Не Молчи, Одесса ⚓️

⚓🌊

Олег Кипер тоже написал заявление об отставке от должности главы Одесской областной военной администрации. Все из-за дела «Карфаген».

Закованных в наручники, похищенных украинских мужчин отправляют на фронт. Часть из них, самые непокорные, оружия никогда не получат, их будут использовать, как наживки для дронов и другой техники. Другая часть, возьмет в руки огнестрел и под дулами загранотрядов пойдут погибать в окопы противника. Смирно, без шанса. Противник разбираться не будет, равно, как и «побратим» стреляющий в спину. Всё именно так, как я говорю. Иначе, на поле боя уже давно происходили бы деверсии и офицершутинг в таком количестве, что отдельные отряды СЗЧ/Фраггеров уже бы жгли штабы, налаживали сеть, логистику и двигались на Киев. Увы. 🔗Подпишись. Не Молчи! ⚓️

Киев. Ребёнок носит нацистскую символику. «Социальная система» государства- помойки всё чаще демонстрирует симптомы того, что Эрих Фромм называл «синдромом распада» — когда любовь к мёртвому подменяет живую связь с миром. Вместо того чтобы взращивать в детях способность к сопереживанию и самостоятельному мышлению, эта среда целенаправленно взращивает в них тягу к жёсткой иерархии и правому радикализму, подменяя свободу — слепым поклонением силе через страх, а жизнь — оправданием смерти. Всё это симптомы некрофилии (ориентации на смерть) но ради кого? И здесь мы сталкиваемся с ещё более тревожным парадоксом: в этом пространстве символы, олицетворяющие насилие и человеконенавистничество, не просто терпимы — они получают негласное, а порой и официальное благословение от государства-помойки. Это не случайность, а итог, когда государственный организм вместо защиты жизни начинает питать собственную некрофилию, возводя разрушение в ранг добродетели. Это последняя ступень саморазрушения.

Как-то незаметно гугл фото поздравил меня с червонцем у них на сервере и напомнил мне интерактивной картой, все мои перемещения по континенту и прикрепил фотографии к геолокации. Гугл не сука, он не сдаст 🤣

Побез из Шоузельца. 💪 Поздравляем со свободой. 🎉 🔗Подпишись. Не Молчи! ⚓️

Побез из Шоузельца

Искренне жаль таких военных, они полностью губят свое здоровье, а государство не имеет желание поблагодарить их в виде финансовой составляющей и убрать бюрократический механизм, который описан военнослужащим в видео. И, сколько таких лекарей в тылу с таким "примерным" отношением. Солдат призывает прийти всем на Банковую, 10 сентября в 9:00 и задать некоторые вопросы действующей власти. Вчера вышло ещё одно видео, где Александр Тодоров рассказывал, что его везут в психиатрическую лечебницу, потому что критиковать команду "хромой утки" по мнению СБУ может только коллаборант и/или психически нездоровый человек. #нампишут

Для них это шутка. Ха-ха, блчдь 🤔

♥️⚓️🌊 🔗Подпишись. Не Молчи! ⚓️

Советник моли, стоеросовая дубина Кобяков заявил, что только ᵖоссия может помочь Украине решить проблему с демографическим кризисом, где на одного новорожденного приходится четверо погибших. Только не уточнил, какая часть народа рф - якуты, буряты или чеченцы. В Украине уже есть жители с Индии и Пакистана и вряд ли условный якут по имени Арылхан будет лучше индийца Арджуна(в переводе означает "белый" или "сияющий", а так сразу и не скажешь). Сначала рф уничтожит часть населения Украины(больше половины мужчин погибнут от пуль и снарядов недружелюбного соседа), а потом мигранты будут пытаться создавать близкие отношения с матерями, жёнами и сёстрами, сыновья, мужья и братья которые погибли от рук российских военных. Что в голове у российских политиков? #нампишут

Содержанка из пленок НАБУ: инстаграм и реальность На «это» пиздились наши деньги...

