Дом был тесно связан с театральной Москвой: прежде здесь находились репетиционные комнаты императорских театров, бывали Щепкин и Мочалов, собирался музыкальный салон актрисы Марии Львовой-Синецкой.
Со временем за зданием закрепилось название «Соловьиный дом».
К сожалению, сам «Соловьиный дом» до наших дней не сохранился. Остались старые фотографии, адрес на Никитском бульваре — и замечательная московская легенда.
На фото: «Соловьиный дом» (дом Кокошкина) на Никитском бульваре, 6, где в 1830–1840-е годы жил Александр Варламов. Дореволюционная фотография
#МузыкаВОсобняках #МузыкальнаяМосква #АлександрВарламов #РусскийРоманс | 106 |
| 6 |  «Создано папой»
Так Роберт Шуман подписал небольшую нотную тетрадь, которую подготовил в подарок своей дочери Мари к её седьмому дню рождения - 1 сентября 1848 года.
Внутри были короткие пьесы для фортепиано. Мари училась музыке, и отец сочинил для неё то, что подходило именно для домашних занятий. Накануне дня рождения в дневнике Шумана появилась запись: «Идея детского альбома — пьески для Мари».
Но несколькими пьесами для Мари дело не ограничилось. За следующие недели Шуман написал новые номера, и семейный подарок превратился в знаменитый «Альбом для юношества», op. 68 — сорок три небольших произведения, которые с тех пор сыграли многие поколения начинающих пианистов.
Шесть пьес из подаренной Мари тетради вошли в окончательный цикл. Среди них — «Солдатский марш», «Хорал», «Бедный сиротка», «Охотничья песенка».
Сохранилась и сама рукопись . На первых страницах рядом с нотами карандашом проставлена аппликатура. Скорее всего, её вписала мама маленькой Мари — пианистка и композитор Клара Шуман.
А на титульном листе так и стоит с тех пор самое точное название всей этой истории:
«Создано папой».
На фото: титульный лист рукописной тетради Роберта Шумана «Пьески для фортепиано», подаренной дочери Мари к её седьмому дню рождения, 1 сентября 1848 года. Справа внизу рукой Шумана написано: «К седьмому дню рождения Марихен, 1 сентября 1848 года. Создано папой». Собрание Beethoven-Haus Bonn.
#МузыкаВОсобняках #РобертШуман #КлараШуман #АльбомДляЮношества | 87 |
| 7 |  «Имена меняются — ценность остаётся».
Так Фриц Крейслер ответил в 1935 году музыкальному критику Эрнесту Ньюману, которого возмутило признание знаменитого музыканта.
В чём же провинился великий скрипач?
На протяжении десятков лет Крейслер выходил на сцену и играл небольшие пьесы, которые представлял публике как найденную им музыку композиторов XVII–XVIII веков.
В программах появлялись знакомые и не очень знакомые имена: Пуньяни, Тартини, Куперен, Порпора, Франкёр, Вивальди. Рядом скромно значилось: обработка Фрица Крейслера.
Некоторые из этих произведений становились настолько популярными, что их начинали играть другие скрипачи. Например, пьеса «Прелюдия и аллегро в стиле Пуньяни» — и сегодня входит в репертуар огромного числа скрипачей.
Только Пуньяни никогда её не писал.
В феврале 1935 года Крейслер признался: все четырнадцать пьес из опубликованной им серии «Классические рукописи», которые считались обработками произведений старых мастеров, были целиком написаны им самим.
Объяснение Крейслера было обезоруживающим: ему хотелось расширить концертные программы, но заполнять их собственными сочинениями казалось ему «неуместным и бестактным»: слишком часто пришлось бы повторять фамилию Kreisler. Гораздо солиднее выглядело старинное имя и рядом — «в обработке Крейслера».
Стилизации Крейслера оказались настолько убедительными, что музыкальные критики не только принимали их за подлинные произведения старых мастеров, но и обсуждали особенности их стиля, находили характерные черты эпохи и с удовольствием приветствовали появление в концертном репертуаре таких редких «находок».
После признания Ньюман резко выступил против Крейслера. Его особенно раздражало, что критики оказались поставлены в неловкое положение: они годами рассуждали о стиле композиторов, которые этих пьес не писали.
На что Крейслер и ответил: «Имена меняются — ценность остаётся».
Мнения музыкантов тоже разделились. Миша Эльман счёл поступок Крейслера недостойным. Иегуди Менухин, напротив, отнёсся к признанию с уважением.
А Ефрем Цимбалист сообщил, что давно знал правду и спокойно хранил секрет: по его мнению, Крейслер просто обогатил скрипичный репертуар прекрасной музыкой.
