Рома Сит. Дневник

Нашел свой старенький рассказ, отредактировал и теперь публикую. Приятного прочтения. https://telegra.ph/Karma-12-18

В музее истории вьетнамской войны есть огромная секция, посвящённая сопротивлению самих американцев этой войне. Большую роль в сопротивлении играли солдаты и офицеры, своими глазами увидевшее бесчеловечную и бессмысленную природу этой войны, возвратившись на родину они много рассказывали о том, что видели, пытаясь остановить войну. О военных преступлениях американцев много писали в американской же прессе, показывая шокирующие кадры и последствия «операции». Именно став непопулярной в самой Америке - эта война закончилась. Невозможно переоценить свободу слова. Этот инструмент позволяет вернуть верный ход всему механизму.

Не ходите воевать Эта война – преступная. Вы не будете защищать родину, не будете защищать народ, не будете защищать свои семьи. Вы будете защищать галлюцинации сумасшедшего старика, который захватил власть, подчинил себе страну и живет в невиданной, нелепой роскоши. Вокруг него – группа таких же людей, они обогащаются за счет населения страны, обворовывают его, мучают. А умирать отправляют тебя – за их дворцы, спортивные автомобили, чтобы их любовницы летали на частном самолете в Париж и писали в инстаграме многозначительные тексты о том как важно верить в себя. Вы же виделе это сами, в любой городе, где бы вы не жили, есть жирные чинуши, которые ездят на мерседесах и живут во дворцах. Вы будете воевать за них. За их мерседесы, за яхты, за губастых блядей, за свою собственную нищету, за нищету своих родителей, за бесправие и рабство. А они – те, кто призывают вас идти на войну, они туда не пойдут, будьте покойны, и дети их тоже не пойдут. Они оттправят на убой вас. И вы не будете защищать страну. На нашу страну никто не нападал, ей никто не угрожает. Единственная угроза нашей стране – это преступная власть и то безумие, которое она породила внутри. Вы будете защищать бред, выдумку, истерику больного, альтернативную историю, конспирологические теории. Школьного образования достаточно чтобы понять, что все о чем они говорят по телевизору – абсолютный абсурд, ерунда, наглая ложь, топорная пропаганда. Цена ей, однако, ваша жизнь. Мир не такой, каким они его рисуют. Они вас обманывают. Каждое их слово ложь. Это они фашисты. Не ходите воевать. Война – это не как в советском фильме, война это оторванные руки и ноги, разорванные внутренности, выпущенные кишки. Война – это сгореть заживо. И вы не будете воевать С НАТО, не будете никого освобождать. Вы придете на землю близкого народа, будете воевать с людьми, которые вам не враги, которые защищают свой дом. Вы придете разрушать точно такие же города, как те, в которых вы выросли сами. Посмотрите на свою мать и подумайте, что вы пойдете убивать точно таких же женщин. Вы не принесете на эту землю ничего, кроме горя. Вас там не ждут, вас там ненавидят. Посмотрите, как героически сражаются украинцы уже больше 6 месяцев, весь народ объединился и противостоит огромной армии. Думаете, если бы они ждали вашего освобождения, то они бы так воевали? Думаете это какая-то небольшая группа националистов? Нет, против вас будет воевать весь народ. Каждый, кто способен держать в руках оружие будет мечтать оторвать вам голову. И даже если вас не убьют, вас ждет только позор. Вас будут ненавидеть, как ненавидели гитлеровский солдат. Вас будут ненавидеть везде, и больше всего в собственной стране – потому что в первую очередь это война против своего собственного народа, против русских. Против нашего будущего. Я не знаю ни одного приличного человека, кто бы поддерживал эту войну. Кроме недееспособных стариков и маргиналов, кроме алкоголиков и быдло, кроме тех, кому за это платят деньги – у вас нет союзников, но со временем не станет и их. От вас отвернутся все, потому что это войну России не выиграть. Те, кто сейчас подстрекают вас идти умирать – откажутся от вас в первую очередь. Скажут, что их обманывали, что они заблуждались. Только это не вернет вам руки и нон. Чести и совести. Посмотрите на ветеранов Афганистана, как государству и народу наплевать на них? А нас будет наплевать в тысячу раз больше. Для народа вы будете убийцами, маньяками, фашистами, от вас все будут пытаться откреститься, везде, куда бы вы не поехали. Ваши дети будут скрывать то чем вы занимались, потому что им будет стыдно. В Украине вы не найдете ничего кроме смерти, кроме позора, презрения и забвения. Не ходите воевать, найдите любой способ чтобы этого не делать. Отправьте этот текст кому-то, кто думает пойти на войну. Делайте все, что в ваших силах, чтобы этого не допустить. Это не ваша война.

