Психоанализ: от теории к практике
Open in Telegram
Для психологов и психотерапевтов, желающих обучаться. Присоединиться: @psychoanalysispractice_bot Здесь мы публикуем анонсы платных и бесплатных семинаров, краткие резюме прошедших мероприятий, размышляем о технике работы с клиентами.
Show more726
Subscribers
+224 hours
-17 days
+530 days
Data loading in progress...
Similar Channels
Tags Cloud
Incoming and Outgoing Mentions
---
---
---
---
---
---
Attracting Subscribers
September '26
September '26
+3
in 0 channels
August '26
+19
in 0 channels
Get PRO
July '26
+16
in 0 channels
Get PRO
June '26
+47
in 0 channels
Get PRO
May '26
+82
in 0 channels
Get PRO
April '26
+20
in 0 channels
Get PRO
March '26
+22
in 0 channels
Get PRO
February '26
+17
in 0 channels
Get PRO
January '26
+6
in 0 channels
Get PRO
December '25
+16
in 0 channels
Get PRO
November '25
+9
in 0 channels
Get PRO
October '25
+16
in 0 channels
Get PRO
September '25
+15
in 0 channels
Get PRO
August '25
+21
in 0 channels
Get PRO
July '25
+18
in 0 channels
Get PRO
June '25
+3
in 0 channels
Get PRO
May '25
+25
in 0 channels
Get PRO
April '25
+18
in 0 channels
Get PRO
March '25
+13
in 0 channels
Get PRO
February '25
+21
in 0 channels
Get PRO
January '25
+19
in 0 channels
Get PRO
December '24
+9
in 0 channels
Get PRO
November '24
+21
in 0 channels
Get PRO
October '24
+13
in 0 channels
Get PRO
September '24
+16
in 0 channels
Get PRO
August '24
+26
in 0 channels
Get PRO
July '24
+44
in 0 channels
Get PRO
June '24
+21
in 0 channels
Get PRO
May '24
+20
in 0 channels
Get PRO
April '24
+6
in 1 channels
Get PRO
March '24
+9
in 0 channels
Get PRO
February '24
+33
in 0 channels
Get PRO
January '24
+17
in 0 channels
Get PRO
December '23
+318
in 0 channels
| Date | Subscriber Growth | Mentions | Channels | |
| 08 September | 0 | |||
| 07 September | +2 | |||
| 06 September | 0 | |||
| 05 September | +1 | |||
| 04 September | 0 | |||
| 03 September | 0 | |||
| 02 September | 0 | |||
| 01 September | 0 |
Channel Posts
Для чего человеку психолог?
Конечно, чтобы научиться выбирать себя.
Слышать свои желания. Беречь ресурс. Выстраивать границы. Не терпеть токсичных людей. Не делать того, чего не хочется. Уходить из отношений, в которых некомфортно. Не работать там, где не ценят. Не общаться с теми, после кого чувствуешь усталость.
Ещё хорошо бы перестать зависеть от чужого мнения, избавиться от чувства вины, научиться говорить «нет», не спасать других, не брать на себя лишнюю ответственность и никогда больше не вступать в отношения с эмоционально недоступными людьми.
В идеале после терапии человек вообще должен довольно быстро научиться распознавать всё вредное и мгновенно от него избавляться.
🚩 «Красный флаг»? Уходи.
Нарушили границы — дистанцируйся.
Стало тяжело — выбери себя.
Не удовлетворяют потребности — заверши отношения.
Появилось чувство вины — проверь, наверняка манипулируют.
Устал? Немедленно отдохнуть.
Не хочется — да и не делай, никто не умрет.
Получается очень удобная модель психики.
В ней человек всегда знает, чего он хочет, его желания не противоречат друг другу, любовь не смешана с агрессией, привязанность — с раздражением, забота — с усталостью, свобода — со страхом, а выбор никогда не предполагает отказа от чего-то тоже нужного.
Жаль только, люди обычно устроены несколько иначе.
