Подпольный дневник алкокритика

в ночь с 8 на 9 марта мне приснился сон — волшебный виноградник в пору сбора. в нём были соединены все пейзажи: уютные холмы Кьянти, дедушкин виноградник в селе Великий Дальник, дебри Люберона, широкое русло Луары где-то внизу, ещё дальше — Анды и Тирренское море. перголы и кордоны, альберелло, гуйо и неподрезанные многолетние плети — всё вилось, переплеталось и дышало одним дыханием. всюду искрились грозди с налитыми ягодами, то мелкими как бисер, то крупными с перепелиное яйцо. здесь были все сорта, и каждый из них в состоянии идеальной зрелости. я шёл по этому виноградному морю и срывал огромные, иссиня черные, почти шарообразные ягоды пино нуара. они сочно лопались во рту, и каждый раз это был взрыв неги и блаженства. так было в 2015 году. сейчас мне снится только пустота и кровавое зарево. я еду в Сапсане, потому что стартовый курс Вахадемии «Включаем Вакха» ещё не окончен, ещё четыре мастер-класса, и на каждом из них будет всё меньше и меньше вина, ручеёк гаснет, редеет бескрайнее поле пергол и лир, гуйо и кордонов, меркнет внутренний свет ягод, то мелких как бисер, то крупных с перепелиное яйцо. бежал по Невскому, я всегда бегом, если у меня билет на поезд, я заранее не умею выходить, я люблю впрыгивать в закрывающиеся двери. не Невский, а кусок золота, на который больно смотреть. утренний шквал солнечного огня. и ты остановила меня, закутанная в зелёный шарф — прощайте! я вас читаю, и дневник ваш люблю. я уезжаю. у нас всё было, а теперь ничего нет и не будет, мы растили, мы верили, мы создавали винную культуру, сколько у нас талантов, сколько прекрасных людей, какое дружное, весёлое, тёплое сообщество, мне больно, мне страшно, я подавлена, я уезжаю. я не знаю, сколько мне удастся там продержаться, у меня только российский паспорт, буду работать кавистом, буду делать то, что люблю и умею. прощайте, прощайте! я обнял тебя и побежал дальше и жалел, что не сообразил второпях сказать самое важное. всё хорошо не будет, останется только то хорошее, что мы сумеем сберечь в своих сердцах.

в случае введения военного положения, о чём мне сегодня все мессенджеры прожужжали, скорее всего, запретят продажу алкоголя но даже у меня первая реакция — купить мешками гречу, муку и сахар, забить антресоль подсолнечным маслом, зубной пастой и спичками (не знаю, почему именно спичками — память 90-х), выгрести из аптеки детский нурофен, ибупрофен, йод, мирамистин, не знаю, надо раскопать в заметках прошлой осени аптечные заказы жены на оставшиеся гроши, по-видимому, разумнее накупить водки-спирта и найти на даче методичку по настойкам из тех же 90-х нет, не удержусь, куплю вина на все какая паника? никакой паники. я офицер запаса, я обязан сделать запасы #нетвойне

о чём шепчутся винные профи • импортёры остановили отгрузки, пополнить запас энотек, ресторанов, любых полок нечем • фуры с вином стоят на границе, их не пускают в РФ, каждые сутки простоя на таможне двигают вверх будущий ценник, если он вообще будет • запасы бургундии выгребают на бешеные миллионы, самые дорогие вина уходят первыми похоже, пора осваивать старинную технологию советских времён: бутыли, резиновые перчатки, черноплодка, марля, вот это всё

