Everyone with everyone~

#Kaeya #Venti #flaff "Вдалеке" Кэйа определённо никогда не был фанатом музыки. Совсем нет. Конечно, он мог находиться в компании или слушать что-то самостоятельно, однако последний вариант — самый редкий случай. У него и наушников-то нет, а иногда всё-таки хочется заглушить окружающий мир громким динамиком телефона на кухне, когда хочется просто хорошенько выпить в этой чёртовой пустой квартире, пропитанной запахом самого простого адеколона и алкоголя. Да, слабый запах вина всегда следовал за Альберихом, даже если тот не пил неделями напролёт. Но с недавних пор в этой самой квартире поселился новый, сильно контрастирующий запах — цветы. И совершенно не ясно, какие именно. Альберих не придаёт этому большого значения, хотя порой искренне пытается понять, что за цветущая сволочь находится в комнатах его жилища? Где ни попробуй принюхаться — разные цветы, порой абсолютно отличающиеся. Периодически юноша осознает, что из-за этого постоянного запаха ему изредко кружит голову, да только толку от проветриваний и других способов избавления нет и по сей день. Альберих искренне не понимает, после кого остаётся этот многогранный букет ароматов. И уже проходит определённо не один день, как он ведёт своё маленькое расследование. — Ну вот совсем запах не пропадает. Уже и не знаю, что мне делать! — с наигранно кислющей миной бубнит себе под нос молодой человек, всё ещё пытаясь поджечь сигарету. Зажигалка работала плохо, через раз. И то при раскладе, что эта чудо-вещь не обожжёт ваши пальцы при любой попытке пользования. Кэйа тихо шипел в мятую сигарету, слегка сильнее сжимая её зубами. — Какой ужас. — не менее наигранно отвечает Итэр. Кажется, что соседями они были чуть ли не всю жизнь, а на деле просто были периодическими собеседниками на крыше их монотонной многоэтажки. И то совсем недавно, ведь златовласый юноша переехал сюда относительно недавно, вроде как 3 месяца назад. Он по привычке морщит нос, понимая, что проклятая зажигалка всё-таки заработала, и этот горьковатый запах дыма ему не кажется. — Так теперь будешь выкуривать помещение, чтобы я сново сбегал от тебя на середине разговора? — Ну какой ты бука, Итэр. Лучше предложи, как решить проблему. — Кэйа нахально усмехается, частично умиляясь с такого правильного и редко язвительного поведения своего друга. — Не знаю. Попробуй найти источник запаха, может у тебя кто-то из знакомых мог духи забыть в малозаметном месте или что-то вроде того. — на сей раз Итэр хорошенько прочищает горло, откашливая из лёгких противный для него запах тлеющего табака. — Так, договорим, когда докуришь. Бывай. Альберих лениво машет рукой вслед удаляющемуся соседу, после чего разворачивает свой взор куда-то дальше, на другие крыши и за них тем более. Глядел куда-то без определённой цели, без чёткого понимания своего интереса к таким мысленным путешествиям. Но долго простоять так он не может, ведь слышит за спиной второй щелчок двери, означающий, что помимо златовласого соседа по лестничной клетке теперь на крыше есть новый посетитель. Он слышит лёгкие шаги, тихое шуршание чего-то громоздкого, вроде большого рюкзака. И чувствует слабый аромат цветов, доносящийся едва различимым из-за сигареты во рту. Кэйа складывает довольно лёгкий пазл в своей голове, после чего ухмыляется своей маленькой догадке. — Ну что, Альберих, — начинает за спиной звонкий голос, откуда-то снизу, — пришло время вернуться на землю и отпраздновать начало выходных! Юноша разворачивается, видя перед собой низенького паренька с гитарой наперевес. Теперь понимает, к чему было это странное шуршание. Слегка хмурится, всматриваясь в такой вечно лучезарный и жутко знакомый образ. — Что-то не так? — только и успевает спросить Венти, перед тем как юноша приблизится и довольно резко склонится над ним, утыкаясь носом куда-то в шею и жадно вдыхая такой приевшийся аромат. Такой странный, потому что чёрт пойми какой состав. — О Архонты, Вен. Зачем же так делать? — с вновь награнной интонацией цедит Альберих, утыкаясь теперь уж лбом куда-то в макушку. Уж чего-чего, а от парня он такой подставы не ожидал.