Они могут любить человека и мечтать от него уйти. Хотеть ребёнка и бояться материнства. Ненавидеть работу и не хотеть её терять. Нуждаться в близости и одновременно делать всё, чтобы её избежать. Заботиться о другом не потому, что «не умеют выбирать себя», а потому что другой действительно для них важен.
📌 И иногда вполне психически здоровый человек делает то, чего ему не хочется. Терпит неудобство. Отказывается от собственного комфорта. Остаётся рядом. Берёт на себя ответственность. Чувствует вину.
Не всякий дискомфорт — насилие.
Не всякая зависимость — патология.
Не всякое ограничение — нарушение границ.
И не всякий выбор в пользу другого означает, что человек потерял себя.
Поэтому психолог, пожалуй, нужен не для того, чтобы выдать человеку инструкцию, как жить, «выбирая себя».
А чтобы помочь ему разобраться, кого именно он в этот момент выбирает, от чего отказывается, чего боится, чего хочет — и какую цену готов за свой выбор платить.
P. S. Написано по мотивам пожеланий клиентов к результатам психотерапии.
| 2 | Прежде чем предлагать подростку краткосрочную работу, нужно сначала ответить себе на вопросы:
— Что здесь действительно может измениться за ограниченное время?
— За счёт чего это изменение может произойти?
— На что предполагаемое изменение не распространяется?
Материал Елены Николовой о том, что стоит прояснить для себя после первой встречи, прежде чем формулировать контракт.
Прочитать | 81 |
| 3 | Что важно понять о случае, прежде чем ограничивать терапию во времени
Решение о краткосрочной терапии не может начинаться с определения количества встреч.
Временное ограничение вполне логично появляется тогда, когда есть конкретная причина, по которой работа не может быть организована как длительный анализ: необходимость достаточно быстро справиться с симптомом, принять важное решение, пережить ситуацию, требующую вмешательства сейчас.
Но наличие такой причины ещё не означает, что пациенту автоматически показана краткосрочная работа.
До установления срока необходимо понять, какая часть проблематики может стать предметом этой терапии.
Мы говорим о фокусе как об ограниченном аспекте проблематики пациента, который определяется в ходе предварительных интервью.
Причём первые интервенции нужны не только для уточнения фокуса: по реакции пациента терапевт оценивает и возможность создания терапевтического альянса.
📌 Это особенно хорошо видно в случае одиннадцатилетней Марии в статье М. Венсан. «Быстрые изменения. Краткосрочная психотерапия подростков, длительность которой определена заранее».
Поводом для обращения была тяжёлая школьная неуспеваемость, затем обнаружилась фобия собственной тени, а дальнейшее обследование показало значительно более сложную картину.
Конкретный симптом оказался доступен короткому вмешательству — но Венсан не приравнивает этот симптом ко всей психической организации девочки.
Есть ещё один вопрос: что сделает с пациентом само ограничение времени.
Для Венсана срок — не нейтральное условие.
После установления даты окончания материал может становиться интенсивнее; меняются перенос и регрессия, мобилизуется терапевтический альянс.
Поэтому ограничение времени не просто сокращает терапию — оно изменяет её динамику.
Именно поэтому до контракта важно понимать не только, с чем мы собираемся работать, но и что может произойти с этим пациентом, когда окончание терапии заранее станет неизбежным.
Краткосрочная терапия начинается не с решения работать меньше.
Она начинается с решения, можно ли именно этот случай поместить в такие рамки и как эти ограничения повлияют на аналитический процесс и результат. | 77 |
| 4 | Откуда берётся внутренний конфликт?
Почему человеку приходится одновременно хотеть, запрещать себе и защищаться от собственного желания
Когда пациент говорит: «Одна часть меня хочет этого, а другая не позволяет», — что мы, собственно, слышим?
Конфликт двух желаний?
Желания и запрета?
Влечения и защиты?
Требований реальности и стремления к удовлетворению?
Фраза «внутренний конфликт» давно стала частью профессионального языка.
Но сама по себе она мало что объясняет.
Чтобы понимать, что происходит с человеком, недостаточно заметить противоречие между «хочу» и «не могу».