сижу в гостиничке на 11-м этаже, покурил предварительно, забодяжил адскую смесь разных кофе-пакетиков и сахаров, не берёт, не спится. на тумбочке напрочь разрядившийся айфон транслирует Kings of Convenience, и уже не так тошно в эту ночь да не курю я, не люблю, не нравится, но иногда хочется. иногда это просто необходимо зашёл в табачную лавку на новом арбате, в дверях встал мужчина в чёрном пальто и дырчатом сером шарфе похожем на тряпку — ну и? как у тебя дела? — хуёво дела а у меня хуёво дела, мне не нужно ничего придумывать, я сказал правду, правду легко говорить на локте у мужчины в чёрном с половой тряпкой вместо шарфа повисла женщина вдвое его моложе — идём же — ты посмотри, какой достойный ответ! мужчина в тряпке и черном пальто уважительно оглядел меня, пьяно поклонился и исчез вместе со спутницей. проход в табачную лавку был открыт я не знаю, как выглядят ваххабиты, мы тут вообще неженки, мы белёсые существа из видений Герберта Уэлса о будущем верхних и нижних миров, мы цветочки, мы корм, нам любая уверенная борода и острый разрез глаз кажется нападением за прилавком стоял улыбчивый «ваххабит», нож за голенищем дорисовывало воображение — парламент. аква блю. это всё, что я знаю о сигаретах. жена иногда просит купить. я всегда забываю название, а тут вдруг вспомнил. аква блю — это такие приятные слова, заныриваешь в них с головой, и дым отечества уже не кажется таким едким — есть, есть аква блю, дарагой, на карту переведи, если наличных нет — наличных нет и зажигалки нет зачем мне зажигалка, если я не курю? не люблю я дым. мерзкий он, но когда тебе хуёво, то выкурить сигаретку — самое то, выкурить сигаретку просто необходимо. любовь, красота, правда — далёкие бакены, не доплыть, барахтайся, человече, несёт тебя течение, несёт и несёт, греби не греби. то, что тебя захлёстывает, и есть твоя правда, то, чем захлёбываешься, и есть твоя любовь, круги на воде — твоя высшая красота. — возьмите зажигалку — спасибо. хотите сигарету? — нет, я не курю, вышла подышать, но спасибо за предложение — да я тоже не курю — хаха! случилось у вас что? с другом поссорились? — да нет, ничего специального, просто выпить уже не получится, а покурить можно, точку поставить в этом вечере, маленький ништячок — а я люблю арбат, верите ли, всю жизнь мечтала жить на арбате, а теперь вот — работаю. лицо у неё широкое, зубы крупные, улыбка ясная. машины гудят. и ветер такой не злобный, морозит щадя. она в цветочной лавке наверное. цветы и табак — идеальный союз. табак слева, цветы справа. «ваххабит» и казашка. я курю, она дышит. и такая она счастливая. лицо широкое, зубы крупные, улыбка солнечная. — с ними не стала дышать, а с вами хорошо дышится — спасибо вам, спасибо, мне лучше уже, не так уже... уже лучше сижу в гостиничке, попиваю кофейную дрянь, Ben Howard нудит, рвутся снаряды, и боль, что скворчонком стучала в виске, не стихает, не стихает, никогда не стихнет

Как делать то, что ты делал раньше? Как? Я не могу выйти из оцепенения. Я как тот уличный клоун, замерший в мнимом беге — с дыбом вставшими волосами, галстуком и краем плаща. Морская фигура замри. Я эксперт по вину. Я винный журналист и писатель. Я толкую вино. Вспоминается, Хармс, конечно: Писатель Я писатель!   Читатель А по-моему, ты говно!   писатель стоит несколько минут, потрясённый этой новой идеей, и падает замертво | его выносят   Я падаю замертво. Мне не помогают слова, приписываемые Марку Аврелию: «Делай, что должен, и будь, что будет». Да точно ли я должен? Да нужно ли, чтобы что-нибудь было после этого пиздеца? Как теперь кайфовать от вина? Как смаковать свой кайф, перебирая весь словарный запас культуры и находя единственно верный порядок слов? Когда идёт братоубийственная, подлая, гиблая вøйна. Я планировал курсы по Иберии, Аквитании, Апеннинам, Ронскому разлому, новой Бургундии. Я планировал туры по винодельням Италии, Германии, Австрии, Венгрии. Всё это бессмысленно, когда мой брат убивает моего брата, а мой мир катится в тартарары. И я понимаю, что мои проблемы — это тьфу по сравнению с тем, что 18-летние пацаны горят как спички в БТРах и танках, куда их обманом запихнули обезумевшие генеральчики, и что в тысячах семей с обеих сторон непоправимое горе. Мои проблемы ничто по сравнению с необратимой и абсолютно оправданной ненавистью, которую не только украинский народ будет испытывать к русскому, но и весь цивилизованный мир, как когда-то к фашистам. Беспомощность. Невозможно продолжить делать своё дело. Нужны новые смыслы, старые изнасилованы. И ладно я. Я всего лишь про вино. Всего лишь автор слов о приключениях обонятельной луковицы. Всего лишь куратор ар де вивр и игрок в бисер. А как актёрам театра продолжить выходить на сцену? Как музыкантам продолжать играть в оркестре? Строителю строить? Программисту программировать? Писателю писать? Как всем нам делать то, что мы выбрали делать когда-то в прошлой жизни? Я выхожу в город. Трамваи идут, открыты кафе, магазины, в них люди, одни продают, другие покупают, в музеях висят картины, люди рассматривают их. Это какой-то муляж жизни. Попытка сделать вид, что ничего не выкрошилось изнутри. Зачем мне писать о вине? Зачем вам читать о вине? У меня один ответ: ради общечеловеческих ценностей. Ради любви, красоты и правды. Вне этих ценностей вино — алкогольный напиток с высоким содержанием кислот и полифенолов, рядом вредных и полезных свойств. Я продолжу писать о вине ради любви, красоты и правды. Как я это всегда и делал, впрочем. #нетвойне

Запасайтесь вашим любимым итальянским, французским, испанским, португальским, немецким, австрийским вином. Скотчем тоже. Коньяком-арманьяком и так далее. Ибо переживать позор с тем, что останется в доступе после «контр-санкций», будет совсем уж грустно. Балконаливайки, разумеется, снова заработают во всю былую силу на «очищенном» через китайские границы виноматериале. И снова будем пить патриотические этикетки с унылым содержанием. Конечно, это не первое, о чём нужно думать сейчас, когда идёт эта безумная вøйна. Слишком ВСЁ теперь станет иначе. Фейсбук уже накрылся, Инстаграм долго не проживёт. Пока будет возможность писать о вине в Телеграме, буду писать. Подпольный дневник алкокритика временами затухал, прошу читателей меня простить. Теперь он будет моей основной площадкой.