Лёгкий ветер раздувает зеленые только появившиеся зелёные листья деревьев. Начало мая – самое лучшее школьное время. Блондин старательно что-то записывает в тетради и с усердием игнорирует летящие в спину бумажки от Скарамуччи, которые впоследствии падают прямиком на стол юноши. Первая, вторая, третья, четвёртая… Если первые четыре записки он лишь недовольно хмурил брови, то на пятой повернулся назад и одарил брюнета злостными глазами. Вот только это не помогло. Очередной клочок бумаги, Каэдэхара не справляется и раскрывает записку. Привет. И ради этого он отвлекает Кадзуху от учёбы? Усталый вдох, блондин откладывает лист в сторону и вновь слушает учителя. Через парты слышится тихий шёпот: «Передай вперёд», «Кадзухе», «На вторую парту». Таким образом ещё одна записка опять в руках парня. Он уверен – ещё одна такая выходка и его следа в классе не останется. Давай поговорим? Мне скучно. Несмотря на то что Кадзуха не любит отвлекаться от лекций преподавателя, черкает ручкой ответ, тормошит одноклассников, чтобы те снова передали записку отправителю. Не лучшее время нашёл. Тебе реально интересно слушать это? Кадзуха, конец года! Оглянись, все расслабляются и радуются свободной жизни на 3 месяца. Скарамучча, не отвлекай. Почерк ронина в сравнении с почерком брюнета – небо и земля. Куникудзуши так и продолжил бы досаждать парню, если бы записку не перехватил учитель. Да не абы какой, а самый злой и нелюбимый у учеников! Момент. Оба парня простирают задницы в школьном коридоре. Кадзуха недовольно, с долей обиды смотрит на брюнета, а он в то же время протягивает блондину сосиску в тесте, купленную этим же утром в столовой и мягко улыбается, словно такого расклада событий он и ожидал. – Может как обычно? На набережную? #flaff #Kazuha #Scaramouche Обещаю, следующим постом я напишу что-то нормальное😔

Пожалуйста, поддержите нас реакциями, мы очень стараемся для вас

#Venti #Xiao #flaff День большого дерева уберегала от палящего солнца, создавая в тени своих листьев быстро пробегающий ветер, который нет-нет, да пришёлся кстати. Юноша, облокачиваясь на кору одной из больших веток, поднял голову, наблюдая за летящими птицами. Они были свободны, летали, у них не было никаких нужд, по крайней мере так казалось, но всё же, те пернатые создания были действительно прекрасны и легки. Якша пытался учиться рисовать, делать хотя бы наброски, но бумага с карандашом, как и прочие вещи, не особо любили его, за исключением одного юноши, которого брюнет не видел уже около…года, двух? Тот парниша, по имени Венти, живёт в другой стране, приезжает исключительно по праздникам, да и то не всегда. Совсем недавно в стране, которую он должен хранить веками, разбушевался дракон, наводя ужасный хаос в городе и за его пределами. Несомненно, эту проблему решили, ведь какой Венти Архонт, если не сможет спасти страну? В подробности той ситуации Сяо не думал, он глазел на гору, за которой и прятался тот маленький город, где, возможно, сейчас бегает какой-нибудь бард, или, тот же самый бард лежит под деревом в долине ветров и, покачивая запрокинутой ногой, думал над чем-то…или о ком-то? —Скучал?,—Голова Венти появилась из неоткуда, а глаза его смотрели в испуганные глаза брюнета, добавляя ко всему этому улыбку. —Ты когда-нибудь повзрослеешь?,—Будто якша вовсе не испугался, Сяо отодвинулся от нежданного гостя, довольно улыбаясь своей душой, но не в коем случае не показывая этого своему…возлюбленному?