Нужно разобраться, какие психические силы взаимодействуют, откуда они берутся и каким образом психика пытается с этим столкновением справиться.
🔎 Об этом будем говорить на вебинаре «Откуда берётся внутренний конфликт?»
На вебинаре будем разбираться, как формируется внутренний конфликт и что именно может в нём конфликтовать:
— желание и запрет;
— влечение и защита;
— любовь и ненависть к одному объекту;
— стремление к удовлетворению и требования реальности;
— требования Оно, Я и Сверх-Я.
Посмотрим, почему за внешне одинаковым «хочу, но не могу» могут стоять разные психические процессы и почему для клинической работы недостаточно просто констатировать наличие внутреннего конфликта.
Нас будет интересовать прежде всего практический вопрос:
что меняется в понимании пациента, если мы можем различать, какие силы участвуют в конфликте и каким способом психика пытается его разрешить?
📌 Что даст вебинар
После вебинара Вы сможете точнее различать, что именно стоит за привычным «у пациента внутренний конфликт»:
— какие психические силы могут участвовать в конфликте и почему внешне похожие противоречия могут быть устроены по-разному;
— как в конфликте участвуют Я, Оно, Сверх-Я и требования реальности;
— как на основании этого точнее формулировать клиническую гипотезу и понимать, на что именно должна быть направлена интервенция.
Иными словами, задача вебинара — перевести понятие «внутренний конфликт» из общей описательной формулы в рабочий инструмент клинического мышления.
Приглашаю на этот вебинар психологов, психотерапевтов и психоаналитиков, которым важно не только назвать происходящее с пациентом, но и понимать, как это устроено.
📅 Дата: 26 сентября
🕚 Время: 11:00–12:00 по Киеву
💶 Стоимость: 10 евро
🔗 Регистрация:
https://nikolovaelena.com/vebinar-obshaya | 61 |
| 5 |  📅 Эта неделя в Mind & Brain School:
🔹 12.09, 11:00 — вебинар «Куда исчезает желание?» · Кучеренко · 🇺🇦 · 10 € → nikolovaelena.com/vebinar-zhelanie
🔹 12.09 — старт курса «Нейробиология» · Кравченко → nikolovaelena.com/kursy/neirobiologiya
🔹 13.09, 11:00 — семинар «Быстрые изменения: краткосрочная психотерапия подростков» · Николова · 15 € → nikolovaelena.com/seminar-podrostki
Вопросы — @Mind_BrainSchool | 86 |
| 6 |  Это у тебя гормоны шалят..
Мы привыкли слышать эту фразу и верить, что она объясняет все…
Но, согласитесь, есть существенная разница между утверждением «гормоны влияют на настроение» и пониманием того, что именно происходит с нервной системой женщины при изменении гормонального фона.
В течение менструального цикла закономерно изменяются уровни эстрадиола и прогестерона.
Вместе с ними меняется уровень аллопрегнанолона — метаболита прогестерона, который взаимодействует с ГАМК-рецепторами и таким образом влияет на возбудимость нервной системы.
Но означают ли эти колебания, что в разные фазы цикла женщина действительно по-разному думает, запоминает информацию, удерживает внимание или принимает решения?
Исследования когнитивных функций дают значительно менее однозначную картину, чем привычные представления о «гормонально обусловленных» изменениях.
В среднем фаза цикла не определяет устойчивых изменений памяти, внимания, исполнительных, вербальных или пространственных функций.
При этом субъективные изменения концентрации вполне могут существовать — например, на фоне боли, нарушений сна, стресса или изменений настроения.
Особенно важно это различение при разговоре о предменструальном дисфорическом расстройстве (ПМДР). У женщин с ПМДР уровни половых гормонов могут находиться в пределах нормы. Проблема связана с повышенной чувствительностью к нормальным гормональным колебаниям, в том числе с особенностями реакции на изменения уровня аллопрегнанолона.
То есть один и тот же физиологический процесс может сопровождаться совершенно разной выраженностью симптомов.