Топ-100 Вакхадемии 2021. https://vakhademia.ru/top100_2021 Все подводят итоги года в декабре, а подпольный алкокритик в январе. По православной традиции. В топ-100 вошли только вина-победители бутылочных скачек*. А их было немало в 2021. Более 70 забегов, более 700 вин. В топ-100 вина-победители тренингов трёх стартовых курсов: Зимнего Вакха, Летнего Вакха, Осеннего Вакха. В топ-100 вина-победители шести углублённых модулей дипломного курса Вакхадемии «Эрогенные зоны виноделия»: «Lovestria», «Magma Mia», «Loirextasy», «Дойче Вита», «Piюmonte» и «Champagne Craze». В топ-100 вина победители дюжины синглов: «Todo Tenerife», «Forte Fiano», «Бургундия vs. Рейн», «Бургундия vs. Этна», «Лучшие рислинги: Германия vs. Австрия», «Лучшие грюнеры», «Этна. Любимое». «Рислинги старше 50» и «Бароло старше 20» — вне топ-100, хотя очень хотелось, но подобный опыт очень трудно воспроизвести. В топ-100 вошли не только первые места, но и некоторые вторые, если они стояли впритирку к победителю скачек. Иногда на первом месте в одну линию выстраивались сразу два вина, реже три. Это к вопросу о том, как из 70 гонок получился топ-100 лучших вин Вакхадемии 2021 года. Одно дело отобрать в топ-100 сто вин, другое дело ранжировать. Во-первых, у меня все ходы записаны, вина снабжены заметками и оценками по стобалльной шкале. Оценки мои личные, не суммарные по Вакхадемии. Вина, получившие более высокий балл поднялись выше в рейтинге. Во-вторых, нужно было ранжировать вина, получившие одинаковый балл. Скажем, в первой десятке 8 вин с баллом 95/100. Здесь всё решал фотофиниш — чем дальше доскакало вино, чем вернее оторвалось от соперников, тем выше оно поднялось в рейтинге. В целом, можно сказать, что это авторское ранжирование народного выбора. 100 вин — 100 историй. Захотите сверить ощущения — ссылка на импортёра прилагается. * Бутылочные скачки — наша любимая забава. В конце тренинга, когда маски сорваны, этикетки обнажены, мы выстраиваем в один ряд все бутылки — от 8 до 14. Каждый участник продвигает вперед максимум три наиболее понравившихся вина. Возможно, не самый точный способ выявить лучшее вино дегустации, зато самый азартный. Увидите опечатку, непременно напишите мне вот сюда: @sprosi_raskova_bot. Захотите что-то уточнить или просто послать мне воздушный поцелуй, не стесняйтесь, я на связи.

