Эльвира Барякина
Open in Telegram
Геополитический триллер "Весна для Снежной Королевы" https://baryakina.com/product/vesna-dlia-snezhnoi-korolevy/
Show more875
Subscribers
No data24 hours
+47 days
+4830 days
Data loading in progress...
Similar Channels
Tags Cloud
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
September '26
September '26
+9
in 0 channels
August '26
+76
in 1 channels
Get PRO
July '26
+96
in 2 channels
Get PRO
June '26
+71
in 3 channels
Get PRO
May '26
+42
in 1 channels
Get PRO
April '26
+14
in 1 channels
Get PRO
March '26
+7
in 1 channels
Get PRO
February '26
+7
in 0 channels
Get PRO
January '26
+29
in 1 channels
Get PRO
December '25
+15
in 2 channels
Get PRO
November '25
+17
in 1 channels
Get PRO
October '25
+20
in 1 channels
Get PRO
September '25
+10
in 0 channels
Get PRO
August '25
+17
in 1 channels
Get PRO
July '25
+20
in 1 channels
Get PRO
June '25
+20
in 1 channels
Get PRO
May '25
+24
in 1 channels
Get PRO
April '25
+29
in 0 channels
Get PRO
March '25
+22
in 0 channels
Get PRO
February '25
+17
in 1 channels
Get PRO
January '25
+29
in 1 channels
Get PRO
December '24
+22
in 1 channels
Get PRO
November '24
+13
in 0 channels
Get PRO
October '24
+17
in 0 channels
Get PRO
September '24
+70
in 1 channels
Get PRO
August '24
+26
in 1 channels
Get PRO
July '24
+63
in 1 channels
Get PRO
June '24
+13
in 0 channels
Get PRO
May '24
+10
in 0 channels
Get PRO
April '24
+9
in 0 channels
Get PRO
March '24
+10
in 0 channels
Get PRO
February '24
+16
in 1 channels
Get PRO
January '24
+23
in 1 channels
Get PRO
December '23
+21
in 0 channels
Get PRO
November '23
+27
in 1 channels
Get PRO
October '23
+40
in 1 channels
Get PRO
September '23
+31
in 0 channels
Get PRO
August '23
+20
in 0 channels
Get PRO
July '23
+22
in 0 channels
Get PRO
June '23
+34
in 0 channels
Get PRO
May '23
+29
in 0 channels
Get PRO
April '23
+26
in 0 channels
Get PRO
March '23
+16
in 0 channels
Get PRO
February '23
+19
in 0 channels
Get PRO
January '23
+27
in 0 channels
Get PRO
December '22
+27
in 0 channels
Get PRO
November '22
+58
in 0 channels
Get PRO
October '22
+568
in 0 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 10 September | 0 | |||
| 09 September | 0 | |||
| 08 September | 0 | |||
| 07 September | 0 | |||
| 06 September | +1 | |||
| 05 September | +2 | |||
| 04 September | +1 | |||
| 03 September | +2 | |||
| 02 September | +1 | |||
| 01 September | +2 |
Channel Posts
БЫТОВЫЕ НОВОСТИ
Прелесть Калифорнии -- средиземноморский климат. У нас сухо, и поэтому даже жара нам особо не страшна.
Но тут Природа решила дать нам на пробу климат Флориды -- тропическую жару под 40 градусов и влажность -- под 70%
Я такого вообще не припомню. Выходишь на улицу -- а там просто АДЪ. Самое настоящее пекло.
И вот такое "счастье" будет до пятницы. Даже ночью + 32 градуса.
* * *
Я записалась в спортзал. Выбрала почти самый дорогой, да еще и наняла личного тренера -- и все в надежде, что это заставит меня ходить на тренировки на регулярной основе.
Получать радость от упражнений я все равно не смогу -- тип личности не тот. Ну что... буду мотивировать себя мыслью о том, что только очень крутые Эльвиры в состоянии качать мышцы в 50 лет.
В моем случае сработает только одно: если я привяжу спорт к своей самоидентификации и сделаю это частью своей "сигнальной системы".
В наших жарких краях сигнал успеха -- это не одежда. Это рельефные мышцы. Ну вот и будем показывать себе и окружающим, что "жизнь удалась".
Вообще у каждого человека своя система мотивации. Если ты знаешь, что тебе что-то НАДО сделать, цепляем к этому "ХОЧУ" из какой-то другой области, которая действительно имеет значение лично для тебя.
Я хочу к 60 годам быть как Марика Снегова из моей книжки: тонкой, мускулистой и выносливой.
