Татьяна Мэй

...Уже к ночи трамваем едем в госпиталь. Мы во Дворце культуры работников связи, на Мойке. Тогда здесь был эвакогоспиталь 1449. Раздеваемcя. Входит медсестра. В ее руках наволочка. Привычно собирает в наволочку запрятанные нами пистолеты. "Обвяжите друг другу раны клеенкой и помойтесь". Делаем. "Теперь тихо. Хирург уже второй день работает без сна. Вы не шумите". Выглядывает в дверь хирург: "Сколько еще?" - ответила - "Ну, давай". (Нас было человек 15-20). Три операционных стола. Врач ходит от одного к другому. Ложусь. Щипцы в рану. Осколок сидит в кости в лопатке, не выдергивается. Наркоз. Просыпаюсь. "Хотите на память?" - "Ну его". - "Сами дойдете?" - "Да"... Мутит только. Хирург уже наклонился над рукой одного парня, а тот помогает другой рукой собирать кусочки собственной кости. Тихо. Никто даже не кряхтит. Первый день брежу от температуры, потом - трое суток сплю. Потом стало весело. Много ем. Танцую с гипсом. За танцы сестричка дает мне лишнюю котлету. (Дальше в комменте.)

Раз уж сегодня про Берггольц говорили, то вдогонку памятник ей на Черной речке. Пишущая машинка, микрофон - и тот самый дневник. Пробитый гвоздями, как руки Христа. И к моему удивлению, на imwerden лежат все три тома дневников. Осторожно, чтение очень мощное и ни на что не похожее. Больших страстей женщина, конечно. Практически на глазах разворачивается формирование хомо советикуса - а затем его постепенное разрушение. Сначала советикуса, а потом и собственно хомо. https://imwerden.de/publ-14401 https://imwerden.de/pdf/berggolts_moj_dnevnik_tom2_1930-1941_2017__ocr.pdf https://imwerden.de/pdf/berggolts_moj_dnevnik_tom3_1941-1971_2020__ocr.pdf

Постоянно сейчас вспоминаю эту советскую байку. ...Защищается докторская диссертация по физике. Соискатель в докладе через слово вставляет: "Профессор Однокамушкин показал, профессор Однокамушкин отмечал, профессор Однокамушкин подвел фундамент и т.п.". Проголосовали единогласно; на банкете председатель диссертационного совета спрашивает: - Голубчик, всё было прекрасно, но простите великодушно - кто же такой этот ваш профессор Однокамушкин, совершенно не могу вспомнить! - Помилуйте, Анатолий Петрович, - это ведь Эйнштейн, всех же просят не упоминать иностранные фамилии!

Тихий, в общем-то, Ярославль изумляет обилием угрожающих названий: улицы, площади, проспекты Ленина, Дзержинского, Кирова, Октября, Революционной, Советской, Карла Маркса и даже Парижской Коммуны обступают со всех сторон. Справа тебя встречает мемориальная доска: "Здесь состоялся митинг лиги равноправия женщин", слева намекает: "На этой улице произошло вооруженное столкновение демонстрантов с казаками". Так что когда внезапно останавливаешься в таком месте, кажется, что попал в оазис. Однако, справедливости ради, в этом году я к этому исключительному месту не доехала, поскольку сидела в обнимку с матерью все время, и не знаю, может, уже и там что-нибудь случилось.

Расписание плавает, словно какие-нибудь жигули, прости господи, на Пискаревском проспекте. В результате можно записываться на 12-е - по Серебряному веку (по изнанке двинемся), и на 13-е - самый центр, от Казанского. Бечь сюда: https://events.tanyamay.com

Представляю, с каким чувством завтрашние гуляки смотрят за окно. Не дрейфь, народ. Питер надел ради вас все лучшее, ну и вы калоши не забудьте. Завтра, впрочем, все не так радикально. Но мы все равно споем наш гимн: "Погода стоит петроградская".

Петербуржцы, а что, citywalls нас теперь презирает? На днях народ жаловался, что не открывается, а теперь и у меня та же история. Кто-нибудь в курсе, это случайный сбой (летающий бочонок) или нечто другое?

Фейсбук подкинул "из раньше". Это мы у дома, где Суворов умер, стоим. Озадаченно разглядываю. Что я такое показываю уважаемой публике?! Высоту перевала Сен-Готард? Рост Суворова? Степень его величия?

Едем, уже после экскурсии, с остаточными гуляками в троллейбусе по Литейному. А я еще не успела выключиться, и автоматом у департамента уделов завожу: "Вот парадный подъезд, по торжественным дням..." - ну и дальше, про Некрасова. Пожилой дядька кондуктор, выдававший мне как раз билет, вдруг встрепенулся: - Кто-кто? - Не... Некрасов, а что? Он наклонился поближе и заговорщически: - А про Анну Ахматову знаете? - Слышали, - осторожно подтвердили мы. Он кивнул с одобрением и договорил: - Я ее сын. Мы сделали вид, что так оно и хорошо. Почему бы Льву Николаичу Гумилеву не выдавать в троллейбусе билеты, в конце концов. Только женщина у окна прерывисто вздохнула и буркнула: - Господи, дурдом какой вокруг.