И действительно, на следующий день после разоблачения «Прелюдия и аллегро в стиле Пуньяни» не стала ни хуже, ни лучше.
Изменилось лишь имя автора.
#музыкавособняках #фрицкрейслер #классическаямузыка #историямузыки #скрипка | 85 |
| 8 |  По легенде Сальери - завистливый соперник Моцарта.
Но в реальности Сальери был одним из самых влиятельных композиторов, дирижёров и педагогов музыкальной Вены конца XVIII — начала XIX века.
Среди его учеников - Бетховен, Шуберт, Лист, Гуммель, Мошелес, Мейербер, Франц Ксавер Моцарт — младший сын Вольфганга Амадея.
Бетховен приходил к Сальери учиться вокальной композиции и работе с итальянским текстом, а затем посвятил ему три скрипичные сонаты ор. 12.
Юный Лист занимался у него в последние годы жизни мастера.
Францу Ксаверу Моцарту Сальери преподавал бесплатно и много лет поддерживал его — что особенно плохо согласуется с привычным сюжетом о ненависти к отцу своего ученика.
Но, пожалуй, лучше всего педагогический дар Сальери раскрывается в истории Шуберта.
Весной 1812 года Сальери начал давать ему бесплатные частные уроки.
Дважды в неделю Шуберт выходил из Императорского конвикта по особому разрешению и отправлялся в дом учителя.
Эти занятия, с перерывами, продолжались до конца 1816 года.
Сальери учил его генерал-басу, контрапункту и композиции, заставлял по нескольку раз перекладывать на музыку один текст, исправлял голосоведение и музыкальную декламацию. Его поправки до сих пор можно увидеть в ранних рукописях Шуберта.
Сам Шуберт охотно указывал на титульных листах: «ученик Сальери». Такая подпись стоит не только на учебных работах, но и на партитурах оперы «Замок дьявола», квартета ре мажор D 74, фортепианных вариаций D 156 и нескольких других крупных сочинений.
В 1816 году ученики собрались в доме Сальери, чтобы отметить пятидесятилетие его деятельности в Вене. Каждый принёс новое сочинение. Шуберт написал небольшую кантату на собственный текст:
«Добрейший! Лучший! Мудрейший! Величайший!
Пока есть у меня слёзы
и пока питает меня искусство,
пусть и то и другое будет посвящено Вам,
тому, кто даровал мне и то и другое».
Заканчивалась кантата совсем по-домашнему:
«Наш общий дедушка, оставайтесь с нами ещё долго!»
Хорошая музыка на выходные.
Антонио Сальери. «Венецианская симфония» ре мажор.
Камерный оркестр London Mozart Players
Дирижёр Маттиас Бамерт.
Запись 2001 года.
📺 https://youtu.be/G_5Dr8Bz5Bc
📺 https://vkvideo.ru/video-45573008_456239368
#МузыкаВОсобняках #ХорошаяМузыкаНаВыходные #АнтониоСальери #ФранцШуберт #КлассическаяМузыка | 104 |
| 9 |  +1«Лестница была украшена большими, крайне цветистыми панно Матисса; в зале, где обыкновенно в богатых домах красовались лунные ночи Айвазовского и гречанки Семирадского, встречали вас картины Моне, Ренуара и Дега; в гостиной вместо тропининских портретов висели Сезанны, в столовой рядом с большим гобеленом, тканным по картону Берн-Джонса, стены заполняли Гогены, а соседняя комната была сверху донизу покрыта полотнами Пикассо».
(Александр Бенуа)
Так художник Александр Бенуа вспоминал дом Сергея Щукина в Большом Знаменском переулке.
Особняк служил владельцу одновременно домом и картинной галереей, на стенах которой висело более 250 произведений современных французских художников — от Моне, Ренуара и Дега до Матисса и Пикассо. Многие из этих картин ещё вовсе не считались классикой, а некоторые вызывали у публики откровенное недоумение.
Сергей Щукин происходил из одной из богатейших московских купеческих семей. Его отец Иван Васильевич создал крупный торговый дом, занимавшийся текстилем, а Сергей Иванович продолжил семейное дело и стал одним из самых успешных предпринимателей Москвы. Он получил коммерческое образование в Германии, хорошо знал европейский рынок и в деловых поездках всё чаще оказывался в Париже — там и началась история его собрания.
Собирать живопись Щукин начал после сорока лет. Первым серьёзным увлечением стал Клод Моне, затем появились Ренуар и Дега, за ними — Сезанн, Ван Гог и Гоген. Но чем дальше, тем смелее становился выбор коллекционера: главными героями его собрания в конце концов сделались Матисс и Пикассо.
