за жизь, за искусство

Кадры из нашего нового совместного фильма с Дианой @ufoops Мы снимаем фильм про любовь и выкладываем отрывки в инсту. До конца съемок еще минимум год. Вот, что она написала про этот отрывок: В один из наших дней в Занскаре мы взяли Пани — будущую принцессу Занглы — в соседнюю деревню Тцезар, чтобы отправиться на поиски перака. Перак — это ладахский женский головной убор удивительной красоты, украшенный камнями бирюзы (из-за этого он весит под три килограмма и стоит очень-очень дорого). Каждой невесте положено сделать перак или принять его от матери для традиционной свадьбы. С ним связано много разных легенд и красивых смыслов. Согласно одной из них принцесса Спити, оказавшись в Ладахе, подумала, что это ужасно холодное место, и стала закрывать уши от ветра головным убором — так во всей долине появилась мода на перак. А еще считается, что перак отсылает к образу кобры и горной реки.

‘Singing Ice’ — ладахский фольклор Извините за качество, фоткала на коленке в последние пять минут перед дорогой, как это обычно бывает)) Но я очень люблю эту книжку, и как мне нравится наблюдение за природой Гималаев — суровой, сложной, холодной, вместе с нежными описаниями любви. Красота же

Нет лучшего ключа к месту и созданию чего-то нового на основе локальной культуры, чем фолк. У меня в инсте — новый пост с моей, пожалуй, самой любимой фотографией за последние месяцы, а еще текст одной из ладахских традиционных песен в переводе на английский. А здесь покажу вам больше ладахского фолка из книги ‘Singing Ice’ https://www.instagram.com/p/CxxGtC9Pwcy/?igshid=MzRlODBiNWFlZA==

‘when the wind hits the glacier there is a whistling sound… shrrrr.. that’s also music.’

Первые фотографии и продолжение истории из Занглы ✨🐍 На фото — Станцзин, принц Занглы, и его любовь из Венгрии — Пани. В ладахском языке нет выражения «я тебя люблю» с глаголом (Пани предполагает — может люди всегда были заняты вполне реальными действиями, поэтому места для глагола «любить» и не было?), есть только «chespa», это значит «моя любовь», и мы тоже это слово как-то быстренько подхватили и стали всех звать чеспами. Продолжая странствия в индийском Тибете с книгами Писселя и Харрера, я однажды зашла в гости к внуку князя из книги про Занскар. Через час чая и разговоров в моей голове сложились все пазлы и странные переплетения истории этого места, и я почти взвизгивала от восторга, что встретила ребят и магию течения времени в таком реальном виде. Начнем с того, что два столетия назад венгерский ученый Кереши Цчома, сумасшедше уверенный в своих идеях, пересек пешком Гималаи с юга на север и, случайно встретив в Ладахе мужа вдовы князя Занглы, осел на время в замке королевской династии Занглы, чтобы создать первый тибетско-венгерский словарь. 8 лет назад Пани, волонтер-архитектор из Венгрии, приехала в Занглу реставрировать замок вместе с фондом, названый именем Кереши Цчома. И вот еще одна шутка, сыгранная историей — уже восемь лет они вместе с Станцзином, принцем Заглы. (И даже сейчас в столь далекой культуре сложно представить, что кто-то из княжеской семьи выбирает себе партнера не из князей!) Теперь они вдвоем реставрируют замок его династии, в месте, где однажды случайно пересеклись две далекие культуры и продолжают существовать вместе. Ребята работают вместе над замком с участием жителей деревни, а еще — они начали реставрировать старый ладахский дом княжеской семьи, где хотят сделать арт-резиденцию и коммьюнити-спейс. На следующее лето запланирована их свадьба — одна в Венгрии, вторая — в Занскаре, по всем местным традициям.

Прикрепляю вам две книги Мишеля Писселя, раз уж мы в телеграмме. Первая — про Занскар, та самая, что из текста выше; вторая — моя самая любимая, биография Бориса Лисаневича, который бежал из Одессы после революции, оказался в Азии и открыл для всего мира туризм в Непале, начиная со свержения вместе с индийским правительством вековой диктатуры династии Рана. Сам Писсель — очень влюбленный в Гималаи и смешно-самокритичный, а его любовь к сумасшедшим историям и сливу денег на странные проекты добавляет сердечек с моей стороны. На востоке его книги добавляют смелости и любви к приключениям, а еще понимания, почему все вокруг тебя идет через жопу (и как это любить)