От 85 до 90, как я это вижу: 87 На отметке 87 могут встретиться два абсолютно разных вина: выразительный красавец с богатым внутренними миром, но при этом наглый, грубый, расшатанный, и простота неземная, беззатейная, но свежая, сочная, с идеальным балансом и ясными сортовыми признаками. Словом, есть у этих вин какое-то слабое место, но есть и сильное. Перевожу на язык цифр. Вино простое (Complexity = 1 из 5), зато более менее узнаётся сорт и место происхождения (Typicity = 3 из 5), а главное, нет дефектов (Purity = 5 из 5) и баланс свежести и спелости, «каркаса» и «обивки» идеален (Balance = 5 из 5). А благодаря балансу и чистоте даже при очень скромной насыщенности (Intensity = 2 из 5), вино оставляет память о себе хотя бы на троечку (Length = 3 из 5). Как вы видите, я оперирую шестью параметрами, при этом старательно ловлю некое «финальное впечатление»: Сложность, Баланс, Интенсивность, Длина, Типичность, Чистота. Сделаю финт ушами и назначу веса. Баланс 2X Чистота 2Х Сложность 1.5Х Длина 1.5Х Интенсивность 1Х Типичность 0.5Х Теперь начнем вычитать из 100 на примере моего простенького, но чистенького вина. «Баланс» — 5 из 5, ничего не вычитаем. За «Чистоту» ничего не вычитаем. «Сложность» 1 из 5 — не хватает 4, умножаем на 1.5, придется вычесть 6. Осталось 94. За «Интенсивность» (2 из 5) вычитаем 3 балла. Равно 91. На «Длине» (3 из 5) теряется ещё 3 балла. Пока 88. Типичности здесь на 3 из 5, ещё минус 1 балл. Итого 87. Разумеется, я подогнал цифры. Проверим, сработает ли формула на «выразительном красавце с богатым внутренним миром, но ужасно наглом и разболтанном»? «Сложность»: 4 из 5, респект, вычитаем всего 2 балла. Остаток 98. «Чистота»: 3 из 5, ещё минус 4 балла. Пока что 94. «Интенсивность» 5 из 5. Ок. «Типичность» не идеальная, но основные черты понятны, отнимем пол балла, итого 93.5. С «Балансом» беда, танины ли, алкоголь ли выпирает, кислотность стоит криво. Троечка и минус 4. Остаётся 89.5. При расшатанном балансе длина вкуса хромает, даже если интенсивность хороша. «Длина» - 3 из 5. Итог: 86.5. С авансом: 87. Как-то так это работает. Как глазомер мужчины, окидывающий бёдра, ноги, волосы, овал лица, рост, улыбку, зубы, ямочки, брови, пирсинг, тату, косметику, пластику, грудь, глаза. Доли секунды, и ты понимаешь, может ли у вас что-то быть или нет, и если да, то каков процент вероятности и сколько это будет стоить. Если вы более склонны примерять на себя мужчин, подставьте параметры, по которым вы оцениваете мужчину за один беглый взгляд в его сторону. 86-85 Мир этого наглеца не так уж богат? Поцелуй святой простоты не так ясен и чист? Черты смазались? Оценка съезжает к 86 и 85. Ниже 85 — отказать. Там либо пороки, оскорбляющие честь и достоинство, либо безликая нудятина. 88 Восемьдесят восемь — это железная четвёрка. За 88 как за каменной стеной. Нельзя сказать, чего именно вину не хватает, чтобы засиять. Это Хенде Солярис на трассе, Козловский в главной роли, табуретка Ikea на кухне съёмной квартиры — не подведёт. И Божья искра вроде есть, но тусклая. Если это бароло, помроль или шамбертен, вам придётся объяснить, что в нём не так. Если это вино без титулов - поёшь дифирамбы его внезапной хорошести. 89 Это почти 90, но вот не убедило. В вине есть проблески того, что выходит за рамки бизнеса, но это всё ещё не искусство. Что-то мешает тебе снять шляпу, встать на колено, поцеловать край платья. 89 — это подающий надежды подмастерье. 89 — это сервис на четыре звезды где-нибудь на севере Италии. Было вкусно, но обошлись холодно. 89 — это ты мечтал о затяжке, затянулся и было хорошо, но вторая не принесла удовольствия, дальше курил как работал. 90 Другая игра началась, вино сдало все кандидатские минимумы, оно «бликует» всеми B, L, I, C, и ты бежишь обнимать его и слушать его историю, и оно её тебе рассказывает. 90-балльные вина — эталонные образцы, но в них всё ещё нет полёта, они не сбивают с ног. Ты всё ещё можешь дышать. Важно: 90 тебя ни на секунду не разочаровывает. 91-95 to be continued начало здесь

Чем отличается 87 от 93? Исчерпывающий гид по баллам. Между 87 и 93 всего шесть баллов из ста. Казалось бы, тьфу! Но между ними пропасть. Простите, но это не я придумал. Это международная, ничем не обоснованная и никак не формализованная (несмотря на использование цифр) конвенция, «подписанная» всеми критиками и винными журналистами, использующими 100-балльную шкалу для оценки вина по завещанию Роберта Паркера Мл. Роберт Паркер Мл. был американцем, и это многое объясняет. В школе ему ставили оценки по 100-балльной шкале, и ясен перец, ему это не нравилось. Не нравилось это и любому американцу, если он, конечно, не айрон бат и конченый зубрила. Но то, что вдалбливается в голову 12 лет, сложно выдавить по капле. Паркер Мл. этим воспользовался, мол, если вы ни бельмеса не понимаете в моих описаниях, не можете отличить «танина» от «танжерина» и содрогаетесь от слова «кислотность», то вот вам цифровой аналог моих восторгов. Паркер Мл. оставил очень туманные инструкции относительно того, как понимать тот или иной балл. У него гигантские вилки. Скажем, 80-89 - это barely above average to very good: it demonstrates a good combination of finesse and flavour, with character and without significant flaws. От средненького до очень хорошего, с характером и без серьёзных дефектов. Камон! Прошло 50 лет, и винные 100 баллов зажили своей отдельной жизнью. И теперь они даже близко не соответствуют всем этим A-, B+, C и D. Американцы, травмированные американской системой оценки знаний, теперь в таком же плачевном положении, как и мы с вами. Роберт Паркер Мл. ещё в прошлом веке писал, что ниже 60 - это дрянь и пить нельзя, хотя уже тогда было понятно, что ниже 80 - это ну так себе удовольствие. Со временем шкала потеряла еще 5 нижних баллов, и если вы видите оценку 85, это значит, что критик не станет даже готовить на этом вине. Пить? Боже упаси, разве что со льдом на курортах Турции за неимением лучшего. Оценки выше 95 - это что-то из области фантастики. Эти вина существуют, но их никто не пил. А если и пил, то выложил в соцсетях шестнадцать фото в обнимку с "моей прелестью". От 95 и выше - это О Брион и Шеваль Блан в великие года, Бруно Джакоза и Джакомо Контерно, Ришбур и Ля-Ля-Ля. Легче взять еще одну ипотеку. Итак, рабочая часть шкалы - это 85-95. Уже легче. В реальности 80% вин оцениваются в ещё меньшем диапазоне - от 88 до 92. У меня нет таких точных данных, как у Хайни Захариассена, основателя Vivino, но истина где-то рядом - вокруг магической отметки 90. В самом начертании этого числа есть приятная дофаминовая цельность. 90 - это пропуск в элитарный клуб. Уверен, что причина, по которой шкала оценки заломилась на 90, - чисто психологическая. Всё стало предельно ясно, когда ещё один влиятельный критик Джеймс Саклинг заявил, что будет игнорить вина ниже 90. Мол, жизнь слишком коротка, чтобы пить плохие вина. Не то чтобы плохие, но не цепляющие, не способные взбудоражить воображение или поразить холодной безупречностью и грацией. До 90 может быть хорошее вино, но это «продукт питания», после 90 - «предмет искусства». Я допытывал винных критиков, как они ставят баллы, что для них 90, а что 91? Ничего вразумительного мне никто не ответил, ни Стивен Спурье†, ни Тим Аткин. Это не значит, что они ставят наобум. Они занимаются расстановкой оценок десятилетиями, у них рефлекс. Делаешь глоток - и дзыннь! в глазах появляются две цифры. Они говорят "я так чувствую", и у меня нет оснований им не верить. И тем не менее, в основе "я так чувствую" всегда лежат блики! BLIC - баланс (balance), длина вкуса (length), насыщенность (intensity) и сложность (complexity). О них я писал здесь. BLIC - это одна из попыток понять, с чем связано удовольствие от вина. По сути, всё очень просто - мы кайфуем от «C», сложности аромата. «C» вина - это чёрный ящик, как и наша обонятельная способность. Но всё дело именно в том, как возбудится обонятельная луковица. «I» усиливает, «L» продлевает, «B» убирает помехи. Пардон, всё не уместилось в 4096 знаков. Следующим постом расскажу, как я ставлю оценки. И чем всё-таки отличается 87 от 93.

