Валерия Олюнина

Юргис Ионасович Прейсс (настоящее имя — Ганс Рихард Пройс) — европейский и советский художник, живописец и график, зарубежный агент внешней разведки ОГПУ-НКВД СССР, член Союза художников СССР. (1904 Кёнигсберг, Восточная Пруссия - 1984 Кемерово). Наследие Прейсса хранится в Кемерово, часть — в частной коллекции его приёмной дочери Л.А. Бирюковой. Около трёх десятков полотен художника — в фондах Калининградской государственной художественной галереи. В 2022 году в Музее ИЗО Кузбасса открылась выставка «Другой художник советской эпохи: Юргис Прейсс». В собрании музея собрана монографическая коллекция Прейсса, которая включает 150 живописных и графических произведений.  Здесь: "Микеланджело" 1973 год. Из собрания Калининградского областного музея изобразительных искусств.

В свой день рождения дочь коммуниста и защитник восточнохристианской цивилизации не находит ничего более оригинального, чем объявить сбор на издание своей книги о развале СССР. Много страниц я посвятила разным локальным войнам и геноциду нашего великого советского народа. Заголовком сборника стал одноимённый рассказ об участии армян в грузино-абхазский войне, создании батальона имени Баграмяна. Здесь есть и об Арцахе, и о том, как ломали коммунистическую идеологию предатели СССР. Книгу посвящаю своему отцу, политработнику ВВС, полковнику Анатолию Олюнину, который не сложил партбилет. Всех обняла. Карта Сбера 2202 2050 5504 2284

