Дореволюцiонный Совѣтчикъ

И каждый, пославший в подарок кувалду, получит в подарок бюст

Фрагмент нового стрима: ПАСХАЛЬНОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ. Полностью трансляция здесь https://www.youtube.com/live/lwrl9mLM4eg?feature=share вышло 4 часа, лучше смотреть на скорости 1.25 в конце есть стихотворение про Эннио Морриконе на 3:46:47

Залетайте на трансляцию https://studio.youtube.com/video/W3vD3CjRwuU/livestreaming

Добрый человек сверстал EPUB версию книги-стихотворного сборника ЕВАНГЕЛИЕ ОТ РУКИ. Если кому удобен такой формат - то вот. Она распространяется свободно и бесплатно. https://drive.google.com/file/d/1ZZvQTX6ICw_Dn47dHBrtOMJ-WbDB2qr5/view?usp=sharing

Фрагмент стрима #3 - Мой Неизвестный Брат - Пресс-конференция Сатаны. Полностью видео здесь, запись длится 4 часа, лучше смотреть на скорости 1.25 https://www.youtube.com/watch?v=bZykcFNKOcI&t=9423s

Поэтому Россия, точкой сборки которой сегодня пытаются сделать нелепую, глупую и бессмысленную войну, была бы ему чужой. И поэтому она столь чужая и мне, его внуку, его помнящему. Мой дед был известный топограф, он открывал места, исследовал их, описывал и давал имена. Он называл места их именами. Я называю своими именами явления, происходящие сегодня и тем самым стараюсь быть достойным его памяти. Сегодня идёт начатая Россией война и она преступна. Россией правят преступники. В России сегодня политзеками в тюрьмах томятся лучшие её люди. Россия сегодня убивает лучших людей соседней страны, что встали на её защиту. В России у власти воры и убийцы, убивающие её будущее и крадущие её память. Россия сегодня - это тюрьма массового невежества. Я освобождаю память своего деда из этой тюрьмы.

Пишут, что в этом году акция Бессмертный Полк проводиться не будет. Но я бы всё таки провёл её и вот как: я бы хотел, чтобы множество людей, искренне любивших своих дедушек и бабушек и действительно общавшихся с ними, а потому точно знающих их отрицательное отношение к войне, рассказали об этом. Я хочу видеть тысячи фотографий фронтовых героических стариков с надписями "мой дед не гордился войной, он знал цену победы и пролитой крови, он видел грязь и ужас, он сражался за то, чтобы этого больше не было никогда, он не хотел повторения, он освобождал людей из концлагерей, а не строил новые концлагеря, он сражался с большим глобальным злом, унижающим человека, злом, сортирующим и клеймящим человека, злом, порабощающим человека и он бы просто охуел от того, во что превратилась наша Россия сегодня" Это действительно общее место, о котором свидетельствуют практически все, кто имел счастье и честь застать своих героических стариков живыми и здравыми рассудком. Кто-то из них в пресловутый день победы молился, кто-то пил и плакал, кто-то встречался с редкими оставшимися, кто-то гордо надевал мундир несломленного победителя, но ни один из них выспренне, бравурно и пошло не гордился войной, не салютовал ей, не призывал её всуе. Не "можем повторить" и даже если можем, то не будем. Ибо мы это видели. Мы видели это, чтобы вы этого не видели. Мы молимся и трудимся, живём и умираем, чтобы вы этого не видели. Мы видели ненависть, чтобы вы видели жизнь и любовь. Наша Россия неуклонно, пародийно, гротескно и бездумно превращается в то, с чем сражался мой российский дед на одном фронте с моим украинским дедом. Он сражался против тех, кто посмел прийти со своими порядками на чужую землю. Против тех, кто возомнил себя выше, лучше, разумнее, избраннее соседа и на этом основании напал на него. И на этом основании жёг его дома, насиловал его, топтал его мир, крал его блага, развращал ценности и перекрашивал их, не давая взамен равенства и справедливости, потчуя выживших снисхождением дрессировщика и рабским унижением. Наша Россия превращается в это целиком, но не полностью, бесповоротно, но не окончательно, обречённо, но видя в этом надежду, как больной биполярным расстройством принимает маниакальную фазу недуга за избавление от депрессии. Она превращается. Её превращают. Она рада превращаться. А там, где она не рада, она пытается научиться радоваться этим метаморфозам. Сойти с ума, чтобы не сойти с ума. Но всё же сойти с него, заблудившись в тактическом двоемыслии. Я хочу видеть подлинно бессмертную армию наших предтечей, нашей родни, наших предков, которых оболгала и присвоила грязная пропаганда, прикормленная путинской мафией. Я хочу видеть фотографии мёртвых героев с живыми глазами и живыми словами правды их подлинной памяти. Я хочу оживить историю жизни своего деда, чтобы её подлинность посрамила их ложь. Мой дед презирал войну, хотя воевал самоотверженнее многих. Он знал войну, умел в неё, видел её и от того ненавидел. Этим он, как и многие настоящие воины, отличался от кухонных вояк, реконструкторов и закомплексованных дрочеров на сусальную позолоту былого псевдовеличия. Жалким военкоришкам и пропагандистам не помешало бы научиться хотя бы просто драться, дабы понять, что любая драка бывает весьма болезненной - это и есть цена входа в игру. Такая цена есть всегда. Покупающие чужой кровью свой мещанский микрорай её не платят и от того истово зовут в бой, на который не пойдут сами, чужих отцов и детей. 9 мая я размещу фотографию деда с небольшим рассказом о нём с теми словами, что он действительно говорил о войне. Он её не хотел. Он хотел мира во всём мире. В этом он был подлинно советским в хорошем смысле человеком, наивно устремлённым в космический глобальный ефремовский социализм, в добро и справедливость. Мой дед не воевал виртуально на словах ни с Америкой, ни с Европой, ни с Украиной, и даже с Германией он не воевал в своей голове спустя много лет, он не носил в себе войну, как это случается с военными, война не стала его точкой сборки.