Мы предлагаем вашему вниманию фрагмент лекции Виктории Кравченко, кандидата биологических наук, доцента кафедры физиологии и анатомии КНУ имени Тараса Шевченко, где она последовательно рассматривает, как меняется работа нервной системы женщины в разные периоды репродуктивной жизни: в течение менструального цикла, при ПМДР, во время беременности и после родов — и почему нельзя объяснять происходящее простой формулой «это гормоны».
Для нашей работы эта информация имеет вполне практическое значение. Менструальный цикл, ПМДР, беременность и послеродовой период — ситуации, с которыми мы регулярно встречаемся в практике. И здесь важно понимать, какие изменения могут происходить на уровне нервной системы, как они могут отражаться на состоянии женщины и где проходит граница психологического объяснения.
Не качественной терапевтической работы там, где специалист пытается сводить состояние женщины к сугубо психологическим причинам там, где необходимо учитывать физиологические процессы. Однако, одновременно, не стоит объяснять гормонами то, для чего такого объяснения явно недостаточно. | 93 |
| 7 | Когда нагрузка становится слишком большой, обычно возникает одна и та же задача: придумать, как всё-таки всё успеть.
Лучше организовать день.
Быстрее отвечать.
Меньше отвлекаться.
Оптимизировать рабочие процессы.
Научиться эффективнее восстанавливаться.
Но иногда проблема не в плохой организации.
Иногда объём того, что от нас требуется, просто больше объёма времени и сил, которыми мы располагаем.
В этот момент полезнее решать совсем другую задачу: не как всё успеть, а что именно мы будем не успевать и в каком порядке.
Потому что обычно мы не успеваем довольно случайным образом.
Сначала отменяем прогулку, потому что она «необязательная».
Потом откладываем врача, потому что работа срочнее.
Перестаём нормально есть, потому что можно перекусить за компьютером.
Не звоним близким, потому что разговор требует времени.
Отказываемся от занятия, которое нам нравится.
А работу, чужие просьбы, сообщения и обязательства продолжаем обслуживать до последнего.
Получается довольно странная система приоритетов: всё, что поддерживает нашу способность жить и работать, первым приносится в жертву самой работе.
📌 Поэтому сохранение ресурса — это не обязательно ещё один набор полезных привычек, которые теперь тоже нужно дисциплинированно выполнять.
Иногда это скорее иерархия допустимых потерь.
Здесь полезно вспомнить, как мы собираем вещи.
Когда мы собираем чемодан для комфортного отдыха, логика довольно простая.
Мы кладём туда всё, что сделает поездку удобнее и приятнее.
Несколько вариантов одежды.
Запасную обувь.
Косметику.
Книгу.
Что-нибудь на случай прохладного вечера.
Что-нибудь на случай жары.
И ещё пару вещей, потому что «вдруг пригодится».
Если чемодан большой — почему бы и нет.
Но совсем иначе мы собираем рюкзак в поход.
Там уже недостаточно спросить:
«Может ли мне это понадобиться?»
Почти всё может понадобиться.
Приходится задавать другой вопрос:
стоит ли эта вещь того веса, который мне придётся нести на себе?
А тревожный чемоданчик собирается по третьему принципу.
Туда кладут не всё полезное и не всё удобное.
Там существует довольно жёсткая иерархия: документы, лекарства, вода, связь, деньги — и всё.
То есть в разных обстоятельствах мы совершенно естественно используем разные критерии отбора.
Почему-то с собственным днём мы обычно так не поступаем.
Даже если утром понятно, что сил сегодня значительно меньше обычного, мы продолжаем планировать его по принципу чемодана для комфортного отдыха.
🎒 А иногда наш день, или даже дни, или недели похожи на экстремальный марафон.
А в этом случае сначала можно не успеть «ещё одну красивую привычку» и только в крайнем случае — отменять сон, еду, лечение, отдых, отношения и те занятия, после которых мы снова начинаем чувствовать себя живыми.
Это, конечно, не означает, что такая последовательность всегда доступна.
Бывают периоды, когда реальность сама расставляет приоритеты довольно жёстко и выбирать почти не из чего.
