378
Subscribers
No data24 hours
-17 days
-230 days
Data loading in progress...
Similar Channels
No data
Any problems? Please refresh the page or contact our support manager.
Tags Cloud
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
September '26
September '260
in 0 channels
August '260
in 0 channels
Get PRO
July '260
in 0 channels
Get PRO
June '260
in 0 channels
Get PRO
May '260
in 0 channels
Get PRO
April '260
in 0 channels
Get PRO
March '26
+1
in 0 channels
Get PRO
February '26
+3
in 0 channels
Get PRO
January '26
+3
in 0 channels
Get PRO
December '25
+2
in 0 channels
Get PRO
November '25
+4
in 0 channels
Get PRO
October '25
+3
in 0 channels
Get PRO
September '25
+5
in 0 channels
Get PRO
August '25
+6
in 0 channels
Get PRO
July '25
+4
in 0 channels
Get PRO
June '25
+6
in 0 channels
Get PRO
May '25
+5
in 0 channels
Get PRO
April '25
+4
in 0 channels
Get PRO
March '25
+8
in 0 channels
Get PRO
February '25
+3
in 0 channels
Get PRO
January '25
+13
in 0 channels
Get PRO
December '24
+13
in 0 channels
Get PRO
November '24
+6
in 0 channels
Get PRO
October '24
+10
in 0 channels
Get PRO
September '24
+6
in 0 channels
Get PRO
August '24
+13
in 0 channels
Get PRO
July '24
+386
in 1 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 04 September | 0 | |||
| 03 September | 0 | |||
| 02 September | 0 | |||
| 01 September | 0 |
Channel Posts
| 2 | Настроение было прекрасное. Все ели с большим аппетитом и смеялись по малейшему поводу. Веселье озаряло все лица.
3 декабря около полудня императорский поезд прибыл в Петербург. За полчаса до того он остановился на станции Колпино, где царя встречали цесаревич с женой и все члены императорской фамилии. Александр пригласил их сюда, желая представить им свою жену в простой семейной обстановке, которая избавляла его от тягостных официальных формальностей. Прибыв на Николаевский вокзал, император прошел с поезда в свою карету вместе с княгиней Юрьевской. В Зимнем дворце Екатерину Михайловну ожидал сюрприз. По приказу царя для нее были приготовлены там обширные пышные апартаменты, сменившие три скромные комнаты, которые она занимала раньше.
(источник: Морис Палеолог. Александр II и Екатерина Юрьевская) | 30 |
| 3 | ЗАВЕЩАНИЕ ИМПЕРАТОРА
В спокойной прелести дачной крымской жизни Александр не переставал, однако, думать о том, что готовит ему будущее. Его фатализм и мужество не мешали ему часто вспоминать, что жизнь его постоянно подвергается опасности. Какие новые покушения на него готовили теперь террористы? Их постоянные преследования изнурили ему душу. И кто знает, сколько еще раз Бог отведет удар от его головы?
Под влиянием этих мыслей царь решил материально обеспечить будущее своей жены и детей, у которых не было личного состояния, и составил следующее завещание:
«Государственные процентные бумаги, опись которых при сем прилагается, помещенные от моего имени министром двора в Государственный банк 5 сентября 1880 года, в сумме три миллиона триста две тысячи девятьсот семьдесят рублей, есть собственность моей жены, Ее светлости, светлейшей княгини Екатерины Михайловны Юрьевской, урожденной Долгорукой, и наших детей. Ей одной я даю право распоряжаться этим капиталом при моей жизни и после моей смерти. Александр. Ливадия, 11 сентября 1880 года».
Несколько дней спустя полиции удалось захватить часть прокламаций, составленных исполнительным комитетом революционной партии для распространения среди студенчества и рабочих. В прокламациях были перечислены имена всех товарищей, приговоренных к смерти и казненных за последние месяцы. На их головы возлагали мученический венец и за их гибель грозили близким и страшным мщением.
Одновременно с получением этого известия в Ливадию прибыли цесаревич с женой, рассчитывая провести там несколько недель. Император, уверенный в добросовестности своего сына и в его любви к себе, не колеблясь, поручил его заботам свою жену и детей на случай своей смерти. Наследник поклялся, что он всегда будет им надежной защитой. Тогда царь прибавил к своему завещанию следующее письмо на имя цесаревича:
«Ливадия, 9 ноября 1880 года
Дорогой Саша!