Я сейчас всерьез прочитал в одном из местных русскоязычных пабликов, что свобода – это ругательное слово. В статье обсуждалось демократическое движение в Азии и вот какие комментарии пишут к статье русские люди: Хорошее дело демократией не назовут. Свобода – это ругательное слово. [В этом движение слышен] Неприятный запах с той стороны океана. И в таком духе еще несколько комментариев разного рода желчности. И у каждого комментария много положительных реакций, это явно популярные мнения среди людей из народа. Думаю, что это самая большая трагедия этого народа – абсолютное непонимание ценности и важности свободы. Свобода имеет для людей абстрактное значение, люди часто не понимают, что свобода – это в области практичного, например право на суд присяжных, вместо произвола и прихоти того, кто осуществялет власть. Но самое страшное открывается в том, что вытекает из этой мысли. Получается, если свобода и демократия – это плохо, что же тогда хорошо? Какое слово ласкает слух русских людей, комментарии которых я только что прочитал? Угнетение? Рабство? Покорность? Абсолютизм? Тюрьма? Мне очень трудно это понять. Но больше больно, чем трудно. Я понимаю, что часть трагедии заключается в том, что сама идея свободы дискредитировала себя в России и она нарочно искажена в сознании людей. У них сложились ложные ассоциации и неверные связи, но от того на сердце не меньше кошек, а надежды меньше. Герцен писал уже почти двести лет назад, что у свободного человека нет ничего, кроме сознания собственной правоты и надежды на будущее. Через двести лет нет и надежды, и как ее обрести, я, право слово, не имею понятия.

Спасибо всем, у меня теперь двадцать Платонов!

Братва, пожалуйста, помогите найти диалог Платона Федон. Есть может люди тут, которые разбираются в интернете? Я уже битый час бьюсь и у меня нихуя не получается, потому что я тупорылый дворник. На Литрес не дает оплатить (хуй знает почему, пробовал две карты), на торентах нет Платона, на Флибусте битые ссылки. У меня щас кровь уже из жопы пойдет от нервов и психу. Выручайте, дорогие читатели. Со мной можно связаться через тикер @zorbathegreek P.S. У меня прибор для чтения книг специальный, называется Kindle, вот, получается, там под него нужен как-то формат обоссаный. Я в этом нихуя не понимаю, я хочу просто читать Платона, а не ебеться с этим электроным говном. Спасите меня, а ? Ну были же женщины, которые были в меня влюблены, ну что стоят все ваши слова о любви, если вы мне книжку не можете помочь найти? Умоляю.