Записки неофита о пятизвёздном всё включено. Турцию мы и не видим, да и бог-то с ней. Море прекрасно. Море - это счастье. А в остальном всюду Россия. Она на соседних шезлонгах и за соседними столиками. И дело не только в соотечественниках. Всё, что касается культуры быта, строительства и сервиса, мы уже видели в Анапе. Выдран с мясом крючок в ванной? Да и так хорошо. Угол повело? Ну угол и угол. Холодильник вываливается из тумбочки, когда пытаешься его открыть? Ну ведь морозит же. Легче жевать подошву, чем эти слойки, вы их пекли неделю назад? Ну ведь еда же. Твою вежливость обслуживающий персонал принимает за слабость и с удовольствием хамит. Полумесяц на красном поле иногда пролетает по небу, а так Россия Россией, пять звёзд, всё включено. Редко встретишь поляка или немца. Поляки мне нравятся, весело гикая, они скатываются крупными телами с детских горок, стараясь превзойти друг друга производством брызг, шумно пьют абсолют, JB и всё, что горит. Россия в полном составе: мамы с тяжелыми подглазьями семенят за младенцами, белотелые бородачи в татухах возятся в песке с детьми, бабушки молчаливо обедают с внуками, иногда внуки вдвое крупнее бабушек. Бодрые пожилые парочки сбиваются в стайки, одинокие старики с шоколадным загаром медитативно курят в шезлонгах, чины необъятных размеров мрачно глушат водку, поглаживая наколки прошлых эпох, дамы, не теряющие надежды на позднее счастье, демонстрируют пилатес на пирсах. Вся жизнь вертится вокруг столовки - «шведских столов», на которых на первый взгляд разложено много разнообразного провианта. На третий день понимаешь, что самое вкусное здесь - это варёная курица и рис. Хумус дают только в обед, но его разбирают мгновенно. Один раз мы видели мидии. Из морепродуктов в основном треска жареная, пареная и тушёная, весьма требовательная к силе челюстей. Каждый вечер мангал. Угли начинают торжественно раскочегаривать сразу после обеда. Их обносят столбиками с веревками для пущей торжественности. Красочно валит дым, застилая вечереющее небо, море и растущую луну. В ассортименте всегда одно и то же: слепленные неведомо из какого фарша котлетки, обугленный лук, перцы, помидоры. В лучшие дни - куриные крылышки. Сладостей невероятное количество. Разбегаются глаза. Это тонкое слоеное тесто с ореховой пастой, густо пропитанное сиропом. Формы могут быть разными, суть одна - приторность. Если видишь затейливый по виду десерт, не похожий на слойку с сиропом, это с высокой вероятностью рисовая каша. Кофе здесь варят из прогоревших подсолнечных семечек. Во всяком случае, вкус у него именно такой. Я беру обычно ристретто, чтобы не было так водянисто. Ab ova ad uva, как говорили римляне, от яйца до винограда. Фруктам здесь посвящён отдельный павильон. Арбузов и ананасов нет, видимо, не сезон. Но и непросто заключить, чего именно сейчас сезон. Персики лучше не брать, они симпатичные, но внутри мало отличаются от хозяйственного мыла. Яблоки на удивление вообще не имеют вкуса. Разве что лёгкий намёк на осоку. Бананы имеют вид пугающий, это бананы-мутанты, сиамские близнецы, сросшиеся по два или три в одно мощное тело, нещадно порубленное и выложенное на блюда. Вкус, однако, банановый. Сливы как галька, груши сводят дёсна - удачный пример незрелых танинов. Дыни обесшкурены и нарезаны зелёными многогранниками. Сладости в них нет, но они приятно освежают. Самый надёжный фрукт - виноград. Вкус и вид тот же, что в Ашане. Вечером иногда выносят зелёные цитрусы. Бояться не нужно. Внутри они почти спелые и тоже неплохо освежают. Выходишь на пляж голодный и белый и думаешь, как хорошо, что море нельзя приготовить плохо, подать несвежим, высокомерно цыкнув. Море искупает всё, что включено.

