RiddleRussia

Спустя более четырех лет после начала полномасштабной войны в Украине российско-грузинские отношения выглядят парадоксально. Дипломатические отношения между странами по-прежнему отсутствуют, Россия сохраняет военное присутствие в Абхазии и Южной Осетии, а перспективы урегулирования вопроса территориальной целостности Грузии не стали ближе. При этом экономические связи получили новый импульс. Товарные потоки выросли, прямое авиасообщение было восстановлено, Россия укрепила позиции как важный рынок для грузинского вина, минеральной воды и фруктов, а сама Грузия приобрела новую роль — транзитного и посреднического узла. Для России Грузия стала удобным соседним рынком, туристическим направлением и одним из каналов связи с внешним миром. Для Грузии российская изоляция создала дополнительный спрос на жилье, банковские и сервисные услуги, торговое посредничество и логистику. Так сформировалась модель экономической нормализации без политической нормализации — прагматичная, асимметричная, зависимая от внешней конъюнктуры и потому не вполне устойчивая. https://ridl.io/ru/ekonomika-posrednichestva-i-ee-predely-kak-vojna-v-ukraine-izmenila-otnosheniya-rossii-i-gruzii/

Необходимость повышать доходность гособлигаций обнажает бессилие властей. Они не могут объяснить рынку, что все в порядке и риски не растут. А постоянное латание дыр — перебрасывание денег то на восстановление НПЗ после ударов ВСУ, то под очередные инициативы Кремля — лишь показывает, что о нормальном инвестиционном процессе речь не идет: деньги просто сгорают. В ситуации, когда экономика переживает один форс-мажор за другим, капитал просто не может работать эффективно. В результате российская экономика, которая уже почти четверть века страдает от нехватки инвестиций, проседает еще сильнее — и эта проблема будет только усугубляться, ведь конца конфликту пока не видно. Региональные экономики упираются в потолок, а Москва опускает его еще ниже. https://ridl.io/ru/ekonomika-na-holostom-hodu/

Политический и информационный блоки Кремля — основные операторы выборов и главные бенефициары их проведения — хорошо знают, на какие настроения главы государства следует давить. Владимир Путин регулярно подчеркивает, что украинский президент Владимир Зеленский является нелегитимным правителем, поскольку срок его полномочий истек, а выборы главы Украины не были проведены. Согласно украинскому законодательству, в период войны избирательные кампании не проводятся. Однако для Путина «нелегитимность» Зеленского, якобы нарушающего сроки выборных процедур, давно стала своеобразным фетишем. Демонстративное проведение выборов в России представляет собой оборотную сторону того же фетиша: таким образом глава российского государства пытается подчеркнуть мнимое превосходство над украинским президентом. https://ridl.io/ru/zherebevka-ot-pamfilovoj/

Согласно исследованию представителей «большой алии» из бывшего СССР 1990−2025 гг., проведенному Элиной Бардач-Ялов в ноябре-декабре 2025 года при участии автора этой статьи, менее 10% послевоенных репатриантов либо уже находились в процессе эмиграции, либо рассматривали возможность покинуть Израиль. Тот же опрос показал, что война, которую Израиль ведет с 7 октября 2023 года против Ирана и его прокси, крайне слабо повлияла на репатриантов как «крымской» (2014−2021), так и «военной» (2022 и позднее) алии. Около половины респондентов сообщили, что не собирались покидать Израиль ни до, ни после начала новой войны на Ближнем Востоке. Еще примерно четверть планировали уезжать в любом случае (хотя далеко не все из них реально осуществят эти планы), и лишь около пятой части ранее не задумывались о переезде из Израиля, но стали рассматривать такую возможность после 7 октября. https://ridl.io/ru/izrail-kak-vremennoe-ubezhishhe-ili-kak-dom-sudba-rossijskoj-alii-voennogo-vremeni/

Долгие годы после обретения независимости Азербайджан старался балансировать между региональными державами — прежде всего Россией и Турцией, — избегая однозначного выбора стороны и не вступая в военные альянсы. Полномасштабное вторжение России в Украину ослабило позиции Москвы на Южном Кавказе и позволило Баку окончательно решить в свою пользу карабахский конфликт, который Кремль ранее использовал как рычаг давления. После восстановления полного контроля над Карабахом и вывода оттуда российских миротворцев Баку поначалу стремился сохранить тесные отношения с Москвой. Однако катастрофа с азербайджанским пассажирским самолетом в декабре 2024 года, сбитым российскими ПВО над Грозным, привела к заметному охлаждению двусторонних отношений, а затем — к беспрецедентной конфронтации. Обе стороны по-прежнему заинтересованы друг в друге, но неурегулированные противоречия и общее ослабление Кремля ускорили процесс «сепарации»: Азербайджан все чаще действует без оглядки на Россию и уже не нуждается в соблюдении прежнего баланса. https://ridl.io/ru/rossiya-i-azerbajdzhan-ot-balansirovaniya-k-konfrontatsii/

