Рагим Джафаров

Екатеринбург! К вам едет азербайджанский писатель Рагим Джафаров! Наверное даже переводчика дадут. Для перевода с бакинского на русский. – Гагаш, литература нету даааа! Я тоже приду на него посмотреть. А если получится, то и подискутировать. Интересный человек, наверное. А я выступаю 27 августа в 14:45 с удивительной темой, на которую можно просто ответить «да». Полная программа фестиваля тут. Приходите в общем, а то нам с азербайджанским писателем Джафаровым будет весело дискутировать, конечно, но кажется, что во имя снижения градуса безумия нужен кто-то еще.

– Тут все очевидно. – зевнул Шерлок, – Не мой уровень, инспектор. Зря вы меня сюда притащили. Лестрейд и Ватсон переглянулись. Им вовсе не было очевидно, но ни один из них не хотел признаваться первым. – И что же тут произошло? – сдался инспектор. Он еще раз посмотрел на труп. Мужчина сидел перед компьютером почти как живой. Никаких видимых повреждений, глаза открыты, намек на улыбку, даже рука на мышке. – Он умер. – констатировал Шерлок. – Где-то я это слышал, – задумчиво протянул Ватсон. – Но все же, что произошло? – Начнем с того, кто он. – возразил Шерлок. – Посмотрите вон туда. Там на комоде в рамке диплом вирусолога… – Думаете это связано с ковидом? – ужаснулся Лестрейд. – Дослушайте. А рядом лежат счета, письма и прочие бумажки. Судя по всему он недавно посещал конференцию химиков. Весьма серьезную, кстати. – Новичок?! – Дослушайте. У него на столе мы видим распечатки с извлечениями из докладов финансовых аналитиков. – Уже теряю связь. – нахмурился Лестрейд. – Вы ее и не находили, – заметил Шерлок, – Продолжим. Судя по кольцу, убитый состоял в масонской ложе и, судя по всему, должен был в этом году баллотироваться в мэры. Вон там образцы агитационной продукции. – Политическое убийство! – Нет. В прихожей висит его фото со Стивеном Хокингом, плюс несколько фотографий из экспедиций. А так же фото с суборбитального полета. И, последняя деталь – он родился в Кабуле. И судя по всему у него там есть родственники. Шерлок посмотрел на Лестрейда так, будто теперь уж все становилось очевидно. – Он террорист? – предположил Лестрейд, – Или супершпион какой-то? Ми-6? – Боже… – Шерлок на секунду прикрыл глаза. – Что у него открыто на компьютере? – Эммм… – Инспектор не хотел трогать руку трупа, чтобы подвинуть мышку и вывести компьютер из спящего режима. – Не трудитесь, – сжалился Шерлок, – Фесбук. – И что? – И что?! Да он афганский вирусолог, разбирающийся в химии, физике и математике, который зарабатывает на бирже! Он член масонской ложи, политик, путешественник и побывал в космосе! Прокрутите события последних десяти лет и скажите мне, в какой области его можно переспорить?! Кризис? Нет. Ковид? Нет! Новичок? Нет! Политика? Нет! Афганистан?! Сомнительно! Да даже плоская земля! Лестрейд и Ватсон уважительно посмотрели на труп. – Ну, тогда мотив понятен. Представляю какую ненависть он вызывал у всех… – Лестрейд попробовал подобрать слово, – Да просто у всех. Но по прежнему не ясно, кто и как его убил! Никаких видимых повреждений, квартира закрыта, никто не выходил отсюда, судя по камерам. Что произошло? – Кто сообщил вам об убийстве? – устало вздохнул Шерлок. – Анонимный звонок. – Что сказали? – Что по такому-то адресу труп. – Но не убийство. – Ну… В каком смысле? – нахмурился Лестрейд. – Он сам и позвонил. – Самоубийство? – удивился инспектор, – Хотя если он химик… Наверное яд. Хотя труп не выглядит… Да и зачем? – Никакого яда. – покачал головой Шерлок, – Поймите, инспектор, он победил всех в интернете. Вообще всех. А после этого позвонил вам и даже не закрыв глаза, глядя сквозь саму реальность, силой мысли остановил сердце. Для него это уже не составляло труда. – Зачем?! – ужаснулся Лестрейд. – Потому что больше никого не осталось, – грустно ответил Шерлок и добавил совсем тихо, – У меня хотя бы есть Мориарти. А он остался совсем один. P.S. Консервы