Если Щукина захватывал какой-то художник, он покупал не одну известную картину, а целую серию работ, позволяющую проследить развитие мастера. В его коллекции оказалось 37 произведений Матисса и около 50 работ Пикассо. В 2019 году Forbes оценивал стоимость всего собрания — разумеется, очень приблизительно — примерно в пять миллиардов долларов.
Особняк князей Трубецких, доставшийся Щукину, не был рассчитан на коллекцию такого масштаба. Картины висели в два-три ряда, иногда почти от пола до потолка. В столовой возник знаменитый «иконостас Гогена», небольшой кабинет Щукин отдал Пикассо, а парадную лестницу — заказанным специально для дома панно Матисса «Танец» и «Музыка».
В 1911 году Матисс приехал в Москву по приглашению Щукина, остановился в его доме и лично руководил развеской своих работ в Розовой гостиной. Художник вместе с коллекционером создавал для картин особую среду — задолго до того, как музейные экспозиции начали строить как целостные художественные ансамбли.
Но самый неожиданный поступок Щукин совершил ещё в 1909 году: по воскресеньям он открыл свой особняк для публики. Можно было заранее записаться, прийти в Большой Знаменский переулок — и сам хозяин рассказывал посетителям, кто эти художники, почему он приобрёл их картины и что сумел в них увидеть.
Этот поступок кажется неожиданным, если знать характер Щукина. Он вырос в строгой старообрядческой семье и с детства страдал тяжёлым заиканием. Из-за этого родители сначала обучали его дома, затем отправили лечиться в Германию, но полностью избавиться от заикания он так и не смог. В общении Щукин оставался сдержанным и довольно закрытым человеком. Именно таким он предстаёт и на портрете работы Дмитрия Мельникова (на фото)
Впрочем, Бенуа видел за этой внешней сдержанностью совсем иной темперамент и называл Щукина человеком «красочным, искромётным, огненным». В нём словно соединялись две противоположности: осторожный предприниматель — и азартный коллекционер, готовый спорить с общественным вкусом и даже с самим собой.
Особняк в Большом Знаменском переулке сохранился. Сейчас он находится в ведении Министерства обороны и закрыт для свободного посещения. А собрание Щукина после расформирования Государственного музея нового западного искусства в 1948 году было разделено между ГМИИ имени А. С. Пушкина и Государственным Эрмитажем.
На фото:
- особняк в Большом Знаменском переулке
- Дмитрий Мельников. «Портрет Сергея Ивановича Щукина», 1914 год. Собрание ГМИИ им. А. С. Пушкина.
#МузыкаВОсобняках #МузыкальнаяСреда #СергейЩукин #Московски | 82 |
| 10 |  «Лестница была украшена большими, крайне цветистыми панно Матисса; в зале, где обыкновенно в богатых домах красовались лунные ночи Айвазовского и гречанки Семирадского, встречали вас картины Моне, Ренуара и Дега; в гостиной вместо тропининских портретов висели Сезанны, в столовой рядом с большим гобеленом, тканным по картону Берн-Джонса, стены заполняли Гогены, а соседняя комната была сверху донизу покрыта полотнами Пикассо».
(Александр Бенуа)
Так художник Александр Бенуа вспоминал дом Сергея Щукина в Большом Знаменском переулке.
Особняк служил владельцу одновременно домом и картинной галереей, на стенах которой висело более 250 произведений современных французских художников — от Моне, Ренуара и Дега до Матисса и Пикассо. Многие из этих картин ещё вовсе не считались классикой, а некоторые вызывали у публики откровенное недоумение.
Сергей Щукин происходил из одной из богатейших московских купеческих семей. Его отец Иван Васильевич создал крупный торговый дом, занимавшийся текстилем, а Сергей Иванович продолжил семейное дело и стал одним из самых успешных предпринимателей Москвы. Он получил коммерческое образование в Германии, хорошо знал европейский рынок и в деловых поездках всё чаще оказывался в Париже — там и началась история его собрания.
Собирать живопись Щукин начал после сорока лет. Первым серьёзным увлечением стал Клод Моне, затем появились Ренуар и Дега, за ними — Сезанн, Ван Гог и Гоген. Но чем дальше, тем смелее становился выбор коллекционера: главными героями его собрания в конце концов сделались Матисс и Пикассо.
Если Щукина захватывал какой-то художник, он покупал не одну известную картину, а целую серию работ, позволяющую проследить развитие мастера. В его коллекции оказалось 37 произведений Матисса и около 50 работ Пикассо. В 2019 году Forbes оценивал стоимость всего собрания — разумеется, очень приблизительно — примерно в пять миллиардов долларов.