Сведу абстракцию до предметности. Вполне вероятно, что если бы не Михаил Горбачев, то я бы сейчас работал где-нибудь на заводе алюминиевом и гасил электролиз, а после работы поехал бы в переполненном автобусе на овощебазу и там дрался с бабками за подмороженную картошку. А потом дрался за валенки для сына, а потом пришел бы домой, там жена сварила борщ (урвав на рынке, как овчарка, кость), но соли нет, и я бы пошёл к соседу одолжить у него соль, но он бы не дал соли, потому что у него ее тоже нет. Наебнув ложку супу без соли (используя табуретку, как стол), я бы включил телевизор, где диктор монотонно рассказал мне какой в этом году удался великий урожай гречихи, потому что страна, в которой я живу, великая! У меня на этот счет нет никаких иллюзий, я не получил бы в СССР никакого билета в жизнь. Я родился в глубокой Сибири, за моим домом сразу начиналась Тайга; в бедной рабочей семье, где никогда ничего не было и даже не мечтали, что когда-нибудь что-то будет. Мой дядя начал колоться в четырнадцатилетнем возрасте (в 80-е), мой отец героиновый наркоман, дед пил и не дожил до пятидесяти, потому что пил, по неимению прочего, всякую бормотуху. Я первый человек в семье, получивший высшее образование (за деньги). Благодаря свободе перемещения, я учился в Европе (за свои деньги), а потом работал и, благодаря экономической свободе, строил компании. С 22 лет я уже зарабатывал столько денег, что ебучим совкам нихуя и не снилось. Я объездил десятки стран, много где жил и чего видел. У меня всегда было достаточно время на досуг, который я употреблял на образование, размышления, занятия искусством и литературой. Сейчас я, вместого того чтобы месить на заводе электролиз или стоять в очереди за шапкой, сижу в огромным доме: за окном садовник подстригает цветы (душ я принимаю под огромным кустом магнолий). Варится кофе, играет Чет Бейкер, моё лицо освещает солнце. Сейчас поплаваю в бассейне, закажу завтрак и буду читать запрещенные книги, а потом спокойно работать. Через месяц поеду в Лиссабон, пить белое хрустящее вино, править лодочку и ходить смотреть на современное искусство. Нахуй мне этот Советский Союз? Западный мир (обосранцы говорят “рыночек”), позволил мне не только получить образование и заработать денег, но и устроить свою жизнь таким образом, чтобы она приносила радость, а не была вечной борьбой. Жизнь должна приносить радость, иначе зачем она вовсе? Рассуждать о судьбе родины в коммуналке? Мыться на кухне в ведре? Если у человека есть мечты, у него должны быть возможности их воплотить в жизнь. В этом и есть прелесть свободы: перемещения, совести, слова и рынка. Человек может себя устроить и обрести достоинство. Но рабам это все не нужно, им нужно ярмо на шею и чувство приобщения к стаду таких же рабов. Поэтому у нас ренессанс советской античности. Поэтому Горбачева так часто мешают с грязью. Я писал этот текст только потому, что считаю это несправедливым и считаю, что Горбачев сделал не что-то абстрактное, а вполне осязаемое, имеющее влияние на мою непосредственно жизнь. Если бы не он, я бы никогда не увидел работ Микеланджело! Покойся с миром, Михаил! Спасибо тебе за волю!

Я на днях чуть не расплакался сам, когда мне показали видео, где человек страдающий от Паркинсона, который не может взять в руки предмет, настолько он дезориентирован. На него больно смотреть, это страдание. И он излечивается от страдания за секунду, благодаря технологии стимуляции мозга. Врачи просто включают что-то и человек становится здоровым. Он может взять стакан и выпить воды, и не может удержать слез из глаз. А в России тем временем всерьез на национальном уровне обсуждают концепцию золотого миллиарда и воют с выдуманными врагами. Пиздец полный, конечно. В голове не укладывается. С таким миром любой художественный абсурд теряет художественную ценность.