Так что буду стремиться к идеалу, который сама же придумала.
| 2 | Привет тебе, маленькая храбрая женщина! Надеюсь, у тебя все хорошо там, на небесах. | 308 |
| 3 | Сыном Юрка, понятное дело, почти не занимался и все надеялся что-нибудь придумать или устроить, и перевернуть свою жизнь с ног на голову. Он нашел себе денежную работу уничтожителя тараканов, и то ли по пьянке, то ли по глупости хлебнул своего яда и помер.
А Миша вырос и превратился в красивого плечистого парня — страстного и говорливого, как отец, и опасливого, как бабушка Катя. Его мать все время работала, и Мишиным воспитанием занимались то соседки по коммуналке, то дружки во дворе. Сразу после школы он пошел на завод — а куда деваться, если в твоей анкете в графе “Есть ли родственники за границей?” стоит безнадежное “да”?
Мише несказанно повезло, что его приметила умненькая и деловая Ирочка, молодая инженерша. Без ее чуткого руководства Миша запросто мог бы пойти по стопам отца, но благодаря Ирочке у него появились и нормальная семья, и уютная квартира, и сын, названный в честь пропавшего в 1937 году Павлика.
Узнав о рождении внучатого племянника, бездетная тетя Женя с удвоенным энтузиазмом принялась отправлять посылки. Так что мой будущий муж рос в очень странном мире — в повальной нищете 1980-х, но зато с костюмчиками с Микки Маусом и наборами Лего. Как будто он был не сыном работяги, а номенклатурным ребенком!
Началась Перестройка, и как только советским гражданам разрешили выезжать за границу, тетя Женя позвала племянника к себе в гости.
Америка потрясла Мишу. В любом продуктовом лежало по двадцать сортов сыра и колбасы — и все без очереди. Сколько хочешь велосипедов, видеомагнитофонов и дефицитных пластинок! И клубника — зимой.
Назад Миша вернулся с толстой пачкой цветных фотографий, на которых был запечатлен мир, совершенно непохожий на Ленинград 1990-го года. Знакомые и родственники разглядывали автомобили незнакомых марок, чудные домики, пальмы и прилавки, заваленные фруктами и овощами (понятное дело, что в первую очередь Миша фотографировал магазины). Оказалось, что коммунизм, обещанный большевиками, уже наступил — только не в СССР, а в США.
Мишина жена, Ирочка, тоже внимательно все просмотрела и твердо решила: “Я хочу жить в Калифорнии”. Она списалась с тетей Женей и договорилась, что привезет Павлика в Северный Голливуд — чтобы американская тетушка познакомилась со следующим поколением.
Ирочка и Павлик въехали в США как туристы и уже не вернулись назад, а через несколько месяцев к ним присоединился и Миша. Ирочка подала на визу талантов и после долгих мытарств по адвокатским конторам и правительственным офисам получила-таки гринкарту, а потом и гражданство.
Павлик пошел в школу — с уровнем английского “гив ми ван кофе и два булочка”. Пятнадцатилетнему подростку, которому как раз положено отрываться от мира взрослых, заводить друзей и влюбляться, было исключительно тяжело. Но Павлик спасался тем, что у него гениальные математические мозги. Решение примеров не требует английского языка, так что у него была возможность хоть в чем-то показать класс.
Ирочка и Миша приняли на себя удар эмиграции: искали работу, учились в вечерней школе, преодолевали стеснение и чувство “никому-не-нужности”. В конце концов Ирочка устроилась инженером на “Боинг” и начала хорошо зарабатывать, а Миша стал начальником охраны в самом престижном гольф-клубе Лос-Анджелеса. Американская мечта стала явью, но путь к ней лежал через дикий стресс, работу уборщиками и озеленителями, вечное безденежье, мытарства по чужим квартирам и страх за ребенка.
Павлик превратился в Пола, окончил школу и поступил сразу в несколько престижных университетов. Но у него не было денег на оплату учебы, а о том, что можно подать на стипендии для талантливых детей, он даже не догадывался. Откуда бедным иммигрантам знать о таких тонкостях? Интернета в те времена еще не было.
Вместо университета Пол пошел в армию, отслужил в морской пехоте и заработал денег и льготы на учебу. Престижный диплом, хорошая работа в IT — вот таким я его встретила в 2001 году.