ПОСЛЕ ФОРУМА ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКИ В СПР: ЗЫБКАЯ КОНТАКТНАЯ ЗОНА Честно говоря, второй день держу себя за руку, чтобы не начать излагать в полной мере свои мысли и чувства по итогам форума литературной критики в СПР. Тут полумерами не спасёшься. Однако и мне есть о чем умолчать. Думаю, что прежде всего постфорумными месседжами должны себя озадачивать фронтмены нашей литературы. Я пока воздержусь, но повторяю, при необходимости готова включиться в полемику. Если бы и появилась моя статья, то под названием "Форум литературной критики в Союзе писателей России: в попытке Большого Консенсуса". Нелепо рассматривать процесс обновления русской и российской литературы вне контекста формирования новой культурной модели, попросту говоря, Проекта. Так не бывает. Россия, начиная с 1991, а точнее, с конца 1950 годов стала полем деструктивных экспериментов. Катастрофа 1991 года привела к тому, что почти полностью слетел не только русский пояс безопасности, но и мировой стабильности. Каждый сданный врагу фрагмент великого восточнохристианского цивилизационного пространства укреплял его на внешнем контуре с непрекращающейся угрозой взрыва внутреннего фронта. Три недели назад мои коллеги попросили меня поприсутствовать на форуме критики, при этом понимая, что ни критиком, ни литературоведом я не являюсь. Я публицист, прозаик, эссеист и не очень хорошо разбираюсь в так называемом современном литературном процессе. В эти годы я стала стараться больше читать, но тем не менее, какие-то важные, принципиальные вещи для меня еще ускользают. Организаторы мне прислали программу форума, который планировался 17-18 сентября. Даже не являясь вышеуказанным специалистом, я поняла, что внутри этой программы отсутствуют сущности, ядро. То есть перед нами было стремление профанировать и забалтывать принципиальные позиции межлагерных затянувшихся конфронтаций, что недопустимо на пятом году СВО. Темами круглых столов были инструменты и формы ( соцсети, подкаст и так далее), но, как я поняла, делать разговор о литературе и о том, как нам вернуть величие замысла в литературное пространство никто не собирался. После того, как я вернулась из Калининграда, я уловила, что в эту неделю произошло что-то важное. Несколько известных, уважаемых писателей перевернули планы организаторов форума и внесли в программу дополнительный день - 16 сентября, чтобы поднять планку разговора, которого ждало литературное сообщество больше тридцати лет! Первый день открылся, и я увидела, что внутри этих залов и кулуаров есть большое напряжение. В полемике на круглом столе, где присутствовала я ( модераторы Юрий Козлов, Сергей Шаргунов) Юрий Поляков, Анатолий Салуцкий, Алексей Бархатов, Владислав Артёмов ( главный редактор журнала "Москва"), член Союза писателей России, востоковед, переводчик, а также организатор и идейный вдохновитель Форума молодых писателей России и Китая Олег Бавыкин довольно жёстко и принципиально артикулировали свои вопросы. Внятных ответов они не получили. Правда, к своему удовлетворению я впервые за долгие годы услышала слова "критерий", "методология". Об этом говорил известный писатель, модератор, главный редактор журнала "Роман-газета" Юрий Козлов. Как я поняла, в мыслях самых известных литераторов нашего трагического времени всё-таки есть правильное ориентирование. Между тем последним методом, которым оперирировала наша литература, был соцреализм. И он не был ущербным, напротив, с его помощью можно было вступать в диалог с писателями Запада и оценивать не только их соцреалистов, но и буржуазных писателей, работавших в критическом реализме. Вывод напрашивался сам собой: не может быть никакой критики, никакого литературного процесса, никакой стяжки островов и диалога, которых так ждёт Сергей Шаргунов, без политического решения, без выработки культурной модели, без оформления вектора движения. Последняя культурная русская модель была оформлена в 1927 году Иосифом Сталиным и, создав великую общность, - советский народ мы начали индустриализацию 1929 года, в 1940 годы выдержав фашистский натиск. Напомню, что цивилизационный и геополитический факторы никто не отменял: при ослаблении Европы на Россию будет сильнейшее давление Глобального Юга, у Китая, Ирана, Индии с культурными моделями и цивилизационными кодами всё хорошо. Широкую поступь Китая мы уже почувствовали, в том числе и в литературном пространстве. Юрий Поляков, долгое время возглавлявший "Литературную газету" ( я работала при нём шесть лет внештатником на полосе "Искусство" у Александра Вислова) сказал, что в советское время цензура была гораздо мягче, чем сегодня. Дополню от себя: методами либерального фашизма, представители которого сегодня удерживают главные позиции как в литературе, так и во всей культуре, научились вместо социалистической цензуры ( которую заклеймили кровавой) легко можно обрезать патриотические культурные пласты, отключать их от ресурсов, медиа. По мне это формы самого настоящего геноцида той части творческой интеллигенции, которая не могла быть и никогда и не будет при текущем положении дел вписана в реалии дикого капитализма, не взирая на то, советской она себя считала или больше ориентированной на имперскую романовскую культуру. Форум проходил в атмосфере полного замещения сакрального, духовного профанным. Величие замысла подменялось шоуменством, стендапами вместо правильного и уместного в наши дни пафоса. Прошёл первый день, и на фотографиях второго мы уже увидели лёгкую, расслабляющую атмосферу лофта с душком гламура, глянца и ванильного рафа. Как мы хорошо знаем: дьявол не ездит на танке. Вместо серьёзных, концептуальных дискуссий о судьбах отечественной литературы в третий день мы получили несколько спичей с употреблением слэнга и обесцененной лексики. Есть еще большой вопрос и в другой плоскости: как из интеллектуала западного образца сделать русского интеллигента и возможно ли это в принципе? Очень хорошо говорил книжный обозреватель Дмитрий Гасин, сразу дистанцировавшись от блогосферы. Он сказал, что книжные обозрения - это о литературе, а вот блогер - это отдельная профессия, имеющая отношение к цивилизации. Гасин использовал цивилизационный подход, говорил о разных носителях письменности - от клинописи, папирусов до книг, издание которых когда-то стоило в 50 раз больше, чем сегодня, до гаджетов. Потом были еще выступления, как мне показалось, люди в секции сидели начитанные и пристрастные, но при этом в их речи характерным было доминирование корпоративного бизнес-мышления. За самоуверенностью, амбициозностью, успешностью просвечивала растерянность, непонимание, какие ценности сегодня нужно отстаивать. Процитировали рэппера Брутто, который позиционирует себя как автора, не читавшего в своей жизни ни одной книги, но тем не менее, он входит чуть ли не в десятку самых кассовой успешных рэпперов России. Некоторые сидевшие в секции "Литература в соцсетях" абсолютно не понимали того, что чтение - это базовая вещь человека, который должен иметь ориентиры и принадлежать к какой-то цивилизации. Более того, блогеры не понимают, что чтение - это не потребление информации или знаний в свободное время, но единственная возможность выстоять в цивилизационной борьбе. Глобальный Юг - Китай, Индия, Иран будут только укрепляться и превращаться в гегемонов, навязывать в том числе и через литературу свой образ будущего, а Россия уже давно утратила место самой читающей страны мира. Она утратила этот экзистенциальный статус, потому что утратила чувство большого пространства, имперскости, превратившись в постмодернисткую деревню. Впрочем, у молодого поколения есть ожидания. Наша задача, как часто говорит Сергей Кургинян, восстановить связь времен.