Каждый день приносит новые открытия. Вчера открыл для себя, что, оказывается, Платона трудно найти в интернете. Я искал диалог Евтифрон и у меня это отняло час времени. Более того, нашёл я в итоге не издание, а конспект некого студента, который перепечатал себе диалог в Google документ, снабдил комментариями, и поделимся им по интернету. Грех жаловаться, но комментарии его мне не нужны. Вот так и живу, книги взять в руки не получается (потому что я изгнанник), скоро таким образом дойду до рукописей в тетрадях и фотографий страниц. Я и раньше много чего не находил в интернете (о котором говорят, что там есть все знания мира), но то были вещи, как правило, специфические, но Платон! Это же базис Западной философии, самый знаменитый грек. Я даже в гараже однажды видел книги Платона, на них друг моего деда двигатель разбирал от Запорожца и там же резал сало. Все интернет библиотеки перерыл, а там практически ничего нет, кроме четырех-пяти самых знаменитых диалогов. На каком-то пиратском сайте нашел полное собрание сочинений, а оно не качается, ссылка не работает. Вот тебе, ёб твою мать, и все знания мира. Обман это всё и дудки, в интернете есть все знания мира для тех, кто ищет рецепты и выставляет напоказ срам. Зато вот с удовольствием и без трудностей читал свежий The Economist. С особенным интересом прочитал большую статью о генной терапии, когда редкие болезни вылечивают, модифицируя гены человека. Это удивительно, конечно, до чего дошли ученые люди. Они извлекают клетки человека из тела, с помощью обезоруженного вируса вносят в них необходимые гены (например в замену тем, что работают неверно и вызывают болезнь) и обратно погружают в человека. Это удивительно, люди могут редактировать людей на таком глубоком уровне, добравшись до сути, до структуры. Во все время чтения не мог не думать о том, что в России на официальном уровне всерьез говорят о боевых птицах из лабораторий Украины, призванных уничтожать русских. Два мира – два Шапиро! Какие все-таки разные эти миры! Какие разные задачи решают, какие дискуссии занимают умы людей. Если в развитом мире решают проблемы экономического неравенства, экологии, продления жизни, лечения людей, освоения космоса, то в России всерьез говорят… блять, я даже не знаю о чем в России всерьез говорят. О дне победы? О том, что нельзя быть геем? О величии? Пиздец какой-то. И вот в контексте прочитанной статьи, величие же должно на чем-то основываться. Мне кажется, что это великое достижение науки открыть ген, расшифровать его, быть в состоянии его починить, спасти человека доселе считающегося неизлечимым, обреченного на смерть. Это величие создать такую медицинскую науку, такое государство, которое делает все это возможным. А Россия великая почему? Что значит идея великого? Я понимаю это как что-то такое из ряда вон выходящее среди прочего себе подобного, превосходящее во много раз. Великое есть характеристика чего-то выдающегося. Даже великое страдание отличается от страдания обычного именно своим масштабом и глубиной. Я маму в Петербург перевез, потому что в ее городе с населением 300 тысяч человек не было кардиолога. Не специалиста по редактированию генов, а кардиолога. Можно ли назвать такую страну великой и если да, то в чем? Если я говорю, что я великий бизнесмен, допустим, а на деле мой бизнес – это чистить два бассейна у соседей, а чтобы купить штаны мне нужно копить на них четыре года, то возникают вопросы – величие ли это? Если в великой стране в городе на триста тысяч человек нет кардиолога, а у четверти населения нет доступа к унитазам (кто сомневаются – тому добро пожаловать в вояж Иркутск - Братск) то где сокрыто тогда это величие? В чем оно заключается? Каким образом это величие конвертируется в благо? Хуй с ним не материальное благо, любое? Должен ли человек упиваться величием своей страны, умирая без медицинской помощи в нищите? О чем он должен думать в момент своей смерти в коридоре больницы? О ветеранах? О битве при Бородино? О Ледовом побоище?

Проснулся пораньше, чтобы выделить себе досуг на чтение и письмо. Читаю Герцена: Передо мною лежат три-четыре письма, которые я получил от Грановского в последние годы; какая разъедающая, мертвящая грусть в каждой строке! Положение наше, – пишет он в 1850 году, – становится нестерпимее день от дня. Всякое движение на Западе отзывается у нас стеснительной мерой. Доносы идут тысячами. Обо мне в течение трех месяцев два раза собирали справки. Но что значит личная опасность в сравнении с общим страданием и гнетом. Университеты предполагалось закрыть, теперь ограничились следующими, уже приведенными в исполнение мерами: возвысили плату за студентов и уменьшили их число законом, в силу которого не может быть в университете больше 300 студентов. В Московском 1 400 человек студентов, стало быть, надобно выпустить 1 200, чтобы иметь право принять сотню новых. Дворянский институт закрыт, многим заведениям грозит та же участь, например Лицею. Деспотизм громко говорит, что он не может ужиться с просвещением. Для кадетских корпусов составлены новые программы. Иезуиты позавидовали бы военному педагогу, составителю этой программы. Священнику предписано внушать кадетам, что величие Христа заключалось преимущественно в покорности властям. Он выставляется образцом подчинения и дисциплины. Тяжелое положение. Повезло мне проскочить между молотом и наковальней двух невольных и безвольных эпох. Вовремя родился! С детства не терпел никакой дисциплины и подчинения, мне всегда это было очень противно и унизительно, и сейчас я никого не слушаюсь и делаю, что хочу. Русского Христа мне не надо! Я протестую всю жизнь против мещанского уклада жизни, смеюсь над иконами в автомобилях и фотографиями на холодильнике. И в армию я не ходил, и на государство я срал, и начальников у меня нет, и уважения к чину никакого нет. И жены тоже у меня нет, и уж тем более вещей. И мне заебись, мне вольно и раскованно, но на душе иногда погано. Потому что деспотизм, кругом крепостные, глупость и подлость, за деньги можно купить все, а обжулить человека и внушить ему любые мысли и вовсе не стоит никакого труда. Остается только утешение философией и размышления наедине с собой.