– Мы всё. – сообщила терапевту Оля и протянула два планшета с заполненными анкетами. – Хорошо, – кивнул терапевт, – Должен еще раз обозначить важный момент. Нельзя просто взять и переделать ребенка, понимаете? Нельзя просто сделать так, чтобы его проблемы в общении со сверстниками и учителями пропали как по волшебству. Вам, как родителям, предстоит немало работы над собой, семейная система – это… – Понимаем, конечно. – заверила Оля и посмотрела на мужа, тот кивнул, – У нас очень дружная и слаженная семья. Мы все заинтересованы в том, чтобы двигаться к одной цели! – Прекрасно. – несколько удивленно кивнул терапевт, – Забыл сказать, подпишите, как-нибудь анкеты, чтобы я ничего не перепутал. Родители взяли анкеты, а терапевт уточнил. – У вас действительно есть общее видение семьи и роли каждого из вас? – Конечно. – хором сказали Оля и Денис. Терапевт мельком глянул на подписи. На одной анкете написано «Мать», а на другой «Муж». P.S. Консервы…

Кажется, единственная премия в которой я не принял участие в этом году - премия Дарвина. Но и год еще не кончился. Когда у нас с Верой кто-нибудь спрашивает про конкуренцию, мы отвечаем мол ну что вы, мы вообще не пересекаемся. Пишем про разное, участвуем в разном и вообще. Тем временем шортлист премии Валентина Катаева. 1. Вера Богданова «Когда она станет хорошей» 2. Валерия Фролова «По пятницам танцуем» 3. Роман Сенчин «Темир-орлан» 4. Кирилл Рябов «Маленький Г.» 5. Анна Маркина «Рыба моя рыба» 6. Игорь Белодед «Неумирающий» 7. Анна Матвеева «Свеча святой Анны» 8. Евгений Кремчуков «Соцветие» 9. Рагим Джафаров «В будущее возьмут не всех» 10. Владимир Лидский «Мёртвые ничего не знают»

Говорила мне мама, мол шел бы в музыканты или танцоры. Вот у них такой неловкой ситуации не возникает. Станцевал бы сейчас и все. А я что? Рассказ ему напишу про то, как он меня опрашивает? – Могу википедию показать. – Давайте. Лезу, гуглю, в то же время думаю, мол не хотел ведь когда-то этим заниматься. Мол кому нужна эта википедия? Зачем эта страница вообще? Нашел, показываю. Смотрит заинтересованно на статью. – О у вас и супруга писательница? – Угу, – а сам вспоминаю, как спрашивал у Веры, зачем вообще это указывать в википедии? Ну кому мол вообще интересно на ком я женат? Но в итоге, написали в вики, кто на ком. И глянь, пригодилось. Именно тогда, когда нужно было. Возвращаюсь в реальность из мыслей, усталый мужчина протягивает мне два паспорта и какие-то талончики. – Идите прям без очереди, всего хорошего, добро пожаловать.