Но там, где выбор всё-таки есть, имеет смысл замечать не только что мы успеваем, но и за счёт чего мы это успеваем.
Пожалуй, один из признаков разумного обращения с собственными силами состоит не в том, чтобы хорошо справляться со всем.
А в том, чтобы научиться правильно не справляться с тем, что в данных обстоятельствах можно обозначить как лишнее. | 102 |
| 8 |  Детали и регистрация | 100 |
| 9 | Откуда берётся внутренний конфликт?
Почему человеку приходится одновременно хотеть, запрещать себе и защищаться от собственного желания
Когда пациент говорит: «Одна часть меня хочет этого, а другая не позволяет», — что мы, собственно, слышим?
Конфликт двух желаний?
Желания и запрета?
Влечения и защиты?
Требований реальности и стремления к удовлетворению?
Фраза «внутренний конфликт» давно стала частью профессионального языка.
Но сама по себе она мало что объясняет.
Чтобы понимать, что происходит с человеком, недостаточно заметить противоречие между «хочу» и «не могу».
Нужно разобраться, какие психические силы взаимодействуют, откуда они берутся и каким образом психика пытается с этим столкновением справиться.
🔎 Об этом будем говорить на вебинаре «Откуда берётся внутренний конфликт?»
На вебинаре будем разбираться, как формируется внутренний конфликт и что именно может в нём конфликтовать:
— желание и запрет;
— влечение и защита;
— любовь и ненависть к одному объекту;
— стремление к удовлетворению и требования реальности;
— требования Оно, Я и Сверх-Я.
Посмотрим, почему за внешне одинаковым «хочу, но не могу» могут стоять разные психические процессы и почему для клинической работы недостаточно просто констатировать наличие внутреннего конфликта.
Нас будет интересовать прежде всего практический вопрос:
что меняется в понимании пациента, если мы можем различать, какие силы участвуют в конфликте и каким способом психика пытается его разрешить?
📌 Что даст вебинар
После вебинара Вы сможете точнее различать, что именно стоит за привычным «у пациента внутренний конфликт»:
— какие психические силы могут участвовать в конфликте и почему внешне похожие противоречия могут быть устроены по-разному;
— как в конфликте участвуют Я, Оно, Сверх-Я и требования реальности;
— как на основании этого точнее формулировать клиническую гипотезу и понимать, на что именно должна быть направлена интервенция.
Иными словами, задача вебинара — перевести понятие «внутренний конфликт» из общей описательной формулы в рабочий инструмент клинического мышления.
Приглашаю на этот вебинар психологов, психотерапевтов и психоаналитиков, которым важно не только назвать происходящее с пациентом, но и понимать, как это устроено.
📅 Дата: 26 сентября
🕚 Время: 11:00–12:00 по Киеву
💶 Стоимость: 10 евро
🔗 Регистрация:
https://nikolovaelena.com/vebinar-obshaya | 112 |
| 10 | Сентябрь — месяц, когда решается, каким будет профессиональный год.
В Mind & Brain School в сентябре стартуют четыре курса, открыт набор в тренинговые и супервизионные группы и почти каждую неделю проходят вебинары по клиническим темам.
Старты курсов
12.09 — Нейробиология психических и поведенческих расстройств
19.09 — Психоанализ бесплодия
20.09 — Психоаналитическая терапия пар
27.09 — Психотерапия подросткового возраста
И еще 6 вебинаров, клиническое чтение статьи Венсана 13 сентября и набор в группы Елены Николовой.
Даты, ведущие, форматы и цены на одной странице:
nikolovaelena.com/sentyabr
Если есть вопросы пишите координатору @Mind_BrainSchool | 131 |
| 11 | Це одна з тем, до яких дуже важливо повертатися в своєї роботи : розуміти не лише що переживає людина в репродуктивній кризі, а й як цей досвід входить у терапевтичні стосунки — у перенесення, контрперенесення, позицію терапевта та межі аналітичного втручання.