Особняк князей Трубецких, доставшийся Щукину, не был рассчитан на коллекцию такого масштаба. Картины висели в два-три ряда, иногда почти от пола до потолка. В столовой возник знаменитый «иконостас Гогена», небольшой кабинет Щукин отдал Пикассо, а парадную лестницу — заказанным специально для дома панно Матисса «Танец» и «Музыка».
В 1911 году Матисс приехал в Москву по приглашению Щукина, остановился в его доме и лично руководил развеской своих работ в Розовой гостиной. Художник вместе с коллекционером создавал для картин особую среду — задолго до того, как музейные экспозиции начали строить как целостные художественные ансамбли.
Но самый неожиданный поступок Щукин совершил ещё в 1909 году: по воскресеньям он открыл свой особняк для публики. Можно было заранее записаться, прийти в Большой Знаменский переулок — и сам хозяин рассказывал посетителям, кто эти художники, почему он приобрёл их картины и что сумел в них увидеть.
Этот поступок кажется неожиданным, если знать характер Щукина. Он вырос в строгой старообрядческой семье и с детства страдал тяжёлым заиканием. Из-за этого родители сначала обучали его дома, затем отправили лечиться в Германию, но полностью избавиться от заикания он так и не смог. В общении Щукин оставался сдержанным и довольно закрытым человеком. Именно таким он предстаёт и на портрете работы Дмитрия Мельникова (на фото)
Впрочем, Бенуа видел за этой внешней сдержанностью совсем иной темперамент и называл Щукина человеком «красочным, искромётным, огненным». В нём словно соединялись две противоположности: осторожный предприниматель — и азартный коллекционер, готовый спорить с общественным вкусом и даже с самим собой.
Особняк в Большом Знаменском переулке сохранился. Сейчас он находится в ведении Министерства обороны и закрыт для свободного посещения. А собрание Щукина после расформирования Государственного музея нового западного искусства в 1948 году было разделено между ГМИИ имени А. С. Пушкина и Государственным Эрмитажем.
На фото:
- особняк в Большом Знаменском переулке
- Дмитрий Мельников. «Портрет Сергея Ивановича Щукина», 1914 год. Собрание ГМИИ им. А. С. Пушкина.
#МузыкаВОсобняках #МузыкальнаяСреда #СергейЩукин #Московски | 1 |
| 11 | No text... | 1 |
| 12 |  «Маня! Я о Вас беспокоюсь. Приезжайте ко мне сейчас же; если денег нет, то возьмите на дорогу у Осипа Ивановича Юргенсона. Мне очень нужно и очень хочется Вас видеть. Или хоть отвечайте! Я Вам телеграфировал, и никакого ответа!»
(из письма П.И. Чайковского, 1890 год)
Кто же такая Маня?
Оказывается, не «такая», а «такой».
«Маней» Чайковский называл своего старого друга Германа Лароша — известного в то время музыкального критика, с которым познакомился ещё во время учёбы в Петербургской консерватории.
Это короткое письмо Чайковского было написано в имении Фроловское под Клином, где композитор жил летом 1890 года.
Дружба с Ларошем продолжалась почти тридцать лет. Герман Ларош был человеком необыкновенно одарённым, обладал огромными познаниями, музыкальным и литературным талантом, но совершенно не умел устраивать собственную жизнь и работать регулярно.
Чайковский ясно видел его слабости — и старался помогать. Хлопотал о месте профессора в Московской консерватории, позднее пытался устроить его в Петербургскую. А чтобы Ларош всё-таки писал статьи, Чайковский ежедневно приходил к нему на два часа и записывал текст под диктовку. Летом 1884 года таким образом они вместе работали над статьёй о Моцарте.
В 1888 году Чайковский инструментовал оставленную в эскизах Увертюру-фантазию друга и сам продирижировал ею в одном концерте с первым исполнением собственной Пятой симфонии. Это была его обычная манера заботиться о людях: не ограничиваться добрыми словами, а писать, договариваться, хлопотать, редактировать, оркестровать — словом, делать всё, что ещё можно было сделать.
Кстати, Ларош наконец ответил на встревоженное письмо. Объяснил очередные денежные затруднения и множество запутанных обстоятельств, пообещав, что вскоре Чайковский будет «обнимать блудного друга». Во Фроловское он в тот раз так и не приехал: друзья встретились позже уже в Петербурге.
На фото — П. И. Чайковский к Г. А. Ларош, 1865 год.
#МузыкаВОсобняках #Чайковский #ИсторияМузыки #МузыкальныеИстории #ПисьмаЧайковского | 101 |
| 13 |  +3В 1897 году Михаил Врубель получил заказ на три монументальных панно — «Утро», «Полдень» и «Вечер» — для Малой готической гостиной особняка Саввы и Зинаиды Морозовых на Спиридоновке.
