speculative_fiction | Василий Владимирский

Удивительное рядом: вот и «НЛО» (журнал «Новое литературное обозрение», а не то, что вы подумали) выпустило спецномер о будущем. Юбилейный, двухсотый. Придется, видимо, покупать. И, возможно, какие-то статьи даже читать.

И последнее на ту же тему, наверное, на этом перестану душнить. Вот вам немножко об Араканаре от классиков:

Арканар Взвизгивает джаз — Это Арканар. Золото и газ — Это Арканар. «Эйбиси»-палас — Это Арканар. Выпьем пару коктейлей! Зарево реклам — Это Арканар. Грохот и бедлам — Это Арканар. Кабаре «Салам!» — Это Арканар. Поцелуем крошку Нелли! Важитомо-трот — Это Арканар. Сладострастный рот — Это Арканар. Грязь, вино и пот — Это Арканар. Покупайте телетайпы!

Борис Стругацкий, 1953 год

...а тот, кому не понравился сериал, будет таскать чугуний смотреть музыкальный спектакль театра "Варяги" (афиша 2024 года).

Самая загадочная и противоречивая структура в ТББ Стругацких, конечно, Святой Орден, «представлявший, по сути, интересы наиболее реакционных групп феодального общества». С одной стороны, вот земные наблюдатели обсуждают, что, мол, стараниями дона Рэбы в Арканаре скоро не останется ни одного грамотного, «как в Области Святого Ордена после Барканской резни». С другой стороны, ближе к финалу, когда Орден захватил столицу и благородные доны выстраиваются в очередь, чтобы получить розог, нам показывают работу бюрократической системы, которая по сложности и развитости на две головы превосходит все то, что было в Арканаре до переворота. То есть у Ордена, очевидно, есть свои школы (а то, чем черт не шутит, и университеты), где готовят чиновников, тех самых грамотеев. Да и вообще, когда жизнь твоя зависит не от родовитости, не от каприза полубезумного монарха, а от какой-то паскудной бумажки, воленс-ноленс буковки научишься разбирать. Даже если очень лениво. Или вот мы знаем, что среди офицеров Святого Ордена половина юродивых и увечных, потому что «калеки угодны богу». Не отдельные персонажи, которые живут подаянием, а прямо массово и системно продвигают их по карьерной лестнице. То есть у Ордена существуют, видимо, какие-то приюты для инвалидов, какие-то дома презрения, иначе калеки просто до сознательного возраста в этом веселом мире не доживали. Видимо, чему-то их даже учат: армия Святого ордена под началом этих офицеров-юродивых действует весьма эффективно. Опять-таки – не сходится с «самыми реакционными группами феодального общества», довольно прогрессивный подход. В общем, загадочно. Но понятно, что АБС эти противоречия и логические провалы не очень волновали. Они притчу писали.

Пока некоторые зачем-то смотрят сериал по «Трудно быть богом», Василий Андреевич внимательно и ооочень медленно перечитал повесть братьев Стругацких «Трудно быть богом». И, в общем, разобрался, почему это самая нелюбимая моя вещь Стругацких, цитат понавыписывал. Вот например:

Двести тысяч мужчин и женщин. Двести тысяч кузнецов, оружейников, мясников, галантерейщиков, ювелиров, домашних хозяек, проституток, монахов, менял, солдат, бродяг, уцелевших книгочеев ворочались сейчас в душных, провонявших клопами постелях: спали, любились, пересчитывали в уме барыши, плакали, скрипели зубами от злости или от обиды... Двести тысяч человек! Было в них что-то общее для пришельца с Земли. Наверное, то, что все они почти без исключений были еще не людьми в современном смысле слова, а заготовками, болванками, из которых только кровавые века истории выточат когда-нибудь настоящего гордого и свободного человека.

Люди это или не люди? Что в них человеческого? Одних режут прямо на улицах, другие сидят по домам и покорно ждут своей очереди. И каждый думает: кого угодно, только не меня. <...> Души этих людей полны нечистот, и каждый час покорного ожидания загрязняет их все больше и больше.