Тому що в цій роботі здатність терапевта витримувати невизначеність може бути не менш важливою, ніж здатність її інтерпретувати. | 119 |
| 12 | Колеги, продовжуємо знайомити вас із тим, як автори та лектори нашого курсу розмірковують про клінічну роботу з темою безпліддя.
Отже, передаю слово Альоні Філіпповій — одній з авторок і лекторок курсу «Психоаналіз безпліддя».
У роботі з ЕКЗ терапевт досить легко починає разом із пацієнтом жити в логіці репродуктивного процесу: стежити за кількістю ооцитів та ембріонів, чекати перенесення, результату ХГЛ, наступного протоколу.
Може з’явитися особлива надія на успіх чергової спроби або втома і думка, що пацієнтові вже варто зупинитися.
Ці реакції можуть бути додатковим джерелом інформації про те, що відбувається в терапевтичному полі.
Після невдалої спроби людина стикається з невизначеністю і різким обмеженням можливості впливати на результат.
Одним зі способів упоратися з цим стає перехід до наступної дії: знайти іншого лікаря, пройти додаткове обстеження, змінити протокол, запланувати наступну спробу.
Дія повертає відчуття контролю.
Вона може бути цілком необхідною і доцільною в реальності та водночас виконувати ще одну функцію — дозволяти не залишатися з переживанням, яке поки що важко витримати й осмислити.
Цей процес може відтворюватися в терапії.
Пацієнтові важко витримувати невизначеність — терапевтові також стає важко її витримувати.
Пацієнт переходить до наступної дії — терапевт починає активніше інтерпретувати, шукати рішення, допомагати визначитися.
Пацієнтові необхідно повернути керованість ситуації — у терапевта виникає бажання «зрушити процес», підтримати продовження лікування або допомогти пацієнтові встановити межу.
🔎 Виникає такий ланцюжок:
складний афект → потреба діяти → відновлення відчуття контролю → зменшення переживання безсилля та невизначеності.
У цьому місці з’являється тема всемогутності.
Не в сенсі «людина вважає, що може все».
Йдеться про психічну конструкцію: якщо знайти правильну дію, правильного лікаря, правильний протокол, правильне пояснення — можна усунути невизначеність і отримати потрібний результат.
У випадку ЕКЗ ця конструкція особливо цікава тим, що значна частина контролю тут реальна.
Сучасна репродуктивна медицина справді дозволяє впливати на багато етапів процесу, але не може гарантувати його кінцевий результат.
Людина постійно опиняється між двома реальностями: «ми ще можемо щось зробити» і «не все залежить від того, що ми робимо».
Терапевт також може опинитися всередині цієї суперечності.
📌 Тут корисно поставити собі три питання:
1. Яку позицію мені зараз пропонує зайняти терапевтичне поле — аналітика, порадника, союзника в досягненні результату чи того, хто має встановити межу?
2. Який афект мені зараз найскладніше витримувати разом із пацієнтом — безсилля, невизначеність, втрату, агресію, заздрість?
3. Чи не намагаюся я перевести цей афект у дію, інтерпретацію або рішення раніше, ніж він отримав можливість бути пережитим і осмисленим?
Як на мене, тут повторення ЕКЗ і стає предметом психоаналітичного дослідження: ми досліджуємо психічну функцію наступної спроби, місце дії та контролю в переживанні невизначеності, можливість витримувати амбівалентність і те, як ця логіка відтворюється в терапевтичному полі.
Саме тут тема контрперенесення виходить далеко за межі окремої терапевтичної ситуації.
Робота з безпліддям і репродуктивними технологіями постійно ставить терапевта поруч із тим, на що неможливо повністю вплинути: невизначеністю, повторними невдалими спробами, втратою, необхідністю приймати рішення, результат яких неможливо гарантувати.
І тому важливо досліджувати не лише те, що відбувається з пацієнтом, а й те, що ця ситуація починає робити з терапевтом.
Коли бажання допомогти непомітно перетворюється на бажання знайти рішення.
Коли важко залишатися поруч із безсиллям і виникає потреба «зрушити процес».