Long time no see! 🤍 Мы в индийском Тибете, в маленьком и почти не исследованном княжестве в западных Гималаях. Забавно это писать, но живем мы в доме князя — и, кажется, наш путь случайно привел нас сюда прямо по страницам книги вперемешку со странными совпадениями дороги. Моим спутником в этот раз стала книга французского путешественника Мишеля Писселя — абсолютно безрассудного любителя приключений в самых далеких районах Гималаев — который пришел в Занскар в 1980х годах со своим местным проводником. В деревне Зангла к тому моменту он стал 7 или 8 гостем-иностранцем, то есть регион был вообще нисколечко не изучен. Я обычно люблю брать в экспедицию книгу-ключ, но в этот раз происходит что-то за пределами понимания — я ловлю постоянные дежавю! У нашей компании с Писселем точно много общего — например, мы любим спустить деньги на глупо-безумные приключения, в каждой деревне скромно намекаем, что нам просто необходимо налить чанг (тибетское пиво), а еще мы любим напроситься в гости в самых удивительных местах. Про деревню Зангла мы знали точно: здесь больше 900 лет правит одна династия князей, и вот прямо сейчас мы можем напроситься к современной княжеской семье в гости. Собственно, что сделал и Писсель 40 лет назад. Уже сидя за столом я поняла: бабушка, наливающая мне соленый чай из термоса (она же на фото) — сестра князя, который добродушно поселил у себя дома Писселя. И дом, кажется, тот же самый! Уже на следующий день я болтала с сыном того князя, и, кажется, чувствовала Писселевскую неловкость, описанную в книге, задавая самые глупые вопросы про титул князя и их династию. В ответ на это Станцзин достал книгу «Античный индийский Тибет» и открыл страницу с генеалогией князей Занглы.В этот момент мое восприятие времени шло к черту, потому что об этом я уже почему-то знаю: так же точно сделал отец Станцзина 40 лет назад, и достал с полки ту же самую книгу — в ответ на тот же самый вопрос. Только теперь в этом развороте с генеалогией дописаны синей ручкой новые имена. Продолжение следует: здесь найдены герои для новых съемок и потрясающая добрая история. И, конечно, странное течение времени (которое здесь вдвойне странное почему-то!)

Wang Ningde ‘Some days’ художественный проект, в котором художник фотографирует людей с закрытыми глазами. о времени, связи реальности с памятью, тишине и воспоминаниях http://wangningde.com/works/some-days

Until the Earth just for the sun denies itself. 🌙 Istanbul

Помните, я обещала поделиться с вами плейлистом современной арабской музыки? И вот этот момент настал — я как раз снова приземлилась в Египте и сделала для вас лист 🌻 В плейлисте — исполнители из Египта, Ливана, Иордании, Марокко, Ливии с фокусом на инди. https://open.spotify.com/playlist/4ZOZNOvTW9BgD4A6EZWKK0?si=689UGdPPRoG85Ts0mMVkvQ

Интересное интервью о творчестве, путешествиях и кочевом образе жизни с прекрасным автором – Дианой Смыковой. Диана – независимый автор, работает на стыке художественной и документальной фотографии, а также с текстом и видео. В художественной практике обращается к темам идентичности, травмы, отношений между людьми и пространством, фокусируясь на личных историях. Читать

Делюсь с вами интервью для Select Gallery! Меня там понесло на размышления о вдохновении и творчестве, а еще я рассказала зачем мне путешествия и как найти путь к сердечку человека из другой культуры (любимая всеми тема, ага). И любимыми авторами в сфере кино и фотографии поделилась. Читайте, спрашивайте! надеюсь, рассказала что-нибудь полезное :)

Мое главное последнее открытие в кино — режиссер Elia Suleiman, которого мне недавно показал друг из Палестины. ‘Божественное вмешательство’ — трагикомедия о жизни в условиях оккупации Палестины и о любви, а ‘Должно быть, это рай’ — фильм о самом режиссере, который путешествует по миру и везде встречает неочевидные параллели со своим образом дома — Палестиной. Его фильмы — это странные комедии о стране с очень непростой судьбой. В интервью он говорит так: «нельзя отделить юмор от трагедии и безнадежности». И в его киноязыке как-то удивительно сходится черный юмор, сентиментальность и очень (!!) талантливый визуальный стиль.

Кажется, в этот канал сейчас снова вернется жизнь и посты. Я решила, что буду здесь периодически делиться тем, что меня вдохновляет и что я сама смотрю — фотопроектами, визуальным искусством и кино, ну и иногда музыкой. :) Начнем прямо сейчас!

Я чувствовала себя как будто в лимбе, и не здесь, и не там, потеряла все прежние опоры и еще не нашла новые. «Что такое дом и как строится связь с ним на протяжении жизни? Это образ, строение, воспоминания?», — эти вопросы ставит художница Диана Смыкова в своем новом проекте «Открытки домой». Эта выставка открылась в 22 февраля в Тбилиси. Для нас Диана собрала монологи людей из Евпатории и Минска, Вильнюса и Петербурга, которые рассказали ей о трансформации чувства дома как поиске и принятии происходящего. «Я и не здесь, и не там»: фотопроект художницы Дианы Смыковой о чувстве дома @prtbrt

Я думаю, что буду продолжать работать над проектом и собирать новые истории, потому что эта тема объединила все, что волнует меня сейчас. А еще — будет несколько публикаций в разных изданиях и инсте, посмотрим, что будет дальше. Я открыта к совместным публикациям и сотрудничеству, так что буду рада предложениям поговорить о проекте и написать о нем :) Сейчас можно посмотреть проект онлайн в Perito с текстами на русском языке!

Лучше поздно, чем никогда :) В Тбилиси до конца марта работает выставка с моим новым фотопроектом «Открытки домой». Это очень личная и актуальная для меня работа, в которой я собрала рефлексию разных людей о чувстве дома, идентичности, травмах и миграции, переосмысляя этот опыт и трансформируя его в экспериментальные фотографии. Заходите, если вы в Тбилиси! Dissolution Gallery 22 февраля - 29 марта (вт-сб) Kekelidze st N1, Tbilisi