СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК. Поэзия

Михаил Кузмин. Медяный блеск пал на лик твой... Медяный блеск пал на лик твой. Смуглее зорь рдеют щеки. О, поцелуй перед битвой И утлый челн переправ далеких! Стоишь, а царственна твоя поступь! Дикарский бог так ступает... Воловий взор открыт просто, Иной божественности не зная. Шатер разбит, зреет яблонь, Вспорол полей грудь я плугом. Подруга спит, на заре озябла, И я забыл, что ты был мне другом. Земля мне мать, там тепло так! Корнями в мрак расползаюсь цепко. – Зачем же, зачем, дикий отрок, Ты будишь опять ветер едкий? Свист флейт с моря доносится... Брось гроздь, о зареносица! Ты, беззакатная, Ты, благодатная!.. Медь ржи на небо бросится! – Обуйся. Вот. Снова здравствуй! Дороги ждут. Мы – солдаты. Узнал ты клик боевой страсти? Ведь нищие всем, всем богаты! Престало преть зерном тучным. Еще удар – колос будешь. Скажи «прощай» сестрам скучным. Взгляни на меня – всё забудешь. В мире мы – гости, Всё – чужое. И, как ни один хозяин, Ты можешь сказать: «Мое». Отдай виноградник прохожим, Стань прохожим – И каждый виноградник – твой. Чего тебя могут лишить, Когда у тебя нет ничего? Очисти глаза и уши, Как новорожденный младенец, Укрепи ноги и сердце – И у тебя будет всё: Все страны, царства, Сердца и люди! Движенье бессмертного духа, Простор (Свят пославший!) И пожатье ведущей Сухой и горячей руки! Медь наш металл, – помни! Ноябрь 1922 Михаил Кузмин. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ СБОРНИКИ. Часть вторая #кузмин

Николай Гумилев. Музы, рыдать перестаньте... Музы, рыдать перестаньте, Грусть вашу в песнях излейте, Спойте мне песню о Данте Или сыграйте на флейте. Дальше, докучные фавны, Музыки нет в вашем кличе! Знаете ль вы, что недавно Бросила рай Беатриче, Странная белая роза В тихой вечерней прохладе… Что это? Снова угроза Или мольба о пощаде? Жил беспокойный художник. В мире лукавых обличий – Грешник, развратник, безбожник, Но он любил Беатриче. Тайные думы поэта В сердце его прихотливом Стали потоками света, Стали шумящим приливом. Музы, в сонете-брильянте Странную тайну отметьте, Спойте мне песню о Данте И Габриеле Россетти. Николай Гумилев. ЖЕМЧУГА #гумилев

Николай Гумилев. Мой альбом, где страсть сквозит без меры... Мой альбом, где страсть сквозит без меры В каждой мной отточенной строфе, Дивным покровительством Венеры Спасся он от ауто-да-фэ. И потом – да славится наука! – Будет в библиотеке стоять Вашего расчётливого внука В год две тысячи и двадцать пять. Но американец длинноносый Променяет Фриско на Тамбов, Сердцем вспомнив русские берёзы, Звон малиновый колоколов. Гостем явит он себя достойным И, узнав, что был такой поэт Мой (и Ваш) альбом с письмом пристойным Он отправит в университет. Мой биограф будет очень счастлив, Будет удивляться два часа, Как осёл, перед которым в ясли Свежего насыпали овса. Вот и монография готова, Фолиант почтенной толщины: «О любви несчастной Гумилёва В год четвёртый мировой войны». И когда тогдашние Лигейи, С взорами, где ангелы живут, Со щеками лепестка свежее, Прочитают сей почтенный труд, Каждая подумает уныло, Лёгкого презренья не тая: «Я б американца не любила, А любила бы поэта я». июль 1917 Николай Гумилев. К СИНЕЙ ЗВЕЗДЕ. Неизданные стихи 1918 г. #гумилев

Николай Гумилев. Много есть людей, что, полюбив... Много есть людей, что, полюбив, Мудрые, дома себе возводят, Возле их благословенных нив, Дети резвые за стадом бродят. А другим – жестокая любовь, Горькие ответы и вопросы, С желчью смешана, кричит их кровь, Слух их жалят злобным звоном осы. А иные любят, как поют, Как поют, и дивно торжествуют, В сказочный скрываются приют; А иные любят, как танцуют. Как ты любишь, девушка, ответь, По каким тоскуешь ты истомам? Неужель ты можешь не гореть Тайным пламенем, тебе знакомым? Если ты могла явиться мне Молнией слепительной Господней, И отныне я горю в огне, Вставшем до небес из преисподней? июль 1917 Николай Гумилев. К СИНЕЙ ЗВЕЗДЕ. Неизданные стихи 1918 г. #гумилев