Коли терапевт починає разом із пацієнтом сподіватися на наступну спробу — або, навпаки, думати, що вже час зупинитися. | 116 |
| 13 | Пациент приходит к психологу не только со своей историей, отношениями, конфликтами и привычными способами справляться с жизнью.
Он приходит ещё и с телесностью, нервной системой, особенностями сна, памяти и внимания, иногда — с психиатрическим диагнозом и назначенной фармакотерапией.
Естественно, что психологического образования здесь очевидно не хватает.
Например, человек жалуется на снижение концентрации, утомляемость, нарушения сна, тревогу, невозможность заставить себя что-либо делать.
Всё это, конечно, имеет психологическое содержание и может становиться материалом в терапии.
Но одни и те же жалобы встречаются при очень разных состояниях.
И тогда вопрос состоит уже не только в том, что этот симптом означает для пациента, но и в том, что с человеком происходит на разных уровнях понимания его проблематики.
Как хронический стресс меняет работу систем, участвующих в эмоциональной регуляции?
Что происходит с вниманием при СДВГ?
Почему при депрессии страдает не только настроение, но и память, мотивация, сон?
Как связаны обучение и нейропластичность?
Что может меняться на фоне фармакотерапии?
Что именно исследуют с помощью МРТ, ПЭТ или ЭЭГ — и чего по результатам этих исследований сказать нельзя?
Психологу не нужно становиться психиатром или неврологом.
Но если мы работаем с психическими расстройствами или особенностями поведения, довольно странно совсем не понимать их биологическую сторону.
Мне кажется важным подчеркнуть, что речь здесь не о поиске «настоящей биологической причины» вместо психологической.
Психические расстройства вообще плохо укладываются в такую логику.
У одного и того же симптома могут быть разные механизмы, биологические особенности взаимодействуют с жизненным опытом и средой, а обнаруженная нейробиологическая корреляция никак не объясняет конкретного пациента.
И вот это как раз важно уметь различать.
Чтобы не приписывать психике то, что требует дополнительного медицинского внимания.
Не пугаться диагноза или назначения препаратов, не игнорировать их влияние на психику. И на работу в кабинете, как следствие.
Слышать в тексте пациента не только психологию, учитывая, например, гормональный статус в определённые периоды.
Понимать, когда стоит отправить пациента к психиатру или неврологу, зачем именно мы это делаем и как учесть информацию, которую пациент от них принёс.
И одновременно не превращать слова «дофамин», «кортизол» или «нейропластичность» в новое универсальное объяснение человеческого поведения.
То есть добавить к психологическому мышлению ещё один уровень — и за счёт этого сделать его точнее. | 103 |
| 14 | Жінка хоче дитину. Вагітність не настає. Медичних причин, що повністю пояснюють те, що відбувається, не знаходять і тоді причину починають шукати в психіці.
Страх материнства? Конфлікт із власною матір'ю? Несвідоме небажання?
Тетяна Чебанова підготувала клінічний розбір «Психогенне безпліддя»: 7 запитань, щоб досліджувати психічну реальність безпліддя, не перетворюючи гіпотезу на «причину».
Прочитати розбір | 121 |
| 15 |  Регистрация | 115 |
| 16 | Пациент всё понимает. Почему ничего не меняется?
Об этом будем говорить на вебинаре:
«Инсайт, “психологическая грамотность” и псевдоментализация в терапии»
Иногда пациент очень хорошо говорит о себе: понимает свои чувства, знает психологические понятия, замечает повторяющиеся сценарии и умеет убедительно объяснять мотивы — свои и чужие.
Но терапия при этом может оставаться наполненной всё новыми объяснениями вместо хоть сколько-нибудь заметного изменения самого способа понимать, переживать и выстраивать свою жизнь и отношения.
Отсюда возникает вопрос:
мы действительно наблюдаем рефлексию — или только её убедительную внешнюю форму?
Бейтман и Фонаги описывают псевдоментализацию — состояние, при котором человек много говорит о психических состояниях, но его объяснения оказываются недостаточно связанными с актуальным аффектом, конкретной ситуацией и реальностью другого человека.