#Tartaglia #Diluc #Glass "Память" Казалось бы, что терять? Чертовски мало тех, кем он дорожит. В Зоне в целом мало людей, по пальцам можно пересчитать тех, кого он знал в лицо и на деле. Но всё же есть одно небольшое недоразумение, появившееся в его жизни настолько неожиданно, насколько это было возможно. Хотя точнее будет сказать, что сам юноша был недоразумением, вбившимся в поток жизни близкого ему в будущем человеку. Его взгляд был потухшим, всегда холодным и пустым. Изредко можно было увидеть багровую злость, перетекающую в рубиновых глазах разными оттенками. Но именно в этих драгоценных глазах рыжику хотелось утонуть и залхебнуться, испытывая последние капли эйфории с их обладателем воедино. Он испытывал к этому вечно хмурому сталкеру необыкновенно горящие чувства, продолжающие пылать с такой же силой. А эти прелестные, красные волосы, что так сильно выделялись у него в отсутствии капюшона, были отдельным шедевром, истинным произведением искусства. Хотелось касаться их, легонько расчёсывать пальцами, неосознанно накручивать яркие пряди на них же. Прелесть, не иначе. Но самым особенным удовольствием было видеть улыбку на его строгом лице. Эту мягкую, совершенно беззлобную улыбку. И за эту улыбку Тарталья был готов творить всё, что только возможно. — На. — неожиданно говорит юноша, подкинув сидящему рядом парню что-то блестящее. Дилюк ловко поймал неизвестную ему жестянку, после раскрывая ладонь и рассматривая её. Кажется, это был один из редких советских рублей, даже лицо Ленина было с другой стороны. Зачем? — Что прикажешь с этим делать? — монетку крутят в руках под разными углами, рассматривают со всех сторон под разным падением света. По потолку в этот же миг поскакали солнечные звйчики! Такое милое явление, от которого рыжик тихо усмехается. Он вспоминает, как таких же зайчиков ненарочно пускал бегать по потолку его младший братишка. — Должен будешь. — и он вновь усмехается, сам не понимая чему именно. Ситуации или просто так? — Я в деньгах не нуждался. И не просил ими в меня бросаться. — парень резким движением стягивает с себя капюшон, всё также разглядывая железную кругляшку в грубых руках. — Да ты не понял меня. — рыжик садится поближе, облокачиваясь на плечо Рагнвидра. — У тебя ведь в скором времени важная миссия, очень опасная. Вот будешь должен вернуть мне монету, памятная вещь! Чуть тише Тарталья добавляет: "И сам вернуться живым будешь должен.." Дилюк слегка ухмыляется. Казалось бы, какая глупость. Но с другой стороны это было проявлением беспокойства и вместе с ним любви. И он отвечал взаимными чувствами к рыжику. — Дурачьё. — также тихо произносит в ответ Рагнвидр, после чего невесомо целует рыжую макушку. Тарталья заметно просиял, видя такую греющую душу улыбку. И правда. Греюшую. Сейчас бы тоже не помешало согреть Аякса чем-то близким по духу, ведь под дождём было несколько некомфортно. Слабый ветерок бежал холодком по промокшей насквозь спине, вызывая неприятные мурашки по остальному телу. Но ему было откровенно плевать на то, какая сейчас погода. Было плевать в целом на всё, что вообще его окружало. Он лишь молчал, изрядно устав от раздирающего изнутри глухого крика. Ему не нужно было ничего говорить, а лишь ловить на памяти их прощание. Потом ловить себя на навязчивой мысли о том, что всё могло быть совершенно иначе. Хотелось по старой привычке усмехнуться, залиться странным бессмысленным смехом, да вот с горла не лезло. Даже усмешки он себе не позволял, понимая, что это действительно будет бессмысленно сейчас. Никто не услышит его. Он один. Он совершенно один напротив этой могилы, с той самой курткой, повешенной за капюшон. И совершенно точно осознавал, что его условия были выполнены не полностью, сжимая в руке эту проклятую монету. Теперь её абсолютно точно хотелось бросить куда подальше, лишь бы повернуть время вспять. Но теперь она и правда памятная. Память осталась на ней следами крови и чужой смерти, которая стала точкой в приключении. Аякс понимал, что теперь терять точно нечего.

Всем доброго утра или почти утра. Я вновь пришла к вам чтобы заманить в админ.состав нескольких людей😈😈😈 От вас требуется только отпиранием постов раз в неделю или, если сами того захотите, можете заменить тех, кто в отгуле. Пожалуйста, не бойтесь мне писать, я не кусаюсь. Также, если у вас возникнут вопросы, можете писать мне же. @kopatic4

