482
Subscribers
No data24 hours
No data7 days
No data30 days
Posts Archive
482
МФО
Ну, у кого не случается — очки сломались. Это, конечно, с любым случиться может — и со мною, косоделым, тоже. Сломались! Повертел, дужку отломанную поприкладывал к якорю — ничего. Надел очки так — кривят левою частью вниз — ничерта. Положил дужку на ухо — всё то же, только ещё и дужку теперь держать приходится, чтобы смотреть было можно. Выдохнул, чертыхнулся проклятьем. Дужку — на стол, очки — куда-то поодаль. Ушёл в линзах — что же теперь?
Возвращаюсь, там — Вадик, за столом. Дужки — нет.
— Вадик, — развожу руками, — где дужка запропастилась?
— Какая, — говорит, — дужка?
— От очков, Вадик, дужка.
— Каких очков?
— Моих очков, Вадик! Дужка!
— Не видел.
— На столе, вот, лежала! — и рукою провожу в сторону стола.
— …
— Вадик, ты что, выкинул дужку? — кидаюсь к мусорке — пусто. — И мусор выкинул?..
— Дык, это дужка была?
А я, вы знаете, как-то раз приписал Вадику такую черту — не выкидывать вещь, не разобравшись в её природе. А тут — выкинул! Я, конечно, расстроился, но горевать и держать зла не стал — случается со всяким. И очки ломаешь, бывает, и дужку выкидываешь — тоже.
— Васян! Да ты не переживай! Щас я тебе новую сделаю!
И что бы вы думали? Сделал.
— Иди сюды! Меряй!
Померил. Сносно.
— А то!
Пацанам на кухне особенно нравилось.
— Поди, — скажут, — сюда! Мне списания нужно записать!
Автограф спрашивали.
— И что, пишешь тоже ими?
— А то!
И писал.
482
Поднимайте салфетку. В эту субботу, 1 августа, в 40 минутах от Петербурга будет выставка попизже документалок.
В программе: dusto, има, турбен, КМФ, 0331C, кайф (хз, Матвей или Илья), giwe, вандал карлос, забуга, ivan, sam, selone и никита стопроцентов. ALLSTAR прямо.
Чего хотите ещё? Нарды? Филателия? Хичкок без перевода? Шлифовка ногтей?
Вся инфа будет здесь:
t.me/vistavkavnosu
482
Есть несколько хороших новостей. Берите салфетку с ручкою и записывайте:
— Beat Film Festival открывается 1 августа лентой "Кит Харинг: вундеркинд стрит-арта";
— на следующий день в программе будет "В погоне за Бэнкси" (meh);
— а 5 августа документалка про крёстную тётю граффити-фотографии, Марту Купер.
Программу можно посмотреть, нажав СЮДА.
А теперь к плохому — это всё в Москве. Сминайте салфетку и швыряйте под ноги.
482
Чуваки, запилил первый текст из серии о заброшенных домах.
Читайте с удовольствием:
vk.com/@bazelizm-galereya-iskusstv-na-tushina-24
482
Сегодня в районе Бауманской, в Москве, бульдозерная выставка АХУХУ, называется Худшее лето. Адрес пока что не известен, объявят попозже — чтобы менты опять дверь в галерею не заварили, как на Осени пахана. Было бы обидно.
Я б сказал, что схожу за вас, но теперь придётся вам сходить за меня — пересказать, как там и что.
Из тех, кого знаю, будут: Рчес Ноль, Кватрикс, Злые и Никита Тёплый. Из тех, кого не знаю или не заметил — все остальные.
В программе: голо_сование, поп_равки, политический грохот, подземные лозунги. Ещё картины будут и музыка.
С собой берите паспорт и масочку.
Потом расскажете.
#выставка
#ахуху
482
Вы мне только листик и ручку — и больше ничего. Вы мне только сковородку — и больше ничего. Только нож ещё — и достаточно.
Со вкусом,
Базелевс
Россия, июль.
482
ПРИЗНАНИЕ
Даже воображать не хочу, как вы там, бедолаги, ютитесь на своих королевских кроватях да раскладных тахтах, выстланных мамкиным постельным. За рабочими столами выстраиваете в ряд по цвету карандашики. В трусах у трюмо стоите, за фотографию прадеда схватившись навзрыд. Или в ванной рисуетесь в зеркало, ногу на ободок закинувши. Мне всё это думать даже не хочется — каково это, в ванной. Или за столом. На тахте. Что у вас там любопытного случиться в состоянии? — чихнёт кто-нибудь, пыль протирая? храпнёт от покойницкой статичности обстановки? с карниза свалится, виском об угол сдохнувши? Горемыки.
Каков бы ни был приём труда этого моего, я остаюсь в приятной надежде, что вы не станете разводить руками от жеманности косолапого тона моего — а то меж лопаток треснет. Я вам, конечно, и ответ принёс на мучающий вопрос.
Всё любопытное стекается коридорами на кухню.
Можете сколько угодно наслаждаться собою в остальных хозяйственных, жилых и людских. Сколько захотите. Только вот — жить когда? плести заговоры, предательства устраивать? Весь секс, войны, дым отечества, взгляды, недомолвки, блюды и ублюды — на кухне. Любую пятиактную драму о семнадцати героях возможно заключить одним-единственным пространством — кухней. Кухня. И только.
Воспоминания моего прошедшего казуального и профессионального кухмистерского опыта останутся со мною навсегда, и я решился сейчас признаться, что мне остаётся только разве что кровать под кухню пододвинуть, чтобы оставаться с нею неразлучным. Раз уж зарабатывать поварством мне больше не суждено — пускай будет так.