- сказано, как ни странно, не о палачах, а о жертвах. Это из внутренних монологов орла нашего дона Руматы, коммунара, прирожденного гуманиста, земного наблюдателя Института экспериментальной истории – и там такого добра еще много. Как по мне, добрые санитары из Мира Полудня должны были взять главного героя под белы руки и утащить в дурку не тогда, когда он пошел резать дона Рэбию, а гораздо раньше: когда Антон-Румата начал на голубом глазу рассуждать о скотской сущности мужика об арканарских недочеловеках. Экранизацию Германа любят пинать за «избыточную чернуху» в кадре, но он как раз очень точно передал суть книги. Не фабулу, а именно взгляд Руматы: Арканар – зловонная помойка, цирк уродов, моральных и физических, за редчайшими исключениями. Алексей Юрьевич гениально визуализировал эту историю тяжелой душевной болезни, но в оригинале уже всё есть. Справедливости ради, единственная такая книга у Стругацких. Стоило перечитать, да. И вы попробуйте – не так трудно, как кажется.

Ну и чуть-чуть мерча к той же выставке «Формула будущего» - комплект закладок, пара открыток и пара магнитов.

До мероприятий в честь столетия с момента основания «Подписных изданий» не дойду, увы. По причинам техническим и (выглянув в окно) метеорологическим. Пичаль: хотел повидаться с Асей Шевченко, редкая возможность, но освобожусь когда она уже будет садиться в поезд до Москвы. Зато вчера сумел вырваться в Литературный музей «XX век», на открытие выставки «Сергей Довлатов. Пагубно универсален» к 85-летию со дня рождения собственно Довлатова. Не жалею, было увлекательно, невероятная женщина Анастасия Принцева, директор фестиваля «День Д», прямо поразила своей «довлатовской дичью» © Пересказать байки, которые она травила, к сожалению, невозможно (да и не нужно), но поверьте на слово, послушать ее стоило. Не совсем моя тема, но я прям заслушался. Заодно забрал свежеотпечатанный раритет, каталог постоянно действующей выставки «Формула будущего», к которой имел некоторое скромное отношение как научный консультант. Тираж всего сто штук, покажу обложечку и несколько разворотов. Несколько текстов я для этого каталога написал, буду гордиться до невозможности.

Традиционное - книжные приобретения августа. Роман Веркина не новый, если что, выходил в 2011 под псевдонимом Макс Острогин, но я его тогда упустил. А теперь вот читаю, да. Хороший.

Интервью в рубрике «Фантастические люди Василия Владимирского» не было бы без переходящего героя каждого из них. В честь выхода юбилейного выпуска мы задали пять вопросов тому, кто обычно остается за кадром, — критику, редактору и специалисту по всему фантастическому Василию Владимирскому 💫

Когда и при каких обстоятельствах у вас появился интерес к фантастике? Как и у всех — в детстве. Началось с того, что родители и бабушка читали мне вслух книги, которые хотели прочитать или перечитать сами: «Звездные дневники Ийона Тихого» Лема, «Понедельник начинается в субботу» Стругацких, «Страшную месть» и другие повести Гоголя. Но вообще не знаю ни одного человека, у которого интерес к фантастике зародился бы во взрослом возрасте. Все дети и подростки ее читают. Это статистический факт. Другой вопрос — почему кто-то этот интерес сохраняет, а кто-то охладевает. Но это отдельная тема, на много-много тысяч знаков.

С какой книги вы бы посоветовали знакомиться с фантастикой взрослому, но не очень подготовленному читателю? Взрослому, но не очень подготовленному человеку я бы посоветовал не начинать знакомиться с фантастикой, а покопаться в памяти. Он наверняка уже познакомился, только не отрефлексировал этот момент. Может, читал «Мастера и Маргариту» Булгакова. Или «Остров Крым» Аксёнова. Или «Аду» Набокова. Или «Сто лет одиночества» Маркеса. Или «Бойню номер пять» Воннегута. Или, на худой конец, «Вавилонскую библиотеку» Борхеса. Все это она. Фантастика многогранна и многолика, на любой вкус и возраст, не только про космических пауков или про баронов и драконов. И мне трудно представить читающего человека, который не знаком ни с одним из этих текстов. А советовать незнакомцу какую-то книгу, которую он обязательно должен почитать — все равно что втирать первому встречному дядьке, какую женщину он немедленно должен полюбить. Контрпродуктивно и порой даже травмоопасно.

У какого писателя-фантаста (даже из тех, кого уже нет в живых) вы бы взяли интервью с большим интересом? Тут все просто, как мычание: у тех, кого я лучше всего знаю и кто мне до сих пор больше всего интересен. То есть у Аркадия и Бориса Стругацких. Собственно, у Бориса Натановича я пару раз интервью брал, но коротко и по каким-то отдельным маловажным поводам вроде выхода очередной экранизации. А вот с Аркадием Натановичем познакомиться не довелось.