Господа петербуржцы, у нас дата. 31 августа 1914 года, через месяц после начала Первой мировой войны, Николай II подписал высочайшее повеление о переименовании Санкт-Петербурга в Петроград. Реакция теперь уже петроградцев, впрочем, была не слишком восторженная. ...Зловещие слухи подтвердились и сегодняшнее правительственное сообщение гласит о серьезных неудачах. Тем бестактнее Высочайшее повеление, опубликованное сегодня, о переименовании Петербурга в Петроград... Кто подбил Государя на этот шаг — неизвестно, но весь город глубоко возмущен и преисполнен негодования на эту бестактную выходку. Однако, мне думается, что такого рода факты — не случайные эпизоды, а предзнаменование весьма значительное. Это один из признаков того падучего и глупого ложного национализма, который в завтрашний день нашего существования обещает стать лозунгом дня. Это самодовольная влюбленность в себя и свою псевдокультуру и будет одним из признаков российско-славянского одичания. Пожалуй, что это одичание постигнет не только нас, но и весь мир. 1914 г., Н. Н. Врангель

Ужасно эту вещь люблю. Причем автор - Юлия Могилевер, которая уехала из Петербурга и России пятьдесят лет назад. Но так он ее до конца и не отпустил. этот город, выстроен на костях все на свете знают, что это так вроде все понятно, да вот беда: на могилах не держатся города он давно ушел бы на дно болот только буквы вцепились в небесный свод под фундамент легли, зачеркнув гробы город-призрак, город-не-может-быть он из слов, из символов, из шизы где главней не материя, а язык вне пространства, вне времени, вне границ из тумана спрессован его гранит геометрия улиц и площадей опираясь о небыль, висит в нигде не вода в каналах его, а миф оттого строптив он и велеречив оттого циничен порой и груб щедр по-царски и так же чрезмерно скуп виртуален и потому одинок все творенья, строенья его из строк и над ним паря в небесах иных золоченый ангел чеканит стих

Лучшее, что я читала и тем более видела по поводу музыковедческого скандала. Моментально вспомнился Шестаков с его: "В каждом петербургском доме есть пюпитр и мольберт. Если приезжий гость поведет себя неприлично, могут уебать и тем, и другим". В общем, скажите спасибо, что еще художники не подтянулись. Видимо, свинец в мольберт заливают. https://www.facebook.com/reel/1429079182412368

Господи. Видели это? Живова хочется обнять. А с Задорновым понятно что сделать. (И все-таки - он был сумасшедший? Или тролль-шарлатан?) youtube.com/watch?v=-8RiJ_prMho&fbclid=IwY2xjawT-tJlwZG9mBWV4dG4DYWVtAjExAHNydGMGYXBwX2lkEDIyMjAzOTE3ODgyMDA4OTIAAR4J8zmTOoxrapprkFelC5j4qvp3UG6AfmwIPWr3iLpUXRrF2pyPN7qd4PFrEw_aem_LJuyQXpW5XQxrNlwqXEf3w

Воспоминания штука очень ненадежная. Кто-то искренне забыл, кто-то путается в дефинициях, кто-то в надежде обосрать давнего оппонента - это ж сколько воды утекло, свидетелей иных уж нет, а те далече. Так сказать, в гроб сходя, благословить. Но чертов интернет все помнит. Поэтому чаще всего достаточно просто нашарить поиском давнюю перепалку, перечесть и… не знаю, засмеяться, наверное. Особенно достается крестьянам-середнякам вроде меня, которые и не богу свечка и не черту кочерга. Вроде того как лет несколько назад, но война уже началась, вдруг обнаружила в чужих комментах клокочущую давнюю знакомую со словами: “Мэй забанила меня в 14-м году за то, что я “бандеровка”. “Это было ее буквальное определение”. Как говорю в подобных случаях, я выпиваю, конечно, немного красного за обедом, но не имею привычки таскать его кувшинами в кусты и тешить там дьявола на такой манер. Подняв брови, нашла ту склоку (в 17-м), убедилась, что я тогда потеряла терпение (не моя добродетель), послала оппонентку в анатомические отверстия и действительно забанила. А вот инвектив политического спектра в моем лексиконе не имеется. Как бандеровцев, так и, кстати, Мордора. Но человек спятил от ненависти и заврался напрочь, дело печальное, но обычное. А сегодня увидела нечто упоительное. Сердобольно обойдусь без имен, тут сам кейс прекрасен. Я без иронии, искренне восхищаюсь. Один переводчик, значит, пишет: “Таня Мэй, которая забанила меня везде за недостаточно белое пальто, вдруг вспомнила об одной из многих (вполне изящных, но не главных) переводческой находке в Сэлинджере”. Дальше он сообщает, что я об этом уже писала пятнадцать лет назад, но Сэлинджера вряд ли читала, а взяла находку из статьи Саши Борисенко. Сейчас поймете, почему я в таком восхищении. Хотя его перевод Сэлинджера и не смогла дочитать, тут он почти угадал. А вот критику тогда читала не без интереса. Профессионалы, да и просто читатели, рвали и метали: “Автор литературного эквивалента переводов Гоблина, опошлитель-популяризатор, дисконтный Расин” было не самым желчным. Поэтому Сашиной статье обрадовалась, люблю когда посреди шит-шторма кто-то вступается за обругиваемого. Ну и находка действительно была удачной. То есть переводчик наш одним махом убивахом семерых. Поставил две гиперссылки на собственно находку восемнадцатилетней давности - вдруг кто не видел?! - и мой старый пост, где его хвалят. На статью Борисенко нужным не нашел, зачем отвлекать людей от главного. Подчеркнул, что таких находок - изящных! - у него много. Что Сэлинджера я не читала. А не читала я его потому, что забанила талантливого человека “везде”. И главное - за недостаточно белое пальто. Как выразился Набоков по поводу мемуаров Нины Берберовой - “эксцентрические неточности”. Наш уехавший герой под одним из моих подзамочных постов развел турусы на колесах в том духе, что все оставшиеся фашисты и рабы. За что я его и забанила. Да и то не везде, мне лень гоняться с мухобойкой по интернетам даже в таких случаях. Хотя кто его знает, что он имел в виду под недостаточно белым пальто. К слову о дефинициях. Поделился(-ась) публикацией