Но вся эта история не случилась бы, если бы прабабка Катя выбрала себе в мужья не революционного матроса из Кронштадского гарнизона, а кого-нибудь поспокойнее и посмирнее. | 298 |
| 4 | Родственники мужа Катю не признали и потребовали, чтобы Син Шан Ю бросил свою дурацкую русскую бабу и женился как следует — на порядочной китаянке. Как уж они его обработали, я не знаю, но он оставил Катю и исчез в голубой дали.
Как Катя справлялась? Бралась за любую работу: убиралась в чужих домах, торговала в пляжной палатке и содержала пансион для туристов. На ее счастье в Циндао оказалась большая диаспора соотечественников — из числа белогвардейских беженцев, покинувших Россию после революции. Они по русской традиции без конца собачились, но все же помогали друг другу. Ведь жить как-то надо!
Катя хотела дать детям все самое лучшее и устроила их в школу при английском конвенте. Но перспективы вырисовывались паршивые. В Китае царил такой же бардак, что и в СССР, если не хуже. Страну грабили все, кому ни лень — и коммунисты, и националисты, и иностранцы, и местные бандюки.
Между тем, советская пропаганда вовсю агитировала эмигрантскую молодежь за возвращение на родину. У вас там грязь и нищета, а у нас великие стройки, парады и торжество светлых идей. Тем, кто вернется, дадим бесплатное образование и устроим на хорошую работу — честное коммунистическое!
Старший сын Кати, Павлик, решил, что надо возвращаться, и, как только ему исполнилось 17 лет, сел на пароход до Владивостока. А на дворе стоял 1937 год — самый разгар сталинских репрессий.
Мальчик просто исчез — ни ответа, ни привета. И только семьдесят лет спустя выяснилось, что НКВД-шники приняли Павлика прямо в порту, обвинили в шпионаже и расстреляли.
Катя всего этого не знала и маялась, тосковала и все надеялась на чудо.
Новая порция несчастий посыпалась на ее голову, как из рваного мешка: началась Вторая мировая война, и японцы оккупировали Циндао.
Русские эмигранты выживали как могли, а по праздникам ходили с самоварами на пляж — напиться чаю, попеть, поплакать и — чего уж греха таить! — хлопнуть пару рюмашек.
Когда японцев выкинули из Китая, стало чуть-чуть полегче. В порты ненадолго вошли американские войска, и тут для некоторых русских открылось окно возможностей — при условии, что они были хорошенькими девушками.
Катина дочка, Женя, пошла по ее стопам и тоже стала искать свою любовь среди военных моряков. Она уродилась в мать и была яркой блондинкой с голубыми, чуть раскосыми глазами. Мечта ее сбылась: она познакомилась с американцем по имени Джимми, вышла за него замуж и через несколько лет оказалась в Северном Голливуде.
Так в нашей истории появилась богатая американская тетушка, которая в дальнейшем сыграла огромную роль в моей судьбе. Поклонники романа “Белый Шанхай” наверняка уже догадались — кто надоумил меня писать о белогвардейской эмиграции в Китае.
Тем временем в Китае к власти пришел Мао и велел всем иностранцам, в том числе русским, выметаться из страны. Катя вместе с младшим сыном Юркой решила ехать на Родину: она все еще надеялась разыскать Павлика.
Послевоенный СССР встретил их дикой разрухой и нищетой, но бывшим эмигрантам, коих было немало, доставалось сверху. Советское государство считало, что человек, живший за границей без официального разрешения, — это потенциальный шпион. Всюду требовали анкеты и справки, и если начальство выясняло, что ты “подозрительная личность”, все двери захлопывались перед твоим носом.
Сына Катя, понятное дело, не нашла. Единственная работа, на которую ее брали, — это должность вахтерши.
Юрке тоже не приходилось рассчитывать ни на учебу, ни на карьеру — хотя он знал четыре языка: русский, английский, китайский и японский. Но он не унывал: харизматичный и фигуристый, с яркой биографией и хорошо подвешенным языком, он был любимцем женщин и тонким ценителем пива, водки и картежных кутежей.
Катя тихо умерла в 1971 году, но Женя продолжала присылать брату посылки из Америки, и это делало Юрку неотразимым в глазах заводских дам. Он постоянно влюблялся в кого-то, сходился, расходился и даже иногда женился. Результатом одного из его бесчисленных приключений стал Миша, рожденный от прекрасной обмотчицы проводов на заводе Севкабель. | 274 |
| 5 | Моя судьба сложилась бы совершенно по-другому, если бы у одной женщины, жившей в Петрограде сто лет назад, не убили мужа.
Если бы не та давняя трагедия, не было бы длинной цепочки удивительных событий, которые привели в Америку семью моего будущего мужа.
