Северный вальс

Вернёмся к вопросу о вступлении Финляндии в войну на стороне Германии, только с новейшим знанием. Ранее я уже выкладывал несколько архивных документов по этой теме, где прослеживалась эволюция взглядов американской и британской дипломатии: им хватило около недели с 22 июня 1941 года, чтобы однозначно начать критиковать Финляндию за содействие Германии. Сам факт такого выступления существенно подрывал доверие Союзников к финнам, у которых взаимоотношения были лучше, чем у СССР с Финляндией, и в итоге это привело к объявлению Великобританией войны финнам в конце 1941 года. Они очень сильно расстроились. Но это политика. А было очень интересно найти мнение военных. В принципе я его нашёл, и это – не люблю это слово – сенсационно. Вашему вниманию представляется донесение американского военного атташе в Финляндии подполковника Джорджа Эдварда Хутштайнера (того самого, сфотографировавшегося вместе с японским, шведским, итальянским, немецким представителями и финнами у памятника Ленину в оккупированном Петрозаводске в октябре 1941 г.). Для справки сообщу, что корпус военных атташе у США, по крайней мере, до войны подчинялся Разведывательному отделу Генерального штаба Военного министерства (Military Intelligence Department, War Department General Staff). 28 марта 1941 года Хутштайнер направил, собственно, донесение, озаглавленное «Финско-германское сотрудничество и финско-шведские отношения». Подполковник отметил, что до прибытия германских войск в Финляндию настроения среди финнов были отрицательными, вплоть до «Германия нас предала». Но после появления немцев эти настроения заметно ослабли. И дальше рассказывает, собственно, что же стало происходить. В тексте атташе приводит довольно точные сведения о росте подчёркнуто военных контактов между финнами и немцами. В частности, раскрывается факт поездки начальника германской армии «Норвегия» полковника Э. Бушенхагена в феврале 1941 года; рассказывается о прибытии в Хельсинки генерал-квартирмейстера люфтваффе фон Зейдля; даже «достоверно известно, что полковник Пюхинен, начальник русского отдела финского Генштаба, недавно был в Берлине»; немецкие представители инспектировали город Або и свободно посещали новые финские укрепления вместе со шведами; и многое другое – привожу документ полностью, каждый может его довольно легко перевести, благо язык английский. В конце второго листа американский атташе передал занятное свидетельство: «Недавно на обеде генерал Айро, заместитель начальника штаба финской армии, сделал следующее заявление британскому военному атташе: "Я ожидаю новой войны с Россией, но в следующий раз результаты будут иными, поскольку мы получим помощь от Германии"». Но самым интересным оказывается вывод, сделанный Хутштайнером. В конце документа он прямо заявил: «всё вышеизложенное указывает на тесное сотрудничество между немцами и финнами, направленное против СССР». Так что американский военный атташе в марте 1941 года (!) оказался прозорливее людей, транслирующих, с одной стороны, ложный тезис, что 25 июня стало поводом для Финляндии и сделало её жертвой в глазах мировой общественности, и с другой стороны – откровенно пропагандистский финский нарратив про "особенную войну против СССР" и про "оборонительный характер войны против большевиков". И да, я прочитал также более поздние донесения. Как ни странно, в июне 1941 года американский атташе смог дать своей разведке очень много информации о сосредоточении немцев в Финляндии, и обстоятельно раскрыл процесс переброски армии «Норвегия» в Лапландию. Лишь на короткое время, в мае 1941 г., когда эти переброски фактически ещё не начались, промелькнуло сомнение – в одном из донесений предполагалось, что скорее всего немцы в Финляндии не направляют свои силы ни против Великобритании, ни против СССР. Но уже с 7 июня эти сомнения развеялись. Я продолжу копаться в этих документах. По материалам NARA – Record Group 165, Microfilm M1497, Reel 11.

Друзья-мурманчане, а может и не только, по многочисленным просьбам я проведу «Война в Заполярье: факты, мифы, события» в проекте «Мастерская историй» Алёны Бахтиной во второй раз. Напомню общее содержание: – хронология событий войны: чёткие даты и что за ними стоит; – ключевые события и причинно-следственные связи: восстановим контекст происходящих событий; – кейсы мифотворчества: научимся их распознавать и проверять; – ваши вопросы и ответы на них. Но повтор мероприятия не означает повтор содержания, так что даже те, кто захочет пойти по второму разу, увидит и услышит что-то новое. – Дата: 14 сентября (понедельник), 14:00 – 16:30. – Стоимость: 2500 ₽ или 1250+1250 ₽ для тех, кто идёт с товарищем Запись и вся дополнительная информация – только через Алёну Бахтину (@alienka_b). О месте проведения будет сообщено записавшимся накануне мероприятия.