Самое большое заблуждение о жанре, на ваш взгляд? Трудно выбрать: их так много и все такие вкусные... Ну, пожалуй, самое неприятное сейчас — это убеждение, что ценность фантастического текста напрямую связана с практическими, прикладными задачами. Фантастика должна предсказывать, предупреждать, обличать, пропагандировать, звать молодежь в технические втузы, бороться за инклюзивность, против тяжелого наследия колониализма и все такое прочее. Если зовет и борется — сразу в топ. На самом деле связи, конечно, никакой нет: писатель может звать и бороться, а может решать какие-то совсем другие задачи. Но со временем, как показывает история, это пройдет и на первый план выдвинутся другие заблуждения.

Как бы назывался фантастический роман о вашей жизни? «Все страньше и страньше». Впрочем, эту фразу, кажется, я уже встречал в какой-то фантастической книжке.

Чуть не забыл: на днях «Смысловая 226» отмечала год со дня открытия, по этому поводу ребята взяли у меня коротенькое интервью. Надеюсь, я немножко прояснил свои читательские приоритеты и принципы оценки. Ну и да, на картинку не смотрите слишком внимательно, это довольно приблизительный портрет, в художником мы, кажется, лично не знакомы – зато в фирменном стиле «Смысловой».

Фант-Хабар 32/2026 http://bvi.rusf.ru/fx/fx032.pdf

В День знаний самое время узнать, что там писали в соцсеточках умные люди за прошедший месяц. И почитать дайджест, подготовленный Владимиром Борисовым. Via БВИ! https://t.me/c/1731812377/4357

Актер Дмитрий Лысенков. Вылитый Борис Натанович Стругацкий, конечно.

Новости кинематографа. Пишут, «Красный квадрат» снимает документально-игровой фильм «Код Стругацких»:

Леонид Ярмольник и Дмитрий Лысенков сыграют Аркадия и Бориса Стругацких соответственно в документальном фильме «Код Стругацких». Об этом стало известно на церемонии закрытия IV Фестиваля документального контента стриминговых платформ «Ориджинал+ Док», где картину представили режиссер Владимир Кондрашов, сценарист Кристина Коновальцева и руководитель проекта Марина Канцлер. «Код Стругацких» будет приурочен к премьере фильма «Отель “У погибшего альпиниста”», но выйдет несколько раньше. По словам Марины Канцлер, документальный проект, среди прочего, позволит зрителю заглянуть на съемочную площадку «Отеля» и узнать, как создатели «прожили и прочувствовали Стругацких». «Я должна вас сразу предупредить, что это будет очень странное кино, — рассказала Канцлер. — Это будет не вполне документальное и не вполне игровое кино, а странный микс». По признанию руководителя проекта, «Код Стругацких» не будет пересказывать биографию писателей, а сфокусируется на том, какими разными по психотипу и темпераменту они были и как взаимодействовали друг с другом и с окружающей их действительностью.

Ребят из «Красного квадрата» я знаю, к фантастике (и особенно к Стругацким) там относятся с пиететом, в принципе, откровенной лажи быть не должно. Что с лажей неоткровенной – посмотрим. Хотя кастинг, конечно, вызывает некоторые вопросики.

А вот и юбилейный выпуск «Фантастических людей»🔥

Лето заканчиваем интервью с Алексеем Сальниковым в формате «5 вопросов-5 ответов», которое я взял для рубрики «Фантастические люди» онлайн-журнала «Смысловая 226». Еще одно лежит в закромах, но это, видимо, уже в сентябре. Еще три в работе.   А в предыдущих выпусках у нас были, напомню: • Беседа с Алексеем Конаковым • Беседа с Яной Летт • Беседа с Шамилем Идиатуллиным • Беседа с К.А.Териной

Смотрите, какую штуку мы придумали с коллегой Карповым. Штука случится на следующей неделе, в четверг, когда я зачем-то окажусь в Москве и Карпов зачем-то окажется в Москве. Приходите в книжный магазин «Пархоменко» слушать нашу дискуссию обо всём на свете. Обычно такие дискуссии мы с Карповым устраиваем без свидетелей и под пиво, на этот раз будет исключение и интерактив. Если забуду рассказать сама, обязательно спросите, за что я так люблю четверги! Также, всякий, кто подойдёт за автографом, уйдёт с мышкозавром (в виде открытки). Ближе к делу обязательно напомню ещё раз. Или не раз. 10 сентября, четверг, 19-00 Сергей Карпов и К.А.Терина: Переводчик и писатель задают друг другу каверзные вопросы Москва, ул. Татарская 14, метро Павелецкая https://karpov-translations.ru http://www.k-a-teryna.com https://parhomenkobooks.ru

