Игорь Каплун.Иконы

"Игорь,а как сне самой себе обьяснить(я не художник),что Шилов мне тоже не ближе,как и Глазунов..." Попробую ответить очень просто. Я сам смотрю (и стараюсь смотреть) на живопись не как профессионал, а как зритель. И тут у меня критерий очень простой: "нравится/не нравится". И если у меня никто не спросит- " почему? ", то я и не буду думать. Здесь, как и в любом другой сфере, где я ничего не понимаю, я так оцениваю. Вкусная еда или нет, красивая музыка или нет, интересный фильм или нет, едет машина или нет. А профессионалы пускай разбираются с моей машиной. А если есть желание понимать, почему не нравится или нравится, то путь один: больше смотреть и сравнивать. Что касается Глазунова и Шилова, то у них просто нету предмета искусства- нечего смотреть. Есть сюжет, человечки, драма, портреты, детали, а живописи нет. Это как читать инструкцию к телевизору и Пушкина. Буквы те же, а читается по-разному.

Про случайности ещё. Мне кажется дело в том, что творчество ( не люблю это слово, но пусть) в очень большой степени сотворчество( ещё хуже слово). Я помню, как учил наш преподаватель: " Художник в первую очередь глаз, а потом уже рука". Тоесть художник сам наблюдатель того, что выходит из-под руки. "Надо дать живописи случиться! " И существуя в таком наблюдении и творчестве(🥴), художник рождает вокруг себя удивительный мир, где " у гения и плевок гениален". Я был учился у художников старшего поколения и вся их жизнь не делилась на работу/творчество/семья/быт, а существовала в непрерывном ходе украшения мира. Рассказ о жизни, преподавание, замечания, рисунок на клочке бумажки, праздники, размышления о искусстве- всё это было не созиданием, а существованием в мире случайностей и наблюдением за ними. Серьёзная школа для меня во время, когда все мы существуем в эпоху тайм-менеджмента и красивой упаковки.

Я не люблю, когда всё ровно. Сейчас все всё "подают". Надо правильно рассказать, надо правильно сфотографировать, надо правильно объяснить , почему эта вещь нужна, надо правильно выбрать аудиторию, надо правильно услышать запрос. И во всей этой "подаче" вышелушивается что-то случайное, что-то естественное. Мы все понимаем, что если какой-то предмет идеально ровный, то он искусственный. И если тщательно обрубать всё, что не "подать", то остаётся голая, к сожалению неинтересная, искусственность. Об этом явлении " случайность" сложно говорить, потому что нащупать невозможно. Но не сказать тоже нельзя. Потому что всё ровное,идеальное и правильно сделанное сразу ум схватывает, а для случайного и неестественного нужно внимание и терпение. Как для музыки и поэзии. Есть даже художники, весь путь которых - это путь случайности. Невозможно сказать, что это некрасиво. Мне в них не хватает художника- активного творческого акта. Но если поставить рядом работу Шилова, то мне ближе не Шилов😊

Раскрас. Самое главное, чтобы случилось попадание в пятне. Дальше будет только хуже- детальки, объёмчики- то что это пятно разрушает. Задача: как можно цельнее удержать цветово-тональный аккорд. Ну и интереснее всего, конечно, его искать.

Вскрыл лаком. Когда мастерская будет- на гвоздь повешу. Всяко уже не рабочая.

Выскочили две картинки в обсуждении. Очень хороший пример. На древней иконе апостолы, Богородица и Христос с ангелами решены тёмными пятнами. Всё остальное с ними в контрасте. И уже в этих тёмных пятнах где-то красненькое, где-то зелененькое, где-то синенькое. Контур пейзажа близок к горизонтали, от этого появляется структура геометричекая. А внутри неё уже сложные формы фигур. Композиция Вознесения как бы делится на две части. Нижняя в основном тёмная, в которую вкраплены белые формы(архангелов), а наверху наоборот : всё светлое, в котором сложная форма Вознесения из ангелов и Спасителя. Теперь, если смотреть на новодел, то видно, что мысли пластической не было никакой. Всё нарисовано, сверху раскрашено, потом задетализировано. Никак ничто ни с чем не связано. Это всё видно по превьюшке, когда деталей не видно. И в этом проблема нашей современной живописи. В ней нет художественного начала, а есть детали и аккуратность.

Мне попадаются на просторах сети фотографии с хорошей живописью. Я их сохраняю или делаю скрины. Я не пробую их копировать или брать какие-то элементы- все-таки это чужие мелодии и ритмы. Но на меня, думаю, они воздействуют и "работают". Как детям с детства надо показывать только красивое , так и для себя стараюсь отбирать только то, что формирует прекрасное внутри. И для сравнения публикую современную икону Вознесения. Не хочу никого обидеть, но даже по превью понятно, что смотреть неинтересно: ни ритма, ни музыкального аккорда, ни композиции, ни цвета. Всё безжизненно закрашено и нарисовано. А хочется, чтобы было, как раньше. Когда было красиво