В 2022—2026 гг. отношения России с Приднестровьем оставались в целом предсказуемыми. Несмотря на санкции ЕС и ограничения со стороны Украины, направленные на предотвращение открытия «второго фронта» в направлении Одессы, Москва находила способы поддерживать политические и экономические элиты региона. Стремясь сохранить привлекательность в глазах местного населения, Россия продолжала предоставлять жителям Приднестровья гражданство в упрощенном порядке (эту меру нужно рассматривать с учетом обновленной военной доктрины, допускающей вмешательство Москвы для защиты российских граждан за рубежом). Регион будет ориентироваться на Москву только до тех пор, пока выгоды от связей с РФ будут превышать возможные преимущества от сотрудничества с Западом. Именно поэтому российский газ продолжает поступать в Приднестровье: эти поставки позволяют поддерживать существующий статус-кво до завершения войны. В случае энергетического или экономического коллапса сепаратистские власти могут стать более восприимчивы к предложениям о реинтеграции с Молдовой при поддержке Украины и ЕС. https://ridl.io/ru/status-kvo-pod-davleniem-pridnestrove-posle-2022-goda/

Вооруженные силы Украины продолжают наносить удары по инфраструктуре крупнейшего российского маркетплейса Wildberries. Интенсивность атак только растет. Атакованы почти все ключевые логистические центры. Некоторые из них, судя по имеющимся данным, не подлежат восстановлению. Владимир Зеленский утверждает, что удары по Wildberries призваны нарушить снабжение российской армии. На маркетплейсе действительно представлены товары двойного назначения — например, дроны и амуниция, — которые заказывают как волонтеры, так и сами военные. Но очевидно, что даже если дроны сожгут дотла все склады, фронт продолжит получать все необходимое. Создание помех военной логистике — не более чем предлог. Советник офиса президента Украины Михаил Подоляк в недавнем интервью фактически это подтвердил. Основная задача, по его словам, состоит в причинении ущерба российской экономике, который потенциально может спровоцировать «страшную дефискализацию», то есть кризис государственных финансов. Способен ли крах Wildberries произвести такой эффект? https://ridl.io/ru/szhech-sklady-obrushit-banki/

Власти стоят перед сложным выбором: либо ударить по благосостоянию россиян через рецессию и безработицу, либо обрушить на них неконтролируемую инфляцию. Даже если правительство сработает максимально эффективно, полноценная мобилизация экономики все равно приведет к падению уровня жизни. Чем дольше Кремль медлит, тем более тяжелой окажется расплата. А если украинские удары по логистическим центрам продолжатся в том же темпе, власти не смогут игнорировать риск «домино», когда волна банкротств бизнеса спровоцирует финансовый кризис прямо перед выборами или сразу после них. Откладывать решения — значит усиливать будущую боль. Но, к несчастью для россиян, именно прокрастинация лежит в основе российской экономической политики. https://ridl.io/ru/na-osen-nichego-ne-planiruem/

Видеофрагменты выступлений Путина, в которых он с явным удовольствием говорит о продолжении войны, быстро разошлись по социальным сетям. Разумеется, такие пассажи ничего не прибавят, а скорее отнимут какие-то доли процента у и без того падающего рейтинга «Единой России», а также у показателей самого Путина, с которыми происходят явные социологические манипуляции. Общество устало от войны: по всем опросам большинство выступает за переговоры, а не за продолжение боевых действий. Об этой усталости начинают открыто говорить даже системные представители элит, включая, например, главу «Сбербанка» Германа Грефа. У Путина явно другая точка зрения на уровень поддержки войны среди россиян, либо он ею просто пренебрегает в угоду собственным желаниям. Организаторы мероприятий с его участием, естественно, не могут ограничить президентские словоизлияния. Судя по настойчивости, с которой он повторяет тему продолжения войны, Путину крайне важно манифестировать свою позицию. https://ridl.io/ru/opravdaniya-ot-putina/