В случае моей смерти поручаю тебе мою жену и детей. Твое дружественное расположение к ним, проявлявшееся с первого же дня твоего с ними знакомства и бывшее для нас подлинной радостью, убеждает меня в том, что ты их не покинешь и будешь им защитником и добрым советчиком. При жизни моей жены наши дети должны остаться лишь под ее опекой, если же Бог призовет ее к себе до их совершеннолетия, я желаю, чтобы их опекуном стал генерал Рылеев и еще одно лицо по его выбору и с твоего согласия. Моя жена ничего не унаследовала от своей семьи. Все имущество, принадлежащее ей в настоящее время – движимое и недвижимое, – приобретено ею лично, и родственники ее не имеют на это имущество никаких прав. Моя жена может распоряжаться им по собственному усмотрению. Из предосторожности она передала мне все свое состояние, и мы условились, что, если я переживу ее, оно будет поровну распределено между нашими детьми и передано им мною после их совершеннолетия или при замужестве наших дочерей.
Пока наш брак не будет признан официально, капитал, который я поместил в Государственном банке, принадлежит моей жене согласно свидетельству, которое я ей выдал. Вот мои последние желания, которые, я уверен, ты добросовестно исполнишь. Да благословит тебя Бог за это. Не забывай меня и молись за душу того, кто тебя так нежно любил! Па.
Облегчив таким образом свое сердце от тяжелой заботы, царь объявил, что первого декабря покинет Ливадию. Приближенные государя были очень встревожены мыслью об отъезде: за несколько дней до того полиция обнаружила мину, подведенную террористами под полотно железной дороги на вокзале в Лозовой, близ Харькова.
По дороге в Севастополь царь остановился у Байдарских ворот, в дивном месте, расположенном в конце скалистой цепи гор на высоте 900 метров над уровнем моря. Оттуда открывался прекрасный вид на серебристые воды Черного моря и голубоватые склоны вершин Яйлы. День был жаркий, небо ясно. Этот день поздней осени очаровывал сказочной прелестью чудных весенних дней. Соблазненный красотой зрелища, Александр велел накрыть стол на веранде. Вокруг него были лишь самые близкие и преданные ему люди – жена, дети, г-жа Шебеко и граф Адлерберг. | 27 |
| 4 |  No text... | 42 |
| 5 | Желая подвергнуть этот важный вопрос более детальному обсуждению, он имел в виду по возвращении в столицу назначить специальную комиссию под председательством цесаревича, которая, ознакомившись с проектами Лорис-Меликова, представила бы ему свои заключения.
Но если царь и медлил высказаться относительно объема и формулировки либеральных нововведений, приемлемых для него в принципе, то он, однако, ясно учел, как они будут ему полезны для того, чтобы узаконить в глазах народа возведение своей морганатической жены в сан императрицы.
В одной из своих бесед с царем в Ливадии Лорис-Меликов сказал ему: «Для России будет большим счастьем иметь, как в былые времена, русскую императрицу». И он напомнил царю, что основатель династии Романовых, царь Михаил Федорович, был также женат на Долгорукой.
В другой раз, когда император работал со своим министром на веранде, маленький Георгий, игравший поблизости от них, вскарабкался на колени к отцу. Предоставив себя на несколько минут ласкам ребенка, Александр Николаевич вскоре услал его:
– Теперь иди, дитя мое, не мешай нам работать.
Глядя вслед удалявшемуся мальчику задумчивым и выразительным взглядом, Лорис-Меликов сказал, поворачиваясь к государю:
– Когда русский народ узнает этого сына вашего величества, он восторженно скажет: «Вот этот поистине наш».
Император глубоко задумался над словами министра, который, казалось, угадал одну из его самых сокровенных мыслей.