Все-таки это очень странно — думать о маленькой хрупкой женщине по имени Катя, которую я никогда не видела и которая сыграла такую важную роль в моей судьбе.
Именно благодаря ей, я сижу сейчас в своем калифорнийском доме, слушаю шум дождя, обрушившегося на истомившуюся за лето землю, и листаю старые семейные фотографии.
* * *
В 1920 году Кате было 22 года; она жила в разоренном послереволюционном Петрограде, который еще не успел стать Ленинградом, и служила кем-то вроде официантки в трактире, куда захаживали балтийские матросы. Там она познакомилась с парнем, вышла за него замуж и родила ребенка.
Большевики, дорвавшиеся до власти, без конца крутили рычаги управления и рисовали планы — как им построить рай на земле. Но они полжизни провели на каторге, а полжизни — на трибунах, и государство под их управлением превращалось в привычный тюремный барак — с подневольным трудом, блатными, шестерками и неизменным стукачеством в обмен на лишний половник супа. Только говорильни, портретов и парадов было побольше.
В 1921 году Катин муж принял участие в Кронштадском мятеже, и Советская власть прихлопнула его — так что не осталось не только мокрого места, а даже имени.
А то ишь чего вздумал! Военный коммунизм ему, видите ли, не нравится!
Катю долго таскали на допросы, но в конце концов чекисты отвязались от нее, и она оказалась одна в сумрачном, несчастном городе — неграмотная, убитая горем, с годовалым ребенком на руках.
Нужно было искать нового мужа: иначе маленький Павлик был обречен на смерть. В те годы очень многие вдовы вынуждены были сдавать малышей в приюты, чтобы пойти работать. Детей кормили черт знает чем и не лечили, и они все мерли, мерли и мерли.
Но за кого идти замуж? Войны и эпидемии выкосили в России целое поколение молодых людей.
Катя сошлась с китайцем по имени Син Шан Ю, что по тем расистским временам было совсем уж отчаянным шагом. Он был трудовым мигрантом, приехавшим строить Мурманскую железную дорогу. Во время Первой мировой войны миллионы российских мужиков отправили на фронт, а вместо них правительство завезло десятки тысяч китайцев — работать ведь кому-то надо!
После революции им перестали платить, но они не могли вернуться домой — не на что было. Так и осели — кто где приткнулся.
Днем Син Шан Ю работал на заводе, а вечерами занимался подпольным бизнесом. В те убогие времена кружевная занавеска в окне была символом достатка. Большевики делали все, чтобы оправдать и даже возвеличить повальную бедность, и объявляли мещанством страсть к красоте и уюту, но народ все равно хотел украшаться и наряжаться.
Настоящее кружево стоило несусветных денег, так что Син Шан Ю придумал пробивать в больших бумажных листах дырочки — чтобы получался красивый узор. Если повесить такое творение на окно, то все будут думать, что ты живешь свою лучшую жизнь.
Катя продавала эти занавески на базаре: у нее обнаружился настоящий талант к тому, чтобы удирать от милицейских облав, а это было главным профессиональным требованием к беспатентным торговцам.
Она родила своему китайцу еще двоих детей — Женю и Юрку. Время шло, но обещанное большевиками благоденствие все никак не наступало. Правители, как заведенные, кричали, что нужно еще чуть-чуть потерпеть. Это не у них руки кривые и мозги набекрень; это иностранные враги все время чего-то замышляют, а шпионы и диверсанты не дают отцам народа осчастливить своих подданных.
В 1931 году Син Шан Ю сказал жене, что в России дело совсем глухо, и им надо перебираться к нему на родину, в Китай. Так Катя с семейством оказалась в Циндао, небольшом курортном городке на берегу Желтого моря. Это сейчас там живет почти столько же народу, сколько в Москве, а в те времена в Циндао обитало всего полмиллиона человек — деревня по китайским меркам. | 267 |
| 6 |  No text... | 285 |
| 7 |  +2Ну как -- такие обложки лучше? | 371 |
| 8 | Мое интервью с доктором Виленским.
Рассказываю о себе, об эмиграции, о писательстве и о войне.
https://youtu.be/3699jI_uZOY?si=Ay12ouOV6zgVseWN | 344 |
| 9 | Эх, не совпадают мои вкусы со вкусами почтеннейшей публики. Мне и в ФБ написали — что обложка неудачная.
То, что мы читаем, отражает наш статус — в своих собственных глазах. И обложка должна соответствовать этому статусу.
