Эта книга не изменила мою жизнь

Пора немного написать про принципы этого паблика. "Эта книга не изменила мою жизнь" появилась почти четыре года назад как архив рецензий. "Эта книга не изменила мою жизнь" стала моим личным Guardian. Я понимаю, насколько неудобно открывать кат, но самая популярная площадка не позволяет разместить иначе три-четыре страницы текста. Итак, это канал с большими текстами. В нем нет описания процессов чтения и беглых заметок. Я сильнее в социологической критике, чем в эстетической, но планирую это сравнять. В канале нет и не будет платной рекламы, обмена подписчиками и лотерей. В ближайшее время в канале я буду исследовать современную русскоязычную прозу. По большей части вы будете видеть тексты текущего и предыдущего года, но иногда я буду выкладывать и рецензии на старые книги, если мне покажется, что про них нужно напомнить или они важны для понимания генезиса автора. Я не стесняюсь писать, если знаком с автором, но я договариваюсь с собой, что не буду давать по этому поводу преференций. Процесс создания книги, условия книжного рынка и личность автора должны быть учтены. Я часто испытываю сомнения по поводу качества текста, мне трудно давать эту оценку. История письма не статична. Прямо сейчас мы видим как проза фундаментально меняется. Важно следить за этими изменениями, а не раздавать ярлыки. Мне кажется важным подчеркивать, что каждый писатель пытается выразить некую важную для него идею. Раскрыть эту идею или часть ее для читателя - это уважение к автору. Плохо написанные тексты все же существуют. Не все умеют складывать слова. Масс-маркет литература также должна быть подвергнута анализу, как и боллитра со смыслами. Массовая литература может даже больше рассказать об обществе.

Таня Коврижка. Яд. — СПб.: Polyandria NoAge, 2024. Пока как критик я не в том статусе, чтобы издательства присылали мне рукописи, но добрые люди подарили новую книжку Тани Коврижки, которая вышла в прозаическом проекте Поляндрии. Про "Яд" как будто бы говорят, что это размышления матери, чей ребенок съел ядовитый лист диффенбахии, о вине и ответственности. Но эта маленькая книжка говорит о гораздо большем: об общественных условиях, которые вызывают подобные деструктивные чувства. "Яд" вписывается и в череду книг об осмыслении темных сторон материнства, и в плеяду авторок и авторов, которые вышли под патронажем курсов и лабораторий "Школы литературных практик". Так что писать я здесь буду о новых женских хоррорах, о влиянии цеховой принадлежности и о том, как Таня соединяет личный опыт с коллективным голосом всех женщин, которые чувствуют себя неидеальными матерями, т.е. всех женщин с детьми.

Чтобы как-то разнообразить скудный контент канала полезными вещицами, буду время от времени кидать ссылки на ресурсы, полезные как читателям, так и блогерам-критикам. Дом творчество "Переделкино" прямо сейчас выкладывает цикл лекций "История литературной критики". Под кураторством Бориса Куприянова филологи, специализирующиеся на данном предмете, по верхам, но увлекательно рассказывают, как литературная критика на Западе и в России обрела свой вес, и почему в России этот вес всегда был существенно выше (спойлер: толстые журналы в XIX веке были единственным пространством, где допускались политические дискуссии). Здесь вы, например, узнаете, чем эстетическая критика отличалась от радикальной, почему Белинский - это совсем не скучно и не травматично, что помимо оного и Писарева, и Чернышевского, и Добролюбова было еще много замечательных людей, и еще больше интересных писателей, которые по разным причинам не вошли в школьный канон. В цикле уже шесть лекций и преступно мало просмотров.

Чтобы как-то разнообразить скудный контент канала полезными вещицами, буду время от времени кидать ссылки на ресурсы, полезные как читателям, так и блогерам-критикам. Дом творчество "Переделкино" прямо сейчас выкладывает цикл лекций "История литературной критики".

Кирилл Федоров*. Случайный агент. 2024 г. Драматург Кирилл Федоров представил третью пьесу. Вы можете, например, прочитать ее на сайте Коляды-театра в лонг-листе конкурса "Евразия". Но мало ли какая пьеса лежит в лонг-листе. "Случайный агент" интересен прежде всего тем, что Кирилл Федоров пытается осмыслить свой опыт внесения в реестр иностранных агентов, пропустив его через призму комедии абсурда. Драма - это та форма, которая одной из первых откликается на проблемы современности, в этом ее достоинство и сложность. Рассказывая о путях примирения в гражданском противостоянии, "Случайный агент" рискует задеть и обидеть всех, кто сегодня, в отличие от автора, не готов к диалогу. Таким образом, пьеса оказывается в серой моральной зоне, из которой, судя по всему, выйдет не скоро. *Внесен Минюстом РФ в реестр иностранных агентов