Дом строил Фёдор Шехтель, и живопись здесь должна была стать частью единого пространства, созданного архитектором и художником.
Это хорошо видно по сохранившемуся эскизу «Утра» из собрания Третьяковской галереи (на фото).
Врубель не просто создавал картину: он намечал деревянное обрамление, учитывал форму стены и наносил масштабную линейку, необходимую для переноса композиции.
Поначалу работа складывалась вполне благополучно.
Надежда Забела-Врубель писала, что «Утро» и «Вечер» восхитили Савву Морозова настолько, что тот даже не хотел, чтобы художник продолжал их дорабатывать. Но затем мнение заказчиков изменилось.
Первый вариант «Утра» был отвергнут.
Врубель хотел уничтожить уже написанное огромное полотно, однако Илья Репин убедил его сохранить работу и показать её публике. В 1898 году «Утро» появилось на Выставке русских и финляндских художников в Петербурге, стало одним из самых обсуждаемых её произведений и уже в первый день было куплено княгиней Марией Тенишевой.
Сегодня это «отвергнутое» «Утро» находится в Русском музее.
Новый вариант панно Врубель написал для Морозовых в 1898 году.
Этот вариант был принят и остался в особняке вместе с «Полднем» и «Вечером».
Так возникли два «Утра» с разными судьбами. Одно - стало частью интерьера особняка, для которого было создано.
Вариант, купленный княгининей Марией Тенишевой, впоследствии перешёл в собрание Владимира Винтерфельда, а в 1918 году поступил в Русский музей, где находится и сейчас.
Сам особняк на Спиридоновке сегодня чаще называют особняком Зинаиды Морозовой. Савва Морозов был заказчиком строительства, но дом создавался прежде всего для его жены, ставшей его хозяйкой. После смерти мужа Зинаида Григорьевна продала особняк Михаилу Рябушинскому. После революции здание национализировали, в 1929 году передали Наркомату иностранных дел, а с 1938 года оно служит Домом приёмов МИД России.
После сильного пожара 1995 года интерьеры пришлось восстанавливать по чертежам и старым фотографиям. Панно Врубеля реставрировали специалисты Третьяковской галереи. В 2026 году завершилась новая комплексная реставрация Зала Врубеля — бывшей Малой гостиной.
На фото:
1. «Утро», первый отвергнутый вариант — из собрания Русского музея
2. «Эльфы. Эскиз панно “Утро”» — из собрания Третьяковской галереи
3. Особняк Зинаиды Морозовой (Рябушинского) на Спиридоновке
4. Фрагмент интерьера особняка
#МузыкаВОсобняках #Москва #МосковскиеОсобняки #Врубель #Шехтель #Морозовы #РусскоеИскусство #ИсторияМосквы | 121 |
| 14 |  Бетховен был великим композитором — и, как выясняется, довольно плохим переписчиком собственных нот.
Осенью 1826 года он жил в Гнейксендорфе, в загородном имении своего брата Иоганна, и заканчивал последний из своих струнных квартетов — Квартет фа мажор op. 135.
Сегодня трудно представить, насколько важным человеком в музыкальной жизни того времени был профессиональный копиист. Композитор писал партитуру, но для репетиций, исполнения и последующего издания из неё нужно было отдельно выписать партии каждой скрипки, альта и виолончели. Это была долгая и требовавшая большой аккуратности ручная работа.
В Гнейксендорфе подходящего переписчика не оказалось. Между тем парижский издатель Морис Шлезингер ждал инструментальные партии: они должны были стать материалом для гравировки будущего издания. И Бетховену пришлось заняться делом, которое он терпеть не мог, — самому переписать весь квартет. ([internet.beethoven.de][1])
Результат сохранился — вместе с ошибками.
📜 В первой части в партии второй скрипки Бетховен пропустил один такт. Во второй части один такт исчез уже у первой скрипки. Зато в финале та же первая скрипка получила сразу два лишних такта.
То есть если бы четыре музыканта буквально сыграли по этим рукописным партиям, в нескольких местах квартет попросту перестал бы сходиться. Beethoven-Haus в Бонне замечает по этому поводу почти афористично: гениальный композитор вовсе не обязан быть безупречным копиистом.
Есть в этой истории и ещё одна замечательная подробность. На первой странице партии первой скрипки Бетховен собственноручно написал: «Новейший квартет Л. ван Бетховена. Гнейксендорф, 30 октября 1826 года». Через несколько месяцев композитора не станет.
Так за знаменитым op. 135 обнаруживается совсем не монументальный Бетховен, композитор-труженик: рукописи, сроки издателя, отсутствие переписчика и четыре партии, которые необходимо каким-то образом подготовить к печати.