Написал три страницы своего романа, который я уже пишу несколько лет. Сейчас буду есть печеные яблоки. Вчера выиграл ящик безалкогольного пива в теннис. Заметил, что каждый раз, когда люди узнают, что я играю в теннис, они уточняют в настольный ли. Обидно, конечно, но с другой стороны я такой дебелый человек, что неудивительно. Читаю Герцена и понимаю, что да – Николаевская эпоха напоминают таки наши дни, в особенности своим раболепием, своей реакцией в политике, подавленной волей народа, подавленной свободной мыслью, втоптанным в грязь человеческим достоинством, третьим отделением, жандармами, доносами, тоской и холодом времени. Пропитанная страхом, но еще и трусостью царя – эта эпоха ясно день сегодняшний. Вот, что сам Герцен замечает об этом: Помещик говорит слуге: «Молчать! Я не потерплю, чтоб ты мне отвечал!» Начальник департамента замечает, бледнея, чиновнику, делающему возражение: «Вы забываетесь, знаете ли вы, с кем вы говорите?» Государь «за мнения» посылает в Сибирь, за стихи морит в казематах – и все трое скорее готовы простить воровство и взятки, убийство и разбой, чем наглость человеческого достоинства и дерзость независимой речи. И чем это отличается от дня сегодняшнего? Где эти двести лет? У меня в рукавах пусто – не мухлюю, можете сами проверить. Такое безвременье нынче, на секунду остановился и оно тебя затянет в свои тартарары. А там весь пантеон русских богов и у всех крови по самую макушку. Ладно, хуй с ними со всеми, пойду есть яблоки.

Воспоминания из детства История любви Я влюбился в одну девочку с городского форума. Иногда мы переписывались и несколько раз ходили гулять в основном в рамках форумных встреч. Я не помню, как её звали, но у неё было странное лицо. Оно меня привлекало как раз своей странностью, её красота граничила с уродством. Её никнейма на форуме тоже никак не могу вспомнить, но он был простым. Например “B@rby”, или что-то схожее по простоте. У меня было ощущение, что мы вот-вот начнём встречаться, но этого никак не происходило, как будто не хватало искры, чтобы зажечь порох. Я всё пытался как-то эту искру высечь, но такое было ощущение, что нет у меня кремня, то есть внутреннего стержня. Однажды на какой-то форумской встрече, к ней начал проявлять внимание парень, а она к нему. Я пытался переместить внимание на себя, но ничего у меня не выходило, как я не скакал козликом. Я расстроился и ушёл домой, а дома надулся как мышь на крупу, и даже ни с кем не разговаривал, и не ел. И спал я плохо, мне снилась она и тот её ухажёр. Надеюсь, что он сдох. Потом мне Олег Пылесос рассказал, что тот типок отжарил мою возлюбленную со странным лицом и всем рассказал об этом с подробностями. И все с тех пор называли мою возлюбленную писесоской, я сам слышал. Говорят, она даже однажды заплакала, но за это уже ручаться не могу. С другой стороны, зачем Пылесосу врать?

Дугин сегодня заявил, кстати, что его мертвая дочь радуется на том свете от того, что ее наградил президент. Какое же это все сюрреалистичное безумие. Как он это себе представляет, интересно? Сидит дочь на облаке в раю и смотрит по телевизору Путина? Из каких темных глубин человеческой истории лезет на белый свет вся эта придурковатая ватага? Меня это все обескураживает.

Слушатель филосовского кружка Дугина, так я себе примерно всегда представлял русскую правую мысль