Я чувствую, что мне путь — в коммуналку на Литейном, чтобы окнами на проспект. Чтобы соседи там были молодые и талантливые, а вечера — тёплые. Чтобы краеведы из ГЭНГЪ по пятницам к нам — всё-таки, главное развлечение Северной Венеции, напиться настоек на кухне коммуналки. А потом гадить тэгами по фасадам, будучи вхлам. А?
Чтобы я вышел на кухню с картошки мешком, а изумлённые соседи, застыв в любопытстве, вопрошали:
— Что это ты помышляешь?
Драники. Конечно, бля, драники. Такие, чтобы если их бросить, то окно разобьют. Такие, чтобы за них кусали за пятки, предавали и называли новорожденных в честь.
Я, знаете, сделаю скромное кухарское отступление. Я сегодня с грибами сделал такое, чего я не каждой женщине стану делать. Лежали они, шампиньоны, поди, с дюжину дней в холодильнике, нарезанные и вида такого устало-грустного, что я даже похлопал по синей коробочке слегка, поджав губу отвернув взгляд восвояси.
Я уже расправился с остальными заготовками для ужина и заглянул в овощной из любопытства — мне доложили, что грибосы в наличии, поэтому проверять было не обязательно. А там — они. Горемыки.
Я сегодня не выспался, как, впрочем, и остальные все дни, что вы сможете вспомнить до этого, поэтому мысль, невротическая и раздражённая, стреляла звонко и уверенно. — чугунная сковородочка. Смекнул, что осталась горсточка белых сушёных где-то поблизости — поставил чайник. Пока ждал кипяток, в огороде цепанул розмарину несколько веточек и три колоса шнита, цветущего невзрачными ромашками. Залил кипяточком белые. Раздавил чесночинку, даже чистить не стал. Оливковое масло, соль. Замешал всё это вместе — шампиньоны, настой белых, белые, чеснок, розмарин, лук шнит, соль. Бляха. Выпарил жидкость на огне, оставив буквально 4-5 столовых ложек, добавил сливочного масла — и в духовку, 190, конвекция, на 10 минут, чтоб подпечь. Проклятье. Жаль дома никого не было — колени подкосил бы запахом. Еле сдержался, чтобы не съесть всё так — из сковородки. Но сдержался.
Ну и вот, представьте — кухня в коммуналке. Там ночь не кончается, там за драники дерутся. А по комнатам — чё и кто угодно, да только самое интересное случается, когда все встречаются здесь, на кухне.
Я сяду там, закурив самокрутенс, лист возьму, ручку и начну: «Здравствуй. Имя отчество. Дорогая.» А вокруг меня скачут, лепечут, что-то тыкают:
— Что это ты помышляешь?
Признание. А что же ещё? Конечно, признание.
482
Невский рынок, в одночасье захваченный заголодавшимися стрит артерами, теперь предлагает такое приторное образие всего и всех, что я даже фотографировать не стал. Не Галерея Уффици, конечно — но зато нелепый кусок Бубелов есть.
Сейчас там висит фотовыставка Шусти, про которую достаточно уже рассказали, например, здесь. Хотите сползать? Дерзайте. Не хотите? Как хотите.
Посмотрите бонус-клип с бабуськой, уставшей от обовшивеших вандалов. Где-то за кадром девчата интервью собирают, хотят креативное пространство открыть. Какие-то кубы стеклянные поставить. Не понял, что они имеют в виду — пространство и без того креативно-перформативное тут сложилось. Рассчитывают выдоить копеечку с этого усталого спота. Ну, что же? Как хотите.
#невскийрынок
482
Словом вовсе не выразить
Возьмём ничего не подозревающего человека. Вот, вы, к примеру. Начинаете читать этот текст и не подозреваете, чем он закончится. Можете воображать, конечно, разное: любовь, политику, наркотики, невообразимое и даже еду. Но текст всегда заканчивается одним и тем же. Текст заканчивается словом.
Вот мне — ряженки да квасу. Когда ряженки нет — ладно. Квасу — и подавно. Хорошо, конечно, когда приятно и вкусно, но это не всегда так бывает. Бывает, что и не время вспоминать о ряженке и квасе. Бывает, что не до этого вовсе.
Возвращался из магазина — ветер воет, берёзы трещат. Промозгло, людей — никого. В Хабаровске — митинг. В России — шторм. Выхожу из магазина — кабриолет, бмв, крем-брюле. Поворот перед бульваром знаем — там если проедешь, придётся объезжать. Проехал, разворачивается. Чтобы не объезжать. Ну, не мудак? Транзит. Чтобы нарушать лишний раз. Лысеющий, за сорок, рядом — блондинка. Молчат. А у меня —ряженка. Но в этот раз — одна. Чего, думаю, он крышу опустил? Ветер же воет. Берёзы трещат. Впрочем, ладно, понимаю. С блондинкой в бмв-крем-брюле — чтобы с поднятым верхом? Не.
Махнул на него кистью — в локте ряженка, другая в кармане. И всё думаю — куда он собрался? Зачем? А она? Почему сегодня? Почему не вчера? Сидели бы дома, да? Чаю, там, выпили или сыграли в города. Выходишь на улицу — идиота два. Березы воют. Ветер трещит. В Хабаровске — митинг. На улицах — рвань. Куда вы дальше? А она? Столько хочешь сказать — но ничего и не выразить.
Искренне,
Базилио
Россия, июль.
482
Падает раненый мент.
У меня плохие новости: я до сих пор криво рисую. Но это вы перетерпите немного, скоро я научусь поровнее.
#абих
#павловск
482
Чуваки, я нарисовал жирный шрифт для сайта, но вы тоже можете его использовать для своих типографских утех.
Устанавливается двойным нажатием, уместен для составления пасквилей и доносов, читаем даже с расстояния плевка.
Поглядите, кривенький какой!