Кирилл Федоров*. Случайный агент. 2024 г. Драматург Кирилл Федоров представил третью пьесу. Вы ее можете прочитать, например, на сайте Коляды-театра в разделе конкурса Евразия. Она там лежит в лонг-листе. Но мало ли какая пьеса лежит в лонг-листе. Интерес "Случайный агент" представляет тем, что без обиняков и в эпицентре бури автор рассматривает свой опыт внесения в реестр иностранных агентов, выворачивая его в абсурд и комедию. Дельно сделанный текст, однако, грозит обидеть и задеть всех, потому что комическое тут призвано примирить все стороны гражданского противостояния и в итоге уводит выводы пьесы в серую моральную зону. *Внесен Минюстом РФ в реестр иностранных агентов

Кирилл Федоров*. Случайный агент. 2024 г. Драматург Кирилл Федоров представил третью пьесу. Вы ее можете прочитать, например, на сайте Коляды-театра в разделе конкурса Евразия. Она там лежит в лонг-листе. Но мало ли какая пьеса лежит в лонг-листе. Интерес "Случайный агент" представляет тем, что без обиняков и в эпицентре бури, автор рассматривает свой опыт внесения в реестр иностранных агентов, выворачивая его в абсурд и комедию. Дельно сделанный текст, однако, грозит обидеть и задеть всех, потому что комическое тут призвано примирить все стороны гражданского противостояния и в итоге уводит его в серую моральную зону. *Внесен Минюстом РФ в реестр иностранных агентов

Анастасия Максимова. Дети в гараже моего папы. М.: Альпина.Проза, 2024 г. Под катом вы обнаружите большую и проблемную рецензию на в целом крепкий роман Анастасии Максимовой. Сделав себе громкое имя на молодежных фэнтези, Анастасия Максимова, она же Уна Харт, попробовала написать серьезный реалистичный роман о подростке, который узнает, что его отец - серийный убийца. Текст, который очень тепло приняли критики, лично меня смутил прямолинейным и плохо встроенным в сюжет политическим месседжем.

Дневник чтения. Июль 2024 (гиперссылками я выделил тексты, на которые есть рецензии) 1. Иван Курилла. Американцы и все остальные. Истоки и смыслы внешней политики США ожидаемо одна из наиболее адекватных книг об отношениях Америки со всем миром и с самой собой 2. Сара Джаффе. Дорогие коллеги. Как любимая работа портит нам жизнь обманчивый нон-фикшн. не о токсичном начальстве, а про историю американского профсоюзного движения 3. Уилл Сторр. Внутренний рассказчик. Как наука о мозге помогает сочинять захватывающие истории книга, в которой модная когнитивная наука соединяется с почтенным жанром "как написать великий роман". хочу писать великий роман 4. Ася Демишкевич. Раз мальчишка, два мальчишка дебют моей однокурсницы в жанре страшной сказки. самобытно, классно, но много прямолинейной и неизящной политоты 5. Джудит Батлер. Сила ненасилия. Сцепка этики и политики скучная, патетичная лекция о ненасилии. то ли Джудит Батлер копирует всех, то ли все опять копируют Джудит Батлер 6. Мария Лебедева. Там темно дебют хорошего критика Маши Лебедевой, которая знает как попасть во все премиальные списки, но читать от этого интересней не становится 7. Андрей Зорин. Жизнь Льва Толстого. Опыт прочтения миллионая биография Льва Толстого, пускай пишут второй миллион. нечаянно прочитал второй раз, потому что я запутался, сколько уже биографий Толстого я прочитал 8. Ася Лавринович. Косточка с вишней мое открытие, что девчачий роман под копирку порой читать куда приятнее, чем очередную, написанную под копирку литературу о тошнотности жизни 9. Анна Иванова. Краснодарская прописка книга, в которой я не смог определить даже качество текста. сборник эссе, заметок, милых сердцу авторки мыслей. впрочем, в Городце все так пишут, и это хорошо 10. Джонатан Франзен. Свобода великий американский роман утомительной длины, который от сериальной мелодрамы отделяет психологическая нюансировка персонажей и убежденность автора в непогрешимости своей политической позиции

Что ж, дорогие друзья! Случилось то, что случилось – нам всем очень жаль, что это произошло. Бригады МЧС сделали все, что могли. Не будем показывать трагичных кадров – впереди много работы по разбору и вывозу. Вы много спрашиваете, как помочь – вы невероятно добры! Самое важное – никто не пострадал. Меня зовут Аня Кадикова, на своих реквизитах я открыла сбор для всех резидентов нашего корпуса: Книжный «Чарли» (2 этаж) Растенишная «Ботанка» (2 этаж) Керамическая мастерская (1 этаж) Ресейл благотворительного фонда «Открытая среда» (1 этаж). Эту кубышку мы разделим поровну на всех погорельцев и затопильцев, чтобы понять, как быть дальше. Ссылка на сбор: https://www.tinkoff.ru/cf/60k7DPx0KzZ Мой номер: 89182341651 Анна Олеговна Кадикова, Сбербанк или Тинькофф Мы здесь. Все будет в порядке. Работаем.