85 лет, 5 сентября 1941 года, по постановлению Военного совета 14-й армии началось формирование Полярной дивизии. Важно понимать, что, строго говоря, это было не первое и не последнее "эрзац" формирование на Карельском фронте лета-осени 1941 года, но благодаря особенным условиям появления (отправлена в бой спустя менее чем неделю после начала создания на фоне немецкого наступления на Мурманск, с частичным отсутствием техники и оружия) и будучи наиболее крупной армейской единицей (целая дивизия) оно стало самым известным. Дивизия ни формально, ни фактически не относилась к формированиям народного ополчения, поскольку в основе лежали именно армейские части и подразделения, а также военнослужащие. Дивизия первоначально не имела номера, тем более официального. 186-й она стала спустя полтора месяца, в октябре 1941 года. Наконец, никаких подтверждений, что немцы называли её "дикой", не обнаружено – здесь можно говорить об определённой дивизионной (солдатской, а может и ветеранской) легенде. Тем не менее, боевой путь дивизии был действительно сложным, и вплоть до весны 1942 года она выполняла исключительно сложные задачи на важнейших участках фронта – благодаря ей в сентябре 1941 г. остановлены немцы под Мурманском, в ноябре – под Кестеньгой, в январе 1942 г. она участвовала в Медвежьегорской наступательной операции, и, наконец, в апреле-мае 1942 г. наступала на кестеньгском направлении. А летом 1944 г., уже будучи 205-й стрелковой дивизией, отметилась разгромом лыжного егерского батальона СС «Норвегия» из состава 6-й горной дивизии СС «Норд» на кестеньгском направлении. Об этом даже издана книга, впоследствии переведённая на русский. В то же время, несмотря на большую известность, история дивизии и особенно обстоятельства её формирования, начало боевого пути, остаются изученными не полностью. Ещё много чего предстоит выяснить историкам.