Второй я причитал, что давно уже все пропало, наш мобильный взломан, считан и осталось дождаться удара. — Вам нужны единомышленники. Наверняка кто-то из ваших студентов захочет сам проводить дегустации. Дайте им свой бренд! дайте систему! свое имя! — Они уже давно сами все проводят. Без всякого имени. — Ставьте цель! Мы можем побеседовать прямо сейчас. Это займёт 30 минут. — Простите, я правда, не могу. В любом случае, у меня есть телефон вашей супруги. И… мне нужно подумать. Мы распрощались, и след его мгновенно простыл. А я сел в тревоге и полной уверенности, что с минуты на минуту меня обчистят досуха.

Как я стал жертвой мошенников. Сажусь я тихо-мирно в Шоколадницу поработать. И только мне приносят чай с маффином, подгребает ко мне господин в синем костюме лет тридцати с негустой черной бородкой, запущенно чеховской, просит меня сфотографировать экран его телефона и отослать супруге. На экране какая-то абракадабра красными и синими строками. Читать чужое неудобно. Есть у меня такое свойство, воспитанное домашним бытом, — быстро сделать, что от тебя просят, чтоб скорей уединиться и заняться делами, писать что-нибудь великое. Ну, просит человек и просит. Сложно мне что ли? Фоткаю и отсылаю по указанному номеру через телеграм. А господин возьми да и не уйди. — Позвольте узнать, чем вы занимаетесь? Я человек незлобный, скрывать мне нечего, но очень ценю время, оторванное от драгоценных чад моих. Дольше ведь объяснять вот это всё про чад и драгоценность каждой минуты. Поэтому я ответил предельно коротко: - Вином. Зря я это сказал. Молодой человек поразмыслил и выудил из памяти нужное слово: - Сомелье? А как вы знаете, слово это действует на меня хуже красной тряпки. Не сомелье, а винный эксперт и писатель. И поди объясни в двух словах, чем одно от другого отличается. В общем, вспылил я и давай рассказывать про Вакхадемию. А сам параллельно думаю: что ты, мошенник, выпытываешь? Уж не хочешь ли по лицу моему прочитать пинкоды от банковских карт? Стой-ка, говорю я себе: ты же только что своими руками послал сообщение со своего номера так называемой супруге бородатого господина, а на самом деле группе преступных программистов, и дал тем самым доступ какому-то хитрому вирусу, который уже процеживает все мои заметки и переписки, вылавливая коды и пароли. Внутри моей головы уже как бы два меня: один садится на своего конька про вино, другой хватается за сердце и выдумывает жестокий мир галантных мошенников, которые поймали меня в сети и уже впрыскивают свой паучий яд. Им нужно немного времени. Третий я появляется незамедлительно. Он потешается над вторым, большей чуши и представить себе невозможно, какие еще мошенники? Куку, дядя! Психованная колбаса. А может он гей? - подаёт признаки четвёртый голос. Гей из ФСБ, - добавляет пятый. В голове становится довольно шумно, но это не мешает мне с жаром говорить о вине. Господин в синем костюме никуда не спешит. Он, де, тоже вот-вот откроет школу, осталась пара финальных штрихов к программе курса «Стань своей мечтой». — Образование у меня совсем другое, - загадочно улыбается Чехов. - Я ЭВМ специалист. Но сейчас моя работа связана с общением. И хотя я интроверт, да-да, я получаю от общения удовольствие. Второй я объявляет полный алярм. Чехов прямым текстом говорит, что он сейчас работает, он нас обрабатывает. Иначе с чего вот это всё?! Не пытается ли он ввести нас в транс, чтобы мы сдали пароли кабинетов и соцсетей? — Что значит стать своей мечтой? — спрашивает третий я, дружелюбный собеседник, доверяющий миру и людям. Четвёртый я с облегчением замечает, что взгляд Чехова машинально оттягивается на обтянутые то шерстью, то джинсой круглые бёдра мимо проходящих дев. — Я учу достигать цели. Это кропотливая работа. Нужно спланировать весь путь. Люди недооценивают поэтапность, они думают о цели, но не видят, что к ней ведёт цепочка событий. Если вы мечтаете о спорткаре, и предположим, завтра вам подарят спорткар, вы не сможете им управлять. Вы попадёте в аварию в лучшем случае. Возьмите для начала какую-нибудь рухлядь, но обязательно на ручнике, через год сделайте небольшой апгрейт, потом запишитесь на курсы экстремального вождения, сделайте ещё один апгрейт, мир начнёт меняться вокруг и приведёт вас к спорткару. Звучит просто, но за этим стоит тяжелая интеллектуальная работа. Зато когда ваш интеллект полностью включён, вам больше не нужно сверхусилий, вы окажетесь у цели неминуемо. Я могу помочь. — Звучит здорово. Желаю вам удачи! Но он и не собирался отступать. Он выспросил всё об устройстве Вакхадемии и предложил составить план по выходу на новый уровень. Тут уже все пятеро внутри меня закачали головами в такт: развод, братец, развод.