Я несколько раз это говорил, но повторюсь. Я родился и вырос в Краснодаре, и был тем мальчиком, который проводил каждое воскресенье в библиотеке братьев Игнатовых (та, что на Красной и Мира). Когда начали появляться первые деньги, я стал посещать книжные. Признаться, я тратил те, что мне выдавали на репетиторов. На весь город был один пристойный магазин, где можно было найти зарубежную и русскую прозу. Это были времена, когда даже не было большой крупной сети "Читай-город". Еще я любил читать о книгах и выписывал "Книжное обозрение". Так в мой круг чтения попали Памук и Елинек, их только начали издавать в России. О том, что книжные бывают другими, авторскими, с невероятными подборками, я узнал после первой поездки в Петербург. Меня отвели во "Все свободны". Они тоже тогда только-только открылись. Когда я задумал переезжать, "Все свободны" стали одной из причин. Мне хотелось жить в городе, где есть хороший книжный магазин. "Чарли" в Краснодаре появился много позже, и для меня это стало эпохальным событием. Я считаю, что культурное, интеллектуальное и экономическое развитие города возможно, если пространство насыщают образованием, литературой и свободными дискуссионными площадками. "Чарли" сделал очень большое дело, и сейчас у них беда. Краснодар - старый город, усыпанный самостроем. Загорится здание в вашем дворе - полыхнет все. К счастью, "Чарли" не сгорел дотла, но ребятам явно нужно восстанавливаться. Местные СМИ публикуют ужасные кадры, которые разобьют сердце любого книжника. Вы же понимаете, что книжный бизнес - это не супер какая маржа. Это скорее по любви. Но это все-таки бизнес и случается всякое. "Чарли" очень значим для моего родного города, так что вот ссылки, реквизиты, описания.

💡 Издательство «Альпина Паблишер» ищет книжного продюсера - человека, который на стороне маркетинга отвечает за то, чтобы авторы "Альпины" были счастливы. Что делать: • Взаимодействовать с авторами по всем нередакционным вопросам (маркетинг, продажи, участие в мероприятиях, интервью и проч.). • Придумывать программы продвижения для новинок и реализовывать их ВМЕСТЕ со всей командой маркетинга, собирать и анализировать отчеты по маркетинговой работе. • Придумывать самому (или помогать делать) маркетинговый контент по книге - фото, видео, тексты, инфографика, форматы для соцсетей и блога. Если хотите заниматься счастьем (и работу по любви) - пишите о себе и рекомендуйте других, буду очень благодарна. Писать лучше сразу на почту i.antonova@alpina.ru

Анна Иванова. Краснодарская прописка. М.: Городец, 2023 г. Повесть неопределенного жанра заметок в блокноте из «Читай-города» вышла в прошлом году в издательстве «Городец». Анна Иванова охватывает почти десять лет великого переселения народов Сибири в Краснодар. Будучи сам бывшим (?) краснодарцем, я с большим удовольствием прочитал книгу. Наконец-то, подумал я, хоть кто-то написал и про мой город. Наблюдая за тем, как он неистово растет, на глазах превращается из захолустья в модную точку на карте России, как на одной только улице Ставропольской открывают больше тридцати кофеен, я ждал, что однажды появится она - писательница, которая зафиксирует исторический поворот в жизни казачьей столицы. И хотя «Краснодарская прописка» в целом оказалась не про обновление города, а про идентичность самой Анны, про ее взгляды на жизнь больше, чем про нравы старых и новых горожан, книга все равно рассказывает даже о чуть большем, чем Анна Иванова рассчитывала.

Ася Лавринович. Косточка с вишней. М.: Like Book, 2024 г. В поисках способа расширить свою аудиторию, я отправился в Буквоед. Понимая, что порог вхождения в канал довольно высок - нужно нажать кнопочку посмотреть - я задумался о по-настоящему популярных писателях. О том, что мне нужно выйти за пределы своего бабла серьезного нон-фикшена и книг, которые читает блогерская тусовка. С моей очаровательной подругой Соней мы исследовали самые различные жанровые полки, и она даже сделала мне предостережение, чтобы я не вздумал рецензировать Полярного, потому что тот склонен подавать в суды. И тут рядом с нами материализовались две девицы и одна другой сказала, что у нее есть все книги Аси Лавринович. Как только девицы скрылись за полкой, я начал раскапывать среди многочисленных томов Лавринович что-нибудь свежее. И так как душа просит моря, я все-таки остановился на курортном романе "Косточка с вишней". Чтобы совсем уж не пугать тех, кто подписан на канал, я договорился с собой, что не буду делать скидок самому себе. Буду стараться даже из книги, которая " не про подумать", выудить что-нибудь про подумать, отдавая себе отчет в том, что наверное весь жанровый корпус литературы надо мерить какой-то другой меркой. Так или иначе, теперь эти книги будут иногда всплывать в канале.