Благодать

Классическая война в понимании человека, это когда дипломатия мертва. Переговорные каналы рвутся, дипломаты покидают залы, остаются только заявления для прессы и удары. Но что, если разговаривают — и одновременно бьют? 5 сентября в Кремле прошла встреча, которая заняла больше трёх часов. Часть — за обеденным столом. С американской стороны — не кадровые дипломаты, а Уиткофф и Кушнер, люди из ближней орбиты Трампа. Это не переговоры о мире. Это калибровка. Формат показателен сам по себе. Война продолжается. Взаимные удары — в ежедневном режиме. Но поверх боевых действий работает канал, который не требует прекращения огня как предусловия. Вашингтону нужен управляемый процесс. Для внутренней аудитории — доказательство, что эскалация под контролем: «мы говорим, значит, мы держим ситуацию». Для Трампа контакт с Москвой — актив президентской гонки. Демонстрация способности разговаривать с противником без обязательства немедленно закончить войну. Москве нужен сам факт диалога. Это снимает тезис об изоляции. Это возвращает России статус стороны, с которой обсуждают не только украинский сюжет, но и крупные экономические проекты. Повестка расширяется за пределы фронта. Участие недипломатов — отдельный сигнал. Уиткофф и Кушнер выведены за бюрократический контур Госдепа. Решения могут приниматься быстрее, но обязательства — тоньше. Союзники видят контур, из которого утекает прозрачность. Исторический прецедент прямого механизма тут — не римский мир и не Вестфаль. Это классическая логика предвыборного окна: чем ближе выборы, тем выше ценность переговорного канала для кандидата, и тем больше уступок пытается зафиксировать противоположная сторона. Так работал трек с СССР перед выборами — сначала риторика, потом встреча, потом торг. Киев в этой схеме — третья позиция. Сначала эмиссары едут в Москву. Потом услышанное становится рычагом в разговоре с украинским руководством. Это не партнёрство равных. Это последовательность, в которой одно мнение уже зафиксировано до того, как спросили другое. Ожидать ли эскалации после встречи? Скорее нет. Пока канал жив, он работает как инструмент ограничения военной активности. Стороны используют его для контроля над пределами. Но есть сценарий срыва. Если Киев публично отклонит рамку, а Москва продолжит давление — пространство для дипломатии начнёт сжиматься. Тогда ритм контактов рвётся, и дипломатия превращается в аккомпанемент к военной эскалации. Наблюдаем. 🔗Подпишись. Не Молчи! ⚓️

Инцидент произошел в минувшее воскресенье, 30 августа, в городском парке, где отдыхало несколько украинских семей с детьми, а рядом играли в футбол дети арабского происхождения.

«Сейчас никто не может объяснить, с чего начался конфликт, но украинские родители вынуждены были встать на защиту своих детей после того, как в них полетели камни со стороны детей арабов. На месте конфликта, как свидетельствует местная полиция, собралось не менее 50 человек»,

 — описывает начало этой стычки журналист. После этого завязалась драка, и украинцы сразу вызвали стражей порядка для урегулирования ситуации. Один из мужчин, вооруженный тесаком, взятым из соседней арабской шашлычной, бросился на присутствующих, несмотря на предостережение полиции, из-за чего патрульные были вынуждены применить табельное оружие. От полученных огнестрельных ранений нападавший скончался.

«В ответ на это представители арабской общины Ойпена объявили антиукраинский джихад и пригрозили вырезать всех проживающих в городе украинцев. Хочется, чтобы в посольстве Украины в Бельгии обратили внимание на этот факт и встали на защиту украинских семей»,

 — отметил автор сообщения.

Полицейские в Киеве вдвоем пытаются затащить парня в машину. На земле лежит женщина, которая пытается им помешать. Прохожие обступили патруль и пытаются спасти парня.