В целом намеки на приключения начались уже Турции. Таможенник долго задумчиво смотрел мои документы и вдруг сказал что-то на турецком. – Инглиш? – интересуюсь. – Инглиш, – задумчиво подтверждает, – Дай мне турецкий паспорт. – Эмм… У меня нету. – Нету? – так удивляется, что у меня на секунду возникает мысль, что всем в мире вчера выдавали турецкие паспорта, а я проспал, – Ладно, нету… А какой есть? – Ну вот же, – показываю на мой загран в руках у таможенника. – И никакого другого? – с надеждой даже. – Нет. – Ладно. Вздыхает то ли устало, то ли сочувственно и ставит печать. Идем дальше. Второй намек на приключения случился перед гейтом. Уже прямо там стали спрашивать цель визита в Израиль. Разговор вышел довольно полезный. По его итогам мы с Верой хотя бы сами для себя сформулировали цель визита. Почему-то «ну так, просто» - не совсем удовлетворительная цель по мнению вопрошающих. Теперь мы ехали в гости к другу. Даже конкретному, а не абстрактному. И это нам помогло в дальнейших приключениях. – Цель визита? – на прекрасном русском спросила женщина-из-кабинки. – В гости едем, к другу. Женщина-из-кабинки задала много сложных вопросов, на которые мы бы не ответили без предварительной подготовки. Например как зовут друга (это не очень сложный) и когда у него день рождения (это очень сложный, я свой-то др запомнил годам к пятнадцати). Попросила фото паспорта друга, его адрес, телефон, размер ноги и прочую важную информацию. Уточнила есть ли у нас обратные билеты и мило улыбнулась. – Хорошо. – Прекрасно, – подтвердили мы. – Замечательно, – кивнула она, – Ваши паспорта остаются у меня, а вы идете на опрос в миграционную службу. Это вон там. Подготовьтесь, там будут сложные вопросы (куда уж сложнее, чем день рождения). Все, идите и ждите в очереди, вас вызовут по фамилиям. Мы и пошли, даже улыбки от лиц не отлепили. В углу большого зала стоит небольшая кабинка, поделенная на два кабинета и предбанник с вендинговыми автоматами одиноким стулом. Но входить в предбанник нельзя, можно стоять за его пределами и ждать, пока из кабинетика позовут. В итоге вокруг кубика стоит толпа людей и напряженно вслушивается. Фамилии не то чтобы прям отчетливо слышно. Как раз потому, что плотная толпа людей гасит звук. Ну мы встали в сторонке, ждем. Ну как, я встал в сторонке, а Вера как старший суетолог и любитель движа вкрутилась в толпу и обрастает связями на земле обетованной. Пишу знакомой, которая недавно летела в Израиль и участвовала в таком же мероприятии. – А сколько опрос проходил? – Опрос? Ну минут 15. – А, ну отлично! – Но ждала я его часов шесть. – … – … – Но у вас хотя бы не шабат, у вас лучше ситуация. – … – Если потребуют залог то… (Вышел из чата). Пошел обрадовать Веру. Она там как раз к этому времени социализировалась, наладила контакт с местными, нашла еврейскую родню и теперь уже миграционная служба может вполне обоснованно волноваться. Не зря стояли. – Джафаров! – кричат из кабинки. Толпа расступается, как море перед Моисеем и я вхожу в заветный кабинет. Там сидит довольно усталый мужчина, перед ним гора паспортов. Мужчина смотрит на меня, вздыхает. Указывает на стул. Сажусь. – Здравствуйте, Рагимбек. – Здравствуйте. – Один сюда прилетели? – сразу сложные вопросы пошли. – Нет, с супругой. – Как зовут супругу? – прям заваливает меня. – Вера Богданова. Он ищет среди паспортов нужный, удовлетворительно кивает. Видимо я все правильно ответил. – А зачем приехали? – В гости к другу. – Как его зовут? Отвечаю и мысленно подвожу промежуточные итоги. Кажется я выигрываю. – Когда вы с ним познакомились? – вот такого вопроса с подвохом я не ожидал. – В сентябре прошлого года! – отстреливаюсь вспомнив, что я и с Верой тогда же познакомился. – Где? – На книжной выставке. – А что вы там делали? – а тут прям виден профессионализм, вопрос прям опасный, не каждый на него ответит. – Книжку презентовал? – это у меня скорее вопрос чем ответ получился, хотя бы потому, что никогда нельзя точно ответить, что ты делал на книжной выставке. – Вы писатель? – Да. – Можете как-то доказать?

Одновременно сломалось все сразу. Кондей в одном конце квартиры, водонагреватель в другом конце (песнь льда и пламени прям) и кран на кухне, ровно между ними. Звоню хозяину квартиры, говорю мол, шеф все пропало. Фигня говорит, завтра решу вопрос. Долго согласовывали время визита мастеров, уточняли, решали, передвигали. Фотографировал кондей и водогрей, чтобы точно понимать модель, характер проблем с краном и вообще. Подготовились основательно. В назначенное время звонок в дверь. Открываю. Стоит хозяин квартиры. – Вы один? – заглядываю за него, вдруг чего не заметил. – Да тут дел на пять минут, справлюсь сам. У вас отвертка есть? – Если есть у вас, я ж у вас квартиру снимаю. – Ну, подождем мастера. Посидели, подождали. Приехал серьезный такой деловитый мужчина, прошел к водогрею и стал в нем ковыряться. Хозяин квартиры тиснул у него отвертку и стоит смотрит на кондей. – А стремянка у вас есть? – У вас. Есть. – Давайте. Принес, смотрю что дальше будет. Сильно немолодой хозяин квартиры лезет на стремянку. Все скрипит. Стремянка, хозяин, нервы. Сейчас, думаю, еще и похороны будут. – У меня зрение плохое, винты не видите? – Кажется вот. – Ага, – сует куда-то отвертку, долго думает, потом интересуется, – А как кондиционер разбирается? – Эмм… – А есть идеи что там сломалось? – Море идей. Давайте ка видео про кондей посмотрим. Пришел повелитель водогреев, сказал свой вердикт. Водогрей сломался. Есть у кого идеи что с ним не так? – Давай я гляну, а вы кондеем займитесь. – предлагает хозяин квартиры. Мы с повелителем водогреев смотрим видео стоя на стремянке, пытаемся вытащить плату. Хозяин квартиры дает советы с другого конца комнаты. Разобрали кондей, пошли смотреть кран. Поменяли кран, для этого пришлось вообще снять раковину, разнести пол кухни, выяснить что соединение направильное, а в процессе поняли в чем проблема с водогреем. Собрали все обратно - потек сифон. Все это под чутким руководством хозяина квартиры, конечно. Нашли новую микросхему для водогрея, починили, заменили какой-то фильтр. Заплатили мастеру над водогреями, стоим, смотрим на текущий сифон. – Да тут дел на пять минут, завтра приду починю, – говорит хозяин квартиры, – А еще можно силиконом пройтись по краю раковины. – Я завтра занят, давайте как-нибудь без меня, – говорю. – Да вы можете вообще своими делами заниматься, я все сам сделаю. – Как сегодня? – Угу, – без тени сомнения задумчиво глядя на сифон отвечает хозяин квартиры.