А заодно — целая исчезнувшая сторона музыкальной жизни. До принтеров и нотных редакторов путь от партитуры композитора до нот на пюпитре начинался с человека, который часами переписывал музыку от руки. И, как показывает эта история, иногда лучше было всё-таки доверить такую работу профессионалу.
🖼На фото: первая страница собственноручно выписанной Бетховеном партии первой скрипки Струнного квартета фа мажор op. 135, Гнейксендорф, 1826. Собрание Beethoven-Haus Bonn, HCB BMh 6/46
#МузыкаВОсобняках #Бетховен #КлассическаяМузыка #ИсторияМузыки #КамернаяМузыка #СтрунныйКвартет #МузыкальныеРукописи | 116 |
| 15 |  Сейчас пианист или скрипач, выходящий на сольный концерт с нотами в руках - довольно редкое явление.
В начале XIX века культурная норма была противоположной: публичная игра без нот могла восприниматься как демонстративное самодовольство — будто исполнитель ставит собственную виртуозность выше текста композитора.
Показательна история, случившаяся с Феликсом Мендельсоном в Лондоне в 1844 году.
Он должен был играть собственное Фортепианное трио ре минор, но перед концертом обнаружилось, что партии фортепиано нет. Для Мендельсона с его знаменитой музыкальной памятью это не было большой проблемой: свою партию он прекрасно знал.
Тем не менее, Мендельсон попросил положить на рояль какую-нибудь другую нотную книгу и время от времени переворачивать страницы — чтобы публика не заметила, что он играет наизусть.
Сегодня такой жест кажется почти комическим. Но он прекрасно показывает, насколько иначе тогда воспринималось поведение музыканта на сцене.
Примерно в те же годы молодая Клара Вик — будущая Клара Шуман — начала исполнять большие произведения без нот. В 1837 году в Берлине она сыграла наизусть целую программу, в том числе «Аппассионату» Бетховена. Это произвело впечатление не только музыкальное.
Писательница и композитор Беттина фон Арним, знавшая ещё Бетховена, отозвалась о Кларе примерно так: «С какой претензией она усаживается за рояль — да ещё и без нот!»
То, что для нас сегодня выглядит свидетельством серьёзной подготовки исполнителя, тогда ещё вполне могло восприниматься как вызов концертным приличиям.
Но музыкальная культура быстро менялась. Клара Шуман и особенно Ференц Лист сделали игру наизусть частью нового образа романтического виртуоза — музыканта, который выходит к публике один и словно остаётся с музыкой без всяких посредников.
К концу XIX — началу XX века эта необычная когда-то манера постепенно превратилась почти в обязательное правило сольного концерта.
На иллюстрации — анонимная карикатура 1843 года: Ференц Лист играет свой «Хроматический галоп». Обратите внимание: перед пианистом нет нот — Лист играет наизусть. Для того времени это всё ещё было заметным и почти вызывающим жестом.
#музыкавособняках #историямузыки #музыкальнаяистория #ФеренцЛист #КлараШуман #Мендельсон #классическаямузыка | 108 |
| 16 | Сейчас пианист или скрипач, выходящий с нотами на сольный концерт, скорее должен объясняться. В начале XIX века культурная норма была почти противоположной: публичная игра без нот могла восприниматься как демонстративное самодовольство — будто исполнитель ставит собственную виртуозность выше текста композитора.
Показательна история, случившаяся с Феликсом Мендельсоном в Лондоне в 1844 году.
Он должен был играть собственное Фортепианное трио ре минор, но перед концертом обнаружилось, что партии фортепиано нет. Для Мендельсона с его знаменитой музыкальной памятью это не было большой проблемой: свою партию он прекрасно знал.
Тем не менее, Мендельсон попросил положить на рояль какую-нибудь другую нотную книгу и время от времени переворачивать страницы — чтобы публика не заметила, что он играет наизусть.
Сегодня такой жест кажется почти комическим. Но он прекрасно показывает, насколько иначе тогда воспринималось поведение музыканта на сцене.
Примерно в те же годы молодая Клара Вик — будущая Клара Шуман — начала исполнять большие произведения без нот. В 1837 году в Берлине она сыграла наизусть целую программу, в том числе «Аппассионату» Бетховена. Это произвело впечатление не только музыкальное.
Писательница и композитор Беттина фон Арним, знавшая ещё Бетховена, отозвалась о Кларе примерно так: «С какой претензией она усаживается за рояль — да ещё и без нот!»
То, что для нас сегодня выглядит свидетельством серьёзной подготовки исполнителя, тогда ещё вполне могло восприниматься как вызов концертным приличиям.