(источник: Морис Палеолог. Александр II и Екатерина Юрьевская) | 36 |
| 6 | ИМПЕРАТОР В ЛИВАДИИ
Александр II выехал в Крым 29 августа с княгиней Юрьевской и с двумя старшими детьми. В первый раз Екатерина Михайловна выезжала вместе с царем в царском поезде. Свита царя, его адъютанты и секретари, придворные чины были поражены той честью, которая была оказана царем княгине Юрьевской, совершенно не подозревая причины ее. Удивление придворных еще более возросло, когда в Ливадии стало известно, что Екатерина Михайловна поселилась не в Биюк-Сарае, где она обыкновенно останавливалась, а во дворце.
Правда, минувшей осенью, когда императрица Мария уезжала в Канны, Екатерина Михайловна переселилась во дворец, но тогда это носило очень таинственный характер и никто об этом ничего не знал. Теперь же все это происходило совершенно открыто.
С этих пор Екатерина Михайловна уже больше не расставалась с императором. Она совершала с ним продолжительные прогулки в коляске и верхом и обедала с ним за одним столом.
Целые часы проводили они вместе на веранде, глядя, как играют их дети, любуясь прекрасной природой и чувствуя, как с легким морским ветерком на их души сходит блаженный покой. Вечера они проводили под звездным небом, упиваясь в сладких мечтаньях полнотой и продолжительностью счастья, которое до этого времени было им недоступно.
В этой атмосфере любви и радостного семейного покоя Лорис-Меликов продолжал совместно с царем обсуждать свои великие проекты. Это почти всегда происходило в присутствии Екатерины Михайловны.
Уже несколько раз в течение своего царствования Александр II останавливался на мысли о возможности и целесообразности введения в механизм государственного управления системы представительства. После отмены крепостного права он значительно расширил компетенцию дворянских собраний; в 1864 году он издал указ об организации провинциальных земских собраний, которые вызывали в воображении русского общества воспоминание о знаменитых земских соборах, этих «генеральных штатах» Московии XVI и XVII веков.
Проблема, стоявшая перед Александром в тот момент, была значительно более обширной. В высших областях политической жизни страны, на вершине государственного здания империи не было коллегиальных учреждений, кроме Правительствующего сената и Государственного совета. Но роль Правительствующего сената сводилась лишь к высшим судебным функциям, а Государственный совет, состоявший из великих князей, высших сановников и должностных лиц, если и пользовался высоким правом составления законов, то, по положению своему, не обладал достаточной независимостью в области законодательной инициативы и правом выносить окончательные решения. Он был только послушным помощником царя-самодержца, высшего законодателя, и мнения Государственного совета, будучи необязательными для царя, санкционировались или изменялись государем по его собственному усмотрению.
Теперь поднимался вопрос о том, чтобы изменить самые принципы царизма и реорганизовать систему государственного управления. Множество возможностей представлялось Лорис-Меликову для выполнения этой задачи. Можно было, например, предоставить Государственному совету некоторую самостоятельность в области издания законов и контроля над финансами страны. На этой базе можно будет пополнить состав Государственного совета некоторыми представителями провинциальных земских собраний по выбору государя.
Можно было учредить Совещательную думу с очень ограниченной компетенцией, подчинив ее строгому регламенту. Члены Думы могут избираться земствами или куриями, составленными из представителей крупных общественных категорий, таких как дворянство, духовенство, земельные собственники, купечество, университеты, крестьянство и т. д. Можно, наконец, решительнее обратиться к мысли о более современном государственном строе и даже рискнуть попыткой установления парламентаризма – того режима, который обер-прокурор Святейшего синода Победоносцев называл в беседах с наследником «дьявольским измышлением».
Александр II не решался остановиться на какой-либо из предлагаемых Лорис-Меликовым реформ. | 35 |
| 7 |  No text... | 39 |
| 8 | В обширном подвале (в документе именовался – «погребами») находились как многочисленные служебные помещения, так и жилые.
Кроме этого, в подвале находилась комната для офицеров караула и гауптвахта для размещения нижних чинов, несших караул по дворцу. К личным помещениям великокняжеской четы относилась Баня, о которой речь пойдет в соответствующем разделе.
Также «При доме» имелись «3 больших решетчатых ворот с такими же по обе стороны калитками; Два больших подъезда на колоннах с железными наверху балюстрадами, площадки коих покрыты свинцом».