Три дня писал стихотворение про Мадрид, стихотворение вышло про то как испаряются слова на жаре и что все уже было сказано на этой земле мертвых быков и ушедших художников. Дописав, я понял, что не сказал ничего нового и удалил стихотворение. Дойдя до точки стихотворение перестало существовать, оно рассыпалось под тяжестью собственного содержания. Мне нравится такая поэзия, от нее нет отходов. Лучше бы если все стихи были такого рода, за исключением малого количества. Читаю Герцена “Былое и думы”, тоже думаю о былом. Силюсь сесть что-то писать, но ничего писать не выходит. Так – корябаю вот этот текст. Всё хочется сказать что-то такое очевидное, а очевидного говорить не хочется, кажется, все и так всё понимают, а те, кто не понимают, уже ничего и не поймут. Так и живу. Даже завидки берут как это люди карандаш стачивают до основания в думах и ежедневных делах. По вечерам, как приду с тенниса, листаю альбом великого Дюрера и вчитываюсь в текст. У меня появился цикл “Апокалипсис” напечатанный отдельно – это лучший альбом, который мне доводилось иметь. Помимо всех листов на латыне с гравюрами высочайшего качества печати, есть еще русский перевод Откровения, где все проиллюстрированные фрагменты выделены красным карандашом. Я, конечно, все это и так читал, но в таком виде это совершенно удобно делать, удобнее чем сидеть над альбомами и водить пальцем строчка Библии, выискивая нужный фрагмент. Глаза только садить. Тут же у меня все под рукой в одном месте: и нужные слова и соответствующие гравюры. Живу так, что жаловаться не на что, как у Христа за пазухой. Конечно, я счастливый человек, что мне всегда дарят хорошие книжки, но я вместе с тем и несчастный, потому что я утратил свою библиотеку и я изгнанник. Кто же меня изгнал? То ли я сам, то ли люди. В России я чувствую себя иностранцем, а в других странах я тоже чувствую себя иностранцем. Чужой среди своих и чужой среди чужих. Так и живу. Но ничего, в глубине веков каждому найдется товарищ! Один из моих – Великий Дюрер.

Осень патриарха Вчера закончил читать “Осень патриарха” Маркеса. Книга произвела на меня сильное впечатление, как формой, так и содержанием, но ещё более тем, как одно переходит в другое. Дуэт подлинной поэтической гармонии. Я вначале немного противился стилю повествования, не давал веревочке виться (которой, как известно, сколько бы ни виться), упирался, и книга меня тащила; я стучал носом об доски пола и чихал, но потом перестал сопротивляться, ухватился за верёвочку, которая стала вдруг настоящей путеводной нитью, и меня повело путаными тропами больной фантазии героя книги, лабиринтами его памяти, коридорами его дворца. Его – вечного диктатора, старого настолько, что из нас никто не был настолько стар, чтобы помнить, когда он пришёл к власти, чтобы даровать нам прогресс через порядок. Он был всегда. Он, чьё имя – легион. Он вечный, как сама власть, как слова, которыми говорят. Слова будто бы возникали у меня в голове сами по себя, как если бы я их думал как сейчас, когда я пишу этот текст. С другой стороны, я ведь и так их думал, и сам ещё по сей момент я в том тексте, в тягучем вареве слов, крови, телесных выделений и времени. Совершенно определённо, что для хорошей книги недостаточно только слов, нужна ещё магия. Тогда только и получится магия слов, оживляющая камни и дающая силу не высохнуть изнутри, как высыхает дно ушедшего моря. Я как будто стал частью увядающего сознания деспота, плесенью на его мозгах, по ходу повествования я сходил с ума вместе с героем, с автором книги. Мы все сумасшедшие. И вы тоже. И вы. Я на вас сейчас плюю чумной слюной этого старого демона, этого первобытного чудовища, она тянется густая и вязкая, из одного текста в другой, вечная и густая, как желчь черепахи, на которой покоится мир. Да не переживайте, мы все в этой слюне с пелёнок. Видите? Всё хорошо, всё не так однозначно, продолжайте тянуть лямку. Это коллективное помешательство, массовое расстройство, застоявшийся болотный суп мирового всегда, нашего всегда, в котором кишат черви, из которого таскают гнилое мясо грифы, который испаряется под жарким солнцем тропика Козерога. Мозги закипают, а слёзы орошают сухую, мёртвую потрескавшуюся землю, оставшуюся от украденного диктатором моря. Но сколько нам ни плакать, море не вернётся в свои берега, хоть и количество слёз равно количеству украденных водных масс. Остаётся только радоваться той жалкой, но единственной жизни и её жалким, но пьянящим плодам. Вот, кажется, из наших слёз уже всходит первый росток. Давайте же надеяться, что вырастет виноград с тяжёлыми гроздями. Многие говорят, что созданный Путиным уродливый франкенштейн, его русский мир, – гомункул, который жрёт нас, словно Кронос своих детей, у которого лоскуты из самых уродливых трупов человеческого прошлого, тех эйдосов, что давно заперты самой неотвратимостью и необходимостью жизни в глубины ничего, небытия – говорят, что это сбывшаяся антиутопия. Не соглашусь с этим, мать. На мой взгляд, путинский монстр – это магический реализм, вера в небывалое в контексте удручающей и катастрофической реальности. Выдумка как способ побега, фантастика, замаскированная под реальность, потому что такой реальности просто не может быть. Остазию можно представить, путинскую Россию – нет. Россия – это сбывшаяся невозможность. Монстр Путина это совсем не тёмный эсхатологический ужас Оруэлла, а серое безвременье Маркеса: вязкая, безвкусная аморфная пена, из которой сонный паук плетёт реальность, а мы – мухи, пойманные в эти силки. Но любому деспоту, любому пауку, всегда противостоит художник, который обнажает весь абсурд, фарс происходящего, который не даёт пауку застыть в янтаре вечности. Выковыривает его оттуда, рвёт паутину и освобождает людей от сна разума, и люди понимают, что происходящее было всего лишь удушливым маревом. Вас никто не боится, мой Генерал, потому что вы смешны до невозможности, а ещё посмотрите на свои брюки – кажется, вы обмочились. Вот это оказия!