Очередное пополнение коллекции – фото двух командиров дивизий. У обоих сложные судьбы, а по месту службы они оказались немного переплетены. Полностью их биографии можно посмотреть в интернете, остановлюсь на наиболее примечательных эпизодах. Справа – Николай Антонович Чернуха, генерал-майор. Русский, родился в 1898 году в Риге. В армии с 1917 г., в РККА с 1918 г., затем с 1919 г. в ВОХР, с 1921 г. в войсках ВЧК/ОГПУ/НКВД. К началу Великой Отечественной он был одним из немногочисленной "старой гвардии", знавшей северные края не понаслышке – в 1936-1939 гг. был командиром 35-го Мурманского погранотряда (с 1937 г. – морского). Снят с должности, находился под следствием с 1939 по 1941 гг. С началом Великой Отечественной войны полковник Чернуха вернулся на службу, и стал командиром так называемой Мурманской стрелковой бригады на кестеньгском направлении. Сама бригада первоначально под командованием бывшего начальника отдела боевой подготовки штаба 14-й армии полковника М. Г. Гривнина объединила разрозненные части кестеньгского направления, вела тяжёлые бои в августе-сентябре 1941 г. После гибели Гривнина 15 августа (в результате авианалёта также погиб комдив-88 А. И. Зеленцов) бригада воевала уже под командованием Чернуха, и в конце сентября выведена в тыл. В октябре на основе бригады начали формирование 289-й стрелковой дивизии, командиром которой был и назначен Н. А. Чернуха. Дивизия воевала на медвежьегорском направлении. С мая по ноябрь 1942 г. Н. А. Чернуха учился в ВВА им. Ворошилова, затем вернулся командиром дивизии на Карельский фронт на то же направление, но в 367-ю сд. Однако с июня 1944 года вновь командовал 289-й сд, принял участие в Свирско-Петрозаводской операции. Окончание войны встретил на госгранице на Севере в той же должности. Чернуха побывал командиром крайне специфической дивизии, формировавшейся в очень тяжёлых условиях. Думаю, сам Николай Антонович, помимо периода следствия, ещё повидал всякого под Кестеньгой и под Медвежьегорском, и, к сожалению, не оставил каких-либо воспоминаний. Фото слева – генерал-майор Тойво Викторович Томмола. Финн, родился в 1905 г. в селе Муолаа (ныне пос. Правдино Выборгского района). В РККА с 1918 г. Участник знаменитого похода Антикайнена в 1922 г. В начале 1930-х. служил в Карельской егерской бригаде. В период советско-финляндской служил в Финской народной армии, после её расформирования в 1940 г. – начальник артиллерии 71-й сд, сформированной из ФНА. Начало Великой Отечественной встретил в той же должности, участвовал в тяжелейших боях на петрозаводском направлении летом 1941 г. В сентябре назначен на должность командира 14-й сд на мурманском направлении, принял участие в отражении немецкого наступления. Фактически именно при нём произошёл героический бой артиллеристов дивизии, в результате которого тяжёлые потери понесли 143-й лёгкий артполк и 241-й гаубичный артполк дивизии. Командиром 14 сд пробыл до марта 1942 г., когда был назначен на должность командира 289-й сд, сменив Н. А. Чернуха. Командиром 289 сд был вплоть до лета 1944 г., участвовал в Свирско-Петрозаводской операции, но был снят с должности при неясных обстоятельствах. На страничке на «Памяти народа» указано, что "приказом по войскам Карельского фронта от 26 июня 1944 г. [...] был отстранён от должности «за не обеспечение управления частями и не выполнение задач в период боя»". Также есть версия бывшего члена Военного совета фронта Г. Н. Куприянова – Томмола снят якобы по личному указанию И. В. Сталина в августе, после того как 176 сд и 289 сд попали в полуокружение и понесли чувствительные потери – причём в воспоминаниях Куприянов путает и называет Томмола командиром 176-й сд. Так или иначе эпизод непонятный. Конец войны встретил в тылу. В целом же Тойво Викторович тоже повидал удручающие события под Петрозаводском летом 1941-го и под Мурманском осенью. Оставил воспоминания, в частности, о походе Антикайнена, о периоде 289-й сд в 1942 году, о боях за высоту, получившей имя старшего сержанта, уроженца Коми АССР С. Т. Тюрпека. Такие две небольшие истории о двух командирах одной дивизии.

31 августа 1941 года в Архангельск прибыл «Дервиш» – первый арктический конвой. Его значение многим понятно и известно – свидетельство советско-британского сотрудничества в годы войны и начала практической помощи Союзников. И, конечно, символ значимости "северных маршрутов" для СССР. Но в этом событии кроется и другое неявное значение, не менее важное. Прибытие «Дервиша» ознаменовало точку невозврата для германского и финляндского командования на Севере. Поясню: 1) По предвоенным планам Германия опасалась возможного "соединения" советских и британских сил в Заполярье, что могло угрожать уже норвежским портам и особенно никелевому комбинату в Колосйоки в Петсамо. Поэтому задача армии «Норвегия» ликвидировать советские военно-морские базы в Заполярье подразумевала и отсечение СССР от возможной помощи Великобритании, что прямо и высказывалось в период планирования. Хотя немцы сами «Дервиш» своевременно не обнаружили, ретроспективно для них это был тревожный сигнал: в то же время И. В. Сталин предлагал У. Черчиллю провести совместную высадку в северной Норвегии, но последний отказался. Тем не менее, запросы СССР вкупе с необходимостью защищать конвои привели к активизации британского флота и авиации в Заполярье – британцы успешно действовали подлодками, 151-е авиакрыло, частично прибывшее «Дервишем», воевало под Мурманском, и почти параллельно даже проводились авианалёты на Петсамо и Киркенес. Так или иначе, «Дервиш» показал, что немецкий план заблаговременно пресечь связь СССР с Союзниками через Заполярье провалился. Фактическая приостановка в самом начале июля германского наступления в Заполярье привела к практическим последствиям уже в августе – взять Мурманск и тем более Архангельск до появления первых конвоев не удалось, эффективно противодействовать морским силам Союзников на Севере германское командование не могло вплоть до конца 1941-го года, и поэтому Гитлер торопил армию «Норвегия» выйти к Кировской дороге на любом возможном участке, что также потерпело неудачу. Возможные же масштабы перевозок через Арктику немцами не до конца осознавались даже осенью 1941 года, о чём красноречиво говорит директива № 36 от 22 сентября. 2) Прибытие «Дервиша» не было замечено и финнами, но опять же ретроспективно это стало доказательством на практике, что Великобритания не проигнорирует участие Финляндии в войне против СССР. Усилению британского давления на финнов в конце 1941 года вплоть до объявления войны не в меньшей степени способствовала финляндская угроза Кировской железной дороге и Архангельску, через которые, между прочим, в декабре 1941-го – в период тяжелейших боёв за Медвежьегорск, когда было неясно, сможет ли Карельский фронт остановить противника – ехал министр иностранных дел Великобритании Энтони Иден в Москву, а потом обратно. Стало ясно, что позиция Финляндии грозит потерями уже и Союзникам. Таким образом, «Дервиш», во-первых, символизировал провал, если так выразиться, важной части немецкого предвоенного плана, а во-вторых – свидетельствовал об ухудшении внешнеполитического положения Финляндии. И, наконец, важно, что прибытие «Дервиша» было обусловлено оборонительными мероприятиями и сопротивлением сил Северного (Карельского) фронта – иными словами, удачной и успешной обороной в Карелии и Заполярье, несмотря на целый ряд больших и даже критических проблем.

