482
Subscribers
No data24 hours
No data7 days
No data30 days
Posts Archive
482
Гляньте, какой список жиденький. Собрался блины печь, а сметану с вареньем забыл — ни Базелевса, ни Стен с Фломастерами в этом выпуске.
Чего ради было собирать остальных в один пост?
482
Слышу, как вы срываетесь со своих офисных кресел на обеденный перерыв. А Никита Maze как раз приготовил для вас бизнес-ланч из двух горячих блюд, меня и Прозрителя.
Приятного аппетита:
https://youtu.be/nUse1xh6cTM
482
— Уже ноябрь! — крикнули из толпы.
— Как это — уже?.. — все захотели увидеть, как он перенесёт это неприятное известие.
482
Сегодня ездила кровь сдавать, ночь не спавши. Вчера поднялась в 5 вечера, разве уснешь после такого? Только не раньше следующего утра. Поворочалась с боку на бок, насилуя себя попытками отключить голову, вообразить утомление, да чего вообразить — прочувствовать его, прожить! «Зря стараетесь», — отчеканил Станиславский, взирая откуда-то сверху на мои жалкие потуги. Так и приехала к открытию лаборатории — аккурат к 7:30 утра. Единственное, что бодрило, — двойной фрешмакмаффин, который я обещала себе откушать после экзекуции. Вожделенный приз маячил на горизонте моего полудремлющего сознания — кроветворный, гемоглобинповышающий, благостный, сочный! А инъекцию плохого холестерина моим жилам сулил картофельный оладушек — всё было на мази.
Материала из меня выкачали на три пробирки, и то нецелых, что, по всей видимости, не помешало малокровию ударить в голову: не помня себя, ослеплённая божественным свечением терминала самообслуживания, я ткнула не на тот макзавтрак, мать его ети! угораздит же! ну и клуша — взять макмаффин с яйцом! нет слов... Его вообще кто-нибудь заказывает? Никакой свежести, никакой и благости! ноль по шкале Фреша! Даже апельсиновый сок тут не вывезет. Судьба у меня такая что ли? (Ангел мой — Святая мученица Лидия.)
Сижу мучаюсь и наблюдаю, как утро понедельника разворачивается на моих глазах во всей беспощадной красе: тщедушная парочка — алкаш и алкашка в сальных куртёшках, совсем как-то тихо и малоочевидно попрошайничают по залу. К кому подойдут вместе, к кому по отдельности — блюстители стерильности всех мастей разворачивают их, рассадников заразы, теперь ещё более нежелательных, чем когда-либо. Лицо пьянчужки заныривает в шарф почти по самые глаза, чтобы только не навлечь праведный гнев хозяев жизни. Подходит ко мне, спрашивает мелочь. А я с собой столько раз договаривалась! Столько раз просила себя: хватит! хватит видеть в каждом отёкшем лице лик своей матери! Не спасёшь уже. И их не спасёшь, только вклад внесёшь в иждивение. «У меня нет мелочи», — отвечаю, вроде спокойно, а ком поперёк горла, но не вру — мелочи и правда нет у меня, а если бы была… «Извините», — вжимает голову в плечи уже до какой-то невозможности. Отёкшие лица, лица совсем ещё девочек, не любимых никем.
Собираясь уходить, вижу их снова: мужичок выуживает из мусорки кулёк с остатками картошки фри. Может, и не на выпивку бы потратили. Спускаются. Иду за ними. Она чешет голову сквозь шапку ногтями смуглыми — вши, почти наверное вши. Мама обривалась налысо, чтоб не заедали.
«Постойте! — говорю, а сердце поколачивается, — хотите, куплю вам поесть?» Оборачиваются оба, остановившись в пролёте, такие удивлённые. «Да, купите, пожалуйста», — отвечают что-то разное, но почти синхронно и сливающееся в одно. «Хорошо, — говорю, — да не идите вы за мной, сейчас я куплю и вынесу вам», — а то мужик за мной уже увязался наверх по лестнице, как пёс, точно боялся, что передумаю. Просьбе моей внял — отвязался, но попросил чего-нибудь попить.
Думала, возьму сейчас по гамбургеру каждому, и будет всем сытость, а на завтраках, как выяснилось, стандартных бургеров нету — готовят только макмаффины да яичницы. Что же вы думаете? Заказала королевский комбо: двойной фрешмакмаффин, два картофельных оладушка, здоровый апельсиновый сок — пусть насыщаются витаминами. Вынесла им на лестницу локатор с чеком, поблагодарили оба, мужичонка этот в чёрной куртке, как лоснящийся кот, здоровья пожелал. Если после этого анализы плохие придут — разыщу шельму и заставлю стрелять на двойной фрешмакмаффин. Мне на двойной фрешмакмаффин.
482
Я вас зачем-то обделил постом об этом фесте, но зато Игорь Поносов не позабыл:
https://vk.com/wall-34933340_1456
482
Кто не баффался, тот мало чего понял,
Тот, кто баффался, не понял нихуя
Университетская наб, 23
#чертёж
482
Покрас раздаёт промокоды на Okko.tv, первые 45 дней подписки за рубль. Можно посмотреть «Бэнкси. Расцвет нелегального искусства» и дропнуть подписку.
okko.tv/s/pokraslampas
Пост создан по доброте душевной.