Чтобы сохранить положительное сальдо торговли и стабилизировать бюджет, Москве придется переложить издержки на население: сдерживать потребление, предельно урезать расходы и сокращать инвестиции. Других вариантов нет. Именно на это и рассчитана украинская кампания ударов беспилотниками — обострить дисбалансы военной экономики. Процентные ставки нельзя снизить без риска разгона инфляции, но при этом они обескровливают гражданский сектор. Инфляция, которую ранее считали почти побежденной, снова готова пойти в рост. В этих условиях наиболее рациональным решением для режима стала бы полная мобилизация экономики, ее окончательное подчинение нуждам войны. Вероятно, Киев исходит из того, что Кремль не пойдет на это из-за политических рисков. А если и пойдет, ущерб, который мобилизация причинит экономике, окажется слишком тяжелым. Как минимум он перечеркнет все достижения, о которых власти рапортовали в последние годы. При этом статус-кво не может сохраняться бесконечно. Пока власти медлят с решением, российская экономика дрейфует в направлении затяжной рецессии. https://ridl.io/ru/sol-na-rany-kak-udary-po-npz-obostryayut-disbalansy-rossijskoj-ekonomiki/

Именно это разочарование, а не невозможность заправить танк или ракету, способно стать самым серьезным вызовом для Кремля в нынешних условиях — если только умелой путинской пропаганде не удастся представить происходящее как внешнюю агрессию, перед лицом которой население обязано сплотиться вокруг власти. https://ridl.io/ru/udar-ne-po-tankam-a-po-loyalnosti/

Как в Китае относятся к российским внешнеполитическим концепциям? Разделяют ли там российское видение «многополярности»? Является ли война России в Украине и её противостояние Западу "благом" или проблемой для Китая? Какую «идеальную Россию» видит для себя Китай? Russia Talk c Алексеем Чигадаевым https://www.youtube.com/watch?v=o9AdVjt9jo8

Украинская кампания дальних ударов по российской нефтяной отрасли весной-летом 2026 года одновременно бьет по трем чувствительным точкам российской военной экономики: производству топлива, внутренней логистике нефтепродуктов и бюджетной устойчивости. Эти атаки не обрушивают нефтяной сектор в целом и пока не лишают Россию экспортной выручки, но Москва все чаще вынуждена экспортировать сырую нефть вместо ее переработки внутри страны. В результате Кремль теряет часть добавленной стоимости, сталкивается с дефицитом топлива в регионах, резким ростом цен на бензин, ускорением инфляции и необходимостью все более дорогих компенсационных выплат из бюджета. В этом и заключается стратегическое значение новой фазы украинской кампании. Если первые удары воспринимались прежде всего как демонстрация возможностей украинских беспилотников и уязвимости российских военно-промышленных и энергетических объектов, то атаки 2026 года выстраивают более сложную картину. Киев наносит удары не только по экспортным терминалам и резервуарным паркам, но и по тем элементам нефтяной цепочки, где повреждения дают мультипликативный эффект: установкам первичной переработки, изомеризации, крекинга, гидроочистки, а также по узлам, обеспечивающим поставки в крупнейшие регионы-потребители топлива. https://ridl.io/ru/dvojnoj-udar-kak-kampaniya-protiv-npz-menyaet-rossijskuyu-voennuyu-ekonomiku/

Уже полтора года Кремль занимает выжидательную позицию в отношении Дональда Трампа. Критикуя действия США – и в Украине, и в Иране, и в Венесуэле, – российские официальные лица и пропаганда стараются не задевать Трампа лично. Так Москва оставляет себе пространство для возможной сделки с ним по Украине и для более широких договоренностей: по безопасности, глобальной повестке и экономическим вопросам. Шансы на подобные соглашения в Кремле оценивают как довольно скромные, но они все же не равны нулю. В российском дискурсе Трамп существует одновременно в двух образах: как наиболее последовательный сторонник многополярности и как, по словам пресс-секретаря российского президента Дмитрия Пескова, мировой лидер, чьи «методы не совсем корреспондируются с нашими подходами о многополярном мире». Западные аналитики тоже не могут прийти к единому мнению: одни считают Трампа подарком для внешней политики Путина, другие – причиной ее стратегического паралича. Почему возникают столь полярные оценки – не только у внешних наблюдателей, но и у российских официальных лиц и внешнеполитического сообщества? Можно ли уже сейчас однозначно сказать, выгоден Трамп Москве или, наоборот, мешает ей? https://ridl.io/ru/tramp-i-rossijskaya-mnogopolyarnost-balans-plyusov-i-minusov/

