Brisingamen

я был когда-то странным, затем был нежеланным, теперь стал деревянным, немым и чужим. неси меня по свету, зелёная карета, чтоб неприятность эту, как сон, пережить. иначе глянет в окна всевидящее око, сдерет по три оброка, чтоб после распнуть. прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко, не будь ко мне жестоко, жестоко не будь.

говорит: в светлом мире твоем, благочинном, правильном ты задушишь меня своей лаской, как толстым кабелем, чтобы небо смеялось и дети от счастья плакали ты затравишь меня добротой своей, как собаками, поднимая над городом в белой горсти молитвенной, будет нежность твоя неизбежная остро-бритвенна, непорочно чиста, как ланцет за момент до вскрытия, как целует земля погребенного в час прибытия: здравствуй, тихий мой свет, заждалась тебя, уж не чаяла льется песня твоя, бесконечная, безначальная, и любовь твоя в щели сочится лампадным маслицем, ни во тьме, ни в могиле, нигде от нее не спрятаться святый ебаный боже, нигде от нее не спрятаться.

родина любит тебя

2014, а будто сейчас писала Придется, видно, быть с тобой построже, Так вот, рисую схему перспектив: Измерен твой надел — и огорожен, Плита, венки — смотри, не пропусти. Смешная суть, дурной пример потомкам, Увы, пора закручивать болты. Ты взвешен был — и найден слишком громким На фоне благолепной немоты.

Ты – златое зерно, оттого тебя любит смерть, Чтоб тобою кормить земляную живую тьму. Оттого не лежать мне добычей в ее суме, Уголечки и пыль ей, хозяйственной, ни к чему. Ты вернешься лозой, жарким сердцем подземных руд, Разольешься вином, ляжешь звоном в чужом мече. А возиться со мной – только зря беспокоить грунт. Положи меня в землю – и я не взойду ничем.

я вообще хз что это (2), да еще и из глубин заметок выкопанное. но хорошее же я беру эти земли – и стягиваю в одну безусловную точку – схождение всех путей, от экватора к полюсу – меньше пяти минут, от меня до тебя – лишь преграда из наших тел, книга долгих разлук треплет сорванным корешком, полускомканной фразой кончается новый лист, после точки – постскриптум, написанный молоком, "здесь закончилась боль и чернила. мы – начались."

#bg3 #bloodweave сомневаешься в том, что казалось единственно верным, уходящий сквозь пальцы песок превращается в дюны, мое сердце давно обескровленно-бело, я его отдаю, но цена ему – бросить и плюнуть, переполни собой червоточины старой печали, замени ее свежей – щемящей, почти что сакральной, я не знал, для чего я пока что еще продолжаюсь, но теперь понимаю быть может, теперь понимаю.

...И покуда над крышами шепчет осенний морок, И пока догорают созвездия в небе хвором, И рассвет замирает у двери трусливым вором, Расскажу тебе сказку — загадку для простецов. Все о том, как Самайн пахнет кровью – и чем-то жженым, Он утащит меня в рукавицах своих ежовых, Возвращая обратно кого-то совсем чужого — Молодого, бесстрашного, злого, с моим лицом.

совсем забыла

Чат-пост для стрима

В это воскресенье 29.10 в 21.00 мск постримлю вам и почитаю всякое (самайновое, новое и какое душа попросит). Как обычно, хотите услышать что-то конкретное - маякните в реплаи

угадайте, что лежало у меня в черновиках забытым больше года #ourflagmeansdeath #blackbonnet Все слова о любви, что я слышал, звучали нудно – это страсть усложнять, обожаемая людьми, как увидел тебя, так все понял – за полсекунды, даже время не тратил на споры с собой самим, это даже не "сдаться без боя" – неверный термин, просто вот он я – весь, как на блюдечке, от и до, как хоть что-то могло тут закончиться без потери, как хоть что-то могло тут закончится не бедой? Вот есть власть королей, власть закона и власть мундира, власть хозяйских плетей, ружей, пороха и монет, власть предметного мира, простой и понятной силы, никогда, ни на миг не срабатывавшей на мне, никогда не умевшей поймать меня – много чести, море любит безумцев, я – порох в его горсти, но все это становится к дьяволу бесполезным, потому что есть ты, и, о господи, пощади – примени свою кару в привычной простой манере: прострели меня в драке, заставь станцевать в петле, сотвори мне кошмары – да так, чтобы я поверил, раскроши меня в пыль и развей меня по земле, он случился со мной, как случается шторм с баркасом (у баркаса нет мачт, но есть дыры по всем бортам), у меня нет ни сил, ни способности защищаться, и мне страшно, мне страшно – как не было никогда.

я не знаю, как иначе об этом сказать #bloodweave и если однажды, ты взглянешь ему в глаза, то в них отразится вдруг кто-то, кого ты знал, но старше, бледней, переломанней. (его любят.)

Эта горе-поэтесса постарела еще на год!

#ourflagmeansdeath #blackbonnet а будет так: ни слова о вине (неважно, чьей – не говори о ней), небесный флот уходит правым галсом, и нам – за ним, и смерти больше нет, кровавый след неярок, изгладим, и боль моя задремлет на груди того, кто никогда не возвращался, поскольку никогда не уходил.

извините, мне надо было

чтобы не ныло под кожей чужое, чуждое чтобы вдруг явь стала менее отвратительна выйди во тьму без доспеха и без оружия выпусти монстра и дай ему проглотить тебя а как лицо пооблезет с тебя лоскутьями как не останется голоса, кроме скрежета стронется сердце, проросшее мхом и лютиком вспомнятся тропы, открытые всякой нежити злые овраги укроют в ладони тесные черная чаща зашепчет тоску-печалицу будешь хоть так что-то правильное, уместное раз по-другому ни беса не получается

самое время напомнить

я хз вообще че это нет, не будет клюки, тряских пальцев и богадельни, за улыбку шайтана – полцарства да грех смертельный, будет отдан приказ – и я выйду в рассвет кисейный на позор хмурых глаз да на суд жесткогубых ртов, и когда мне пенька горло белое зацелует, сяду смерти ошую, любви моей одесную, и увижу, как боги чело твое коронуют, королевскими розами – розами без шипов.