If we could be heroes

Сегодня – День памяти жертв политических репрессий. Причем тут психология, спросите вы. Мой академический и профессиональный интерес – психологическая травма. Больше индивидуальная, но я интересовалась и коллективной/исторической (вследствие войн, репрессий и т.п). Одно из следствий травматического опыта – невозможность о нем говорить. Слова, чтобы описать это, в буквальном смысле не находятся. Образы и воспоминания, связанные с травмирующим событием, перемешиваются в голове. Там, где должны быть эмоции – пусто или (наоборот) чувства такие невыносимые, что лучше бы их не было вовсе. И если речь идет о коллективной травме – это касается не одного человека, а сотен, тысяч, миллионов людей. Парадоксально, но один из способов избавиться от немоты – пытаться говорить о травматическом событии. Вместе с тем это путь к тому, чтобы из мешанины аффекта выстроить что-то более осознанное. Когда на месте пустоты появляются слова, психика начинает по кирпичикам подтягивать все остальное. Если нет сил/возможности говорить об этом событии вслух, о нем можно просто помнить. Признавать: травма была. Создавать осмысленные ритуалы, чтобы подчеркнуть для себя: я помню. Зажечь свечу, устроить минуту молчания, возложить цветы. Коллективная травма состоит из множества индивидуальных травм. Это словно один большой организм. Когда один человек начинает говорить о травме, а за ним подтягиваются еще и еще люди – это имеет огромное значение. Организм начинает потихоньку изменяться. И это повышает вероятность не передать травму следующим поколениям. Желаю всем нам не замирать и помнить ❤️‍🩹