Конечно, со временем менялось функциональное назначение ряда комнат, в ходе ремонтов изменялись интерьеры и т. д. Но, в целом, указанная планировка сохранялась вплоть до 1860-х гг.
Позже, когда в семье один за другим стали рождаться дети, на первом этаже дворца устроили апартаменты великих князей и княжон (окнами в сад), по мере необходимости обновлявшиеся и менявшие свое расположение. Так, впоследствии в левом крыле дворца находились комнаты старших детей: цесаревича Александра Николаевича и Марии Николаевны. Далее по садовой анфиладе – комнаты других детей: Константина, Ольги, Александры, Николая и Михаила.
(по материалам книги Игоря Зимина «Аничков дворец. Резиденция наследников престола. Вторая половина XVIII – начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора»). | 36 |
| 9 | РАБОТЫ В АНИЧКОВОМ ДВОРЦЕ
ПОД РУКОВОДСТВОМ КАРЛА РОССИ
В ходе работ в Аничковом дворце в 1817–1818 гг., проводимых под руководством архитектора Карла Ивановича Росси, принято решение о капитальном ремонте и некоторой перепланировке помещений, которые должны были занять молодожены, при этом парадные залы только обновлялись. Прежде всего речь шла о бельэтаже резиденции: Малой столовой; Танцевальном зале; Диванной и Библиотеке; Будуаре; Кабинете; Уборной; нескольких гостиных; Приемной и Адъютантской. Такое решение связано с дефицитом времени, отводимым на ремонт, поскольку высочайшая свадьба должна была состояться уже в июле 1817 г.
Тем не менее, в соответствии со статусом резиденции, мебель и осветительные приборы заказывали в Париже, и, в конечном счете, даже скоротечная отделка дворца стоила почти столько же, что и предыдущие ремонты.
Наряду с работами, проводившимися во дворце, перестраивалась также усадьба: проведена перепланировка сада, обновлены Кухонный флигель, Конюшенный корпус и Манеж, садовые павильоны и ограды. В 1818 г. был приобретен дом лейб-кучера И. Байкова с обширным участком по набережной Фонтанки, что повлекло за собой последующую перепланировку территории, прилегающей к усадьбе резиденции.
В первой половине 1820-х гг. на противоположном берегу Фонтанки формируется Запасной двор резиденции (Графский пер. / наб. Фонтанки), в комплекс построек которого входил каменный Служительский дом, построенный по проекту архитектора З.Ф. Дильдина и И.М. Ливена.
Возвращаясь к Аничкову дворцу, следует отметить, что архитектурные тренды первой половины XIX в. развивались в стиле ампир, поэтому в отделке дворца К.И. Росси широко использовал золочение лепных деталей, традиционные живописные плафоны, карнизы, фризы и лепное обрамление каминов. В ходе ремонта сам дворец и его интерьеры декорировались в соответствии с архитектурной модой.
Возобновлял декоративные росписи дворца известный придворный живописец Дж. Б. Скотти, расписавший домовую церковь и 25 интерьеров первого и второго этажей. Ни одна из этих живописных работ не сохранилась, поскольку в ходе ремонтов резиденции во второй половине XIX в. эти помещения переделали.
Бельэтаж Аничкова дворца, следуя традиционным дворцовым стандартам, отвели под парадные залы и гостиные, там же располагались личные комнаты Николая Павловича и Александры Федоровны.
Если обратиться к архивному документу, то на начало августа 1817 г. Аничков дворец имел следующую «географию». Парадная лестница, ведшая в залы и гостиные бельэтажа была «богато расписана», со ступенями «из дикого камня с балюстратом железным и площадкою наверху штучною».
В парадном бельэтаже «От парадной лестницы по правую сторону» находились следующие помещения: Передняя; Малая столовая; Танцевальная с хорами; Большая столовая; Музыкальная; Гостиная 1-я; Гостиная 2-я; Диванная.
Особое внимание уделено оформлению Опочивальни для молодоженов, получившей название Голубой. В описи подробно перечислены, как особенности интерьера, так и все детали убранства.