Всем приятного чтения, я не знаю что это за муть... 😔

#Diluc #Kaeya --------------------- «Замерз?» Холодный воздух неприятно бил в лицо. Кейя мелкими шагами идет по вязким сугробам, чей цвет напоминает глубокую бездну. В его ушах стоит звон и шум ветра, а в голове пустота, отдающая тревогой. Он не знает где он и куда направляется. Видит размытым зрением своих маленькие детские руки, промокшую от метели одежду и безгранично чёрное пространство. Сколько бы он не шел, ничего не менялось, а леденящее чувство в груди неизменно пульсировало где-то под ребрами. Он потерял себя еще давно. Как долго это длится? *** — Нашли? — Голос Дилюка собрано раздается по кабинету, не выдавая за ним никаких лишних эмоций. Лишь на радужке алых глаз осел оттенок встревоженности — Да. Капитан был без сознания недалеко от заснеженной тропы. Мы вовремя нашли его, иначе все закончилось бы плачевно. — отвечает ему один из солдат. — Сейчас он в госпитале, еще не пришел в сознание. — Ясно... Он был ранен? — Нет, мистер Дилюк. Получил сильные отморожения. — Я понял. Спасибо за информацию, свободен. * Солдат покидает кабинет и Дилюк наконец вздыхает, запуская руки в волосы. Груз волнения, лежавший на его плечах последние сутки, сошел, оставляя за собой опустошающую усталость. Посмотрев усталыми глазами в окно, он покинул кабинет. Сейчас ему просто необходимо увидеть Кейю.* *** Среди тьмы Кейя устало падает на колени. Он вымотано поднимает глаз к небу, будто безмолвно прося о помощи, пока по ощущениям он тонет в пучине. Снег под его ногами стал липкой субстанцией, которая тянула к себе. Руки почти не ощущались, а сил выбраться не было. Внезапно на руке ощущается тепло. Она поднимается, будто ее кто-то взял и сплел пальцы. Это ощущение пылает и прожигает насквозь, добираясь до самого сердца. Вот оно.. То, что так долго искал Кейя. *** Парень медленно открывает глаз, щурясь от света ламп. Первым, что он замечает - Дилюк, сидящий рядом, и держащий его за руку, и смотрящий с таким беспокойством. — Все-таки нужен тебе, да?— улыбнулся тихо Альберих, говоря осипшим голосом *Дилюк не ответил, лишь тихо обняв Кейю. Аккуратно, словно тот сейчас разобьётся. * — замёрз? * Долгую минуту Кейя молчат, не шевелясь, а потом робко обнял Дилюка, положив голову на родное плечо. По щекам стекла слеза. * —Угу...

Гложущая пустота в сердце будет лучше неминуемого желания прикоснуться к объекту воздыхания хотя бы случайно, сгребая учебники после пары в сумку. Постоянные гулянки с девушками по барам в попытках забыть нежную улыбку и эти глаза, которые смотрели так лишь на него, это было явно лучше. Брюнет никогда бы не простил ему этого, но с каждым днём обида утихала, как и мысли о подтянутом парне с платинывыми волосами, растёкшимися по подушке. Нет, он не разлюбил его, просто понял, что это и правда лучше, чем терзать сердце лишними надеждами, глядя каждый раз на стекающие по окну капли дождя и понимая из-за кого они. И вновь эта белая макушка замаячила перед видом опушки леса и стекающего вдоль меняющегося ландшафта ручья. Блондин научил видеть Герцога в прекрасных видах что-то глубже, чем зелёные верхушки деревьев. Что-то, что раскрывает в себе каждую смену настроения души, когда длинные пальцы зарываются в мягкую траву, как когда-то зарывались и чёрную копну волос. Солнце светило ярче, чем обычно, но вместе с ним одежда тихо промокала под мелкими каплями воды, падающей сверху. – Нёвилетт? Ответа не последовало и парень присел рядом, наблюдая больше не за видом, открывшимся перед ним, а за сверкающим лицом устроившимся рядом с ним проблемой. Голубые глаза, отдающие светом, как блестит море под лучами солнца, перевели взгляд на брюнета. – Я скучал. Эти слова звучали еще больнее, чем неожиданный уезд парня. Брюнет не мог найти в себе силы вылить весь скопившийся негатив на юношу, лишь тихое: – Я тебя так люблю, сука, люблю каждым уголком своей чёрствой прогнившей души. – Ризли. Бледная рука легла на щеку, вытирая большим пальцем стекавшие крупными каплями слёзы. Поникшие глаза смотрели в землю, пока руки нервно трепали край лёгкой футболки. — Давай попробуем? – Блондин склонился над белым лицом Герцога, сначала любуясь каждой острой чертой лица, а после закусывая с излишней нежностью нижнюю губу, боясь причинить боль, поддаётся дальше, беря лицо парня в ладони. Они никогда не были друзьями. Лишь рискнули зародить новую любовь в измученных сердцах. #Neuvillette #Wriothesley Попрошу побольше реакций и пейринг, который вы бы хотели видеть следующим:) Также с 8 марта всех прекрасных дам этого канала!