Смешно, конечно, что слово Sekt (игристое вино в Германии) родом из Хереса. И ничего, немецкие патриоты не возмущены, не тыкают французскому правительству в лицо тем очевидным фактом, что чуть не половина домов Шампани основана немцами - Bollinger, Tattinger, Mumm, Krug, Piper-Heidseck, Louis Roederer - не пишут законы о том, что “schampagne wein” может быть сделан только из немецкого винограда. Deutsche Sekt - да, вот он только из немецкого. Прямо так в законе и написано: Sekt. На этикетках и в винных картах. И живут с этим! И даже счастливы. Cava - это хотя бы по теме. Кава - погреб, где бутылки на осадке лежат. Но зект возник совершенно ни к селу, ни к городу. Sacar - по-испански извлекать. Извлекать из солеры. Солера - нижний ряд бочек с хересом. Sacas - извлеченное или, прости Господи, слив. С конца 15 века британцы возили из Херес-де-ла-Фронтера вино и вплоть до середины 19 века называли его Sack. Причем, саки, извините, были разные - саки из Малаги, саки из Пальма-де-Майорка, Канарские саки, Хересные саки. Сак - крепленое вино и баста. Хересные саки часто встречаются у Шекспира. Иногда с уточнением - Sherries sack - иногда без, просто sack. Фальстаф хлестал сак безостановочно. Очевидно, что в Пруссии понятия не имели, что такое сак, как и с чем его едят. Немецкий переводчик Шекспира Август Вильгельм фон Шлегель по какой-то причине писал sekt вместо sack. Скорее всего, чисто по мотивам благозвучия. Не называть же вино мешком! Sekt - вынужденный новояз переводчика. Или архаизм. Есть немецкие накладные 17 века, где говорится о Canarien sect, канарском зекте, естественно, креплёном вине по типу хереса. Так или иначе к началу 19-го века в Берлине знать не знали самого слова sect, хотя sherry, malaga и port, вероятно, пили. Ну, и дальше все источники повторяют совершенно неправдоподобную легенду: мол, сидели в берлинском кабачке «у Люттера и Вегенера» знаменитейший актер той поры Людвиг Девриент и друг его Эрнст Теодор Амадей Гофман, и так, мол, Девриент вжился в роль, что потребовал ещё вина, не выходя из оной. «Bring er mir Sekt, Bube - ist keine Tugend mehr auf Erden?”. Разумеется, паренек принёс ещё шампани, которую эти господа обычно потребляли. С тех пор берлинский свет стал называть шампанское исключительно зектом. А потом и все немцы. И все счастливы! Я предлагаю игристое вино в России назвать именем, совершенно не связанным ни с чем. Пусть Даня Милохин первый скажет, например: «Краш!», целуя шампань Ace of Spades репера Jay-Z. И дело в шляпе. Любую шипучку от абрау лайт до кристаля все станем называть крашем. И будем счастливы. Краш! По-моему, отлично подходит.

Как я стал киборгом. У меня есть зубной врач. Руки золотые. Всем его рекомендую. Если вы меня спросите, почему я все еще выхожу в свет и публично улыбаюсь - это все из-за него. Так бы окончательно ушел в подполье и там тихо шепелявил. В нашей профессии, а у меня, пардон, профессия винного эксперта, зубы - самое слабое место. Не печень, тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо, правое подреберье, Господи, спаси-сохрани, чур меня, чур. Мы же сплёвываем. По крайней мере, на профессиональных дегустациях. А иначе как оценить и описать 100 вин в день? И десять не осилить, если критическая масса молекул этанола проникла в мозг и переключила тумблер с положения «work hard», на «да гори оно всё огнём, один раз живём!». Старинный символ сомелье - тастевен, такая плоская плошечка на цепи. Пора посмотреть правде в глаза и ввести новый символ. Если ты сомелье - вешай на цепь золотую плевательницу. Так-то оно так, можно не глотать, но прополоскать обязательно. Когда дегустируешь в компании себе подобных, такое ощущение, что попал в поросячий детсад, все причмокивают, причавкивают, присёрбывают, подвизгивают и похрюкивают. И ты сам, конечно. Всем хорошо. Несладко только зубам. Биссо Атанасов, патриарх всея русскыя винныя критики, а ныне пьемонтский винодел, давно отшучивается на эту тему так: «Мне не страшно, у меня все зубы железные». Все. Под металлокерамикой. Я рентгеновские снимки его челюсти не видел, но почему-то верю. В общем, слетела у меня коронка. Пишу в вотсап моему зубному богу: «Добрый день! Тяжела моя доля зубная. Ирригатор мне друг, но сорвал он коронку с меня». «Здравствуйте. Увы. Улетаю. Вернусь через месяц» «Что мне делать!??» «Капните во внутрь ПВА И ПОСАДИТЕ на место. Это просто и безопасно» «ПВА?» «Да» И вот тут я почувствовал себя киборгом. ПВА! Я могу самостоятельно приклеивать к себе части тела. Это просто и безопасно. - Дайте мне, пожалуйста, шампунь, гель для бритья и ПВА. - ПВА? - Да, мне для зубов нужно. - Извините, а где у вас ПВА? - Посмотрите рядом с зубными щетками. - На что жалуетесь? - Да все нормально в целом, но вот волосы на голове начали редеть. - Не волнуйтесь. Это поправимо. Вот вам рецепт: купите в аптеке ПВА и паклю. Это просто и безопасно. Я тут недавно ходил на радио. Меня попросили захватить с собой самые зрелищные «игрушки» сомелье для youtube трансляции. Я взял декантер, плевательницу, шпагу и клещи. В следующий раз захвачу бутылёк ПВА.