Блогер весело шуршит на просторах, на просторах, на просторах. Их, конечно, закрывать лучше хором, лучше хором, лучше хором. Раз карманчик, два карманчик - будет дозочка. Раз решётка, два решётка - будет звёздочка. Раз шутейка, два шутейка - парень в розыске. Раз зарплатка, два зарплатка - будет гнёздышко. Кто свой срам снимал на фото у храма? Кто на рану сыпал соль ветерану? На посты твои, не так поняты́е, завтра наши поглядят понятые. Завтра две ТП твою жизнь слегка превратят в УГ по статье УК. Можем удалить запись в КУСП... Хочешь жить, ЗК? Поделись ЗП. Надо проще жить, волей дорожить. А УДО, удот, надо заслужить. Да, здесь нет святых. Не святой и ты. Да, не церковь здесь, хотя здесь Кресты. А такими святыми у нас весь СИЗО полон. Да чё ты кривляешься, ты что у нас клоун? А мы, между прочим, добрейшая из полиций. В СэША бы присел, а мы научим делиться. А то жирно живёшь, псина, а ты ж у нас не маргарин... Во имя Истца и ФСИНА, и святой Чистухи... Подкинь!

Если каждому слеза солона, коих в нас, как простоты в мудреце, то твоя, как сталактит из говна, что намёрзла на озябшем лице. Дом отстроят даже краше, чем был, но погибших не вернут на войне. Дом отстроят, только друг, что в нём жил не придёт на новоселье ко мне. Череде столов, накрытых у хат, стул пустой укором в каждом дому. Друг в раю, теперь придётся пахать, чтоб попасть на новоселье к нему. Но в сарае зарывая мешок впрок добра и умножая пиздец верно думать: им в раю хорошо, уж получше, чем оставшимся здесь. Ведь для каждого слеза солона, коих в нас, как мудрости в подлеце. Столб позорный - велика ли цена? Всё зависит от делений в столбце. Пара цельсий отделяет всего сэра доблестного от мудака. Наша русская зима хоть кого превращает в белого ходока. Коль эребом не накрылся эдем, значит разные у нас холода. А весны пускай не будет совсем, чтоб не таял сталактит никогда.

