Священник Артемий

Предложение выдавать прихожанкам храма два платка, один на голову, другой на открытый живот, звучит как бытовая церковная шутка. Но у такой шутки есть адресат, который в разговоре не участвует. Женщина пришла на крестины или поставить свечу, а ее внешний вид уже стал поводом для публичного обсуждения. Скромность в храме нужна. Богослужение предполагает внимание не только к собственному удобству, но и к окружающим, к принятому здесь порядку. Однако из этого не следует право превращать человека в посмешище. Требование уместной одежды можно объяснить без насмешки, причем мужчинам тоже. При этом было бы несправедливо объявлять всякого, кто заметил неподходящую одежду, человеком с тайной телесной одержимостью. Мы не знаем чужих побуждений. Само замечание еще не доказывает ни похоти, ни фарисейства. Вопрос начинается дальше, когда мы выбираем, что делать с замеченным. Помочь человеку освоиться или получить удовольствие от собственной правоты? Противопоставление "прихожанок" и "захожанок" означает что? Что этот человек всегда будет "захожанином", но наверно здесь начинается поле для миссии. Оно может просто обозначать разную степень знакомства с церковной жизнью. Иначе это похоже на разделение, на тех, кто имеет право постоянно быть в храме и тех, кто здесь временно. Между тем человек, впервые переступивший порог, не обязан заранее знать все привычки общины. Его незнание само по себе не говорит о неуважении к Богу. Христос велит человеку отвечать за собственный взгляд. Это не отменяет ответственности за одежду, но не позволяет полностью переложить свое раздражение или искушение на другого. Аскеза начинается с работы над собой. Контролировать окружающих обычно легче. Если никогда не говорить о внешнем поведении, можно утратить благоговение. Если начинать знакомство с выговора, можно заслонить человеку Того, ради Кого существует храм. Универсальной инструкции для каждой ситуации нет. Предложенный наедине платок может стать знаком заботы. Тот же платок, превращенный в публичную остроту, становится знаком отвержения. Внешне предмет один и тот же. А пастырский результат может противоположным.

Крестный ход в Москве собрал десятки тысяч человек. Это редкая по масштабу картина, множество людей идут вместе, вслух молятся, несут иконы, и на несколько часов улицы города становятся местом общей молитвы, а не просто маршрутом из точки А в точку Б. Чему же мы на самом деле радуемся? Не тому, что нас много и это заметно со стороны, а тому, что так много людей нашли время и силы выйти и помолиться Царю мира вместе, плечом к плечу с незнакомыми людьми, которые в этот момент вдруг оказываются близкими. Были сообщения и о конфликте в очереди между движениями "Русская Община" и "Северный человек". Люди, которые пришли молиться Царю мира, у входа выясняли отношения друг с другом. Это не происки врагов Церкви. Это наша собственная болезнь, которую мы несем в храм из внешней жизни. Мирские амбиции, политические симпатии, желание первенства и деления на «своих» и «чужих». Мы не оставляем все это за порогом. Мы приносим это с собой. Крестный ход потому и называется крестным, что это следование за Христом. Каждый шаг в этом шествии, если он честный, это не про то, кто мы для государства или для соседей, а про то, готовы ли мы идти за Христом.

🎙Притча о брачном пире не про разбойников и торгашей, она про каждого из нас. Даже святитель Лука Крымский однажды снял монашеское облачение ради операционной, хотя ему предлагали архиерейскую кафедру. Но он вернулся к своему призванию. Вопрос не в том, снимал ли ты когда то брачную одежду ради своего поля, а в том, вернешься ли ты назад.

Как же легко вынести человеку приговор. Дурак, продажный, неудачник. Одно слово, и живой человек уложен в коробку, из которой ему уже не выбраться. Приговор выносится быстро, почти без усилия, а вот пересматривать его я не тороплюсь. А Христос говорит просто. Каким судом сужу, таким и буду судим. Это не угроза, это описание того, как устроена душа. Мера, которой я меряю других, однажды приложится ко мне самому, и приложится точно так же, без скидок на мои обстоятельства и на мою усталость. И ведь я почти никогда не знаю всей истории. Не знаю, что человек нес на себе годами, чего ему стоило дойти до сегодняшнего дня, где он сорвался и сколько раз вставал. Бог знает. Я нет. Поэтому лучшее, что я могу сделать вместо приговора, это помолиться. Не свысока, а как о таком же грешнике, каким и сам являюсь.