Но музыкальная культура быстро менялась. Клара Шуман и особенно Ференц Лист сделали игру наизусть частью нового образа романтического виртуоза — музыканта, который выходит к публике один и словно остаётся с музыкой без всяких посредников.
К концу XIX — началу XX века эта необычная когда-то манера постепенно превратилась почти в обязательное правило сольного концерта.
Получается любопытный парадокс концертной истории: когда-то нотный пюпитр был знаком уважения к произведению, а его отсутствие могло показаться проявлением тщеславия.
А сегодня мы нередко думаем ровно наоборот.
На иллюстрации — анонимная карикатура 1843 года: Ференц Лист играет свой «Хроматический галоп». Обратите внимание: перед пианистом нет нот — Лист играет наизусть. Для того времени это всё ещё было заметным и почти вызывающим жестом.
#музыкавособняках #историямузыки #музыкальнаяистория #ФеренцЛист #КлараШуман #Мендельсон #классическаямузыка | 1 |
| 17 |  «Кажется невозможным достичь большего совершенства в воспроизведении, чем то, которого удалось добиться аппарату Welte. Я рад засвидетельствовать вам этими строками своё изумление и восхищение тем, что услышал».
Клод Дебюсси — Эдвину Вельте, 1 ноября 1913 года
Сегодня, 22 августа, день рождения Клода Дебюсси.
И в рубрике «Хорошая музыка на выходные» предлагаем послушать очень редкую запись: как сам Дебюсси исполняет собственную музыку.
Правда, слово «запись» здесь требует пояснения:
В начале XX века немецкая фирма Welte создала систему Welte-Mignon — механический рояль, способный не просто воспроизводить последовательность нот, как обычная пианола, но фиксировать особенности исполнения пианиста: изменения темпа и динамики, работу педалей, длительность нажатия клавиш.
Дебюсси сыграл для Welte-Mignon четырнадцать своих произведений. Его исполнение было записано не на звуковой носитель, а на специальные бумажные ролики. Позже такой ролик можно было вставить в соответствующий механический рояль, и инструмент воспроизводил зафиксированную игру.
Поэтому мы слышим не тот самый рояль, к которому когда-то прикасался Дебюсси, и не звук, записанный микрофоном более ста лет назад.
Мы слышим рояль, который спустя 113 лет механически воспроизводит игру, зафиксированную, когда за инструментом сидел сам Дебюсси.
Разумеется, такая система не может передать абсолютно всё. Мы не можем с полной уверенностью восстановить тембр инструмента, тончайшие оттенки туше или каждую динамическую градацию.
Но можем услышать очень многое из того, что для нас особенно интересно: темпы Дебюсси, его ритмическую свободу, характер фразировки — то есть представление самого автора о движении собственной музыки.
И самое важное: Дебюсси сам услышал результат.
Именно после этого он написал Эдвину Вельте письмо, фрагмент которого мы поставили в начало поста.
Хорошая музыка на выходные.
Клод Дебюсси
«Очень медленный вальс» — *La plus que lente*
Клод Дебюсси — фортепиано
Исполнение, сохранённое на ролике Welte-Mignon
📺 https://youtu.be/Ir8snfWIU2M?si=JdY9N_HldJr5gwBL
📺 https://vkvideo.ru/video-45573008_456239367
#ХорошаяМузыкаНаВыходные #МузыкаВОсобняках #КлодДебюсси #Дебюсси #ИсторияМузыки #КлассическаяМузыка | 156 |
| 18 |  В 1886 году Пётр Чайковский поставил свои подпись под благодарственным письмом московскому предпринимателю и меценату Василию Хлудову.
Повод был весомый: Хлудов подарил Московской консерватории орган, который почти двадцать лет стоял в его доме на Новой Басманной.
Инструмент изготовил в 1868 году немецкий мастер Фридрих Ладегаст.
Хлудов был музыкантом-любителем и сам многие годы играл на этом инструменте.
Передавая орган Консерватории, Хлудов оплатил также его перевозку и ремонт.
Дар стал первым концертным органом для студентов консерватории.
В благодарственном письме меценату рядом с подписью Чайковского стоят подписи Сергея Танеева и музыкального издателя Петра Юргенсона.
Позднее орган установили в Малом зале Московской консерватории. На нём занимались и выступали Александр Гедике, Леонид Ройзман, Гарри Гродберг, Олег Янченко и другие известные органисты.
В 1959 году старый орган передали в одну из московских музыкальных школ. Со временем инструмент почти утратил игровые качества, конструкция была повреждена, и в какой-то момент возник вопрос, стоит ли вообще его восстанавливать.
Тогда неожиданно пригодилось то самое благодарственное письмо 1886 года.