Николай Гумилев. Много в жизни моей я трудов испытал... Много в жизни моей я трудов испытал, Много вынес и тяжких мучений, Но меня от отчаянья часто спасал Благодатный, таинственный гений. Я не раз в упоеньи великой борьбы Побеждаем был вражеской силой, И не раз под напором жестокой судьбы Находился у края могилы. Но отчаянья не было в сердце моем И надежда мне силы давала. И я бодро стремился на битву с врагом, На борьбу против злого начала. А теперь я измучен тяжелой борьбой, Безмятежно свой век доживаю, Но меня тяготит мой позорный покой, И по битве я часто вздыхаю. Чудный гений надежды давно отлетел, Отлетели и светлые грезы, И осталися трусости жалкой в удел Малодушно-холодные слезы. Николай Гумилев. М. М. МАРКС (Альбом, подаренный Гумилевым М. М. Маркс) #гумилев

Николай Гумилев. Мне странно сочетанье слов – «я сам»... Мне странно сочетанье слов – «я сам», Есть внешний, есть и внутренний Адам. Стихи слагая о любви нездешней, За женщиной ухаживает внешний. А внутренний, как враг, следит за ним, Унылой злобою всегда томим. И если внешний хитрыми речами, Улыбкой нежной, синими очами Сумеет женщину приворожить, То внутренний кричит: «Тому не быть! Не знаешь разве ты, как небо сине, Как веселы широкие пустыни, И что другая, дивно полюбя, На ангельских тропинках ждет тебя?» Но если внешнего напрасны речи И женщина с ним избегает встречи, Не хочет ни стихов его, ни глаз – В безумьи внутренний: «Ведь в первый раз Мы повстречали ту, что нас обоих В небесных успокоила б покоях. Ах ты, ворона!» Так среди равнин Бредут, бранясь, Пьеро и Арлекин. Август 1917 – весна 1918 Николай Гумилев. СТИХОТВОРЕНИЯ. Посмертный сборник #гумилев

Владислав Ходасевич. Мы вышли к морю. Ветер к суше... Мы вышли к морю. Ветер к суше Летит, гремучий и тугой, Дыхание перехватил – и в уши Ворвался шумною струей. Ты смущена. Тебя пугает Валов и звезд органный хор, И сердце верить не дерзает В сей потрясающий простор. И в страхе, под пустым предлогом, Меня ты увлекаешь прочь... Увы, я в каждый миг пред Богом – Как ты пред морем в эту ночь. Апрель 1916-22 июня 1919 Владислав Ходасевич. НЕ ОПУБЛИКОВАННОЕ ПРИ ЖИЗНИ И НЕОКОНЧЕННОЕ #ходасевич

Владислав Ходасевич. Мои слова печально кротки... Мои слова печально кротки. Перебирает Тишина Все те же медленные четки, И облик давний, нежно-кроткий, Опять недвижен у окна. Я снова тих и тайно – весел… За дверью нашей – Тишина. Я прожил дни, но годы взвесил, И вот как прежде – тих и весел, Ты – неподвижна у окна. И если я тебя окликну, Ответом будет Тишина, Но я к руке твоей приникну, И если вновь тебя окликну – Ты улыбнешься у окна! Владислав Ходасевич. КУЗИНА (Сб. МОЛОДОСТЬ) #ходасевич

Владислав Ходасевич. Мне б не хотелось быть убитым... Мне б не хотелось быть убитым Ни в пьяном уличном бою, Ни пасть за родину свою, Подобно мужам знаменитым. 28 июля 1924 Париж Владислав Ходасевич. НЕ ОПУБЛИКОВАННОЕ ПРИ ЖИЗНИ И НЕОКОНЧЕННОЕ #ходасевич

Владислав Ходасевич. Милые девушки, верьте или не верьте... Милые девушки, верьте или не верьте: Сердце мое поет только вас и весну. Но вот, уж давно меня клонит к смерти, Как вас под вечер клонит ко сну. Положивши голову на розовый локоть, Дремлете вы, – а там – соловей До зари не устанет щелкать и цокать О безвыходном трепете жизни своей. Я бессонно брожу по земле меж вами, Я незримо горю на легком огне, Я сладчайшими вам расскажу словами Про все, что уж начало сниться мне. 1916 Владислав Ходасевич. ПУТЕМ ЗЕРНА (Третья книга стихов) #ходасевич

Владислав Ходасевич. Мечта моя! Из Вифлеемской дали... Мечта моя! Из Вифлеемской дали Мне донеси дыханье тех минут, Когда еще и пастухи не знали, Какую весть им ангелы несут. Всё было там убого, скудно, просто: Ночь; душный хлев; тяжелый храп быка. В углу осел, замученный коростой, Чесал о ясли впалые бока, А в яслях... Нет, мечта моя, довольно: Не искушай кощунственный язык! Подумаю – и стыдно мне, и больно: О чем, о чем он говорить привык! Не мне сказать... Январь 1920, ноябрь 1922 Владислав Ходасевич. НЕ ОПУБЛИКОВАННОЕ ПРИ ЖИЗНИ И НЕОКОНЧЕННОЕ #ходасевич

Федор Сологуб. Мы – пленённые звери... Мы – пленённые звери, Голосим, как умеем. Глухо заперты двери, Мы открыть их не смеем. Если сердце преданиям верно, Утешаясь лаем, мы лаем. Что в зверинце зловонно и скверно, Мы забыли давно, мы не знаем. К повторениям сердце привычно, – Однозвучно и скучно кукуем. Всё в зверинце безлично, обычно. Мы о воле давно не тоскуем. Мы – пленённые звери, Голосим, как умеем. Глухо заперты двери, Мы открыть их не смеем. Федор Сологуб. ЗЕМНОЕ ЗАТОЧЕНИЕ (Сб. ПЛАМЕННЫЙ КРУГ) #сологуб