Господ музыкантов приветствует грохот орудий и шелест банкнот. Признаться, нам похуй, что вы не держали смычков и не знаете нот. Пожаловал к Господу на именины, назвался груздём - дело швах: придётся играть хоть на том, что в штанине, не то что на молотках. Играйте ж ребята, дарите улыбки, слезой окропите грудь. Но если в твоём саквояже не скрипка - братанчик, не обессудь. Оркестровую яму копай под парашу, пену ярости вытри со рта. Здесь нам музыки надо, а это вот ваше - мышиная, блять, суета. Оправь напоследок манишку и фалды, ведь бдит наш небесный Минюст и каждый, пославший в подарок кувалду, получит в подарок бюст. Вы сильно бесили небесного папу, а этого папу нельзя раздражать. И вместо УДО вам теперь по этапу впаяют родиться в России опять. В рай с такими-то рылами чартер заказан, есть других приключений на копчик: Серафим винтокрылый билетик до ада подкинет с доставкой в окопчик. Не благая, но весть. На тебя смотрят дула, как поклонниц глаза роковые. Сэр, извольте присесть: это ваши два стула со струнными и духовыми. Так играй или тот, кого так заебал ты, исторгнет тебя из уст и каждый, пославший в подарок кувалду, получит в подарок бюст. Фальшиво поют мины над головою, стучит пулемёт невпопад. Попса... А на зоне сейчас Морриконе, но поздно, братиш, это ад. Братиш, это ад и здесь черти истошно стрекочут неистовым хором и музыкой это назвать очень сложно, ну как и тебя дирижёром. Кто был ты по масти: скрипач или тот, кто зашкварно мусолил фагот - в траншее, как в пасти, а кто ты по масти случайный снаряд не ебёт. Хоть Моцарт, Сальери, Вивальди и Шуберт, и Вагнер, любитель войны - лопатой в полях ковыряете Глинку, вдруг Бах - и лежат пацаны. Хоронят братву - будто церкви сажают: торчат из пригорков кресты. Кто по существу ты - старухе с косою ваще до трухлявой пизды. Убийцы, насильники шествуют строем, цыфири рисует главбух. А после напишут - что все здесь герои, им надо, чтоб все были ух. И даром, что этот барыга и жулик, а этот подлец и трус. Здесь каждый, пославший в подарок кувалду, получит в подарок бюст.

На стриме спросили: можно ли распространять гуглдок-сборник стихов ЕВАНГЕЛИЕ ОТ РУКИ. Да, разумеется, если считаете нужным и интересным, то да, полностью или частично. Евангелие от руки - Россия https://docs.google.com/document/d/1HQEBQyugAvXUyczHcyEj-zxVK4mAj-_hQm_DpjAmZ_k/edit Евангелие от руки - Украина https://docs.google.com/document/d/1USNDNwFI0PnYkEQGNqB1kf7gtN8w4QIHVDXjEXgwpwk/edit

Фрагмент стрима 2 - Вахтанг Кикабидзе - Каин и Авель

На старой открытке к Пасхе цыплёнок в яйце, как в каске. Он важно сидит в карете и в небо топорщит клюв. Я этот презент винтажный В музее одноэтажном купил для тебя к букету, на нём написав *Люблю* Помню яйцами бились такой вот пасхальной ночью и вместе гурбою шли через тёмный Киев. Нам с братом достались яйца покрепче прочих. Бабушка красила. Только у нас такие. Крашено луком. В крапинку. Тёмно-красное. Будто кругляш новых праздничных маминых бус. Помню: стою, сам не бью, по нему все лупасят и разбиваются в дребезги. Я смеюсь. Нежность неловкая (время скупо на ласку) флаг, как цыплёнок - жёлтый на голубом. Год назад уходил тем цыплёнком в яичной каске, а теперь отражаюсь плечистым здоровым лбом. В церкви старой, где был я крещён, на себя непохожий, старых падших друзей на иконах узнал, словно знак. Быть такого не может, я знаю, и всё же, и всё же не гоню это марево и пелену... Пусть так. Вот я маленький снова на створки смотрю золотые, будто в сказку попавший стою с тем яичком в толпе. А эти на каске осколочные, пулевые - это всего лишь трещины на скорлупе.

