Станислав Минаев — блог

Ривера получил по заслугам, это в действительности мерзкий и жалкий человек, как выяснилось несколько позже со слов его бывших одноклассников: Ривера неоднократно подвергался издевательствам в школе и в целом входил в касту, опущенных, скажем так, людей. Над ним всегда подтрунивали. Несколько безответных влюбленностей породили в нем ненависть и злобу ко всему, что его окружает. Этот человек не способен к продуктивной и плодотворной деятельности без деструктивизма. Мне действительно жаль, что с ним так случилось в жизни и я правда был готов ему помочь, но в ответ как и всегда я слышал лишь травлю, оскорбления и принижения моего личного достоинства и достоинства моей команды.

Так, в очередной раз, Станислав Минаев переиграл систему и уничтожил самого нелюбимого администратора проекта YouGame Biz

Мое самое жесткое достижение в реформах югейма — снятие Риверы с поста администратора. Это было очень долгое и последовательное расследования, в рамках которого мы узнали, что Ривера — настоящий пропагандон, но что более интересно: жесткая и мерзкая личность. Мы опубликовали материалы, через несколько недель Риверы больше не было в составе администрации форума и нет по сей день.

Я создал аккаунт на YouGame в 2019 году, за все то время, которое мне довелось провести на этом форуме на меня было написано несколько арбитражей, а все мои сообщения в разных темах удалялись или варнились по 1.1 и так далее. Мемная хуйня, до сих пор ору с пончиков, которые там сидят и пытаются заработать реакции, которые нахуй никому не нужны.

У меня есть одна хорошая и одна плохая новость — я в очередной раз убедился, что арбитражник Miseri конченный, а плохая — похоже Maddison на грани сорваться в помойку, под названием "Арбитражники югейма" https://yougame.biz/threads/242224/page-3

Придется обкашлять кальянный вопросик с владельцем неверлуза и углубится в этимологию его никнейма. Дарт поехали в Питер кальянчик распыхаем в HookaPlace

Поступила срочная информация — По защищенному каналу связи пришла радиограмма из Кремля, как выяснили профильные отделы — владельца Neverlose зовут не ДаркСайд, а Мастхев

Я не осуждаю Дарта или Дарксайда как его там — хз. Просто видно, что человек относительно асоциален и его мало беспокоят остаточные вопросы, кроме тех, которые касаются исключительно его самого. Хорошая это черта или плохая — сложный вопрос. Пока на рынке нет сильных конкурентов, скорее хорошая, как только они появятся — скорее плохая.

Знаете вот это чувство, когда ты вроде ждешь от человека, особенно с таким проектом, какого-то бОльшего понимания, нежели чем — Ы Ы Ы Ы Ы Ы ЗАРАБОТАЮ ДЕНЯК Ы Ы Ы Ы Ы Ы, КУПЛЮ СЕБЕ КАКАИН ШЛЮХ, а по факту встречаешь именно такого человека, возможно не с такими потребностями, но тем не менее.

Однажды мне довелось пообщаться с владельцем неверлуза — спойлер, он такой же долбаеб как и все остальные, но хотя бы немного грамотный, к сожалению, в диалоге со мной он этого показать не смог, но в интервью хотя бы 2 слова связать смог.

Кто придумает самую лучшую шутку про Кислоту получит 1000р на карту.

Постановка: Шляпа коня

Приходит Соуфив и Анархист в гей клуб Ковчег, а Кислота в шляпе на танцполе.

Короче, рассказываю, приходит как-то Кислота в гей-клуб ковчег, а шляпа ему как раз.

Результаты – это то, что вы получаете. Процессы – то, что вы делаете. Идентичность – то, во что вы верите.

Боже, спасибо нашей команде. Поставили весь рынок на колени одним скриптом.

Сыграл кф 1.01 Фантики можно забрать из Сбербанка.

Десятью годами ранее они были в этом здании на первом этаже – тогда моей трехлетней сестре поставили диагноз «лейкемия». В то время мне было пять лет, а моему брату только исполнилось шесть месяцев. Через два с половиной года, после нескольких сеансов химиотерапии, люмбальных пункций и многократной трепанобиопсии, моя маленькая сестра наконец вышла из больницы – счастливая, здоровая, победившая рак.

