Плёсские Ведомости

Про затонувший "Мой причал" и живот Врунгеля (подробности) На восточной оконечности плёсской набережной затонул плавучий дебаркадер с дачным домиком, именуемым "Мой причал". Причиной затопления сооружения стало проникновение воды внутрь дебаркадера, который представляет собой бетонный плавучий понтон, разделённый на секции. Это место известно скульптурой боцмана. Фигура появилась на дебаркадере «Мой причал» летом 2011 года. Эту работу выполнил на заказ ивановский скульптор Игорь Минаков. Фигура должна была выглядеть как мужчина с трубкой и большим животом. Однако живот пришлось уменьшить. В противном случае перевозить скульптуру пришлось бы на грузовике. Вдоль плёсского берега пришвартовано до десятка плавучих дебаркадеров разного размера и предназначения. Есть среди них жилые, некоторые используются как причалы для судов. Дебаркадеры металлические и… бетонные. Именно последние вызывают удивление у людей, не знакомых с конструкцией сооружения. Дебаркадер представляет собой плавучую пристань, причальное сооружение в виде судна или понтона для причаливания судов. Главными достоинствами плавучего дебаркадера являются его мобильность, а также возможность отслеживания таким сооружением гидрографического режима - дебаркадер всплывает при подъёме уровня воды (например, при паводке или приливе). Случаи, когда бетонный дебаркадер давал течь и ложился на прибрежное дно, для Плёса – не редкость. Дав течь, на дно ложился так называемый «фестивальный» дебаркадер, где проходили некоторые показы фестиваля моды «Льняная палитра» и кинофестиваля «Зеркало».

4 ноября.

На восточной оконечности плесской набережной затонул дебаркадер.

Уходящие выходные показали, что и третья декада октября в Плесе бывает прекрасной.

27 окт. в 16.00 в Музее Бурылина (Иваново, ул. Советская, 29) пройдёт презентация книги культуролога, историка, эксперта по брендингу территорий Михаила Тимофеева «Равнинно-фабричная цивилизация... Время империи». Объёмный труд Михаила Тимофеева щедро проиллюстрирован архивными и современными фотоснимками и архивными документами, многие из которых до сих пор не были опубликованы. В середине XVIII в. на севере Владимирской и на юге Костромской губерний начало стихийно развиваться текстильное производство, инициированное местными крестьянами. В XIX веке здесь сложилась уникальная экономическая и социокультурная модель, обусловленная обилием городов и сёл, население которых было занято в производстве тканей. Возникший здесь культурный феномен следует считать «равнинно-фабричной цивилизацией». Это вариант Русского мира с особой системой ценностей, с особой мифологией. В книге дан обзор формирования этого культурно-экономического феномена до 1917 г. Книга отоичным подарком друзьям, партнёрам и коллегам.

Первое интервью Евгения Румянцева «Плёсским ведомостям» вышло боком. Отвечая на вопрос рубрики «Честно говоря» о первой любви, он честно и с присущей иронией ответил: - Я не припомню первую любовь. Запутался я в ней – так много её было. Раньше очень много девчонок было вокруг меня. С плохими я не дружил, всех любил, и все для меня были любованные. Все знали, где Румянцева искать, – там, где девки смеются. А когда я нагулялся, вспомнил, что в это время семья должна быть, а у меня никого нет. Все, с кем я был, уже замужем, женаты, а я остался один. Меня познакомили с одной девушкой, она меня в загс утащила. Женился, когда мне было 36 лет. С тех пор уже 41-й год маюсь. И та, которая «в загс утащила», прочитав в газете такое, устроила супругу допрос и пытку – долго не разговаривала с ним. Потом ничего, оттаяла. 1 октября Евгения Сергеевича Румянцева, источника неформальных знаний о Плёсе и удивительных историй о людях, не стало. Полный текст https://vk.com/public190932820?w=wall-190932820_238

Плес с Волги сейчас.