На верхнем этаже Аничкова дворца «С правой стороны от церкви» находилось 40 комнат, разной площади, с разным количеством окон, для размещения ближайшей свиты и прислуги. В документе указывается, что некоторые из комнат «с антресолями», «с перегородкою». Из служебных комнат на верхнем этаже находилась Гардеробная великого князя «с антресолями» и Кухня с очагом «на английский манер, с чугунным прибором». Самым значимым во всех смыслах помещением верхнего этажа была домовая церковь.
На первом («нижнем») этаже резиденции перечислено 29 помещений. Судя по описаниям, это были хорошо обставленные комнаты и вполне комфортабельные помещения. Они начинались «С первой площадки Парадной лестницы». Среди них упомянуты Сени, в чулане которых хранился «большой медный таз для нижней ванны». Из одной из комнат в бельэтаж вела лестница красного дерева. На этом же этаже первоначально находилась комната, названная Арсеналом, «обнесенная вокруг шкапами простого дерева со стеклами». | 32 |
| 10 |  Портрет цесаревича Александра Александровича | 35 |
| 11 | Для этого надо было указать государю, что дарование стране конституции может дать ему право возвести свою морганатическую супругу в сан императрицы и оправдать этот акт в глазах народа.
Вскоре Лорис-Меликову представился удобный случай приступить к выполнению своего плана. Он получил приказ сопровождать государя в Ливадию.
(источник: Морис Палеолог. Александр II и Екатерина Юрьевская) | 25 |
| 12 | ВОЗВРАЩЕНИЕ ЦЕСАРЕВИЧА И ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ В СТРАНЕ
Три дня спустя вернулся цесаревич, окончивший курс лечения ваннами в Гапсале. Царь вызвал его и сделал ему такое же признание, сопровождая его аналогичной просьбой. Набожный и целомудренный, строгий в вопросах морали и религии, свято чтя в душе воспоминание о матери, цесаревич Александр почерпнул, однако, в своем уважении к отцу и авторитету высшей власти силу примириться с этим новым обстоятельством, которое глубоко потрясло и опечалило его.
Тем временем политическая жизнь страны шла своим чередом. Общество находилось по-прежнему в чрезвычайно возбужденном состоянии.
Узнав о растущем недовольстве, Лорис-Меликов, хитрый и умный, прибегнул к двум ловким приемам, которые легко вернули всю его популярность.
Сначала он взял на себя смелость одним росчерком пера упразднить знаменитое III Отделение императорской канцелярии, эту великую инквизицию царизма. Со времени царствования Николая I деятельность III Отделения вызывала такие мрачные представления, что в обществе считалось даже непристойным упоминать о нем, а газеты лишь косвенно намекали на него. И когда указом было объявлено, что это проклятое учреждение, это грозное орудие произвола и сыска больше не существует, вся Россия была охвачена радостью. В общем ликовании не заметили, однако, что полномочия и весь механизм тайной канцелярии были просто переданы Министерству внутренних дел, где впредь сосредоточивались все полицейские силы.
Второй шаг Лорис-Меликова произвел не менее благоприятное впечатление в обществе. 18 августа стало известно, что Лорис-Меликов настоятельно просил царя снять с него диктаторские полномочия, ставшие теперь ненужными, и свести их к прямым обязанностям министра внутренних дел. Либеральные органы, то есть значительное большинство прессы, встретили с живейшим энтузиазмом этот возврат к нормальному положению вещей. Они воспевали панегирики патриотизму, скромности и великодушному бескорыстию Лорис-Меликова, о которых свидетельствовал этот добровольный отказ от диктатуры.
Под сильным впечатлением указа об упразднении III Отделения некоторые публицисты видели в новой ориентации Лорис-Меликова прелюдию к более важным преобразованиям, начало «законного развития прежних реформ», эту кабалистическую формулу, под которой все читатели ясно различали слово «конституция».
Но Лорис-Меликову не удавалось победить сопротивление царя. Оппозиционное настроение, все более укреплявшееся в кружке цесаревича, беспокоило государя. С самим цесаревичем было бы еще нетрудно сладить, благодаря его нерешительному характеру, колеблющемуся и не очень цепкому уму. Но его единомышленники представляли из себя силу, с которой приходилось считаться. Тайные собрания в Аничковом дворце привлекали к себе многих незаурядных людей, отличавшихся силой убеждений, знанием государственных дел, непоколебимой волей и политическим чутьем. Среди них были граф Дмитрий Толстой, граф Воронцов, генерал Игнатьев, князь Мещерский, красноречивый полемист панславизма Катков и, наконец, пылкий поборник абсолютизма, фанатик православия Победоносцев.
