Стихи Сергея Черскова

Островок Ты создавал свой островок, не замечая дней. Зато теперь ты царь и бог, и даже их главней. Пускай сигналят города на дальнем берегу, но чёрный ветер и вода покой твой стерегут. Когда луна полным-полна и ты спускаешь псов, они таскают по волнам ладьи без парусов. Забывший замысел Отца, не бойся, человек. Не будет длиться без конца твой сиротливый век. Достанешь утром из земли последний изумруд, и корабли, и корабли в последний раз умрут. © Сергей Черсков, 2021

Будущий Бывает, что в ночи за стенкой, по соседству захныкает малыш, и мамка запоёт. И снова зазвучит моё святое детство. Взрослеющее, дымное. Моё. Я пробовал «Агдам» и жил, как мне удобно, – прогуливал физ-ру, черешню воровал. И пела мне тогда трава-трава у дома, зелёная, зелёная трава. А всю иную жизнь на жизненном одре я не буду вспоминать, мотать вперёд-назад. Терпи, малыш, держись, пусть мамка чуть подремлет. Ты – будущий, ты ж будущий солдат. © Сергей Черсков, 2019

Призрак Непросто с братьями во бухле. Как причащаюсь – кромсаю печень. С утра за чаем ломаю хлеб, Но не кромсаю – порезать нечем. Завёлся в доме с недавних пор Красивый призрак – категорично Не даст покоя, не дай мне бог. Я – беспокойник-алкого-личность. Она со мною, когда я жив, Смеётся ласково и без фальши, Идёт на кухню, берёт ножи И прячет их от греха подальше. Садится рядом, когда я мёртв, Когда стемнеет в холодном доме, И всепрощающе мне кладёт На лоб спасительные ладони. © Сергей Черсков, 2016

Полина В небе угрюмом столетние исполины ловят уставших птиц на тугую ветвь. Грустные пилигримы в лесу Полины просят её: – Если знаешь наш путь – ответь. Молят её: – Покажи нам дорогу к дому. Словно шары воздушные – отпусти. Наши слова так прозрачны и невесомы, может быть, оттого, что и мы – пусты? Тихо Полина ответит: – Я пленник тоже. Это моя награда и крест за всё. Я не из тех, кто кому-то из вас поможет. Я не из тех, кто кого-то из вас спасёт. © Сергей Черсков, 2016

Рыжая Трудно привыкнуть быть чистым пустым листом, Белым наброском нейтрального полотна. Ночь, что была мне подругой уже лет сто, Стала со мною неласкова, Холодна. Небо плюётся белым, но это не снег – Это моя ненавистная одиночь. За руки взявшись за мною идут след в след Дети мои нерожденные – Сын и дочь. Сделай меня разноцветным, теки сюда, Рыжая девушка, памятником не стой. Это не сложно, не только огонь – вода Пишет на том, кто был чистым пустым листом. © Сергей Черсков, 2013

Рассвет Неправда в том, что ночью света нет. Пусть кофеёк её – напиток тёмный, трудный, Добавлю молока – и вот рассвет Стучит в окно, похмельный и приблудный. Сейчас он – тих, но будет скоро – пьян, Повеселевший приползёт к соседкам, Которые, подобно воробьям, Рассядутся в Сети по разным веткам. Они споют, счирикают, сшумят О скорой торжествующей весне. «С теплом...» ...Рассвет становится румян. И тает снег. © Сергей Черсков, 2018

О стеночку горох Будь здрав и светел, русский мужичок! Пускай офонаревшая Европа всегда тебя считала за холопа – дык ну и чо? Там Уроборос доедает хвост совсем без аппетита и без соли, а ты стоишь под мотыльками звёзд спокойный, одинокий и весёлый. Теперь настало время обличать, судить-рядить тебя многоголосо. Никто не понял, как ты стал колоссом и держишь небо на своих плечах. И нет неправды в глиняных ногах. И хору помнить было бы не лишне – нас всех из глины вылепил Всевышний. Понятна эта мысль? Угу. Ага. О стеночку горох – ага, угу... Не надо надоевших аналогий – довольно про медведя из берлоги! Я просто человек. Я всё могу. © Сергей Черсков, 2025

24 февраля Встать! Суд идет... Делить сегодня нечего И тем, кто прав, и тем, кто прав не меньше. С прошедшим Днем защитника Отечества Хочу поздравить и мужчин, и женщин. Из доказательств, белой ниткой шитых, Из обвинений, правильных по сути, Понятно, что Ему нужны защитники - Не только обвинители и судьи. © Сергей Черсков, 2013

Картошка – Ну, здравствуй, внучка! Ты не рада, вроде? Чего молчишь, качаешь головой? А где же твой? В субботу на работе? Ишь, деловой! Чего шипишь, как мартовская кошка? Опять любовь? Опять несносный муж? Вчера со сковородки жрал картошку, И шваркал, негодяй, огромной ложкой, А сковородка новая к тому ж? Эх, деточка, я перестала плакать, Когда затих мой бестолковый дед. И горя нет, и не осталось страха. И деда нет. И не сидит подвыпимши на кухне, И не смолит вонючий «Беломор», И не скрипит «Дубинушка, эй, ухнем», Хотя всегда мне нравилась «Амор»... А ты поплачь. По капле, понемножку Ты всё поймёшь, любовь – она горчит. Ты погляди, готова ли картошка? Пускай шкворчит. © Сергей Черсков, 2018

Сергей Черсков - голос, гитары Вячеслав Ольшанцев - запись

Сергей Черсков - голос, гитары Вячеслав Ольшанцев - запись

Эй! Как дела в Москве? Да всё отлично: Много вас – толпа, но вы – одни, Стали глуховаты от столичной Трескотни. Крикнешь «Эй!» – никто не обернётся, Скажешь «Ой» – никто не бросит взгляд. Человек безлюдным остаётся – И не важно – бас или пискля. А у нас – иное всё как будто: Вон туфлями цокает коза, Эйкнешь ей, она в ответ: «Кому ты? Чо, козёл, попутал? Чо сказал?» От знакомой новой сделав ноги, Философски вытяну мыслю: Невозможно быть здесь одиноким. Никого поэтому не злю. Здесь у нас расслышать можно ночью, За окошком, вызревшее днём Славное, живительное очень Солнечное русское нытьё. Всё патриархально потому что. Да и что здесь можно поменять? Будешь ехать мимо, сделай ручкой, Чисто – мне, конкретно – для меня. © Сергей Черсков, 2019

Аревуар Стыдишься, Васька, что ты русский? А то, что глупый – не беда ль? Устав от нравственной нагрузки, летишь на птице тройке в даль. Целуй Америку в Европу. Хлебало жалистно не скаль, когда получишь от «укропа» по щам за то, что ты москаль. Услышь от новенького немца винтажный шорох: «руссишшшвайн». Так это ж именины сердца – стыдись, но не переживай. Цени в поляке и румыне попытки сжечь твою избу. Пускай нет Родины отныне, зато есть рашка и Фейсбук. Когда увидишь бритта с янки (весь мир стоит на этих двух), вылазь из стреляной фуфайки, сымай разбойничий треух. Забудь, как мать зовут, отца как. Так и пристало дураку – кацап становится пацаком и гнётся в правильное «ку!» Аревуар. Бывай, Василий! Лелей свой бестолковый стыд. Тебя здесь нет, но есть – Россия. Она тебя за всё простит. ...проснись, лунатик, и усни среди русни... © Сергей Черсков, 2022