Мария Лебедева. Там темно. М.: Редакция Елены Шубиной, 2024 Продолжаю обозревать книги, о которых все говорят, и молчать о которых решительно невозможно. Молодая прекрасная критикесса Мария Лебедева дебютировала в престижной Редакции Елены Шубиной. "Там темно" рассказывает о двух сестрах, прижитых от разных матерей. После смерти отца, несостоявшегося литератора, девушкам волей мистической белой птицы (камео Букли из Гарри Поттера) предстоит встретиться и собрать недостающие части своих разбитых дисфункциональной семьей сердец. У в целом бессюжетной, но тонкой и сложной по структуре прозы Марии Лебедевой много дивных писательских находок и одна общая проблема на весь новоявленный жанр поколенческого романа.

Ася Демишкевич. Раз мальчишка, два мальчишка. М.: Альпина нон-фикшн, 2024 Я должен сразу признаться, что эта рецензия носит субъективный характер. Мне представляется, что наметки дебюта Аси Демишкевич я видел еще восемь лет назад, на парах, посвященных работе с художественным текстом. Их тогда вел Саша Филиппенко, тоже выпускник Факультета свободных наук и искусств. Мы с Асей были в одной академической группе и изучали кино. Сейчас она написала книгу, я ее рецензирую. Вот такая история, на самом деле, сплошь и рядом встречающаяся в современном литературном процессе. Как едко говорит Константин Мильчин: выпускники литературных курсов друг на друга пишут блербы.

Рубрика вакансии мечты: Ad Marginem ищет контент-менеджера. Я не знаю, какие у них действительно условия труда, сколько платят и насколько токсична или добродушна команда, но, согласитесь, у них одно из лучших издательских портфолио.

Ребекка Куанг. Йеллоуфейс. М.: fanzon, 2024 «Йеллоуфейс» так хитро устроен, что одновременно отражает точки зрения читателей, склонных к шовинизму, и тех, кто, напротив, не склонен разделять личность автора и его текст. Если уж совсем честно, будь Ребекка Куанг не китаянкой, на «Йеллоуфейсе» ее литературная карьера закончилась бы быстрее, чем у ее героини. Тем не менее, этот роман, написанный с мастерством лучших сериалов Нетфликс, практически тунельный в своем изложении, вызвал бурю восторгов, в первую очередь среди представителей литературного мира. Жесткая критика, которой Куанг подвергает индустрию, - почти шарж Шарли Эбдо.

Книжному медиа Билли моего дорогого друга Максима исполнился год. Я думаю, Билли был назван в честь вещественного символа целого поколения читающих людей, которые избавились от советских стенок и купили белоснежные шкафы от компании IKEA. В качестве медиа Билли собирает статистику по топам продаж независимых книжных магазинов и дает комментарии к этим спискам. Интересно это с нескольких точек зрения: Во-первых, здесь вы можете найти книги, о существовании которых даже не подозревали. Чаще всего, это локальные издания региональных книжных магазинов. Во-вторых, Билли демонстрирует большой интерес читателей в регионах к местному нон-фикшену, прозе и поэзии. Я, например, раньше представлял, что вкусы российских читателей унифицированы как литературный русский язык. Оказывается, это не так. В-третьих, Билли оказывает большую поддержку независимым книжным в регионах, которые чаще всего начинали с оглядкой на большую книжную культуру Петербурга, а теперь сами стали частью комьюнити продавцов, издателей и читателей. Подобные сообщества нуждаются в собственных площадках. Билли - одна из них. В-четвертых, Билли - это новый способ смотреть на литературную карту России. Я например, если изредка еду в какой-нибудь город, то сверяюсь, есть ли в нем независимый книжный. Сейчас большая часть этих магазинов у меня на слуху. Подписывайтесь на Билли, донатьте ему и поддерживайте покупками независимые книжные своих городов.

Рози Брайдотти. Постчеловек. М.: Издательство института Гайдара, 2021 Не самая новая, но по-прежнему увлекающая невиданными для отечественного читателя горизонтами работа Рози Брайдотти о постчеловеческом субъекте. Ведущий философ и культурная икона интеллектуального феминизма, Брайдотти пытается собрать воедино все противоречия современного мира в особой фигуре - утопическом постчеловеке, живущем внутри матери-природы, в Самой Жизни. Наверняка уже есть работы актуальнее, но "Постчеловек" может быть отличным введением в проблемы современной философской антропологии.