"Светлячок" (кафедра теории и практики общественных связей, факультет медиакоммуникаций, РГГУ)

Осень постепенно становится семестром. А семестр все больше и больше похож на осень... Студенческий народ обычно учебные пары называют по фамилиям преподавателей. Сегодня у нас Иванов, третья пара- Кузнецова... И это хорошо, потому что всё важно в жизни мы встречаем и запоминаем через людей. А как интересно вели свои лекции и пары известные учёные и философы? Сколько людей ходили их слушать и кто был самым «сложным» лектором? → Истории вокруг лекций Витгенштейна, Гегеля, Фуко, Канта и не только. Людвиг Витгенштейн. Его занятия в Кембридже вообще мало напоминали обычные лекции. Витгенштейн садился на стул среди студентов, не пользовался конспектами. Иногда он замолкал на несколько минут, обдумывая следующую фразу. Один из слушателей вспоминал, что за двухчасовое занятие таких пауз могло накопиться пятнадцать-двадцать минут. Лекция превращалась в наблюдение за тем, как Витгенштейн буквально думает вслух. Гегель. У Гегеля с ораторской техникой тоже было непросто. Он говорил медленно, с сильным швабским акцентом, постоянно кашлял и прочищал горло, листал свои огромные тетради вперёд и назад и мучительно искал нужное слово. Один его ученик признавался, что сначала понимал очень мало. Однако постепенно именно эта манера начинала производить впечатление. Казалось, что мысль рождается непосредственно перед слушателями, вместе со всеми остановками и затруднениями. Мишель Фуко. Лекции Фуко в Коллеж де Франс превратились в в настоящее событие. В аудитории на триста мест собиралось около пятисот человек, поэтому приходилось использовать ещё один зал, куда звук передавали через громкоговорители. Один слушатель вспоминал, как Фуко буквально переступал через сидящих на полу людей, а затем отодвигал со стола десятки магнитофонов. Но Фуко такая популярность скорее раздражала. Он даже перенёс лекции на девять утра, надеясь уменьшить аудиторию. Однако это не помогло, людей всё равно приходило много. Иммануил Кант. Тут интересно расхождение между образом автора и преподавателя. Молодого Канта его ученик Гердер вспоминал живым, весёлым и остроумным. На лекциях Кант шутил, рассказывал истории, обсуждал новые книги и научные открытия и говорил скорее как собеседник. Учебник служил ему лишь отправной точкой для импровизации. При этом голос у Канта был довольно тихим, а в старости стал ещё менее ясным. Аудитория должна была соблюдать почти полную тишину, чтобы его слышать. Часто также Кант выбирал человека в первом ряду и следил по его лицу, понимает ли аудитория сказанное. Фридрих Ницше. После скандала вокруг «Рождения трагедии», серьёзно повредившего его репутации классического филолога, на один из курсов Ницше в Базеле записались всего два человека — студент-германист и студент-юрист. Ницше всё равно читал им риторику, причём занятия могли проходить у него дома по вечерам. Иногда он делал паузы, чтобы слушатели обдумали сказанное, и предлагал им чай.