Они никогда не были друзьями. Лишь изредка высматривали макушки друг друга сквозь толпу бушующих студентов. Лишь изредка засыпали друг у друга на коленях, оставив множество ссадин на телах, кровоточащих ран на бледных лицах. Лишь изредка старались забыть друг о друге на неделю, месяц, год. Лишь изредка любили друг друга так, как не написано ни в одном романе. Любили жадно, страстно, но параллельно с этим нежно, чувственно. Длительные промежутки времени просто заглядывали друг другу в очи. Каждой тёмной ночью вдыхали и выдыхали феромоны друг друга, наслаждаясь незаметно наступающим рассветом. Блуждающие руки без цели под мешковатой одеждой поглаживали мягкую кожу спины, спускаясь ниже к лопаткам и пояснице. Это любовь. Всеми любимый, выдающийся своими талантами и неугомонными Ризли заставлял кипеть от злости Гидро Дракона. Вечно спокойного и рассудительного не по годам Нёвилетта смог вывести из себя чёрная бестия. И последней каплей стала протянутая рука растрёпанной макушки в знак дружбы. Кулаки сжались с такой силой, что мальчишка едва-ли не трясся. Разбитый нос. Текущая с губ кровь. Директор, разборки. – Зачем ты это сделал? – Мальчик с пластырем на губе и мокрой ваткой в носу, от которого несло медицинским спиртом за километр вновь стоял перед блондином. – Но для заучки ты держишь неплохой удар. – Ехидная улыбка расползлась по лицу, словно он вновь бегает по грани терпения Нёвилетта. – Не попадайся мне на глаза, ты меня раздражаешь. – Коротко ответил ребёнок, после чего от него не осталось и следа. Лишь вместе впервые попробовали напиться в хлам, выкурить десятки разных сигарет и обкуриться до беспамятства травкой. Когда всё это началось? – Нёви, смотри что у меня есть. Голубые глаза выглянули из-за книги, названием которой Ризли не интересовался ни разу. Белёсая бровь приподнялась в жесте заинтересованности. Между бледных пальцев лежал свёрток бумаги. – Боюсь тебя разочаровывать, но я вижу сигареты не впервые в жизни. – Интересованность прошла так же быстро, как и наступила, поэтому парень вновь уткнулся в книгу. – Да попробуй ты, господи. Держа свёрток между большим и указательным, Нёвилетт сделал затяжку. Что-то дурманящее проникло под кожу, покалывало желанием большего. Глупая подрастковая, без обязательств улыбка расползлась на лице. Ризли смотрел на него, как не мог позволить смотреть так на других. Непонятно из-за каких причин зрачки стали невероятных размеров – из-за того, что сейчас каждый смотрит на объект обожания, или из-за поступающей с каждой минутой в тело новой дозы. – Ты задумывался о своих предпочтениях? — Заговорил первым Герцог. – В плане? – Мужчины, женщины.. – Да. – И как? Нёвилетт прикрыл глаза. Ему нравились девушки, но парни так же не были обделены вниманием. В частности Ризли. – Никак. Пока что никак. – Ясно. – Брюнет ненадолго замолчал, погрузившись в раздумья, но вскоре нарушил тишину. – Я дрочил на гей порно. Это нормально? Пьяные бредни невероятно веселили блондина. Его друг ни сколько не вырос, невинность поражала до глубины души. Хотя иногда невинность и Ризли были несовместимыми словами. – Я не знаю. Наверное? На этой ноте произошёл их первый секс. Неопытный, аккуратный, нежный. Каждый боялся навредить как-то друг другу, хоть каждый и понимал, что это не правильно. На утро они ничего не вспомнят, лишь будут лицезреть картину мокрых голых тел. Но всё произошло иначе. Секс был на регулярной основе каждого вечера свободного дня. Именно в тот день это и произошло. Они пересекли новую грань. Но ведь они даже не друзья? Каждым утром Герцог заполнял лёгкие излюбленным одеколоном блондина, пока тот спал. Хотелось целовать мягкие искусанные губы, подминать их и проникать внутрь языком без причин. Но они даже не друзья. Парень не поймёт брюнета. Лишь старались забыть друг о друге на длительный промежуток времени. Когда блондин без предупреждения уехал отживать последний курс университета в другой город, оборвав все связи с брюнетом. Так ведь будет лучше для них обоих.