Рад сообщить, что издания «Северные богатыри» и «Лётчики Заполярья» Архангельского издательства времён войны оцифрованы и свободно доступны на дружественном проекте KARELMEDIA. «Северные богатыри»: https://karelmedia.ru/literatura/severnye-bogatyri/ «Лётчики Заполярья»: https://karelmedia.ru/literatura/lyotchiki-zapolyarya/

24 августа 1943 года Начальник штаба тыла Красной Армии генерал-лейтенант Михаил Павлович Миловский шифровкой № 122948с объявил о мерах по сохранению исторических памятников культуры и искусства. Цитирую документ полностью:

Комиссия по учёту и охране памятников искусства при комитете по делам искусств при СНК СССР возбудила ходатайство об оказании помощи в сохранении и ограждении от разрушения памятников искусства, старины и культуры. Учитывая большую культурно-историческую значимость этих мероприятий, в целях содействия сохранению памятников культуры народов СССР, начальник тыла Красной Армии приказал: 1. Принять необходимые меры к охране памятников, находящихся в полосе фронта. 2. Все здания, подлежащие охране в полосе фронта и являющиеся высотными ориентирами, замаскировать (закамуфлировать) наравне с военными объектами. 3. При выборе огневых точек избегать использования для этих целей памятников архитектуры, избегать рытья траншей у самых стен памятников и под зданиями. 4. Не занимать здания-памятники под военные объекты и склады с огнеопасными веществами, гаражи и конюшни. При необходимости использования зданий-памятников запретить всякие перестройки (установку новых перекрытий, пробивку новых оконных и дверных проёмов, перенос старых и установку новых лестниц и т.д.). 5. Запретить разборку разрушенных зданий-памятников и тщательно охранять от расхищения кирпич, камень, железо и другие строительные материалы, оставшиеся от разрушения зданий. По материалам ЦА МО РФ.

Для Карельского фронта прилагался перечень объектов на 5 листах, подлежащих исследованию и охране. На шифровке остались рукописные резолюции: «НО-1. В соответствии с этими указаниями разработать приказ Нач.тыла, и перечень издать приложением. 6.9.43», «т.Моисееву. Исполнено. Издан приказ Начальника тыла № 010 от 10.9.43. Проконтролировать исполнение приказа. Сквирский. 11.9.43». В дальнейшем приказ действительно исполнялся. Например, в 19-й армии Карельского фронта на основе упомянутого приказа Начальника тыла фронта № 010 в Кандалакшском районе приводились в порядок церкви уже в октябре 1943 года. К сожалению, в прилагаемом к шифровке и в приказе Начтыла фронта перечне объектов оказалось множество сооружений, к тому моменту уже либо прекративших существование, либо находившихся на оккупированной территории, а некоторые другие постройки, которые могли бы быть включены в спиок, по каким-то причинам в нём не оказались – об этом я писал в своей небольшой статье, где список объектов по Карельскому фронту приведён полностью. Тем не менее, повторюсь, приказ выполнялся, хотя подробно эта работа на Севере практически неизвестна. Да и, насколько я знаю, именно мероприятия со стороны Красной Армии по сохранению культурного наследия точно так же мало кому известны, хотя они были. На фото: здание бывшего казначайества в г. Кола Мурманской области. Включено в перечень объектов по приказу Начальника тыла Карельского фронта № 010.