Дорогие друзья! С удовлетворением сообщаем, что основные работы по укреплению и общей реставрации в рамках проекта Фонда по восстановлению захоронения первого армянского священника Санкт-Петербурга на Лютеранском кладбище завершены. В связи с этим событием 20 сентября в 16:00 на Лютеранском кладбище у места захоронения планируется служба, которую проведет настоятель Церкви Св.Екатерины ААЦ отец Ефрем. Работы проведены совместными усилиями БФ «Наше Дело», Армянской Апостольской Церкви Санкт-Петербурга и молодежной организацией «Нор Серунд» при поддержке «Фора Банка». Приглашаем всех, кто может, поучаствовать в этом мероприятии.

Коротко о катастрофической ситуации в отечественной словесности: когда в имперском особняке, выстроенном в стиле классицизма, создают атмосферу уютного лофта, а спикеры используют сленг или обесцененную лексику. Впрочем, первоначальные пропорции особняка были нарушены, после того как во фризе были прорублены окна третьего этажа. Окна первого и второго этажей также были расширены. Придется снова прорубать.

Этим разносчикам транснационального сифилиса под видом их субъективных мнений и оценок литературного или живописного произведения, надо почаще напоминать: Критерием высказывания в правильном государстве может быть только полезность его субъективного, критического мнения ( не оторванного от понимания объективного исторического процесса) полезность Для моей страны, Моей культуры, Моей цивилизации. И поэтому выработка ориентиров, критериев идет только в контексте оформления методологии и государственной политики в сфере в культуры, то есть культурной модели. Остальные субъективные мнения меня не интересуют.

Третий день на Комсомольском проспекте, 13 проходит форум по литературной критике в штаб-квартире СПР. Присутствовала на заседании, посвящённом литературе в социальных сетях. Очень хорошо говорил книжный обозреватель Дмитрий Гасин, сразу дистанцировавшись от блогосферы. Он сказал, что книжные обозрения - это о литературе, а вот блогер - это отдельная профессия, имеющая отношение к цивилизации. Гасин использовал цивилизационный подход, говорил о разных носителях письменности - от клинописи, папирусов до книг, издательство которых когда-то стоило в 50 раз больше, чем сегодня, до гаджетов. Потом были еще выступления, как мне показалось, люди в секции сидели начитанные и пристрастные, но при этом в их речи характерным было доминирование корпоративного бизнес-мышления. За самоуверенностью, амбициозностью, успешностью просвечивала растерянность, непонимание, какие ценности сегодня нужно отстаивать. Процитировали рэппера Брутто, который позиционирует себя как автора, не читавшего в своей жизни ни одной книги, но тем не менее, он входит чуть ли не в десятку самых кассовой успешных рэпперов России. Некоторые сидевшие в секции абсолютно не понимали того, что чтение - это базовая вещь человека, который должен иметь ориентиры и принадлежать к какой-то цивилизации. Более того, блогеры не понимают, что чтение - это не потребление информации или знаний в свободное время, но единственная возможность выстоять в цивилизационной борьбе. Глобальный Юг - Китай, Индия, Иран будут только укрепляться и превращаться в гегемонов, навязывать в том числе и через литературу свой образ будущего, а Россия уже давно утратила место самой читающей страны мира. Она утратила этот экзистенциальный статус, потому что утратила чувство большого пространства, имперскости, превратившись в постмодернисткую деревню. Впрочем, у молодого поколения есть ожидания. Наша задача, как говорит Сергей Кургинян, восстановить связь времен.