Начинаем неделю с полки от Веры Богдановой, писательницы («Павел Чжан и прочие речные твари» и «Сезон отравленных плодов») и переводчицы. Все книги есть тут, кликайте и добавляйте себе в библиотеку, чтобы не потерять 📚

Слушайте Веру, у Веры безупречный вкус

Знаете где находится граница Беларуси и Казахстана? Можете поугадывать в комментах, можете посмотреть под катом, но тогда другим кайф не обламывайте. В Баку. Два посольства стоят вплотную друг к другу, разделены одной стеной. Только что проходил мимо. P.S. Фото не будет, потому что полицейский попросил его удалить. P.P.S. Легко гуглится и отлично смотрится в гуглмапс. P.P.P.S. Да, я знаю про папочку «удаленные», но все равно не будет фото. P.P.P.P.S. Да, я знаю, что все разгоны на тему «территория посольства = территория страны» – это миф. Не занудствуйте.

Это в Москве таксист просто таксист. Наемный извозчик, так сказать. А в Баку таксист — это уважаемый человек, дальний родственник или вообще старший брат, который лучше тебя знает как ехать, открывать ли окна, какую музыку ты хочешь слушать и как громко. Но самое удивительное, что иногда он бывает прав и все это приводит к неожиданному, но приятному финалу. P.S. Рубрика угадай мелодию по скриншоту.

Через неделю лечу в Тель-Авив и 2 августа в 19:30 буду в легендарном книжном магазине «Бабель» по адресу: Allenby St 19. Будете в Тель-Авиве в это время — приходите, увидимся)

В общем тоже буду в Тель-Авиве в роли «нет, она не танцует» и «а где у вас тут наливают». Приходите на презентацию к Вере, рекомендуйте в комментах места Тель-Авива где вкусно, интересно, загадошно и вообще - плюсы, минусы, подводные камни и т.д.

На самом деле я не столько писатель и AI тренер, сколько специалист по художественному размахиванию руками. В целом это даже логично, пишу я лет 10, работаю с нейросетями пол года, А РУКАМИ Я МАХАЛ С РОЖДЕНИЯ! Мастер, в общем. Посмотрим что выйдет из интервью, вроде прикольно получилось. P.S. Интервью про нейросети, про Яндекс и конкретно про профессию AI тренера. Не про литературу.

Когда-то давно, кажется в районе первого курса института лингвистики друзья тащили меня пьяного домой. Мало что помню из этого путешествия, но вот осуждающие взгляды прохожих отпечатались в памяти четко. Сейчас иду недалеко от бауманки по каким-то рабочим делам и вижу двух пьяных в дым студентов. Наверное хвосты закрывали иди что-то еще. Оба пытаются помочь другу другу идти, но это только усложняет ситуацию. Идти они в общем-то не могут. Все на что их хватило, это выкатиться на зебру и почти намертво заблокировать движение. Давно горит зеленый, но никто никуда не едет. Понедельник, середина рабочего дня, лето, два пьяных студента пытаются преодолеть зебру. Смотрю на это и вдруг понимаю. Тогда, десять лет назад, на первом курсе прохожие смотрели не с осуждением, на самом-то деле, а с завистью.