24 августа 1943 года Начальник штаба тыла Красной Армии генерал-лейтенант Михаил Павлович Миловский шифровкой № 122948с объявил о мерах по сохранению исторических памятников культуры и искусства. Цитирую документ полностью:

Комиссия по учёту и охране памятников искусства при комитете по делам искусств при СНК СССР возбудила ходатайство об оказании помощи в сохранении и ограждении от разрушения памятников искусства, старины и культуры. Учитывая большую культурно-историческую значимость этих мероприятий, в целях содействия сохранению памятников культуры народов СССР, начальник тыла Красной Армии приказал: 1. Принять необходимые меры к охране памятников, находящихся в полосе фронта. 2. Все здания, подлежащие охране в полосе фронта и являющиеся высотными ориентирами, замаскировать (закамуфлировать) наравне с военными объектами. 3. При выборе огневых точек избегать использования для этих целей памятников архитектуры, избегать рытья траншей у самых стен памятников и под зданиями. 4. Не занимать здания-памятники под военные объекты и склады с огнеопасными веществами, гаражи и конюшни. При необходимости использования зданий-памятников запретить всякие перестройки (установку новых перекрытий, пробивку новых оконных и дверных проёмов, перенос старых и установку новых лестниц и т.д.). 5. Запретить разборку разрушенных зданий-памятников и тщательно охранять от расхищения кирпич, камень, железо и другие строительные материалы, оставшиеся от разрушения зданий.

Для Карельского фронта прилагался перечень объектов на 5 листах, подлежащих исследованию и охране. На шифровке остались рукописные резолюции: «НО-1. В соответствии с этими указаниями разработать приказ Нач.тыла, и перечень издать приложением. Нрзб Погреб? 6.9.43», «т.Моисееву. Исполнено. Издан приказ Начальника тыла № 010 от 10.9.43. Проконтролировать исполнение приказа. Сквирский. 11.9.43».

23 августа вышел в свет документальный фильм «Карельский фронт. Битва за Север», подготовленный ГТРК «Карелия» к 85-летию Карельского фронта при участии историков, краеведов и ветеранов специальной военной операции. Внёс свой скромный вклад и я, рассказав немного о партизанском движении Карельского фронта и его специфике. Посмотреть можно здесь: https://tv-karelia.ru/karelskij-front-bitva-za-sever/ или https://vkvideo.ru/video-48613829_456284249

24 августа 1941 года Военный Совет 14-й армии заложил основу для использования оленей на фронте. Именно в этот день Военный Совет 14-й армии принял постановление № 0106. По нему, для обеспечения действий войск 14-й армии в зимних условиях в отрыве от дорожных магистралей предписывалось: 1) взять на учёт всех транспортных оленей Мурманской области вместе с наличными и пригодными нартами и упряжью; 2) взять на учёт всех специалистов оленеводов-каюров, освободив таковых от призыва в армию до 15 октября 1941 года, после чего призвать их для обслуживания оленей по специальности. Учёт и подготовительную работу по привлечению в армию оленеводов с оленями и упряжью с нартами провести Мурманскому областному военному комиссару полковнику Куликову совместно с областным исполнительным комитетом; 3) для создания кормовой базы для оленей генерал-майору Мальцеву (начтыла 14-й армии - прим.), облисполкому и райисполкомам провести заготовку ягеля для работы зимой в районах, где нет ягеля. Весь заготовленный ягель к 1 октября 1941 года свезти в районы по указанию начальника штаба армии; 4) ВрИО начтыла генерал-майору Мальцеву проверять выполнение постановления Военного совета от 6 июля 1941 года за №028 об изготовлении на местных предприятиях упряжи, вьюки и сбрую под грузы, оружие и др.; 5) Предварительную информацию о ходе подготовки оленьих транспортов на Военном совете генерал-майору Мальцеву и председателю облисполкома т. Буякову в присутствии военветврача 2 ранга тов. Тульчинского сделать 15 сентября 1941 года. Фактически именно это постановление обеспечило оперативное и своевременное включение оленей и оленеводов-каюров в армейскую систему в Заполярье в 1941 году, задолго до постановления Государственного Комитета Обороны № 930-с от 20 ноября 1941 года «О проведении мобилизации оленьих упряжек и ездовых (каюров) в Коми АССР и Архангельской области». Решение командования 14-й армии было обусловлено его богатым опытом использования оленей в период советско-финляндской войны, где были применены несколько тысяч оленей, а также личным опытом командующего армией Валериана Александровича Фролова в 1937 году, когда проводились опытные учения с оленями в 54-й стрелковой дивизии на Севере.