Удастся ли вырвать из сферы их влияния набожного цесаревича? Лорис-Меликов употребил на это все свое красноречие и ловкость. 25 августа, встретившись с цесаревичем у императора, он пространно изложил наследнику свои идеи. Лорис-Меликову удалось увидеться с ним и на следующий день, уже с глазу на глаз, чем он не замедлил воспользоваться, чтобы еще с большей настойчивостью вернуться к этому вопросу.
Вкрадчивыми и меткими словами он так подействовал на цесаревича, что мог даже написать в тот вечер г-же Шебеко: «Насколько можно судить по внешним признакам, политическая программа, изложенная сегодня мною наследнику, произвела на него неплохое впечатление. Слава Богу!»
Но хитрый царедворец во время этого свидания, конечно, не касался самой главной своей мысли, которую пока он не открывал даже самому государю. Тайный брак царя, в который он был посвящен, подсказал ему новый, очень смелый способ выполнить большой политический замысел. | 29 |
| 13 |  В Николаевском зале Зимнего дворца открылась новая масштабная выставка, посвященная императрице Екатерине I. | 48 |
| 14 |  No text... | 46 |
| 15 | НОВЫЙ УКАЗ ИМПЕРАТОРА
Вечером этого важного дня государь приказал составить брачный акт, копию с которого он засвидетельствовал собственной подписью.
Вот ее текст:
АКТ
Тысяча восемьсот восьмидесятого года шестого июля в три часа пополудни в часовне Царскосельского дворца Его величество император всероссийский Александр Николаевич изволил вторично вступить в законный брак с фрейлиной княжной Екатериной Михайловной Долгорукой.
Мы, нижеподписавшиеся, бывшие свидетелями их бракосочетания, составили настоящий акт и подтверждаем его нашими личными подписями: генерал-адъютант граф Александр Владимирович Адлерберг, генерал-адъютант Эдуард Трофимович Баранов, генерал-адъютант Александр Михайлович Рылеев. Обряд бракосочетания был совершен протоиереем Большой церкви Зимнего дворца Ксенофонтом Яковлевичем Никольским».
Одновременно царь составил и подписал следующий тайный указ:
«Вторично вступив в законный брак с княжной Екатериной Михайловной Долгорукой, мы приказываем присвоить ей имя княгини Юрьевской с титулом «светлейшей». Мы приказываем присвоить то же имя с тем же титулом нашим детям: сыну Георгию, дочерям Ольге и Екатерине, так же как и тем, которые могут родиться впоследствии. Мы жалуем их всеми правами, принадлежащими законным детям, согласно пункту 14 Основных Законов империи и пункту 147 учреждения императорской фамилии».
Этим указом Александр II устанавливал законное происхождение и легальное положение своих детей от Екатерины Михайловны.
28 июля Лорис-Меликов был вызван в Царское Село.
Заставив его предварительно поклясться, что сообщенное ему останется тайной, Александр объявил Лорис-Меликову о своем новом браке, прибавив:
– Знаю, что ты мне предан. Нужно, чтобы впредь твоя преданность простиралась и на мою жену и детей. Ты больше, чем кто-либо, знаешь, что моя жизнь в опасности. Я могу быть убит завтра же. Когда меня не будет, не покидай этих дорогих мне существ. Я рассчитываю на тебя, Михаил Тариелович.
И царь тотчас же перевел речь на деловые темы.
(источник: Морис Палеолог. Александр II и Екатерина Юрьевская) | 45 |
| 16 |  No text... | 51 |
| 17 | ВЕНЧАНИЕ В ЦАРСКОМ СЕЛЕ
Венчание происходило 19 июля (6-го по старому стилю) в три часа пополудни в Большом Царскосельском дворце. Император, в голубом мундире гвардейского гусара, направился за княжной Долгорукой в маленькую комнату бельэтажа, где они обычно встречались. При помощи своего друга г-жи Шебеко Екатерина Михайловна переоделась в выходное платье, очень скромное, из сукна цвета «беж», голова ее оставалась непокрытой.