Тут важно было подчеркнуть генезис и напомнить 1789. Viva la Constitution! Синхронизация процессов утилизации трёх монархий иногда расходилась и шла с учётом местной специфики. Можно предположить, что в Османской империи религиозные ценности все же оказались крепче, чем в России. Большое число мулл было против геноцида армян. Султану-халифу Абдул-Гамиду ll Кровавому ( сыну армянки, который и уничтожил около 1,5- 2 миллионов армян с греками, ассирийцами, русскими староверами в Карсе, езидами) позволили дожить во дворце Бейлербейи до февраля 1918 года. Умер он в возрасте 75 лет. На фотографии: открытка с Энвер-беем, Абдул-Хамидом II и Ахмед Ниязи-беем с подписью «Vive la Constitution!» Открытка была выпущена до Контрпереворота 1909 года.

"Самодержавию приходится брататься с теми экономическими силами, которые в русских условиях оказываются носителями неудержимого “просвещения” и “разложения системы”. Струве и другие, очевидно, правы: пытаясь решить любую серьёзную общественную проблему, Самодержавие при этом смертельно ранит само себя” (Вебер Макс. К состоянию буржуазной демократии в России. // Цит. по: Галин В.Ю.Капитал Российской империи. М., 2019. С 241.)

Союз писателей России. Мемориальный кабинет великого лейтенанта" Юрия Васильевича Бондарева.

«Третья пуля» - в издательстве «Перо» выходит новая книга рассказов о развале СССР Валерии Олюниной В московском издательстве «Перо» готовится к выходу новая книга журналиста, писателя, научного сотрудника Института политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона им. В.Б. Арцруни Валерии Олюниной. Это сборник рассказов и очерков это сборник рассказов, воспоминаний о развале СССР и трагическом времени постсоветики, которая завершилась с началом СВО на Донбассе. Они были написаны в сложный, драматический период российской истории. Книга посвящена памяти отца автора, политработника ВВС СССР, полковника Анатолия Сергеевича Олюнина. У автора, дочери советского офицера, сформировался особый взгляд на судьбу армейских политработников, чья роль в Вооруженных силах РФ сегодня снова возрастает. География книги очень обширна: это и советские республики Беларусь и Эстония, Москва, Сибирь, Урал, Дальний Восток, Армения, Абхазия, Египет.  Названием сборника стало одноимённое повествование об одном из горячих эпизодов грузино-абхазской войны в 1992-1993 гг. Об этой истории журналисту рассказала подруга автора, амшенская армянка Светлана Акопян. Её отец Ншан Акопян принимал участие в этой локальной войне, охраняя стратегические объекты. Несколько лет назад подруги посетили армянский храм г. Гагры, а также съездили в село Псахара (груз. Колхида), где проживает родная тётя Светланы, сестра отца Вартуш. Многие годы она преподавала в армянской школе, одним из её любимых учеников был известный актёр Арарат Кещян.  В рассказе «Третья пуля» и повествуется о том, как трудно жили местные армяне все эти послевоенные годы. ➡️Читать далее — на нашем сайте 📲Подписывайтесь на наши каналы: 👥🔗 Наш Telegram 📄Сообщество в Facebook 📺Канал на Dzen 🌐 Официальный сайт Dialogorg.ru

В Национальной галерее Армении откроется международная выставка «Лик человечества: «Покинутый» Суренянца и гуманистическое искусство» Международная выставка «Лик человечества: «Покинутый» Суренянца и гуманистическое искусство» откроется 16 сентября в Национальной галерее Армении. Выставка станет важным событием в истории армянского искусства. Спустя более 130 лет после создания шедевр Вардгеса Суренянца «Покинутый» (1894) будет впервые выставлен в Армении, на своей родине. «Покинутый», который прибывает в Армению на правах эксклюзивного экспоната из Национального музея искусств имени Абильхана Кастеева в Казахстане, является визитной карточкой выставки. Одновременно с этим впервые в одном выставочном пространстве будут объединены в целую трилогию три ключевые монументальные картины творческого наследия Суренянца: «Покинутый» (1894), «Растоптанная Святость» (1895) и «После резни» (1898). На выставке также будут представлены работы Паноса Терлемезяна, Саргиса Хачатуряна, Жирайра Орагяна, Мариам Асламазян, Армине Каленц и других, раскрывающие общий путь развития гуманитарной мысли, а также две работы из собрания Музея истории Армении и исторические ворота церкви Святого Аракелоца, изображенные на картине Суренянца «Покинутый». Выставка будет действовать до 16 марта 2027 года. 📲Подписывайтесь на наши каналы: 👥🔗 Наш Telegram 📄Сообщество в Facebook 📺Канал на Dzen 🌐 Официальный сайт Dialogorg.ru