#Kazuha #Scaramouche #flaff Казуха двадцатилетний парень, учащийся пости на втором курсе университета. Юноша решил пойти на хореографа, дабы в будущем открыто студию танцев, где успешно будет преподавать одно из направлений. Сегодня, как и дальнейшие три месяца, у блондина будет законный выходной. Но, выходной-то выходным, а дела по дому никто не отменял. Блондин весь день драил квартиру, потому что к ним вечером должны прийти старые друзья. Вся небольшая семейка блондина хорошо дружила с предстоящими гостями, что не могло не радовать. «Тётя Эи», в детстве Казухи, частенько бытовала его вкусняшками. Ещё у тёти Эи есть сын, который младше Казухи на 4 года. Много всего произошло с тем брюнетом, они лазили через заборы, стучали в Окна первых этажей, звонили тёте Зине и заказывали ночных бабочек, играли в приставку, разводили людей в анонимном чате и многое другое. Вот только всему этому пришёл конец, когда Скарамучча переехал в другой город из-за работы мамы, где её успешно повышали, а после она уволилась из-за большой нагрузки. . Раздался звон дверного звонка. Подорвавшись, блондин поставил пылесос на место, после подходя к двери, которую открывала мама. В подъезде стоили знакомые фигуры, Скарамучча и его Мама. Поздоровавшись со всеми, Казуха потрепал Крашенные волосы юноши, довольно улыбаясь. —Ты, как я смотрю, совсем не вырос.,—Укладывая на голову брюнета руку, блондин расслабил тело, облокачиваясь на этого гнома. ————————— Не забывайте про реакции, я очень старалась

Что хотите увидеть сегодня?

Он не знал. Как и не знал, что ему теперь делать, когда его дорогой принц оставил такой горячий след на нём. Такой горячий, что оставил болезненные ожоги на когда-то травмированной душе. Так есть ли теперь смысл во всём этом? Альберих с горечью усмехается. Сейчас ему абсолютно плевать, что и как. Он посидит ещё немного, а потом уже что-то придумает, когда поднимется ото сна. Если, конечно, поднимется.

#Kaeya #Albedo #Glass "Помню" Пустая атмосфера квартирки, наполнившейся гулкой тишиной. На удивление, в этот вечер всё было слишком тихо. Настолько, что начинало едва заметно звенеть в ушах. С таким же незаметным звоном Альберих вновь и вновь прокручивал слова близкого в своей голове, абсолютно не понимая, галлюцинации это или же простое воспоминание? Впрочем, он и сам прекрасно понимал, что это уже не важно. Альберих надрывно дышит, пытается глотнуть воздуха побольше, чтобы лишний раз не раздражать лёгкие частотой поступления холодного воздуха. Квартира почти проледенела, а ведь всего несколько дней назад была самым тёплым местом в этом городишке. Парень смотрит на время, показывающее поздний вечер, и полностью отдаёт себя в руки некогда ненавистной прохлады стены и пола. Они были неразлучны. Неразлучны настолько, насколько это вообще им было возможно. Таковы были узы безупречной любви, связывающей души на долгое время в сладострастной агонии. Приторные шов, который раздражал оболочку чувств и не позволял здраво принимать решения. Их любви могли позавидовать даже самые рзвестные парочки универа, в котором те и познакомились. Особенно тому, какие эмоции они проявляли друг к другу, ведь для них, да и окружающих тоже, эти эмоции были сущим сокровищем. И все это понимали. Кэйа прекрасно запомнил их первый поцелуй, когда они ненароком задержались в пустой библиотеке. Казалось, что вот-вот их оттуда выгонят, прикрикивая о времени в спины. Но вечер лишь начинался, когда синевласый юноша наконец-то сократил такое неумолимо малое расстояние. Помнит этот мятный вкус на чужих губах и слабый аромат травяного чая, который, он абсолютно уверен, въелся в образ его родного и дорогого алхимика. Но это лишь придавало тому некого шарма, маленькую изюминку в образ обычного студента. Он помнит этот смешанный взгляд, в котором красовались феерверки из смущения, радости и странного азарта. Помнит этот наигранно возмущённый взгляд, какой только мог состроить Альбедо, чем сильно рассмешил Кэйю. И правда ведь такой забавный, такой чувственный! Он помнит, как алхимик развязно и небрежно мазнул губами по его щеке, неудачно промахнувшись по губам. Какая прелесть, когда на щёки горе-любовника ложится чужая тёплая ладонь, позволяющая сфокусироваться. И юноша вновь целует его, погружаясь в эйфорию, пробирающую до мурашек и самого центра костей. Будто статическое электричество дало о себе знать и преднамкренно прошлось тонким потоком по губам и всему телу последующе. Это прибавляло поцелую небольшую дозу адреналина, делающую его более пикантным во всей ситуации. Альберих помнит, как они сидели под деревом в тишине. Лишь громкие разговоры и гогот однокурсников давали о себе знать, и то издалека, в приличном отдалении от их громадного универа. Он, кажется, стал для них огромным общим домом, принимающим заблудшие души из разных частей света. Альбедо был одним из иностранцев, которому его уже возлюбленный помогал с пониманием и изучением нового языка. За одним из их душевных уроков русского языка, по воле случая, они сидели как раз в этом отдалении от обычного их места нахождения. Ныне они были под деревом в парке, где проводили свой досуг всё чаще. Альберих помнит этот день. Помнит, как мимо них ненавязчиво летал лёгкий ветерок, играющий с волосами и тонкой одеждой. Он помнит, как мило выглядел Бедо, пока тихонько сопел у него на плече, утомлённый иноязычной литературой. — Люблю тебя, mein Kätzchen. — всё также тихо шепчет Кэйа, аккуратно заправляя выбившуюся прядку светлых волос, на что наконец его принц сонно раскрывает глаза. — И я люблю. — фраза, которую алхимик долго учил в произношении ради таких моментов. И Альберих тает, понимая, какой труд проделал в одиночку его любимый лишь бы отвечать на его признания! Кэйа помнит. Всё помнит. Да только вот теперь, когда он совершенно один в морозильнике собственной квартиры наедине с собственным разбитым сердцем, важны ли вообще ему эти воспоминания?