85 лет назад, 23 августа 1941 года, был образован Карельский фронт. Фронт от полуостровов Средний и Рыбачий до реки Свирь. Хочу в этот раз высказать пару ретроспективных мыслей. Безусловно, решение о разделении Северного фронта на Ленинградский и Карельский было верным. Но в тот момент оно, во-первых, было сильно перезревшим, а во-вторых – принято в очень сложный и неудобный период как для 14-й, так и для 7-й армий. Да и для войск не только под Ленинградом, а в целом южнее тоже. Я крайне не люблю "советы спустя 80 лет", но, конечно, делить фронт на два надо было в начале июля, когда обстановка как минимум на севере была стабильнее, а не в конце августа. И здесь множество маленьких нюансов, но довольно важных: от наличия резервных кадров для управления фронтом (их дефицит, образовавшийся к концу августа, привёл к ситуации, когда управление Карельского фронта комплектовалось вплоть до конца года) до банальной задержки с формированием управления, так как назначенные на должности командующего фронтом и начальника штаба фронта В. А. Фролов и Л. С. Сквирский плотно занимались боями 14-й армии и не могли выехать. В свою очередь назначенный новый командарм-14 Р. И. Панин в это время занимался выведением своего 42-го корпуса из фактического окружения. Поэтому штаб Карельского фронта смог начать работу лишь с первых чисел сентября, и за это время обстановка стремительно менялась... Тем не менее, лучше поздно, чем никогда. Решение себя полностью оправдало, а ключевые кадровые назначения способствовали складыванию особой формы взаимодействия армейских и гражданско-партийных структур на Севере – и в Карело-Финской ССР, и в Мурманской области. Предлагаю вашему вниманию значительно дополненную статью о том, как начинал работу штаб Карельского фронта.

В выпуске газеты «Вечерний Мурманск» за 21 августа опубликована статья Андрея Кирошко, в которой коллега Владимир Нагирняк и я рассказали о первом немецком военнопленном Великой Отечественной войны. Напомню, что он оказался пленён у нас в Заполярье.

Я искал оригинальное фото А. А. Журба из газеты в электронном каталоге РГАКФФД, а в итоге нашёл ещё одно неизвестное фото генерала, которое никогда не публиковалось. Надо сказать, почти все известные фото комдива-14 так или иначе имеют следы ретуши, из-за чего искажаются черты лица. А здесь фото "реальное", можно даже подумать, что это не он. Но подпись и детали не врут. Безусловно, с практической точки зрения эти фотографии не особо ценны, но вот в реконструкции биографии, жизненного пути значимой фигуры в истории войны (в данном случае, в Заполярье) довольно полезны. Думаю, в ближайшее время таких находок по А. А. Журба больше не будет.

На ночь глядя случайно обнаружил в выпуске газеты «Красная Звезда» за 27 октября 1940 года ранее не мелькавшее редкое фото командира 14-й стрелковой дивизии генерал-майора А. А. Журбы (Журба) на награждении орденом. Напомню, что Александр Афанасьевич пропал в первый день немецкого наступления на мурманском направлении 29 июня 1941 г., а как выяснилось позднее – погиб в бою, и в августе того же года его останки с другими командирами и красноармейцами были обнаружены другими немцами. На данный момент реальное место гибели и захоронения А. А. Журба неизвестно. Стало быть, где-то лежит оригинал фотографии, и было бы интересно его посмотреть. До этого момента были известны фото генерала только портретные или далёкие от 1941-го.