Сергей Кургинян как-то сказал, что революцию делали около 3 тысяч человек. Посчитайте, какой процент это от всего населения РИ. Качество людей, понимающих куда поворачивает исторический процесс, это самое главное.

Очевидно, что западное Просвещение и западный же романтизм мы потому и перескочили, потому что они были для нас чуждыми. Напомним, Шпенглер называл «случаи, когда чуждая древняя культура довлеет над краем с такой силой, что культура юная, для которой край этот — её родной, не в состоянии задышать полной грудью и не только что не доходит до складывания чистых, собственных форм, но не достигает даже полного развития своего самосознания». К числу исторических псевдоморфозов Шпенглер относит арабскую культуру и Петровскую Русь. Оставим это на нём. Меня интересует, почему мы не можем выйти из таких псевдоморозов, как сюрреализм, магический реализм, автоматическое письмо и всякой чертовни в виде огромных пластмассовых цветов в собянинской Москве?

Когда Рембо с Верленом приехали в Лондон, они попросили в местном заведении абсенту. Но оказалось, что его здесь не подают! Чья-то заботливая рука накачивала зелёной феей поверженную во франко-прусской войне Францию и даже двадцатилетние девушки умирали от цирроза печени. Понимание деструкции дополняет картина известного художника, где богемная парочка сидит за абсентом в кафе "Новые Афины". Поиск европейской колыбели, он. В рамках проекта дехристианизации.

А европейские романтики всё-таки попытались вырулить. Из тумана пришлось выходить на свет, и спускаться из башни из слоновой кости. Всё-таки европейский ( континентальный) рационализм был велик, рождал уверенность в том, что решение найдется. Началось странное промежуточное время постромантизма. В самом музыкальном постромантизме, амбивалентном и плохо очерченном, были два вектора: стыковка с реализмом и "россыпь музыкальных творческих прозрений", которые проявлялись и у романтиков ( у них была школа). В отличие от литературы и изобразительных искусств именно музыкальный постромантизм раслывчат и запутан. Я нашла интересную статью "Постромантизм в музыке: проблема определения" Д. Суворова в "Вестнике Гуманитарного университета". vestnik.gu-ural.ru/documents/... Автор пишет: "В литературе и живописи этот водораздел особенно отчетлив. Так, «Горе от ума» А. Грибоедова – произведение, вышедшее из недр эстетики классицизма (по целому ряду признаков, многократно описанных в литературе) и «перешедшее» сразу в постромантическую (реалистическую) сферу. Пушкинский «Евгений Онегин» – классическое произведение постромантического профиля, в котором автор, прошедший школу романтизма, порывает с ним и даже остроумно пародирует его. Лермонтовский «Герой нашего времени» – поразительный и парадоксальный образец откровенного и даже демонстративного антиромантизма (парадоксальный потому, что Лермонтов – в отличие от Пушкина – не «преодолел» романтизма, а остался в нем как поэт до конца, параллельно развенчав этот стиль в прозе). Хрестоматийный гоголевский «Миргород»: в рамках одного цикла – два совершенно различных стиля; «Тарас Бульба» и «Вий» – это романтизм, а «Старосветские помещики» и особенно «Повесть о том, как…» – постромантизм. Та же хорошо ощутимая грань – и в живописи первой половины XIX века: скажем, В. Тропинин, О. Кипренский, К. Брюллов, даже А. Венецианов – романтики (Венецианов по стилю близок к бидермайеру), а, скажем, П. Федотов – реалист (вышедший из стилистики романтизма). Еще отчетливей данный водораздел ощутим в живописи 2-й половины века: к примеру, не вызывает никаких сомнений принадлежность творчества «передвижников» и «барбизонцев» к реалистической (постромантической) эстетике, которая в данное время безраздельно преоблада- ет, – но безусловными романтиками (или неоромантиками?) являют себя худож- ники типа А. Куинджи или прерафаэлитов". "Первая ипостась музыкального постромантизма, можно сказать, хрестоматийна: это тот самый пресловутый реализм. Черты последнего можно проследить в творчестве многих композиторов эпохи (скажем, в зрелых операх П. Чайковского, в «Кармен» Ж. Бизе, в комических операх Б. Сметаны и А. Дворжака) – но, что интересно, композиторов, которые бы придерживались данной эстетики на протяжении всего творческого пути (или большей части его), оказывается крайне мало, и они не составляют эстетического единства (скорее можно наблюдать рос- сыпь гениев-одиночек, обладающих сходными художественными установками). «Пионером» данного творческого алгоритма можно считать А. Даргомыжского с его знаменитыми декларативными установками – «Хочу, чтобы звук прямо выражал слово» и «Хочу правды». Напомню, что создатель импрессионизма в музыке Клод Дебюсси ( тоже, как я понимаю, композитор индивидуальных прозрений) понимал, что разговор ветра с морем - путь в никуда. В 1906 году в Париже лекции и концерты армянского гения Комитаса, который очистил армянский мелос от влияний, производят большой резонанс и привлекают внимание известных музыкантов, представителей научного и художественного мира. Именно тогда состоялась знаменательная встреча двух великих композиторов — Комитаса и Клода Дебюсси. «Отец Комитас, я склоняю голову перед вашим музыкальным гением». Проблема в том, что слоняя голову перед Комитасом, нужно склонять её и перед Христом.