#Kaveh #Alhaitam #Glass Сейчас самый разгар лета. Тень большого дерева скрывала двух парней от палящего солнца, подставляя свои листы под лучи. Сейчас самый разгар лета. Подростки радуются жизни, едят мороженое, смеются и не задумываются о том, что может их поджидать в будущем. Собственно, Кавех тоже не предавал этому большое значение, так как его с самого детства учили жить моментом. Облокачиваясь на юношу рядом, Кавех переводит взгляд с подступающего заката на Хайтама. Парень откинул голову назад и прикрыл глаза, приобнимая блондин за плечо. Довольная улыбка промелькнула на лице Кавеха, который после этого по-собственнически улёгся на ноги парня, обводе руку вокруг поясницы Хайтама. Тот всё-таки открыл глаза, обращая внимание сначала на блондина, а после на его хмурый взгляд. Тот самый взгляд, которым парень говорит что что-то хочет. Этот взгляд был выучен ещё с самого знакомства парней. Первый раз они пересеклись в академии. Оба не предали этому большое значение, но после того, как эта парочка успешно сдала экзамен- их перевели в одну группу, где те уже и начали общение, а после Хайтам, не смотря на свои запинки и страх, признался блондин в любви, на что тот ответил взаимностью и вот, эта парочка уже как 5 лет вместе. Вечно холодная рука провела большим пальцем по щеке блондина, после чего, приподняв чужую голову, Аль Хайтам прижался к чужим губам, оставляя нежный поцелуй. Приоткрыв рот, парень захотел что-то сказать, как вдруг глаза блондина открылись, видя лишь примерные очертания люстры и стола. Всё это действительно было, вот только Хайтам умер два года назад. ————————— Пожалуйста, н забывайте про реакции🌸

#Kazuha #Scaramouche #Horny Поступая на дизайнера одежды, Скарамучча и представить не мог, что у него будут ТАКИЕ проблемы с рисованием людей. До этого всё получалось хорошо. Скарамучча рисовал различные позы, разные ракурсы, мог до идеала детализировать персонажей, стараясь прорисовывать каждую линию, однако, с приходом нового преподавателя, Скарамуччу стали заваливать различными заданиями, просьбами о помощи, работами на олимпиады, после чего его сделали старостой. Несомненно, парень любил излишнее внимание, но когда у него не остаётся времени для того, чтобы попросту поесть-это начинает надоедать. Вновь новый день. На парте лежит огромная тетрадь со списком учащихся, по другому-журнал, где Скарамучча отмечал Отсутствующих, опоздавших и болеющих. Этот список нужно будет сдать преподавателю. Потирая лоб, брюнет откинулся на спинку стула, закрывая глаза и делая музыку в наушниках погромче. Сегодня они должны нарисовать примерный эскиз следующей работы, а у Скарамуччи появились большие проблемы с анатомией. Нет, парень старался изо дня в день нарисовать хоть что-то похожее на человека, но выходила либо кулебяка, либо макака. Осознавая глубину дыры в которой он находится-Мусса выдохнул, оглядывая кабинет в поисках новопришедших учеников. Долго ждать не пришлось. В кабинет вошёл высокий блондин по имени Казуха. Он хорошист, вниманием не обделён как со стороны девушек, так и со стороны парней. Поняв, что это его последний шанс на восстановление знаний анатомии, так как с Казухой они нет-нет, да помогали друг другу. —Казуха, привет.,—Повернувшись, Скарамучча подпёр голову рукой, смотря на Казуху взглядом, по котором ум-разум можно понять, что брюнету что-то нужно. —С чем тебе нужна помощь?,—Улыбаясь, Казуха повернул голову, закидывая ногтевой ногу. . Раздался стук в дверь. Быстро допихав бутерброд в рот, Скарамучча открыл дверь, довольно улыбаясь и приглашая гостя зайти в дом. На письменном столе стояла тарелка со всяким печеньем, конфетами, фруктами, а по бокам стоят две кружки с чаем. Блондин уселся на стул, открывая сумку и доставая от туда учебники, после беря один из них в руки. —Ты зачем учебники принёс?,—Приподняв одну бровь, Скарамучча кинул вопросительный взгляд на Блондина.,—Раздевайся