Фрагмент стрима

Мы говорим ракетам: ваш век ракетов краток предельно: вы были и вот вас нету. Как дитяте заботливая мамаша - мы вам в газовый след рукою помашем. Мы говорим ракетам: нету вас краше, дорогие вы наши! Дорогущие наши! Мы ракеты беззлобно ласково троллим: вы уж зажгите на этих ваших гастролях... Мы ж не зря надували вас газами сжатыми. Вас враги заждались и вражини с вражатами. Вы разлетитесь на сотни цветных огней. Космос пока подождёт - есть дела важней. После о нём помечтаем на сказочном Бали: "Юра, мы всё разъебали и всех наебали" Юра Гагарин, святой эмпиреев никатор нас перекрестит в оплавленный иллюминатор. Мы украшаем ракеты большой звездой. Мы поливаем ракеты святой водой. Бережно их укладываем в траву. Морды вострим их в небесную синеву. Пишем на них и рисуем свою печать. Им говорим: мы будем очень скучать. Цельнолитые поглаживаем бока: С Богом, родные! Ну, всё, летите. Пока. Отвечают ракеты нам свысока: мы лишь посмотрим спектакль вон в том ДК, лишь навестим собачников в том дворе, только заглянем к девчушке той на ДР, только слегка поприсутствуем на веселье этих молодожёнов на новоселье, деда на даче проведаем - будет рад, в парке шугнём чипиздриков - и назад. Нам говорят ракеты: мы не прощаемся. Мы к вам вернёмся, ведь мы всегда возвращаемся. Ждите нас, бдите, глядите на облака. Всё, нам пора. А вы живите пока.

Эфир таки удачно записан и загружен. Здесь полная версия без вырезок стихов, длится 4 с лишним часа, так что смотрите лучше на скорости 1,25. Скоро закину только стихи отдельно, причёсанную версию, но и это пусть будет для истории. Многое не прочёл, но скоро следующий и вот там - да. С любовью и уважением, ваш бородач с кинзмараули https://www.youtube.com/live/bZykcFNKOcI?feature=share

Кто-то из нас уходит потом в солдаты. Кто-то ныряет в окна на мостовые. Кто-то из нас уходит потом куда-то, где нету боли и тихо, и все живые. Где каждому воздастся по его вере, и по любви воздастся к тем, кто в беде. А на радугу уходят не только звери, но и самые лучшие из людей. Время прилечь, но речь глуши‌т канонада. Всем не помочь. Ночь вздыбило и трясёт. Но разве это значит, что пытаться не надо? Знаю, что ты не сдашься ведь? Ну и всё. Когда надежды и веры нет, и нет любви, чтобы выдать сверх. И снова падает с неба смерть. А я в глазах твоих вижу свет. Когда надежды и веры нет, и нет любви, чтобы выдать сверх. И снова падает с неба смерть. А я в глазах твоих вижу свет. Новые рубежи в огне и дыму. Оксюморон: приветствуем дома дом. Выжжено всё и растащено в том дому - ну, ничего, отстроим и заживём. Ну, ничего, затянется, заживёт. Ну, ничего, затянемся, помолчим. Ну, ничего, долечит скупой снежок тех, кого не успели спасти врачи. Снег бывает и бел, а я позабыл: он больше красен от крови и чёрен от гари. Те, что пока ещё знают его другим, завтра уходят в полымя тревожных зарев. Ветер осушит слезу на шевроне "Док". Солнце согреет иней на автоматах. Завтра мой сын уходит на передок. Он командиром, я - обычным медбратом. Хоть облачён он в тактический гардероб, но колосочек на фото жуёт звычайно. Он, как и я - потомственный хлебороб. Гоним по полю, сменив на броню комбайны. Танком пропашем по озими колею. Если поймаешь глупую пулю татью - я породил тебя, я тебя и зашью. Нечего, сынку, в пекло поперёд батьки. Эти огни красивые, как салют - дар смертоносный от братьев на годовщину. А новый год мы, наверное, встретим тут: нежа оружие, словно своих любимых. Но есть и мечта, что осталась с мирных времён. Священник молись и ведьма колдуй с Конотопа: внуку отправить гитару, лабает он - к Евробаченню пусть там готуется... З новым Rockoм! Мы смеем то, что не смели сметь. И не становится тише смех. И снова падает с неба смерть. А я в глазах твоих вижу свет. Мы смеем то, что не смели сметь. И не становится тише смех. И снова падает с неба смерть. А я в глазах твоих вижу свет.