Говорят, в Питере тоже было лето. Но, видимо, я в этот день болел (C) Между тем всякие сентябрьские события уже анонсируют по страшной силе. Вот и К.А.Терина (буквально на днях закончившая редактуру своего дебютного романа) и создатель "постироничных роботов" Сергей Карпов приглашают на встречу в Москве. Как говорится, не пропустите!

Ага. «Эксмо» анонсировало (а «Читай-Город» даже открыл на него предзаказ) новый роман Эдуарда Веркина «Площадь оружия». То самое продолжение-не продолжение «Сороки». Обложки, правда, пока нет, зато уже есть официальная аннотация:

Новая книга Эдуарда Веркина из цикла “Поток Юнга” будет построена вокруг катастрофы на планете кибернетиков Бенедикт. Инцидент не раз упоминается в бестселлере “Сорока на виселице”, но подробности случившегося остаются засекречены. Роман будет посвящен проблемам ИИ и его отношениям с людьми, исчерпанию литературы, восстанию машин, а также явлению новой космической и этической парадигмы. События нового романа цикла будут не продолжать “Сороку на виселице”, но разворачиваться параллельно событиям предыдущей книги.

Штош. Ждем-с.

На днях читал лекцию для школы «Band», поделился там одним, мне кажется, важным наблюдением – но так, между делом, впроброс, слишком много всего надо было сказать за эти 50 минут. Зафиксирую здесь, чтобы не забыть. Речь у нас там шла о фантастическом рассказе – так вот, я глубоко убежден, что фантастический рассказ (да и любой другой рассказ на самом деле) хорошо себя чувствует только тогда, когда входит в экосистему. Как в идеале складывается жизнь успешного фантастического рассказа? • Он печатается в журнале; • Он переиздается в антологии (возможно, не одной); • Он входит в авторский сборник; • Он перепечатывается в разных ретроспективных сборниках и собраниях сочинений; • Он выходит в финал престижной премии (возможно, не одной), потом в финал выходит антология, потом сборник, и если повезет – побеждает; • На каждом этапе о нем пишут критики и литературные обозреватели, обсуждают коллеги; • Его упоминают в монографиях, диссертациях, энциклопедических статьях et cetera; • При большом везении – его экранизируют, ставят на сцене или по крайней мере сочиняют аудиоспектакли. Фишка не в том, что каждая публикация приносит автору гонорар – это все равно несравнимые деньги с гонораром за роман. Времена, когда фантасты жили на гонорары от рассказов, прошли вместе с «золотым веком НФ». Фишка в том, что на каждом этапе автор получает дозу адреналина, дофамина, чувство сопричастности, вот это все. Он может вообще не писать романов – и все равно будет стоять на сцене рядом с живыми классиками, заседать на панельных дискуссиях на конвентах и фестивалях, участвовать в движухе как равный среди равных. Все это придает смысл, мотивирует писать рассказы. А не бесконечные саги в азиатском сеттинге. Траектория фантастического рассказа в России сейчас гораздо короче. Участие в конкурсе –> публикация в журнале/в конкурсном сборнике (которые традиционно никто не читает, кроме хейтеров) –> все. Или публикация в журнале –> публикация в авторском сборнике –> и снова тупик. Еще можно на своем личном сайте вывесить и гордо считать это публикацией, но это вообще ни о чем. На конкурсе можно хотя бы выиграть миллион. Но в финал выйдет 10-20 рассказов из тысячи рукописей, остальным 980-990 текстам и это не светит. Исключения есть, но очень, очень редки, шанс один на миллион, проще выиграть в казино. Экосистема у нас существовала, но сравнительно недолго, около 15 лет, с конца 1990-х до середины 2010-х. Сейчас некое подобие сохранилось только у хоррорщиков, «авторов тёмных жанров»: вебзин «Darker», серия «Самая страшная книга», проекты ростовского «Феникса», премия «Мастера ужасов» и т.д. И, в общем, пока эта экосистема – журналы, антологии, премии и тыды – не будет восстановлена, никакими конкурсами с миллионными призами жанр фантастического рассказа не расшевелить, увы.