Есть у меня мысли — как все оформить, чтобы возникало ощущение «книга для умных». Если сразу получится, сделаю. А если не получится, оставлю те обложки, что есть. | 349 |
| 10 |  Я собралась напечатать свои книги на бумаге. Вновь колдую над обложками. Скажите, пожалуйста, это хорошо?
Не отдает дамским романом?
Я сама люблю вот такие картинки -- чтобы вдохновение, волосы по ветру.
Но, может, я люблю что-то не то? | 368 |
| 11 | Сегодня очень хорошо поговорили с Татьяной из Новосибирска, которая живет тут, в Калифорнии. У нее до войны был свой благотворительный фонд, так что есть понимание -- что и как можно делать в этом плане.
Просто будем сейчас искать -- как нам выйти на "конечного получателя" в Украине -- чтобы быть уверенными, что собранные деньги пойдут на благое дело и не "потеряются" по дороге.
Есть еще важная часть этого проекта: антивоенным россиянам нужна возможность исправлять Зло, причиненное Путиным и его приспешниками от имени всей России. Что-то простое в исполнении, но значимое -- чтобы ты видела, что твои средства или усилия действительно кому-то помогли.
Я не уверена, что у меня получится договориться с официальными фондами в Украине: люди опасаются связываться с этническими русскими, хотя помощь очень и очень нужна. Просто у них могут быть из-за нас серьезные неприятности: какой-нибудь ушлый бюрократ, которому плевать на судьбы пострадавших, просто решит выгулять белое пальто и оттоптаться на теме. Такое, к сожалению, бывает... Ну да ладно. Это просто одно из препятствий, которое надо преодолеть.
Мы найдем какой-то вариант. Может, не в медицинской сфере, а в какой-то другой. Проблем-то выше крыши.
Понятия не имею -- куда вырулит эта затея. Просто понимаю, что надо вставать и делать -- чинить этот сломавшийся мир.
Как всегда, идем к цели галсами -- два шага в правильном направлении, один -- в неправильном, но движением вперед все равно есть. | 445 |
| 12 | В) разговаривала сегодня с представителем одного из Украинских благотворительных фондов, занимающихся реабилитацией покалеченных на войне.
Все непросто. То, что я родилась в России, сразу делает проект потенциально опасным для фонда. Людям, лишившимся носа или глаза, все равно — откуда возьмется протез. Ему свою проблему надо решать.
В общем, если ничего не выйдет с уже работающими фондами, сделаю свой. И найду людей, которые в этом помогут. | 462 |
| 13 |  Достижения:
А) три дня подряд хожу в спортзал. И даже не убилась там.
Вот отращу себе красивые мышцы и стану мечтой 70-летних дядек.
Б) платишко себе купила. В цветочек. Буду в нем с собачкой гулять. | 435 |
| 14 | И еще кое-что — ощущать на своем бедре мужскую руку. Когда любимый прижимает тебя к себе, он как будто делится с тобой своей жизненной силой. Ты больше не одна. Ты в безопасности. Ты нашла свое убежище, свой дом, свое место в жизни.
Я провела пальцами по груди Пола.
— Поверить не могу, что мы поженимся.
Он глубоко вздохнул.
— Я тебе должен кое-что сказать перед тем, как мы подадим заявление в Магистрат.
Его голос звучал странно. Я приподнялась на локте.
— Что-то не так?
Разумеется, я много раз прокручивала в голове сценарий “У нас все равно ничего не выйдет”. Что-то сорвется… Ведь не может такого быть, чтобы я — вопреки всякой логике — взяла и выиграла главный приз в жизненной лотерее!
Пол молчал: ему явно было непросто подобрать слова.
— Я чем-то тебя обидела? — спросила я, холодея.
— Дело не в этом, — наконец произнес он. — Когда мне было двадцать лет, мне поставили диагноз — лимфома Ходжкина. Это рак лимфатических узлов, и он бывает либо у очень молодых, либо у пожилых людей.
Я не понимала, к чему он клонит.
— Но тебя же вылечили, правда?
— Да. Но после химиотерапии я не могу завести детей… обычным способом. На секс это никак не влияет, но влияет на зачатие.
— То есть у нас не может быть детей?
— Может. Но только если ты согласишься на ЭКО. Перед началом химиотерапии врач посоветовал мне заморозить сперму, так что нам есть из чего делать детей. Но, сама понимаешь, это будет непросто.
Я молчала, совершенно не зная, как реагировать.
— Извини, что я не сказал этого раньше, — произнес Пол. — Я боялся, что ты бросишь меня.
Рак… В моем мире это было что-то вроде приговора невезучим людям, которых Смерть выбрала себе в жертву.