Повторю в годовщину трагедии в Буче. Это новая Хатынь. Это боль. Это правда. Это прожитая боль правды, переросшая в силу. В упорную силу и волю сделать так, чтобы правду об этом событии узнали все. И чтобы это не повторилось. Нигде на земном шаре. Ни с каким городом. Ни с каким человеком. Кто-то рождён для войны. Я вот точно нет. Лицо даже доброе, как мем с Дукалисом. Когда впервые я с разгрузкой надел жилет, я с ним на́ спину упал, оборжались все. Кто-то там что-то давно всерьёз - тренировки, боротьба и победа, а мне всех всегда жалко было до слёз. Я, ты знаешь, даже по вегану. Я бы в Хогвартсе учился не в Гриффиндоре. Вряд ли я победил бы Воландеморта. Я б от варваров не спас своё Земноморье. Но так было до 24-го. Просто не узнал себя, не узнав Ирпень. Там, где местом казни стал столь знакомый двор. Я уже не помню как начинался день, но для нас он не закончился до сих пор. Говорят, что Бог надел форму ЗСУ? Я не знаю, не застал, сам пришёл с весны. Правда, не видал его, сколько я живу. Не встречал его и здесь, лишь богов войны. Если ты не для войны, значит ты не здесь. Это значит - не тебя гложет вороньё. А кому же встать за всех, раз совсем пиздец? Если я не для войны, кто же для неё? С тех пор я стал черствее, жёстче, сильней и злей. Я убивал, но я не мог воскресить друзей. Я умирал до смерти, каждого хороня. Смотрите, парни, вряд ли стыдно вам за меня. И каждый новый враг заплатит за всё моё. Мы не возьмём их в плен, они нелюди, зверьё. Но молодой не дал добить их, сказал мне "нет". Я в нём себя того узнал и увидел свет. И снова пламя взмывает вверх. Забыт наш Бог и завет наш ветх. И снова падает с неба смерть. Но я в глазах твоих вижу свет. И снова пламя взмывает вверх. Забыт наш Бог и завет наш ветх. И снова падает с неба смерть. Но я в глазах твоих вижу свет. При сирене мне уже не хочется пуститься в бегство. В прошлом паника и страх - привычный маршрут сейчас. Темный город узнаётся по очертаниям, знакомым с детства. Мы с тобой сегодня ужинаем при свечах. Тебе так идёт с ботинками этот халатик. Повезло нам всё же возле метро жить. Есть время сказать главное: люблю тебя очень, кстати, и некстати тоже. На, мелкую подержи. Кстати, молодец, что схватила детский горшок. Так и спит мала‌ - набегалась, утомилась. В лифте НЗ обновили мы? Ну, хорошо. Тем, что над нами вот в прошлый раз пригодилось. Тебе тоже вся жизнь наша кажется странным сном? Очень страшно проснуться, поняв, что как прежде не будет. Знаешь, наш мир ведь не прежний уже давно. Поздно бояться и рано сдаваться, люба. Эти невзгоды Днепр легко унесёт. Мы обязательно выстоим. Хочешь чая? А смерть - лишь на время разлука с тобой и всё. Я её не боюсь, просто не хочу, відчуваєш? Мне сейчас так спокойно, веришь? Знаю одно: это чувство меня ни разу не обмануло - ми вільне и гарне життя збудуємо зно... Тссс, не шуми, наше будущее проснулось! Нас эскалатор несёт наверх. Наш поцелуй на глазах у всех. И снова падает с неба смерть. А я в глазах твоих вижу свет. Нас эскалатор несёт наверх. Наш поцелуй на глазах у всех. И снова падает с неба смерть. А я в глазах твоих вижу свет. Мы не довезём: это про бензиновый генератор. Мы не довезём: это про беженцам зимние парки. Мы не довезём: это про лежачего с абсцессом папу. Мы не довезём: это про львёнка из зоопарка. Не траспортабельно. Поговорите с врачами. На блокпосте всех могут запросто завалить. Будет проще взять и заняться другими вещами... А мы просто взяли и довезли. На старом бусе, Хаммере или ЗИЛе, что починили, пусть он едва ползёт - мы всех вывозим, вывозим, как вывозили. Даже когда не вывозится. Даже когда не везёт. Да, волонтёр - это только звучит гордо. Толком не спали с весны - живём по знакомым. Этот хоббит с другом завтра повезут в Мордор броники, носки и каски для эльфов и гномов. Волонтёру не развидеть этих, грызущих душу, не забыть погибших тех ни за грош всех. Волонтёру ведь тоже волонтёр нужен. Только вот волонтёров не напасёшься.