Кажется, Вера сфотографировала мой внутренний мир.

Позвал отец трех своих сыновей и сказал. – Скоро я умру, но напоследок, хочу преподать вам один урок. Возьмите этот веник и вытащите по прутику на каждого. Сыновья исполнили просьбу умирающего отца. – Теперь каждый из вас должен сломать прутик! Сыновья исполнили и это приказание. – А теперь попробуйте сломать веник! Сыновья послушались отца. Старший брат взял веник и без труда переломил его пополам. Затем средний взял веник и переломил пополам то, что осталось. А потом и младший брат сделал то же самое. – Ясно, понятно... – горько вздохнул отец, – Запомните – годы придут, чтобы взять свое, поэтому... Отец умер так и не договорив. Братья похоронили его и стали жить каждый сам по себе. Помня, однако, что годы придут и возьмут свое. Старший брат понимал, что имел в виду отец. Поэтому не стал дожидаться, когда придут годы. Стал жить на всю катушку. Пил, кутил и веселился, а потом умер от цирроза, не дожидаясь, когда придут годы. Младший брат тоже понимал, что имел в виду отец, поэтому решил не даться годам без боя. Он занялся спортом, биохакингом, ел только здоровую пищу, делал всякие детоксы, бегал по утрам и умер от инфаркта во время марафона. Средний брат тоже понимал, что имел в виду отец. Поэтому просто жил, постоянно помня, что однажды годы придут, чтобы взять свое. И эта мудрость делала его жизнь ярче. Однажды в дверь к среднему брату постучали. Он сразу все понял. На пороге стояли годы. – Вы пришли забрать свое? – спросил он смело глядя им в глаза. – Да. – Я готов, что бы это ни было. – все так же смело сказал средний брат. – Забирайте. – Мы твоему бате веник давали, – сказали годы, – Верни, а? P.S. Консервы

Во времена великого голода в Ирландии (по разным оценкам погибло около миллиона человек и столько же эмигрировало) в Османской Империи правил молодой султан Абдул-Меджид I. А его врачом, по легенде, был ирландец, который и рассказал султану о страшных событиях происходящих на родине. Двадцатитрехлетний султан проникся, захотел помочь и велел выделить из казны 10 000 фунтов. Но вдруг возникла неловкая ситуация. Королева Великобритании Виктория пожертвовала всего 2000 фунтов. Как-то некрасиво. Англичане попросили Султана так не делать. Он кивнул и пожертвовал тысячу. Но никакие правила приличия, дипломатия и даже королева не могут встать на пути турка (особенно самого главного турка) который задумал благое дело. Поэтому султан снарядил пять (по другим данным три) кораблей с провизией и отправил их в Ирландию. Конечно британская разведка об этом узнала и предприняла встречные меры. Снарядила флот, который должен был помешать гуманитарной миссии. Уж не знаю как именно, но туркам удалось прорваться к Ирландии. Корабли причалили у небольшого города Дроэда и благополучно раздали провизию местному населению. В знак благодарности горожане пририсовали к гербу города полумесяц со звездой (он там до сих пор, легко гуглится). Вероятно это единственный исламский символ на гербах глубоко христианской Ирландии. Бонусом, кстати, еще и на гербе местного футбольного клуба полумесяц со звездой появился. Примерно через 80 лет после описанных событий. Плюс, вроде как, относительно недавно установили памятную табличку. В 2012 году хотели даже кино про это снимать с Коллином Фаррелом и турецкими звездами кинематографа, но чего-то не сложилось. Так или иначе ирландцы долго помнят султана, оказавшегося единственным кто протянул им руку помощи двести лет назад. А еще, по легенде, во время первой мировой 10 ирландская дивизия, принимавшая участие в высадке в Галиполи настолько неохотно воевала, что ее пришлось перебросить в Грецию. Ирландцы якобы с куда большим уважением и благодарностью относились к туркам, чем к собственному английскому командованию.

Примерно так и проходило наше выступление на фонаре. 1. Я в чем-то подозреваю Илью Мамаева-Найлза, Рома Декабрев смотрит на меня с презрением и безразличием, Илья Мамаев-Найлз делает вид, что видит нас впервые. 2. Мы хором не понимаем вопросы Полины Бояркиной, но делаем вид, что думаем. 3. Мы изображаем гиен. Фото: Таша Боброва