Всем доброе утро, дорогие друзья!

#Tartaglia #Diluc #flaff "Безмятежность" Где-то далеко, где-то в поднебесной он наконец-то чувствует покой. Он чувствует умиротворение и лёгкость, такую приятную для его побитого жизнью тела. Он видит где-то вдалеке силуэт, но ощущает его присутствие близко. Он опасен, он готов наброситься на него! И он бросается, накидывается на шею и не слезает, а лишь тянет. Тянет за собой обратно в преисподнию. И вот он вновь вскакивает на месте, вновь видит тухнущий костёр недалеко от них. Вновь чувствует, как по лбу холодными каплями катится пот. Это был очередной кошмар, который так грубо вытеснил его из мира сновидений. — Люк, ты чего? — сзади раздаётся голос, такой сонный и спокойный. Будто тот и не в Зоне Отчуждения, а где-то далеко отсюда. — Да просто..дурь всякая в голову прёт. — честно признался вьюноша, пытаясь восстановить дыхание после этого неприятного события в его мирах грёз. Да какие тут грёзы, когда такое снится... Рыжая макушка лениво приподнимается, отчего взгляд красивых, небесно-голубых глаз оказывается точно стрела в спине — такая же чёткая и пронзающая. Однако во взгляде нет осуждения. Он всё прекрасно понимал, и знал, что его возлюбленный имеет проблемы со сном после последнего инцидента. Страшная вещь эта его бессонница, которая так и норовит поднять тебя посреди ночи чёрт пойми зачем. — Может эту дурь твою прикладом выбивать будем? — как бы невзначай, абсолютно беззлобно просвистывает свою шутку рыжик. Он уже проснулся, анализируя то, что находится рядом с ним. — Да нет уж, спасибо. — Дилюк хватается руками за голову, норовя привести гнездо на голове в хоть какой-то порядок. Да только особо не получается. Наконец взор немного проснился после кошмарной пелены, и вьюноша осматривается вокруг. Место в небольшом сбитом с путей вагончике было довольно уютным, пока за порогом всё ещё шёл сильный дождь. Благо хоть не заливало внутрь, так уж и повезло с расположением. Пусть, конечно, в темноте было плохо видно что вокруг, но глаза уже привыкли. Но стоило на минутку ослабить бдительность, как Рагнвидра хватают со спины и утягивают вниз. Не так, как в жутком сновидении, а просто на тёплую подстилку с небольшой подушкой. Он немного ворочается, дабы принять более удобное положение лицом к возлюбленному. Тот же позволил себе снять куртку и укрыть их обоих, как маленьким пледом. И тем не менее, это было каким-то приятным уютом во всей ситуации. — Это был просто сон. — наконец-то выдаёт тихо Тарталья, постепенно начиная гладить парня по спине, ненавязчиво прижимая того поближе к себе. — Все будет хорошо, я рядом. — Пф, говоришь со мной так, будто я тебе ребёнок. — вьюноша тихо фыркает, но всё же позволяет себе ответные объятия, одновременно с этим утыкаясь носом куда-то в район шеи рыжика. — Давай просто спать. — Только хотел предложить. — Тарталья миловидно улыбается, уже закрывая глаза в предвкушении новых сновидений в его сознании. Так же поступает и Рагнвидр, медленно погружаясь в лёгкую дрёму. Однако, не засыпает сразу, обдумывая слова возлюбленного. И на минутку отоывается от саоего лютого желания поскорее заснуть. — Рыжик. — тихо и очень сонно зовёт его вьюноша. — Спасибо. – Не за что, совушка. — Тарталья только больше улыбается, невесомо целуя парня в макушку, приговария тихонько: спи, пора отдохнуть. Отдых не бывает лишним, особенно, если вы находитесь чёрт пойми где с постоянной угрозой смерти. Особенно в Зоне Отчуждения.

Надеюсь это читабельно