Пол молча ждал моего решения.
Это что же теперь — сказать “Извини, мне это не подходит”? Собрать чемодан и вернуться домой? Разрушить все мечты, все планы на будущее?
Но ведь с другой стороны, дети… Это же самое главное!
— А эта лимфома… может передаться по наследству? — с запинкой спросила я.
Пол пожал плечом.
— Ни у кого из моих предков ее не было.
Я судорожно сглотнула.
Мой дед умер от рака горла — и это было мучительное, долгое и совершенно бессмысленное истязание. В моем мире бороться с раком было бессмысленно: если Смерть выдала тебе черную метку, это конец.
— Ну что, отменяем свадьбу? — спросил Пол.
— Ни за что!
— Но ведь тебе придется…
— Плевать! Что у нас на роду написано, то и будет.
На самом деле в тот момент я не поверила, что у Пола могут быть проблемы с репродукцией. Он совершенно не походил на человека, “отмеченного Смертью”! Просто врачи наговорили ему какой-то ерунды, а мужчины вечно пугаются всего, связанного с болезнями, и раздувают из мухи слона.
Лимфома Ходжкина! Да что это вообще такое? Неужели я позволю какой-то лимфоме помешать моему счастью?! Я просто не могла отдать Пола никому другому! Даже если бы он заявил мне, что прилетел с Марса.
* * *
На следующий день мы пошли в Магистрат и подали заявление на вступление в брак.
— Ты уверена? — еще раз спросил Пол перед тем, как мы зашли в заветный кабинет.
— Уверена, — отважно ответила я.
Мы поставили свои подписи и пошли гулять по Хельсинки.
На самом деле у меня в голове царила полная неразбериха.
Когда-то в детстве я видела необыкновенно плотный туман над Волгой: он начинался сразу же у кромки воды, и от этого казалось, что впереди может быть что угодно — древнее речное чудовище, гигантский водоворот или вражеская армада, ждущая удобного момента для нападения.
Вот так теперь выглядело мое будущее.
Но я решила о нем не думать, потому что прямо сейчас мы с Полом бродили по зеленым улицам, катались на чудных финских трамвайчиках, ели вкуснейший лосось в маленьких кафешках и без конца фотографировали друг друга.
Наша свадьба должна была состояться через неделю, потом нам предстояло заглянуть в Питер и мой родной Нижний Новгород — чтобы показаться родственникам, а потом нас снова ждали долгие месяцы ожидания визы. Фотографии нужны были просто, чтобы поверить в реальность происходящего. | 395 |
| 15 | Июнь, 2002 г. Я смотрела на табло в аэропорту Хельсинки и ждала наступления новой эры в своей жизни.
Самолет Пола приземлился двадцать минут назад: совсем скоро я увижу человека, за которого собралась замуж. Мы подадим заявление на вступление в брак, через неделю состоится наша свадьба, на которую приедут наши мамы, и все будет хорошо. Ведь правда же?
Все предыдущие годы я как будто стояла около багажной карусели и смотрела как мимо проплывает надежно упакованное и подписанное чужое счастье: вот чей-то презентабельный чемодан, набитый богатством, вот легкомысленная сумка с пестрыми сердечками, вот детская коляска, вот зачехленные лыжи… А мой сундук со счастьем где-то потерялся.
Пол, кажется, не до конца осознавал, из какой дыры он меня вытащил. Полтора года назад, когда мы встретились на сайте знакомств, я жила в состоянии тихого, каждодневного отчаяния. И вдруг все переменилось: в лице Пола я получила и классного мужа, и переезд в Америку, и самые радужные перспективы.
За полтора года ежедневных телефонных переговоров мы с Полом узнали друг о друге вообще все, что только можно.
Когда-то давно я прочитала книжку о том, как правильно строить брак, и предложила Полу заранее прописать наши ожидания друг от друга:
* Рутина: как должен выглядеть наш образ жизни? Что мы делаем каждый день? Как мы отдыхаем? Во что вкладываем силы и ресурсы?
* Проблемы: как мы реагируем на болезни, конфликты, разочарования, страхи и случайные несчастья?
* Быт: кто что делает без напоминаний? Что происходит, если обещание не выполняется? Что ты не согласен делать? А что наоборот с радостью возьмешь на себя?
* Деньги: кто их зарабатывает и как тратит?
* Карьера и самореализация: чего хочу, чего не хочу, какая помощь нужна? Что я буду делать в случае успеха и неуспеха?