Вчера принял участие в качестве спикера в проекте Алёны Бахтиной «Мастерская историй». Встреча проходила на базе Военно-морского музея Северного флота. Формат мероприятия – неформальная беседа-лекция – для меня стал, признаюсь, интересным новым опытом. Я долго думал, как лучше в этом формате подавать информацию, и решил это сделать через блоки с мифами, легендами и заблуждениями. Через локальные и отдельные заблуждения мы выходили на более общие вещи, события и процессы, рассматривая как подлинные или документально зафиксированные обстоятельства тех или иных фактов истории военного периода Мурмана, так и несостоятельность мифов. Блоки были распределены почти хронологически. Рассказал разное: начали с причин и обстоятельств планирования германской операции на Севере, закончили избитым вопросом "в Заполярье в 1944 году был разгром или освобождение" (для закрепления). Затронули и некоторые наиболее известные "локальные истории", например, гибель комдива-14 А. А. Журбы, обстрел батареей № 221 траулера 22 июня, содержание подвига Анатолия Бредова и Никиты Ашуркова и т.д. Безусловно, в ряде случаев, для экономии времени, со ссылками на более обстоятельные исследования, с которыми могут познакомиться все желающие. Был очень рад увидеть, что, во-первых, мероприятие вызвало большой интерес, а во-вторых – что был интересен и сам материал, и его подача. Надеюсь, что таким образом помогу гидам, экскурсоводам и самым разным другим специалистам использовать последние достижения исторической науки в донесении героической военной истории Заполярья туристам и всем интересующимся. Огромная благодарность Алёне за организацию, Музею Северного флота за площадку и помощь в организации, а также всем, кто проявил интерес к мероприятию! Думаю, эта встреча не будет единственной.

Выложил две статьи. Обе — о ленд-лизе, опубликованы в одном малотиражном сборнике и обе же впервые размещены в свободном доступе в Сети: Щагин Э. М. Продовольствие Победы: объемы государственных заготовок, закупок и союзнического ленд-лиза // СССР в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.: новое в исследовании и освещении в учебной литературе. — М., 2005. С. 57-76. Евдокимова А. В. Динамика поставок союзников Арктическим маршрутом в годы Великой Отечественной войны // СССР в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.: новое в исследовании и освещении в учебной литературе. — М., 2005. С. 340-347. Публикация Э. М. Щагина, одного из корифеев отечественной аграрной истории, заметно больше по объему и носит отчетливо, заостренно полемический характер. Однако полагаю, что обе эти работы пригодятся и специалистам, и любителям истории.

Некоторое время назад принял участие в конференции «Применение опыта боевых действий 1941 года в Заполярье в условиях современной военно-политической обстановки», организованной Краснознамённым ордена Ушакова Северным флотом. Моё выступление было посвящено вопросам и проблемам подготовки и сосредоточения германских войск в Заполярье – это стало существенным фактором всех произошедших событий лета-осени 1941 года на Севере. Германские документы показывают весьма специфическую картину, где подготовка крайне важной в военно-экономическом плане для Германии операции в Заполярье столкнулась с практическими ограничениями в выделенных силах в целом из-за своеобразно поставленной задачи, в логистике не только на море, но и на суше, и даже в подготовке личного состава и штабов. Тем не менее, этот опыт остаётся актуальным в силу сохраняющихся природно- географических и логистических особенностей Севера. В мероприятии также приняли участие другие историки и специалисты, рассмотревшие аспекты боевых действий и подготовки к ним на суше мурманского направления и на море.

18 августа приму участие в качестве спикера в проекте мурманского гида-экскурсовода и музейного работника Алёны Бахтиной «Мастерская историй» (соответственно, в Мурманске). «Война в Заполярье: факты, мифы, личности» 18 августа (вторник), 14:00–16:30 В программе: – хронология событий войны: чёткие даты и что за ними стоит; – ключевые события и причинно-следственные связи: восстановим контекст происходящих событий; – кейсы мифотворчества: научимся их распознавать и проверять; – ваши вопросы и ответы на них. В общем будет произведена, так сказать, "подтяжка" актуальных достижений исторической науки по военному периоду в Заполярье для работы экскурсоводов, гидов, музейщиков, других специалистов и желающих. – Группа: 6–8 человек (камерно, чтобы каждый мог высказаться) – Стоимость: 2500 ₽ или 1250+1250 ₽ для тех, кто идёт с товарищем Запись – только через Алёну Бахтину (@alienka_b). Информация о месте проведения будет доведена записавшимся накануне мероприятия.