По свидетельству Российского национального музея музыки, подпись Чайковского стала своеобразной «охранной грамотой» органа и одним из решающих аргументов в пользу его сохранения.
В 1992 году инструмент вошёл в собрание Музея музыки, затем был отреставрирован, а в 1998 году снова зазвучал.
Сегодня орган Хлудова (на фото) находится в Российском национальном музее музыки на улице Фадеева. Это не просто музейный экспонат: инструмент остаётся действующим, и на нём продолжают играть.
Музей называет его старейшим из ныне звучащих исторических органов России и единственным сохранившимся в нашей стране инструментом Фридриха Ладегаста.
#МузыкаВОсобняках #ИсторияМосквы #Чайковский #МосковскаяКонсерватория #МузейМузыки #Орган #Меценаты #МузыкальнаяМосква #ИсторияМузыки | 164 |
| 19 |  Мы привыкли к спецэффектам.
В кино зрителя уже трудно удивить целыми мирами, созданными с помощью искусственного интеллекта, а современный театр охотно использует видеопроекции, свет, и сложную механику сцены.
А какими были спецэффекты в XVIII веке?
В 1763 году при дворе герцога Карла Евгения Вюртембергского в Штутгарте поставили «Покинутую Дидону» композитора Никколо Йоммелли. Это была не просто опера, а огромное придворное зрелище, в котором вокальные номера соединялись с балетом, костюмами, живописными декорациями и весьма изобретательной сценической техникой.
Особенно впечатляющим был балет «Медея и Ясон», поставленный между актами знаменитым французским хореографом Жаном-Жоржем Новерром.
По сюжету Дидона, покинутая Энеем, должна была погибнуть в огне горящего Карфагена.
🔥 В финале постановки дворец на глазах у публики охватывало настоящее пламя — и он рушился. Медея тем временем поднималась в воздух на колеснице, запряжённой огнедышащими драконами.
Причём это не позднейшая легенда. В описи театрального имущества 1764 года сохранилось упоминание декораций этой постановки и даже трёх драконов, приспособленных для полёта.
Правда однажды постановку кардинально поменяли: её давали в Штутгарте 11 февраля 1763 года — в день 35-летия герцога Карла Евгения. Заканчивать придворный праздник самоубийством царицы сочли, видимо, не слишком удачной идеей.
Поэтому после бури небо внезапно прояснялось, возникал дворец Нептуна, а сам морской бог призывал тритонов, нереид и сирен прославить торжество. Начинался праздничный балет «Слава и триумф Нептуна», после которого гости отправлялись на ужин.
Спецэффекты меняются. Желание поразить зрителя остаётся.
#музыкавособняках #историямузыки #историятетра #опера #театрXVIIIвека | 124 |
| 20 |  «Энеску был для меня не просто учителем. Он был рукой Провидения, вдохновением, поднимавшим меня над землёй».
Иегуди Менухин
Сегодня, 19 августа, исполняется 145 лет со дня рождения Джордже Энеску — румынского композитора, скрипача и дирижёра, одного из самых замечательных музыкантов своего времени.
А для Иегуди Менухина, одного из величайших скрипачей XX века, Энеску стал ещё и главным учителем.
Их история началась в 1927 году.
Одиннадцатилетний Менухин услышал Энеску в Париже и решил, что хочет заниматься именно у него. После концерта подошёл к музыканту — и получил отказ: Энеску частных уроков не давал и на следующее утро уезжал.
Тогда Менухин уговорил его хотя бы послушать себя.
На следующий день в шесть утра мальчик уже стоял у двери квартиры Энеску. Прослушивание стало первым уроком — и началом многолетней дружбы.
Энеску учил его не столько скрипичной технике, сколько самой музыке: играл оркестровые партии на рояле, пел отдельные голоса, показывал, как устроено произведение целиком.
А через пять лет учитель и ученик вместе записали Баха.
Сегодня в рубрике «Музыкальнаяй среда» послушаем их запись баховского Концерта ре минор для двух скрипок, сделанную в Париже 4 июня 1932 года.
Менухину — шестнадцать. Энеску — пятьдесят.
🔵И. С. Бах
Концерт для двух скрипок ре минор, BWV 1043 (II часть)
Иегуди Менухин, Джордже Энеску — скрипки.
Парижский симфонический оркестр
Дирижёр — Пьер Монтё
Запись 1932 года
📺 https://youtu.be/b5h1zMtxSC4?si=Te2IkHxkZ-fhoIP3
📺 https://vkvideo.ru/video-45573008_456239364
#МузыкальнаяСреда #МузыкаВОсобняках #ИегудиМенухин #ДжорджеЭнеску #Бах #ИсторияМузыки #КлассическаяМузыка | 129 |