Мы с Полом договорились, что я полностью беру на себя бытовые заботы, а он даже не думает о том, откуда в холодильнике берется еда, а в комоде — чистые носки. Если мне требуются сантехники, ремонтники или электрики, я не выношу ему мозг, а просто нанимаю нужного специалиста.
А я вообще не думаю о деньгах: они должны сами собой появляться на моей карточке. Что такое “банковская карточка”, я еще не знала, но Пол сказал, что все объяснит и покажет.
Еще он хочет, чтобы о нем заботились — тогда он чувствует себя любимым. А я хочу, чтобы меня хвалили: и побольше, побольше!
С самореализацией все понятно: Пол будет строить карьеру айтишника, а я буду писать исторические романы и прославляться. Когда-нибудь потом это принесет нам миллионы, но это все равно будет не скоро, так что на них мы не рассчитываем.
Вроде все согласовали: план был блестящим и невероятно увлекательным. Осталось только реализовать его.
* * *
Мимо меня текла толпа пассажиров — туристы, бизнесмены, мамочки с детьми, возвращающиеся из отпуска.
Пол всё не шёл и не шёл, и я то и дело перемещалась по залу со своим чемоданом: то здесь постою, то там. Все казалось, что с другого места мне будет лучше видно.
И вот он идет, солнце-то мое! Широкоплечий, усталый и бесконечно родной.
Восторги, объятья, поцелуи. Я смеялась и что-то объясняла; Пол, улыбаясь, кивал.
Он тут же принялся все устраивать: нашел нам такси и сделал так, чтобы нас доставили в отель.
Мне надо было вертеть головой и набираться впечатлений: все-таки я оказалась за границей, а это вам не коза чихнула! Но я не могла отвести глаз от Пола. Мне все не верилось, что мы снова рядом.
* * *
Маленький гостиничный номер на седьмом этаже, за окном — жемчужное пасмурное небо, внизу — зеленое море листвы. В Хельсинки бесчисленное множество парков, и они напитывают город особой энергией, какая бывает в заповедном лесу.
Был еще день, а мы с Полом все валялись на пахнущей свежестью кровати и целовались. Есть особое женское счастье — положить голову на плечо своему любимому и просто слушать, как стучит его сердце. Чувствовать тепло. Сладкую истому. Благодарность судьбе за то, что тебе преподнесли такой восхитительный подарок. | 396 |
| 16 |  No text... | 398 |
| 17 |  Ребенок, разумеется, категорически отказывается фотографироваться, а если я пытаюсь его заснять, корчит рожи -- ну, всё как у всех.
У меня есть только старая фотка, где он еще школьник. Сейчас-то это уже дядя с золотой щетиной. Но выглядит все это счастье вот так | 465 |
| 18 | Сын устроилось диджеем на маленькую радиостанцию. Ну мы с супругом похихикали -- чем бы дитё ни тешилось, лишь бы не вешалось.
И вот сегодня вечером я собралась засесть за очередную главу мемуаров. Только сосредоточилась, как муж зовет из другой комнаты:
-- Иди скорее сюда! -- и дает мне свои большие наушники.
А там наш ребенок рассказывает о музыке.
Я донельзя изумилась. У него необыкновенно красивый мужской голос. И на радио он звучит совсем не так, как дома. Супруг даже засомневался: точно ли это наше сокровище? Может, его напарник?
Таким голосом надо вести полночное радиошоу и рассказывать девушкам о глубоких чувствах и таинственных закоулках души.
Там, конечно, еще нет стопроцентной уверенности в своих силах и легкости, с которой профи делает свое дело, но талант к этому делу самоочевиден.
Эх, если бы я была моим ребенком, я бы была звездой в Инсте. С такой-то внешностью принца из анимэ и с таким-то голосом!
Но ребенок не желает быть звездой. Он вообще ненавидит публичность. А на радио пошел -- потому что очень любит музыку и хочет делиться своими находками с другими ценителями странного и ни на что не похожего. | 391 |
| 19 | Я не могу быть американским писателем, потому что я пишу по-русски, а потом перевожу написанное на английский. Мои темы, стиль, сюжеты -- все "иностранное". Американский литературный эстеблишмент не видит в этом никакой ценности.
Но если я выношу себя вообще в другую подкатегорию -- проповедник и проводник смыслов, в которые я искренне верю, картина полностью меняется. Проповеднику вообще неважны издательства и отзывы. Ему важно донести свои истории для максимального количества людей. Без разницы -- в каком формате и какими средствами. Ты действуешь как апостол. Ты просто хватаешься за любую возможность поговорить с людьми о том, что считаешь важным. Романы, видео на YouTube, лекции, интервью -- сойдет все, что угодно, потому что главное тут не "доказать миру, какая я талантливая", а "убедить мир в том, что авторитаризм смертельно опасен, и человечество должно как-то исхитриться и победить его".