482
Хотите выходные с пользой провести? Значит вам сюда https://www.instagram.com/p/CGaREbOlID_/?igshid=cnoir4weygge
482
06:14
Музыканты будто бы уже спят, изнурённые, закрывши глаза, опустив голову, в опустевшем баре — словно звук магически сам себя выжимает из инструментов, истомлённый первым хмелем влюблённости и прошедшей ночью — мечтательный в своём темпе, обречённый в своём звучании.
Мы будто бы уже спим, положив головы друг на друга, прикрывши глаза, в опустевшем зале — словно сможем остаться так навсегда, обессилевшие и растерзанные первым хмелем любви — обречённые, так и не решившиеся признаться — виновные в любви.
UNLOVED, Guilty of Love (2016)
#микстейп
482
БУДНИЧНАЯ ЗАМЕТКА
Сил уже нет смотреть на последнюю свою запись. Забудем-те её вместе с остальным из того, что видеть нам не хочется. А я сижу, болтаю тапочком ногою, закинутой на другую, и в таком темпе резвом, как это у собаки бывает — балуется, знаете, неугомонная, дурачится — как, прямо, Рахманинов в рапсодии пальчиками по клавишам с высунутым языком прыгает. Рахманинов тот был ещё пёс! шельма! Но про его музыку красиво разве что Кандинский может — за нами попытки даже не ждите.
Вышел на улицу. Табак брать не стал, хотелось сигареток. Были две последние в захудалой случайно купленной когда-то там пачке. Покрутился у дома, заглянул в проулок. Там — свежая работа Лёши Бурстона. Буквально вчера вспоминал его почему-то. Артист изобразил на гараже космонавта трафаретом, с подписью смешной — что-то там про выпивку и то что она вроде как и ничего. Или её будто бы мало? Короче — это был алконавт. Эт я понял наверняка. Покурил, потрогал краску, ногой шаркнул играючи. Не совсем правильное место — ближайшая рюмочная, на Таврической, уже лет пять как не работает. Но — Россия. Страна правильная. Со страной угадал.
Забежал в Дикси на Тверской, что напротив остановки 46-го. Они там редизайн и маркетинг устроили, свет угомонили — теперь не дребезжит, как в окопном рву, —, расстелили на полу плитку — теперь не спотыкаешься в линолеум на повороте у молочного —, почистили предложение, поправили спрос.
Зашёл как раз в пересменку. Две узбечки чумазые копошились в стёганных пуховиках на кассе экспресс-обслуживания — не могли найти, куда под прилавком телефон свой оставили. Та, что постарше и пуховиком мохначе, несколько раз легла на колени только вступившей на караул бабуле, с которой то и дело чуть не слетали очки, а когда приподнималась, чтобы разворошить соседнуюю полоку, так облокачивалась ей на колени, что бабуля слышно кряхтела.
Та, что помоложе и мохнатостью сдержанней, что-то кричала улыбчивому грузчику в другом конце зала и посматривала на меня. И контекст был какой-то у её речей, знаете ли, такой, что можно было бы подумать, что это она ко мне обращается.
— Там есть другой магазин, — выцепил я из нескольких её фраз. О чём, действительно, может идти речь, когда вы оба в магазине находитесь? Не вникал. Но выцепил.
Вся эта возня с телефоном как-то вовремя закончилась — я уже все стороны высмотрел и чуть было не заскучал. Взъерошенная бабуля поправила очки с причёской несколькими движениями, впрочем, нисколько не преобразившими её, трижды проверила, удобно ли ей сидеть, оглянулась по обе стороны, и:
— Здравствуйте!
— Добрый вечер. Мне сигарет, пожалуйста, — я улыбался так, бляха, в пучине этой бытового сюжета оказавшись. — Кэмел. Синий.
Она, разумеется, голову опустила, поверх очков взгляд свой на меня обратила, ухмыльнулась слегка. Проверяла, сколько мне лет.
— Уж поверьте! Мне уже давно не 17! И давно не 18. И что самое страшное — давно не 23! — и смеюсь уже, попёрло чего-то.
Пересказывать прозу с поиском сигарет и активацией смены в кассовом аппарате — дело неблагодарное.
— Сейчас-сейчас…
— Да я уж не тороплю! Это мой организм уже извёлся на месте стоять, не обращайте внимания! — а я уже улыбаться устал.
Вышел, закурил. Каковы, да? Почистили! Плитку постелили, свет наладили! Дураки. Поулыбался и ушёл.
Колпак! Вот приделать Вадосу колпак на лысину — будет история. Это будет целый сюжет.
482
Вернём, ребята, #микстейп -среды — единственный хоть каким-нибудь режимом и самостоятельностью обладающий отдел Информационного Рубежа «Базилигон».
И пускай, что сегодня уже наступил четверг, а среда осталась позади, — педантическим ехидством к датам я никогда не болел. Помню, в какой день зарплату должны давать, а все остальные — покрылись пылью в моём календаре.
