Итак, рассказываю, что я делаю. Я поняла, что я в 8-ми кризисах, и жить я в них не могу. Каждый тянет новый кризис, это как ком — я вылезаю из одного, а меня догоняет другой.
Я начала с самого сложного — СЕМЕЙНЫЙ.
Моя мама болеет, и это не внезапная болезнь. 3 года лечения в Курске, и вот в мае я чувствую, что что-то не то. Звонит подруга и говорит: «Юль, тебе надо приехать, уже происходит что-то странное». Я беру Ваньку, собираемся, едем. Это май. Я зашла домой к маме и поняла — это пиз…
Она долго не говорила, неудобно, некомфортно, ты с младенцем. Я поднимаю всех на уши, еду разбираться, что с ней, и чувствую, что врачи, может, и хотят помочь, но сами не знают как. Я сама не знаю, что делать. Интуиция подсказывает: привези на недельку.
«Мам, поехали, Ваню покрестим, я поищу врачей». Хорошо, поехали.
Еду из Курска и впервые за долгое время прошу помощи в блоге: «Ребята, дайте контакты в Москве». Откликается много людей, но одно сообщение меняет всё.
«Юля, здравствуйте. Институт имени Герцена, меня зовут Екатерина, я онколог и работаю при институте. Я хочу вам помочь. Приезжайте на консультацию».
Я, не думая, соглашаюсь.
Приезжаем, и я вижу человека, который добрый душой, она как свет, и моя та самая Звёздочка, которая мне всё рассказывает, даёт направления, записывает, и начинается круговорот, и выходит та самая правда, что с мамой.
Правда начинает меня просто сжирать. Я сгораю от неё, я плачу, срываюсь, еле работаю. Всё и так было еле-еле, но именно с этого момента всё сыпется.
Сегодня я знаю диагноз, выбили квоту. Я научилась просить и даже настаивать во имя себя, стучать в двери и терпеть идиотизм бюрократии. И вот неделю назад я вижу, что ей хуже и хуже. Мне становится ещё страшнее, и я понимаю: если я останусь в этом, я сгорю, я потеряюсь. И начинаю делать распаковку — всё то, что делала всегда.
Цель: что мешает достичь её? И тут как пошло всё…
Я работаю со своим мышлением — это единственное, что можно изменить в кризис, и это самое главное.
1. Я пишу, что у меня забирает силы, что даёт, и тут мелочи: уборка, кофе, грязная машина, нехватка поддержки.
Всё, что забирает, я стараюсь убирать, исключать, меньше концентрировать на этом внимание. Всё, что даёт, пускаю в полную мощь — это вырабатывает некий стимул и настроение.
Пример: меня наполняет чистота и порядок. Я перебрала вещи, старое отсортировала, отдала, вытерла пыль там, где не вытирала долго. Меня раздражали порошки в бутылках в ванной — купила красивые баночки. Это мелочи, которые влияют на общее состояние.
Меня раздражают, забирают силы поездки в больницу. Прошу ассистента заменить меня на 2 дня. В эти дни тупо провожу с теми делами, что меня чуть поднимают и направляют в русло.
Дальше упражнения. Семейный кризис — это то, что влияет на всё. Я понимаю, что могу потерять маму. Время — это единственное, что я могу взять сейчас.
Я придумываю занятие.
1. Хоть коротенькие, но вместе. «Мам, почитай нам книгу с Ваней». Теперь каждый день 5 страниц. Ей сложно, речь западает, но это минимум, который работает ❤️
2. Семья — это не только мама, это и папа. Я понимаю, что из-за всего этого пиз… я поругалась с папой. Даю себе упражнение: позвонить и всё рассказать, как есть, как мне страшно, сложно, помоги мне.
И вот сегодня я еду к папе, Ваню в охапку — и едем. Семья, наши родители — это самое сильное лекарство.
3. Я в семье не одна, у меня есть старшая сестра, с которой мы тоже не нашли общий язык из-за споров. Когда я была в Курске, я позвонила и сказала: «Марин, давай увидимся, приезжай».
Мы плохо общались 2 года, и она приехала. Моя родная, любимая старшая сестра, моя опора. Пишу, и слёзы накатили.
Ребята, семейный кризис можно пройти, только идя к родственникам. Какая бы гордость ни была. Моя Марина — как же мне её не хватало всё это время! Теперь я ей звоню, слышу голос — и легче, понимаете, легче.
Если кого-то нет в живых, можно писать письмо — и это тоже работает.
Вывод этой большой проработки: идти в семью, прощать, убирать гордость, идти к тем, кто родной по крови и дан нам Богом.