Weißes Vaterland

Допрос генерал-майора Адольфа Вестхоффа, командира батальона, полка, а затем 112-ой пехотной дивизии, в качестве свидетеля на Нюрнбергском трибунале. Допрос ведет доктор права Ханс Латернзер. 10 апреля 1946 года, 104-ый день трибунала. — Давали ли вы какие-либо специальные инструкции командирам рот перед началом Восточной кампании? — Касательно чего? — Я полагаю, что вы, как командир батальона, после получения приказа атаковать собрали командиров рот и обсудили некоторые приказы — Да, я проинструктировал их о командовании во время боя, об отношении к русскому населению и к военнопленным — И что вы приказали командирам рот? — Я сказал им: "Вы должны относиться к каждому военнопленному так, как хотите, чтобы относились к вам, будь вы военнопленными. — Получали ли вы приказы о проведении акций против еврейской части населения России? — Нет — Были ли ваши подчинённые замечены в плохом обращении с местным населением и убийстве мирных жителей или военнопленных? — Нет! Был специальный приказ на поддержание дисциплины, прямо запрещавший это — Был ли дозволен грабёж? — Нет, строго запрещен — А происходил ли? — Точно не среди моих подчинённых — Совершали ли ваши солдаты изнасилования? — Нет, я не знаю ни одного случая — Принуждалось ли мирное населие к выселению из своих жилищ для последующего заселения военными? — Нет. Изредка приходили приказы, что какой-то дом должен быть занят под штаб. Остальные дома оставались с жителями, и я, например, спал там же, где спали хозяева дома, в котором останавливался — Были ли вы свидетелем разрушений без тактической необходимости? — Нет — Бывало ли такое, что голодное мирное население кормилось с полевой кухни? — Был приказ, который гласил, что весь избыток провианта в полку должен быть предложен населению в полдень или вечером, если поблизости было таковое — И последний вопрос: возможно ли такое, что немецкие солдаты разрешали русским детям попробовать кофе, а потом давали им отравленные куски пирога? — Нет — Больше не имею вопросов. Комментарий: вряд ли у Вестхоффа был мотив лгать, потому что он был свидетелем, а не обвиняемым. Кроме того, перекрестный допрос исключает возможность соврать в каких-либо мелких деталях. Источник: Trial of the major war criminals before the International Military Tribunal, Nuremberg, 14 November 1945-1 October 1946, Volume 11, Pages 180-182 telegra.ph/Weißes-Vaterland-09-10