Федор Сологуб. Мы шли вдвоём тропою тесной... Мы шли вдвоём тропою тесной, Таинственный мой друг, – И ни единый путь небесный, И ни единый звук! Дремало мёртвое болото, Камыш угрюмый спал, И впереди чернело что-то, И кто-то угрожал. Мы шли болотною тропою, И мертвенная мгла Вокруг нас зыбкой пеленою Дрожала и ползла. К тебе я робко наклонился, О спутник верный мой, И странно лик твой омрачился Безумною тоской. Угрозой злою задрожали Во мгле твои уста, – И понял я: ты – дочь печали, Полночная мечта. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга первая #сологуб

Федор Сологуб. Мы устали преследовать цели... Мы устали преследовать цели, На работу затрачивать силы, – Мы созрели Для могилы. Отдадимся могиле без спора, Как малютки своей колыбели, – Мы истлеем в ней скоро, И без цели. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга первая #сологуб

Федор Сологуб. Мы скучной дорогою шли... Мы скучной дорогою шли По чахлой равнине. Уныло звучали шаги На высохшей глине, А рядом печально росли Берёзки на кочках. Природа больная! Солги В колосьях, в цветочках. Обмана мы жаждем и ждём, Мы жаждем обмана. Мы рвёмся душой к небесам Из царства тумана. Мы скучной дорогой идём Вдоль скудного поля. Томительно грезится нам Далёкая воля. Федор Сологуб. ЗМЕИНЫЕ ОЧИ (Часть 2-я) #сологуб

Федор Сологуб. Мы скоро с тобою... Мы скоро с тобою Умрём на земле, – Мы вместе с тобою Уйдём на Ойле. Под ясным Маиром Узнаем мы вновь, Под светлым Маиром, Святую любовь. И всё, что скрывает Ревниво наш мир, Что солнце скрывает, Покажет Маир. Федор Сологуб. ЛАЗУРНЫЕ ГОРЫ (Часть 3-я) #сологуб

Федор Сологуб. Мы поклонялися Владыкам... Мы поклонялися Владыкам И в блеске дня и в тьме божниц, И перед каждым грозным ликом Мы робко повергались ниц. Владыки гневные грозили, И расточали гром и зло, Порой же милость возносили Так величаво и светло. Но их неправедная милость, Как их карающая месть, Могли к престолам лишь унылость, Тоской венчанную, возвесть. Мерцал венец её жемчужный, Но свет его был тусклый блеск, И вся она была – ненужный И непонятный арабеск. Владык встречая льстивым кликом, – И клик наш соткан был из тьмы, – В смятеньи тёмном и великом Чертог её ковали мы. Свивались пламенные лица, Клубилась огненная мгла, И только тихая Денница Не поражала и не жгла. Федор Сологуб. ЛИЧИНЫ ПЕРЕЖИВАНИЙ. (Сб. ПЛАМЕННЫЙ КРУГ) #сологуб

Федор Сологуб. Мы покидали милый дом... Мы покидали милый дом, Мы с тем приютом расставались, Где с утомленьем и трудом Минуты сладкие сплетались, И всё, что оставалось там, Что было для тебя так мило, Все эти вещи, – старый хлам, – Смеясь и плача, ты крестила, Благословляя тот приют, Где радость нам дарило лето, Где духи мудрые живут, Очаровавшие поэта. Федор Сологуб. AMOR (Сб. ОДНА ЛЮБОВЬ) #сологуб

Федор Сологуб. Мы поздно встретились. Весёлости чужда... Мы поздно встретились. Весёлости чужда Моя душа, пропитанная ядом Порочных дум, и чувств, и тайного стыда, И жажды злых страстей с позором их и чадом. Мы поздно встретились. Отрадные слова Я позабыл давно, как детский сон неясный, К душе коснувшейся едва, К душе и суетной, и страстной. Ты – юная, ты – резвая, – но ты Смутишься пред моей томительною страстью. Ты не поймёшь моей мучительной мечты, К иному устремишься счастью. Федор Сологуб. ЗМЕИНЫЕ ОЧИ (Часть 1-я) #сологуб

Федор Сологуб. Мы грех совершили тяжёлый... Мы грех совершили тяжёлый, – Владыке, горящему Змию, Над телом распутницы голой Служили в ночи литургию. Кощунственны были моленья, Бесстыдные длились обряды, И тусклым огнём вожделенья Горели смущённые взгляды. О злая, о мрачная сила! В чаду богохульных курений Не ты ли меня напоила Отравой больных вдохновений? Не ты ль, простодушную веру Сгубивши в томительном блуде, Сжигаешь зловонную серу В нечистом и смрадном сосуде? Федор Сологуб. ЖЕМЧУЖНЫЕ СВЕТИЛА (Часть 2-я) #сологуб