Поймал себя на странном чувстве. Последние новости, убийство монаха в Святогорске, нападения на храмы, и прочее.. и вдруг поймал себя на том, что привык. Привык к этой ленте ужасов, как привыкают к шуму поезда за окном. И от этого стало страшно. Не от новостей, а от собственной притупившейся боли. Священники из Болгарии, Греции, Албании, Германии, Польши, все они пишут о том, что убийство в Святогорской лавре потрясло их. Называют это раной на теле всей Церкви. А я? Я прочитал и пошел дальше. Потому что у меня свои заботы, свои болячки, свои, пусть мелкие, тревоги. Апостол Павел говорит: страдает ли один член, страдают все члены. Это не метафора. Это попытка описать реальность Тела Христова, в которой боль брата и сестры — это действительно моя боль. Но как вместить эту боль в сердце, не разбив его? Как не превратить чужую трагедию в повод для собственного умиления? Не знаю. Но знаю, что привыкание к чужой крови — это, наверное, самая страшная духовная болезнь нашего времени. Страшнее цинизма. Потому что циник еще видит зло, а привыкший уже не видит ничего.

Поймал себя на странном чувстве. Последние новости, убийство монаха в Святогорске, нападения на храмы, и прочее.. и вдруг поймал себя на том, что привык. Привык к этой ленте ужасов, как привыкают к шуму поезда за окном. И от этого стало страшно. Не от новостей, а от собственной притупившейся боли. Священники из Болгарии, Греции, Албании, Германии, Польши, все они пишут о том, что убийство в Святогорской лавре потрясло их. Называют это раной на теле всей Церкви. А я? Я прочитал и пошел дальше. Потому что у меня свои заботы, свои болячки, свои, пусть мелкие, тревоги. Апостол Павел говорит: страдает ли один член, страдают все члены. Это не метафора. Это попытка описать реальность Тела Христова, в которой боль брата и сестры — это действительно моя боль. Но как вместить эту боль в сердце, не разбив его? Как не превратить чужую трагедию в повод для собственного умиления? Не знаю. Но знаю, что привыкание к чужой крови — это, наверное, самая страшная духовная болезнь нашего времени. Страшнее цинизма. Потому что циник еще видит зло, а привыкший уже не видит ничего.

Вчера, 1 сентября, около десяти утра, у храма Жен-Мироносиц на Белореченской улице в Марьино случилась беда. Мужчина, который давно состоял на учете в психоневрологическом диспансере, схватил лопату. Он ударил сотрудницу храма и еще одного прихожанина, а когда приехала скорая, ударил и врача скорой. Ее увезли в институт Склифосовского в крайне тяжелом состоянии. Нападавшего обезвредил из собственного оружия участник СВО из группы «Барс», и нападавший мужчина скончался на месте. Тяжело писать об этом спокойно. Люди, которые знали этого человека, говорят, что обычно он вел себя тихо. То, что случилось вчера, было приступом его давней болезни. Прошу всех, помолиться о рабе Божией Аполинарии, враче, получившем тяжелые травмы.

Родители выбирают за своих детей почти все. Школу, занятия, город, круг друзей, но не саму веру, в которой ребенку предстоит расти. Говорят, что малыш еще не заслужил, что пусть подрастет и выберет сам. Не раз я задумывался, откуда именно здесь такая осторожность. И боюсь, что дело вовсе не в обостренном чувстве ответственности. За ним прячется тихое признание, которое трудно произнести вслух. Человек чувствует, что сам не даст ребенку достойного примера веры, и потому откладывает. Но крещение и не ждет от отца с матерью святости. Оно зовет расти вместе с ребенком, а не медлить, пока станешь готов. Себя тоже ловлю на этой робости и всякий раз вспоминаю, что благодать дается ребенку не в награду, а даром, по любви.