Освальд Шпенглер в 1933 году отказался сотрудничать с нацистами и даже высмеивал их "тевтонские" устремления. В этих залах Калининградского музея изобразительного искусства вспоминаются его парадоксальные выводы о том, что нет преемственности в сфере искусства: символы культуры отделены друг от друга, невоспроизводимы. Нет ничего общего между античной и западноевропейской скульптурой. «Былое искусство, уменье не подхватывается, оно утеряно где-то на дорогах Эллады, виды искусства теснят друг друга, гибнут, взамен расцветают другие, ни один вид в истории не узнает себя…» Пусть это не античная скульптура, а западноевропейская, пусть это копирование, но величие замысла живущих мастеров в том и другом времени можно сопоставить, и очевидно, что немецкие мастера желали уподобиться. Искусство - это не только об инструментах, материалах, но и о состояниях. Конечно, не были состояния Кольбе, Брахерта или Кауэра такими же, как у Фидия или Праксителя. Не нам судить, но, возможно, если у античных мастеров побеждал пантеизм, одухотворённость, у немецких больше - точность расчета, при копировании уж точно. Однако души аполлоновские и фаустовские сегодня - одинаковая цель для истребления. Про то, что Декарт и Христос сегодня оказались по одну сторону битвы, мы уже говорили. Что хотел сказать Кауэр в протянутой к зрителю ладони с измененной пропорцией в защитном или предупреждающем жесте золотого весеннего ветра в 1933 году? Перед нами тонкий, хрупкий, но гибкий, подвижный мальчик в самом лучшем возрасте, когда пробуждаются силы для жизни и свершений. И если правая рука раскрыта как десница, то вторая такая же тонкая, как ветка, как он сам, что же он прячет в горсти? Почему моделью для работы над скульптурой романтического Шиллера стал портовый грузчик? 1933 - год их перелома, когда стала переформатироваться не только немецкая культура, но и античность (сравните скульптуру "Весеннего ветра" или "Гения в полёте" Кольбе со скульптурами Брекера). А вопросы, где в сфере искусства и науки проходят красные линии между западной и нашей восточнохристианской цивилизацией, остаются. Мы - наследники первой, не удержим, придется лететь на одном крыле. Сколько мы протянем?

Брахерт Герман (1890-1972, Германия) Маленькая голова девочки. Чугун, искусственный камень, литьё 1959 год. Из собрания Калининградского музея изобразительного искусства