Моя история В последний день второго года обучения в старших классах средней школы я получил удар бейсбольной битой по лицу. Когда мой одноклассник делал замах, бита выскользнула у него из руки, полетела в мою сторону и ударила прямо между глаз. Момент удара я не помню. Удар был такой силы, что нос оказался сломан в двух местах и приобрел подковообразную форму. Кроме того, я получил черепно-мозговую травму – ушиб мягких тканей головы и несколько трещин в черепе. Непосредственно после удара у меня начал развиваться отек мозга. Таким образом, за какую-то долю секунды я получил сломанный нос, несколько трещин в черепе и переломы обеих глазниц. Когда я открыл глаза, то увидел, что ко мне бегут люди, чтобы оказать помощь. Опустив взгляд, я заметил красные пятна на своей одежде. Один из моих одноклассников сорвал с себя футболку и протянул мне. Я воспользовался ею, чтобы остановить кровь, которая хлестала из сломанного носа. Потрясенный и растерянный, я не осознавал, насколько серьезные травмы получил. Мой учитель обхватил меня за плечи, и мы начали долгий путь к кабинету медсестры: пересекли поле, спустились с холма и, наконец, вошли в школу. Чьи-то руки поддерживали меня, не давая упасть. Мы не торопились и шли медленно. Никто не осознавал, что нельзя терять ни минуты. Когда мы, наконец, оказались в кабинете медсестры, она стала задавать мне вопросы. – Какой сейчас год? – 1998-й, – ответил я. На самом деле был 2002-й. – Кто президент Соединенных Штатов? – Билл Клинтон, – сказал я. Правильный ответ был – Джордж Буш-младший. – Как зовут твою мать? – Эээ… Ммм… – я запнулся. Прошло десять секунд. – Пэтти, – сказал я беззаботно, стараясь не обращать внимания на то, что мне потребовалось десять секунд, чтобы вспомнить имя собственной мамы. Это последний вопрос, который я помню. Мой организм был не в состоянии справиться с быстро распространявшимся отеком мозга, и я потерял сознание еще до прибытия скорой помощи. Спустя несколько минут меня вынесли из здания школы и повезли в местную больницу. Вскоре после прибытия в больницу мой организм перестал работать. Он с трудом справлялся с такими базовыми функциями, как глотание и дыхание. Это был первый припадок в тот день. Затем я полностью перестал дышать. Когда врачи подключили меня к аппарату искусственной вентиляции легких, они пришли к выводу, что местная больница недостаточно хорошо оборудована для лечения такого тяжелого случая, и вызвали вертолет, чтобы отправить меня в более крупную больницу в Цинциннати. На каталке меня выкатили из отделения экстренной медицинской помощи и повезли к вертолетной площадке через дорогу. Коляска с грохотом ехала по неровному тротуару – одна из медсестер катила ее перед собой, в то время как вторая вручную контролировала каждый мой вдох. Моя мать, которая за несколько минут до этого примчалась в больницу, в вертолете села около меня. Во время полета она держала меня за руку, но я не приходил в сознание и не мог дышать самостоятельно. В то время как мама сопровождала меня в полете, отец направился домой, чтобы присмотреть за моими братом и сестрой и сообщить им ужасную новость. Он с трудом сдерживал слезы, когда объяснял сестре, что в тот вечер не сможет присутствовать на торжестве, посвященном окончанию ею восьмого класса. Отец отвез брата и сестру к родственникам, сел в машину и поехал в Цинциннати, чтобы присоединиться к матери. Когда вертолет с нами приземлился на крышу больницы, на площадке уже ожидала команда примерно из двадцати врачей и медсестер, которые повезли меня в травматологическое отделение. К этому моменту отек мозга стал настолько серьезным, что у меня случилось несколько посттравматических припадков. Сломанные кости необходимо было зафиксировать, но в моем состоянии любое хирургическое вмешательство было противопоказано. После еще одного припадка – третьего в этот день – я был введен в состояние искусственной комы и по-прежнему был подключен к аппарату искусственного дыхания. Родителям уже приходилось бывать в этой больнице.