И когда ты находишь высший смысл в том, что ты делаешь, вопросы самооценки вообще отходят на задний план. Проповедник идет проповедовать не для того, чтобы заслужить звание святого, а для того, чтобы менять мир -- по мере сил и возможностей. | 510 |
| 20 | Путешествия -- это способ вырваться из рутины и обзавестись новыми инсайтами, планами и вообще пониманием "как жить дальше".
Мое главное осознание выглядит так (думаю, что оно многим пригодится):
Мы оцениваем себя, свои таланты, успехи и неуспехи, исходя из категории, к которой мы себя приписываем. Например: "Я врач, и мой успех должен выглядеть как А + Б + В".
Откуда мы это знаем? Мы сравниваем себя с другими людьми из этой категории и на этой основе выстраиваем ожидания от себя.
И вот тут кроется весьма интересная ментальная ловушка, которая может существенно отравлять нам жизнь:
Самооценка и вообще мнение о себе и своих успехах -- это всего лишь наши фантазии. Природе -- все равно. Миру -- все равно. Каждый человек, которого мы встречаем, оценивает нас исходя из своих запросов, обстоятельств и жизненного опыта. И его оценка -- это тоже фантазия, а не "объективная реальность".
Но мы не можем обойтись без бесконечного сравнивания себя с окружающими , потому что наши ментальные карты -- это всего лишь программы, которые изначально предназначались для выживания в первобытном обществе. Инстинкт велит нам "занимать достойное место в иерархии племени", поэтому мы без конца выясняем: кто мы, на что мы способны, как нас оценивают другие и т.п. Хотя никакого "племени" уже давно нет, и наши попытки нарастить статус никак не влияют на наше выживание и размножение. В нынешние времена лучше всего размножаются люди со статусом "житель африканской деревни".
Было бы очень здорово, если бы мы могли отключать у себя устаревшие функции, но, к сожалению, это невозможно. Поэтому нам приходится приспосабливаться к тем программам, которые есть.
* * *
Реальные достижения человека не имеют ничего общего с его самооценкой. Речь идет именно о том, к какой категории он себя относит и с кем сравнивает.
Допустим, у человека зарплата -- $110 тысяч в год. Даже для США это много.
Но если человек причисляет себя к категории "выпускник Гарварда", то такая зарплата становится символом неудачи и личного позора.
Что с тобой не так? Почему ты зарабатываешь так мало? Ты лузер?
Подвох кроется либо в том, что мы относим себя к слишком общей категории, либо вообще ошибаемся с выбором.
Так прекрасная певица может без конца укорять себя, что она не собирает стадионы, как Тэйлор Свифт. Это говорит о том, что она не умеет петь? Нет. Это как-то умаляет ее способности и достижения? Нет.
Проблема в том, что ей только кажется, что она в одной категории с Тэйлор Свифт, потому что она отталкивается от того, чем она занимается: я пою, я певица, значит, моя социальная пирамида -- все певцы на свете.
И уж совсем беда, когда человека начинает сравнивать себя с людьми из другой категории: парнишка из глубинки с соответствующими возможностями -- и крипто-шейхи из Дубая; 50-летняя женщина и юные красотки из Инстаграм.
Чтобы не рассказывать себе дурацкие истории о своем месте в мире, важно осознавать то, что нас определяет не только то, ЧТО мы делаем, но и КАК и В КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.
Это позволяет вынести себя в отдельную подкатегорию. Например, если врач -- выпускник Гарварда, считает, что его жизненная миссия -- лечить людей в глубинке, зарплата в $110 тысяч уже не выглядит "позором".
Есть еще одно важное обстоятельство: если мы относим себя к отдельной подкатегории, становится самоочевидным, что нам не подходит путь, которым идут все остальные. Нет никакого общего пути и для Тэйлор Свифт и для все остальных певцов. Нет истории о том, что у тебя были те же возможности, просто ты их профукала или не справилась с заданием.
Слова "У меня другой путь" -- буквально освобождают тебя.
Показываю на примере:
Я не могу быть традиционным писателем в России -- ни одно московское издательство не будет со мной сотрудничать, потому что Минюст назначил меня "иноагентом" за роман "Весна для Снежной Королевы". Если причислять себя к категории "российские писатели" -- я лузер. | 530 |