В условиях кадрового застоя Володин стремится сохранить престижное кресло спикера. Поэтому последние заседания Госдумы превратились в своего рода ударный аккорд: они призваны убедить Владимира Путина, что лучшего председателя для Госдумы все равно не найти. Володин сознательно отказался от респектабельного образа строгого спикера-менеджера, который старательно выдерживал в начале думской карьеры. Он примерил маску эпатажного ультрапатриота-популиста и, судя по всему, решил ее не снимать — потому что на Путина подобные приемы работают. Опытный политик угадал актуальные требования высшего руководства к роли председателя Госдумы: это кресло должен занимать «второй Жириновский» — персонаж, который ради развлечения главного зрителя и остальной «почтеннейшей публики» не гнушается ничем. https://ridl.io/ru/volodin-v-roli-zhirinovskogo/

Для Москвы вовлечение США в масштабный кризис в Азиатско-Тихоокеанском регионе означало бы перераспределение американских военных, финансовых и политических ресурсов. Именно поэтому российская сторона объективно заинтересована в том, чтобы китайско-американское соперничество оставалось максимально острым. Для самого Китая такая логика значительно менее привлекательна: Пекин заинтересован не в войне, а в сохранении условий, которые позволяют ему продолжать экономическое развитие и постепенно менять баланс сил в свою пользу. После 2022 года изменилась не столько Россия, сколько роль, которую она играет в китайской внешней политике. Для Пекина Москва постепенно превращается из самостоятельного центра силы в важный элемент собственной стратегии глобального соперничества с США. Россия остается ядерной державой и важнейшим политическим партнером Китая, однако все чаще оказывается встроенной в китайскую внешнеполитическую логику, а не наоборот. В этом, вероятно, и заключается главное политическое наследие российско-китайского сближения последних пяти лет. https://ridl.io/ru/kitaj-i-rossiya-coyuz-bez-obyazatelstv/

В публичном пространстве Центральную Азию нередко представляют как регион, последовательно сбрасывающий с себя оковы российского влияния — будь то через осознанную деколонизацию, поворот к Китаю или обретение большей самостоятельности. Реальная ситуация, однако, заметно отличается от это благостной картинки. В Астане, например, визиты высокопоставленных российских чиновников по-прежнему сопровождаются демонстративными пролетами казахстанских истребителей, которые оставляют в небе следы в цветах российского триколора. Такие сцены наглядно показывают: структурное влияние России в регионе не ослабевает, а в ряде аспектов остается определяющим. https://ridl.io/ru/dekolonizatsiya-na-slovah/

Как войны в Украине и конфликты на Ближнем Востоке (включая Иран) повлияли на отношения между Россией и Израилем? Что осталось от «особых отношений» между Биньямином Нетаньяху и Владимиром Путиным? Какие действия Израиля Москва расценит как пересечение «красных линий»? В чём заключаются эти красные линии России по отношению к Израилю? Как Израиль видит оптимальную роль России в регионе? Чего ожидать от этих отношений в будущем? Владимир (Зеэв) Ханин - Профессор политических наук и глава программы по изучению постсоветских конфликтов в Центре стратегических исследований Бегина-Садата в Университете Бар-Илан, Израиль https://www.youtube.com/watch?v=XOlyADDc4s8

После 2022 года Москва заметно активизировала отношения с Ираном. В Тегеран потянулись высокопоставленные российские делегации, обсуждались масштабные инфраструктурные и нефтегазовые проекты. Иран быстро превратился в важного поставщика вооружений для Москвы. Тем не менее к 2026 году торговля между странами так и не вышла на качественно новый уровень. Прогресс по другим направлениям выглядит скромным, а возможное снятие западных санкций с Тегерана в случае сделки с США создает дополнительную неопределенность. Никита Смагин об отношениях России и Ирана после 2022 года https://ridl.io/ru/iran-i-rossiya-nedosoyuz-s-neyasnymi-perspektivami/

«Даже в Советском Союзе так не строили, когда шли восстановления», — подчеркивает Хуснуллин. Сравнения, к которым прибегает Хуснуллин, заслуживают настолько пристального внимания, поскольку они наглядно иллюстрируют, насколько официальная экономическая риторика оторвалась от реальности, в которой живут обычные люди и бизнес https://ridl.io/ru/smotrya-s-chem-sravnivat/