🔎 На вебинаре обсудим:
— почему психологически грамотная речь ещё не означает хорошую ментализацию;
— по каким признакам можно заподозрить псевдоментализацию;
— почему безапелляционная уверенность в знании внутреннего мира другого может быть признаком нарушения ментализации;
— когда сложное психологическое объяснение перестаёт быть признаком рефлексии;
— как терапевтический процесс сам может оказаться организован вокруг всё новых психологических объяснений, не усиливая ментализацию.
Задача вебинара — дать клинические ориентиры, позволяющие точнее слышать, каким образом пациент думает о себе и другом, а не только что именно он о себе рассказывает.
Как обычно, будет время и место для вопросов и клинической дискуссии.
📅 Дата: 22 сентября
🕗 Время: 20:00–21:00 по Киеву
💶 Стоимость: 10 евро
🔗 Регистрация:
https://nikolovaelena.com/vebinar-mentalizaciya | 140 |
| 17 | Мы попробуем ещё раз.
За этой фразой может стоять и вполне реалистичное решение продолжить лечение и кое-что другое.
Что, кроме нового шанса на беременность, возвращается вместе со следующей попыткой?
Собрали клинический разбор «Ще одна спроба»: 7 орієнтирів для терапевта у роботі з повторними циклами ЕКЗ. Как различать решение продолжать лечение и ситуацию, в которой новая попытка начинает выполнять психическую функцию.
Материал подготовила Алена Филиппова.
ЗАБРАТЬ РАЗБОР | 136 |
| 18 |  Регистрация | 199 |
| 19 | Вебінар Дар’ї Кучеренко вже відбувся, але розмову про те, як парний терапевт бачить те, що відбувається між двома людьми, хочеться продовжити.
Сьогодні — ще один текст Дар’ї:
Хто перший почав?
Вона замовкає.
Він підвищує голос.
Якщо запитати її, що сталося, вона скаже:
«Я замовкаю, тому що з ним неможливо говорити, коли він так заводиться».
Якщо запитати його:
«Я починаю говорити голосніше, тому що вона просто закривається і не дає жодного шансу щось обговорити».
Хто з них описує ситуацію правильно?
Можливо, обоє.
Проблема починається тоді, коли ми намагаємося вибудувати лінійну послідовність: спочатку один зробив А, тому другий відповів Б.
У стійкому парному конфлікті причинність часто стає круговою.
Що більше вона мовчить, то наполегливіше він намагається до неї достукатися.
Що наполегливішим стає він, то небезпечнішою для неї здається розмова і то сильніше вона відступає.
Кожен переживає власну реакцію як відповідь на поведінку іншого.
І поступово цикл починає сам себе підтримувати.
Тому в певний момент питання «хто це почав?» стає для терапевта значно менш цікавим.
Набагато важливіше інше:
як саме вони разом відтворюють те, від чого обоє страждають?
Саме перехід від пошуку винного або «першопричини» до спостереження за тим, як організований спільний процес пари, багато в чому змінює роботу терапевта.
На вебінарі ми почали розмову про стосунок як простір, у якому дві окремі психіки не просто існують поруч, а постійно впливають одна на одну.
Продовжимо цю роботу вже на курсі «Сімейна терапія».
🔗 Детальніше про курс:
https://nikolovaelena.com/kursy/terapiya-par | 141 |
| 20 | К вам приходит женщина после очередной неудачной попытки ЭКО. Или пара, для которой путь к ребёнку давно перестал быть только медицинской историей.
Технологии расширили границы возможного. Там, где раньше была невозможность, сегодня ещё один протокол, ещё одна попытка.
Но что происходит с желанием ребёнка, когда оно входит в пространство планирования и контроля? Что переживает женщина, чьё тело становится объектом постоянных вмешательств? И что с переживанием всемогущества, когда технология будто позволяет влиять на недоступное, а результат всё равно нельзя гарантировать?
Вебинар «ЭКО, контроль и границы всемогущества» с Аленой Филипповой.
1 сентября, 20:00 по Киеву. Будет запись.
Детали и регистрация | 126 |