Оооо, бдительные гуляки вовремя напомнили важное. 12 сентября - крестный ход. Невский перекрыт. И даже вроде частично Литейный. Поэтому народ, кто со мной гуляет по Серебряному, закладывайте это заранее в маршрут, которым собираетесь добираться до нашего места встречи. Ежели приезжие и не знаете реалий, пишите, сообразим как вам лучше идти/ехать.

Етишкин кот, что у Казанского делается. Это, однако, удачно, что в ближайшие дни мы там не гуляем.

Сделала попытку пересмотреть "Влюблен по собственному желанию". Внутренний Станиславский со сварливым "не верю!" то и дело рвался наружу. Как и подозревала - фильм все-таки слабый, хороши только пара эпизодов. Когда героиня Глушенко кричит матери: "Зачем вы рожали уродов!" и сцена соблазнения возвышенным эстетом. Зато что я обнаружила! Оказывается, эстета играет Иван Уфимцев, снявший "38 попугаев". И он же играл Суворова в дивной рекламе "Империала". Разрывалась сейчас от желания запостить и рекламу, и "это не до, это после", но поскольку такой возможности нет, пусть реклама тогда. https://youtu.be/QlAHU0Kk0vw?si=p27ovTQDj6uQTCeE

Был как-то разговор, по-моему, даже здесь, в тележке, про Александру Федоровну. Ну и кто-то написал, что она никогда не улыбалась. Так я с тех пор, как Вика Пушель сказала - коллекционирую улыбки. А это еще и просто какая-то невозможно мучительная фотография. Тут они счастливы, а мы знаем, насколько это несчастная пара. Невольно погубившая целую страну.

Ну не первый визит, чего уж греха таить. Это был второй приезд Цветаевой в Петербург, но первый, видимо, оказался настолько уныл (знакомство с родственниками мужа, еще бы), что она его из памяти непринужденно стерла. Зато второй абсолютно сокрушителен. Я, правда, профессионально уязвлена, поскольку на попытку друзей устроить ей экскурсию Марина Ивановна заявила, что было так холодно, и она близорука, и вообще в Петербурге слишком много достопримечательностей. А поразили ее мраморные камины повсюду, перед каминами шкуры белых медведей, и главное - молодые люди с томиками Пушкина в руках. "О, как там любят стихи!" - восклицает она и скромно добавляет: "Я за всю свою жизнь не сказала столько стихов, сколько там, за две недели". Стихи у нас на болотах любят, это правда. Даже если ты приехал всего неделю назад, но на тебя успел чихнуть петербуржец, то все, привет. Так что поддержите реноме, приходите в это воскресенье, 30 августа, в 18.00 в Лекторий Севкабеля. Там будет грандиозный поэтический раскардаш. К тому же в пользу Адвиты (великий фонд, помогающий больным раком). А еще Издательство Ивана Лимбаха будет продавать свои книги по издательским же ценам. И чтобы вы не думали малодушно, что перевелись поэты, то вот стихотворение Игоря Булатовского (он тоже будет): несколько солнечных пятен на дорожке какой-то кривой влажен и непонятен мир обросший травой сколько в него ни тыкай освежеванной палочкой ты получаются только икты и темней темнеют кусты это искусство поэзии старое сгнившее барахло на краю азиопы где всего бледней хлорофилл где какие-то пташки тушки тащат сквозь встречный с трудом и поэт всенародный тушкин возвращается в тушкинский дом бормоча напоследок что-то не разобрать совсем наверно стихи движение мокрых веток сравненье всего со всем https://event.advita.ru/lect-75