Родители выбирают за своих детей почти все. Школу, занятия, город, круг друзей, но несаму веру, в которой ребенку предстоит расти. Говорят, что малыш еще не заслужил, что пусть подрастет и выберет сам. Не раз я задумывался, откуда именно здесь такая осторожность. И боюсь, что дело вовсе не в обостренном чувстве ответственности. За ним прячется тихое признание, которое трудно произнести вслух. Человек чувствует, что сам не даст ребенку достойного примера веры, и потому откладывает. Но крещение и не ждет от отца с матерью святости. Оно зовет расти вместе с ребенком, а не медлить, пока станешь готов. Себя тоже ловлю на этой робости и всякий раз вспоминаю, что благодать дается ребенку не в награду, а даром, по любви.

⛪️Наша воскресная встреча

Злые и добрые виноградари, кто мы?

Ночью на Успение у нас в храме 💒⛪️

Через образ Успения на иконе раскрывается христианское понимание смерти как перехода к вечной жизни во Христе

Мне бывает тяжело идти на исповедь. Боюсь, что не поймут, что осудят, что священник в душе посмеется, что кто-то узнает о моем грехе. Но я легко делюсь личными переживаниями с друзьями, с близкими, порой даже с малознакомыми людьми. А ведь священник это прежде всего врач. Тот, кто ставит тебе диагноз и борется с болезнью, а не с тобой самим. Священник умеет отделять грех от человека. Именно так поступал Христос. Он отделял человека от его греха и призывал к исцелению тех, кто этого желал. Поэтому не стоит бояться исповеди. Это таинство, в котором человек может по-настоящему получить исцеление от болезни, имя которой грех.

Завтра, 28 августа, Церковь празднует один из самых любимых и почитаемых праздников Успение Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии. Успение (буквально сон, только смертный) Пресвятой Богородицы, не день скорби, а светлый праздник, в котором Церковь прославляет переход Богородицы Марии от земной жизни к небесной. После Вознесения Христа Пресвятая Богородица оставалась для апостолов и первых христиан источником утешения, молитвы и любви. По преданию, Она мирно отошла ко Господу в Иерусалиме. Апостолы собрались со всех концов земли, чтобы проститься с Матерью Христа. И Сам Христос явился во славе, чтобы принять Её пречистую душу. Поэтому в этот день мы вспоминаем не конец, а начало новой, вечной жизни Девы Богородицы. Праздник Успения напоминает нам о надежде на воскресение и о том, что смерть для христианина не исчезновение, а переход к жизни вечной. Будем рады видеть всех на праздничном богослужении, чтобы вместе помолиться и разделить радость этого светлого дня. Если же по обстоятельствам кто-то не сможет прийти лично, можно присоединиться к молитве дома и вместе с нами духовно разделить этот праздничный день. ⬇️ Как всегда, можете написать имена ваших родных в комментариях под этим постом для поминовения на богослужении: 🙏 о здравии живых; ☦️ об упокоении усопших. Пусть молитва в этот праздничный день станет поддержкой для ваших близких, а Пресвятая Богородица покрывает всех Своей любовью и хранит наши семьи. Поддержать наш храм: 2202206110920704 — Сбербанк 8-953-616-75-92 — телефон храма (банк ЮMoney) 📺Канон Успению

.

.

В Святогорской лавре простились с монахом Варсонофием (Турянским). Он погиб 23 августа, когда группа из двух человек cпец.подразделения полка "Азов" напала на братию лавры в районе Никольского храма, тогда же ранили инока Григория и беженца Андрея, живущего в обители. Братия нашла отца Варсонофия в крови на площадке Кирилло-Мефодиевской лестницы. Последними его словами были такие. «Слава Господу Иисусу Христу!.. Я монах». Умирая, он назвал свое звание перед Богом. Такие слова мы привыкли встречать в житиях древних мучеников. Здесь их произнес вроде бы ничем неприметный монах умирая на монастырской лестнице. Отца Варсонофия похоронили за алтарем Успенского собора, рядом с архимандритом Галактионом и монахом Аристоклием, убитыми при обстреле лавры в 2022 году. Теперь их там трое. До монашества он получил высшее образование и работал инженером. В 2013 году оставил мир и последовал за Христом. В 2019 году принял постриг с именем в честь святителя Варсонофия Тверского. В обители нес послушания в трапезной, разводил цветы, ухаживал за теплицей. Молимся об упокоении отца Варсонофия и о скорейшем выздоровлении инока Григория и Андрея. Вечная память новопреставленному монаху Варсонофию!