Поцеловав Екатерину Михайловну в лоб, царь предложил ей руку и пригласил г-жу Шебеко следовать за ними.
Были приняты все меры к тому, чтобы никто из караульных офицеров и ни один дворцовый слуга не могли заподозрить происходящего. Даже генерал Ребиндер, дворцовый комендант, имевший на этом основании право входа повсюду, был оставлен в полной неизвестности. Через длинные коридоры царь и княжна дошли до маленького уединенного зала, немеблированного, выходящего окнами во двор. Протоиерей, протодьякон и певчие были там. Посреди комнаты стоял импровизированный алтарь в виде простого стола, на котором находились все необходимые предметы для совершения обряда бракосочетания: крест, Евангелие, две свечи, венцы и обручальные кольца. Граф Адлерберг, генерал-адъютант Баранов и генерал Рылеев ожидали у дверей.
Служба началась тотчас же. Баранов и Рылеев, исполняя роль шаферов, держали венцы над коленопреклоненными царем и княжной Долгорукой. Позади них стояли г-жа Шебеко и граф Адлерберг.
Протоиерей повторил три раза торжественную формулу, старательно упоминая каждый раз императорский титул супруга по специальному приказанию царя:
– Обручается раб Божий благоверный государь император Александр Николаевич с рабой Божией Екатериной Михайловной.
Но когда служба была окончена, священник воздержался от обращения к новобрачным с обычным предложением: «Облобызайтесь». Они не поцеловались, не обменялись ни словом и удалились.
Молчаливый кортеж очень быстро проследовал обратно по длинным коридорам дворца, ведущим к вестибюлю.
Тогда, все еще молча, царь обнял свою жену. Затем своим обычным тоном он попросил ее переменить туалет и совершить с ним прогулку в коляске.
Обращаясь к г-же Шебеко, он прибавил:
– Вы тоже поедете с нами, сударыня, и возьмите с собой двух старших детей.
Полчаса спустя царь пришел за ними в темно-зеленом сюртуке конногвардейца. В коляске разместились император и Екатерина Михаиловна рядом, а г-жа Шебеко с детьми против них.
День был дивный, один из тех прекрасных дней, когда северное лето в своем разгаре чарует мягкостью красок, спокойной лазурью и той особой прелестью, которая в несколько часов искупает всю тоску бесконечной зимы.
Коляска въехала в тень высокого леса, соединяющего императорский парк с павловским.
Только тогда Александр прервал молчание. Повернувшись к жене с восторженным взглядом, он сказал:
– Слишком долго пришлось мне ждать этого дня. Четырнадцать лет. Какая пытка. Я не мог дальше выносить ее. Мне казалось все время, что непосильная тяжесть давит мне сердце.
Но внезапно лицо его омрачилось.
– Меня пугает это счастье, – сказал он. – Как бы Бог не отнял его у меня слишком скоро.
После минутного молчания он прибавил, обращаясь к Екатерине Михайловне:
– Если бы мой отец знал тебя, он бы сильно тебя полюбил.
Потом, наклонившись к сыну Георгию и жадно глядя на него, царь произнес:
– Гога, дорогой мой, обещай, что ты меня никогда не забудешь.
Ребенок, не понимая, не знал, что ответить. Но отец настаивал, умоляя:
– Обещай мне это, дорогой мой, обещай…
Ребенок повторил вслед за матерью:
– Обещаю, папа.
Но смягчившееся было лицо императора снова изменилось. Тайная и серьезная мысль, очевидно, пришла ему в голову. Он молчал с задумчивым видом.
Вдруг, указывая на своего сына и как бы борясь с желанием высказаться, царь заметил:
– Этот – настоящий русский… Хоть в нем, по крайней мере, течет только русская кровь…
Излив таким образом свою душу, царь как будто успокоился.
Немного спустя он приказал кучеру возвращаться.
(источник: Морис Палеолог. Александр II и Екатерина Юрьевская) | 43 |
| 18 |  В Зимнем дворце до 26 июля работает выставка «Сокровища невест. История османского и анатолийского приданого». | 39 |
| 19 |  No text... | 43 |
| 20 |  No text... | 38 |