Мне попадаются на просторах сети фотографии с хорошей живописью. Я их сохраняю или делаю скрины. Я не пробую их копировать или брать какие-то элементы- все-таки это чужие мелодии и ритмы. Но на меня, думаю, они воздействуют и "работают". Как детям с детства надо показывать только красивое , так и для себя стараюсь отбирать только то, что формирует прекрасное внутри. И для сравнения публикую современную икону Вознесения. Не хочу никого обидеть, но даже по превью понятно, что смотреть неинтересно: ни ритма, ни музыкального аккорда, ни композиции, ни цвета. Всё безжизненно закрашено и нарисовано. А хочется, чтобы было, как раньше. Когда было красиво

Святая Варвара. Если брать святых жён, то Варвару я, пожалуй, писал чаще всего. Во-первых, мне нравится её житие, во-вторых, моя старшая дочь Ульяна, а святая Иулиания( покровительница дочки), приняла мученическую смерть вместе с Варварой. А если говорить про живопись, то мне нравится возможность поработать с царскими одеждами. Можно ввести орнамент, корону, золото- все это помогает упростить или усложнить образ в зависимости от задачи.

Я помню, как написал эту икону. В ней какие-то элементы получились, да и по цвету вполне симпатичная. Но когда я увидел её после долгого перерыва, понял, что всё "пойдёт под нож". Всё, что нарисовано можно( и нужно) уточнить. И когда переписывал рука очень легко поймала скорость , и икона написалась в одном темпе.

Смотрю на икону, которую хочу подправить, и сразу бросается в глаза то, что хочу исправить. А потом уже какие-то элементы вылезают, которые тянут за собой образ. Здесь, на иконе Власия, не нравилось, как низ фигуры слишком узок- ощущение зажатости. Написал низ подрясника широким и фигура сразу стала статной. Отсюда, мне кажется, и до финиша недалеко.

Видео - совсем другой жанр, чем просто передача хроники процесса. Но одновременно делать два произведения тяжело. Тут либо быть оператором, либо писать икону. Так... Что-то обрывочное видеоформата выходит.

Святая Варвара. Подсохла у меня киноварь в ступке, дай, думаю, размахнуться и накрашу ей побольше. Каждый иконописец знает, что если есть задача написать красиво- надо брать киноварь. Вот поболе её и нанёс. Ну а остальное просто подтянул. В древности сверху по ней почти не писали- берегли красивый цвет, но я, к сожалению, не древний. Берегу, как могу, но сверху пишу.

Макро. Глаз фотоаппарата видит не так, как наш глаз. Во-первых, потому что у нас их два, а во-вторых из-за всех этих матриц, контрастов, тепло- холодных, количества света и тому подобной начинки мозгов фотоаппарата. Но я не об том. Глаз зрителя видит работу сразу и макро, и микро, и в среде, и объединяя красочные слои. Всё работает, как большое художественное произведение. А вот фотоаппарат так не может: он всё "дергает", выхватывает и проглатывает. Даже чтобы поближе показать, приходится переключать другой режим. Хотя и режим врёт. Две иконы. Святого, изображённого на иконе, отгадает только профессионал😎

Первая икона из прошлолетних переписана. Стало лучше😎

Первые линии обновлённого образа. Кто-то предпочитает "входить " в живопись старой палитрой, чтобы не трогать фундамент, а только изменить планировку. Я тоже иногда меняю эволюционно. Но чаще, конечно, выходит революционно. Я спокойно отношусь к своим прошлым работам, мне редко стыдно и неудобно за них: все-таки это писал не я, а уже другой человек. Может поэтому и переписываю с лёгким сердцем и спокойной душой.

Живопись моего учителя. Вадим Кулаков. Он часто обращался к деревенской теме. Любил людей, погруженных в быт на земле, архитектуру изб, разное время года и дня в негородском пейзаже. Мне лично очень нравится та свобода, с которой Вадим Алексеевич создаёт ритмичные мелодии, формы, большие пятна, беря за основу деревенскую тему. Как здорово нарисованы обратные формы, как женщины встроены в строгую геометричную архитектуру избы. И в этом во всём найдено цветовое сочетание, которое даёт понять, что это вечер, и даже можно прочувствовать настроение, которое бывает в это время в деревне. Мой учитель.

Икона святых Бориса и Анастасии. 16*20.

Я встречал художников, которые считают, что пишут (и надо писать) не предмет, а суть предмета. Художник как бы убирает какую-то мимолетность и реальность происходящего и показывает самое главное- может это можно назвать первообразом. Я скептически отношусь к такому мнение. Возможно, я туповат, а возможно, когда-нибудь дорасту до такой задачи. Мне же просто очень интересно видеть то, что потрясло художника настолько, что он все бросил и стал размазывать краску по холсту. Именно поэтому очень редко интересно смотреть студенческие работы- в них нет азарта и восторга. Есть муштра. А у Винсента , например, даже в башмаке или перевёрнутом крабе столько трепета, что оторваться невозможно. И сказать, что это самая суть краба, язык у меня не поворачивается.

Отвозил на дачу сжечь потрёпанные иконы, календари, где есть репродукции икон и всякое церковное, чтобы не выкидывать в мусор. Когда всё сжёг, увидел что небольшая иконка мученика Пантелеймона упала по дороге. Думаю,мол, знак. Отодрал то, что осталось от образа. Залевкасил, напишу лик и оставлю на память. Был мученик поясной, но я не потяну на таком размере. А я всё к тому, что с обратной стороны бумажка с датой памяти святого. Хорошая идея. Сам теперь так же подписывать буду.