«Интерфейс мозг-компьютер вернул речь парализованному». Гранты, дорожные карты, миллиарды на исследование мозга. Мы привыкли к картинке ученого, который лечит неизлечимое. Это глобальная технологическая программа США, РФ, Китая, Индии... Но что происходит с этой технологией, когда камеры выключаются, а пациент выписывается? Куда ведёт этот мост? Если смотреть на структуру, а не на пиар, мы увидим классическую механику «мышеловки». В 1920-е радио было средством спасения на море. В 1990-е интернет — библиотекой знаний. В 2010-е смартфон — гаджетом для звонков и почты. Механизм один: инфраструктура сначала решает проблему меньшинства, затем становится удобной, необходимой и наконец — обязательной. Нейроинтерфейсы идут тем же путём, но ставки выше: они подключаются к самому процессу мышления. Смотрите на цепочку. Этап первый — терапия. Вернуть речь, зрение, движение. Это священно, финансируется государством. Пока всё чисто. Этап второй — платформа. Данные, протоколы, стандарты. Научная инфраструктура превращается в коммерческую. Кто держит протокол декодирования — тот владеет рынком. Этап третий — улучшение. Устройство для восстановления памяти у больного деменцией технически почти не отличается от устройства, усиливающего оперативную память менеджера. Разница — в наклейке «медицинское изделие». А затем тишина. Ключевая аномалия: как будет защищена когнитивная автономия человека, когда интерфейс станет массовым? Кто гарантирует, что ваши нейроданные — самая интимная информация о вас — не продадут, не взломают и не используют для настройки вашего выбора? Внутри системы это называется «легитимизация»: медицина даёт моральный иммунитет, удобство убивает страх, производительность — нежелание. Вы не обязаны покупать экзоскелет для мозга. Просто конкурент обрабатывает данные втрое быстрее. Двери этого здания открываются только через имплант. Это логика инфраструктуры. Все крупные программы (BRAIN, China Brain Project, Brain/MINDS, Human Brain Project) идут по одной траектории: наука → платформа → пилот → рынок. Первые массовые неинвазивные нейроинтерфейсы «для продуктивности» выйдут на рынок с маркетингом страха отставания, а не обещания здоровья. Это всё для нас, для взрослых. А как это повлияет на детей? Ребёнок тянется к маме, когда страшно, к игрушке — когда скучно, к окну — когда ждёт. А что будет, когда отвечает не человек, а устройство, мгновенно реагирующее и никогда не устающее? Привязанность строилась на повторяемости отклика. Мозг ребёнка выстраивает карту мира через то, что отвечает на его сигнал. Формировалась связь с родителями, сиблингами, позже — с кумирами и сообществами. Новое: впервые появляется собеседник, который не требует ожидания. Ребёнку 1–6 лет не нужен сложный интеллект — нужна стабильность реакции. Заплакал — включился голос. Стало скучно — появилась игра. Захотелось тепла — устройство подстроило голос. Живой человек проигрывает не потому, что любит меньше. Он устаёт, отвлекается, отвечает с задержкой. А для детского мозга задержка — это сбой в главном контуре. Дальше скачок: гаджет перестаёт быть игрушкой и становится точкой опоры. Живое общение начинает ощущаться как источник напряжения: там нужно ждать, подстраиваться, терпеть чужую интонацию. К школьному возрасту цифровой отклик может стать для них приоритетнее живого, а пауза в разговоре — восприниматься как сбой. Скука — проблема, которую нужно немедленно устранить. Эмпатия через чтение мимики и сопротивление другого человека не получит достаточной тренировки. Фантазия ослабнет: внешний источник ответа доступен всегда. Производители действуют рационально: закрывают массовый спрос родителей — желание успокоить ребёнка и выиграть время. Родители действуют из выживания: работа, быт, нехватка сил. Устройство не врывается в семью. Оно входит как решение. ИИ делает волю ненужной на этапе, когда она должна формироваться. Чем раньше устройство становится главным источником отклика, тем меньше шанс сохранить живое общение нормой. 🔗Подпишись. Не Молчи! ⚓️

⚡️ Центральное командование США нанесло удары по трем иранским нефтяным танкерам после ракетных атак на военно-морские корабли. Эскалация напряженности между США и Ираном создает риски для глобальных поставок нефти, увеличивая геополитическую нестабильность и влияя на международные энергетические рынки. 🔗Подпишись. Не Молчи! ⚓️

Как прекрасно наблюдать, когда СБУ, ДБР и ГРУ хкярят друг дружку, убивают, травят и запускают дроны по высшему руководящему составу. НАБУ крипит терпил. Нацики один за одним бегут из Украины. ТЦК-шники пропадают без вести или получают летального ножа. Развлекайтесь, и желательно перебейте друг друга до конца года. 👌

НАБУ та САП проводять спецоперацію з викриття злочинної організації на чолі з посадовцем Офісу Генерального прокурора України, причетну до кришування мережі шахрайських кол-центрів та легалізації майна. Деталі — згодом.