Аул, разоренный набегом, был тот самый, в котором Хаджи-Мурат провел ночь перед выходом своим к русским. Садо, у которого останавливался Хаджи-Мурат, уходил с семьей в горы, когда русские подходили к аулу. Вернувшись в свой аул, Садо нашел свою саклю разрушенной: крыша была провалена, и дверь и столбы галерейки сожжены, и внутренность огажена. Сын же его, тот красивый, с блестящими глазами мальчик, который восторженно смотрел на Хаджи-Мурата, был привезен мертвым к мечети на покрытой буркой лошади. Он был проткнут штыком в спину. Благообразная женщина, служившая, во время его посещения, Хаджи-Мурату, теперь, в разорванной на груди рубахе, открывавшей ее старые, обвисшие груди, с распущенными волосами, стояла над сыном и царапала себе в кровь лицо и не переставая выла. Садо с киркой и лопатой ушел с родными копать могилу сыну. Старик дед сидел у стены разваленной сакли и, строгая палочку, тупо смотрел перед собой. Он только что вернулся с своего пчельника. Бывшие там два стожка сена были сожжены; были поломаны и обожжены посаженные стариком и выхоженные абрикосовые и вишневые деревья и, главное, сожжены все ульи с пчелами. Вой женщин слышался во всех домах и на площадях, куда были привезены еще два тела. Малые дети ревели вместе с матерями. Ревела и голодная скотина, которой нечего было дать. Взрослые дети не играли, а испуганными глазами смотрели на старших. Фонтан был загажен, очевидно нарочно, так что воды нельзя было брать из него. Так же была загажена и мечеть, и мулла с муталимами очищал ее. Старики хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение. О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения. Перед жителями стоял выбор: оставаться на местах и восстановить с страшными усилиями все с такими трудами заведенное и так легко и бессмысленно уничтоженное, ожидая всякую минуту повторения того же, или, противно религиозному закону и чувству отвращения и презрения к русским, покориться им. Старики помолились и единогласно решили послать к Шамилю послов, прося его о помощи, и тотчас же принялись за восстановление нарушенного.

Читаю повесть Толстого Хаджи-Мурат. Повесть не была опубликована при жизни Толстого и вышла без цензуры вообще уже после революции 17 года. В повести идет рассказ о завоевании Северного Кавказа, Лев Николаевич сам там служил. Вот кусок, который очень меня пороpил и который вполне себе перекликается с сегодняшним днем. От Чечени 1849 год до Бучи 2022, оказалось, что не так-то и далеко:

Масштабы ебли русских мозгов. Книга про суд над Эйхманом Ханны Арендт. Оригинал: Russia, which had never signed the Hague Convention (Italy, incidentally, had not ratified it either), was more than suspected of mistreatment of prisoners, and, according to recent investigations, the Russians also seem to be responsible for the murder of fifteen thousand Polish officers whose bodies were found at Katyn Forest (in the neighborhood of Smolensk, in Russia). В Русском издании тот же кусок: Россию, которая не подписала Гаагской конвенции (вообще-то Италия тоже не ратифицировала ее), с полным основанием подозревали в плохом обращении с пленными, а на вопрос, кто убил пятнадцать тысяч польских офицеров, чьи тела были найдены в лесу под Катынью (в пригороде Смоленска в России), так никто и не дал удовлетворившего бы всех ответа; все, что можно было сказать — их, должно быть, расстреляли русские, если убийство произошло до сентября 1941 года, или немцы, если это случилось позже. Этот имперский яд везде