Я понял, почему у Павла Швеца получилось войти в суперпремиум, а у других нет. Вот Александр Сикорский говорит же с добродушной улыбкой, что цель одна, сделать великое вино, что назад дороги нет. Цель благородная. Что общего между Павлом Швецом и Франком Корнелиссеном, легендой Этны? Они оба сначала продавали гран крю Бургундии состоятельным клиентам. Они оба знают, кто, как и в каком антураже пьёт самые тонкие вина мира, какие истории они готовы слушать и на какие маркеры премиальности они клюют. Франк и Павел наливают свои вина в Zalto. Потому что самое дорогое и хрупкое стекло - ничто в сравнении с тем «бесценным даром земли», который в них плещется. Павел и Франк создают не вино, а миф о вине. Мы люди, мы пьём мифы, так уж мы устроены. За миф мы готовы платить, миф делает нас человечнее. Прозрение наступило во время мастер-класса по винам Этны, с которым я прилетел в Анапу по приглашению Клуба Виноделов и Виноградарей ассоциации «Честно». Боюсь кого-то обидеть. Люди открытые, добрые, благодарные, ранимые. Даже если взгляд немного исподлобья и тон, которым задан вопрос с дальних рубежей, примерно тот, которым встречают деды салагу, чувствуется радушие и сердечное тепло. — А что за сорта? Три бокала. Что мы пьём? — Так ведь я же… мы же… где вы были последние 120 минут? — А что за сорта? Интересно. — Сорт один. Нерелло маскалезе. Во всех трёх бокалах. — ? — Не-рел-ло! Мас-ка-ле-зе! Родом из Маскали, это греческий полис восьмого века до нашей эры на восточном побережье Сицилии. Уничтожен потоком лавы 1928 года. — Ага, так там наши, значит, были. Москали. Быкование - род стеснительности, я же понимаю. Я вот чего, не понимаю: а) Как можно оценивать вина в помещении, где все окна распахнуты в духоту жаркого дня? При +30°C тело думает только о гулком позвякивании кубиков льда в хайболе. б) Как можно добиться правильной температуры подачи для серии в 15 вин, когда у тебя в распоряжении только обычный холодильник на +3°С? в) Как можно кайфануть от лучших вин Этны, если они налиты в небольшие бокалы под белое, приближающиеся к стандартам INAO, но очень далёкие от элементарных основ сервиса? Мы дегустировали то переохлажденные, то перегретые вина в жаркой духоте из неподходящего стекла. Это всё равно что смотреть на звёзды в калейдоскоп вместо телескопа. Вы скажете, что, мол, профессионал он на любой жаре разложит по полочкам вино, какой бы оно ни было температуры, а бокал INAO даже предпочтителен. Разложить-то разложит. А только на кой? Чтобы выйдя с мастер-класса ухмыльнуться и сказать: ну, белые у них так себе, мы лучше делаем, а красные местами ничего, хороши. В таких случаях я вспоминаю рассказ Маурицио Дзанеллы, патрона Ca del Bosco, который 15-летним юнцом отправился в «учебный тур» по Франции с группой итальянских виноделов, мэтров. В первом же хозяйстве они начали высмеивать всё, что попадалось им на глаза: кучность лоз, лошадь, плуг, плесень на потолке погреба, крохотные бочки. «Это что за сорт?» «Пино нуар» «А это что за сорт?» «Пино нуар» «А это что за сорт?» «Пино нуар» «А вкус почему разный?» «Виноградники разные». «Вот идиоты, ничего не знают об ассамбляже». «Все уже в автобусе, а я ищу лавку, как тот японец в Венеции, которому непременно нужно привезти домой стеклянный шар с гондолой. Мне дают роскошную упаковку в виде старинной книги в кожаном переплёте, в ней три бутылки, не самые дорогие: Échezeaux, Richebourg, Romanée-Saint-Vivant. «Беру. Сколько?» «1050 франков». А у меня карманных денег всего 1000. Бегу в автобус, занимаю у соседа 50, возвращаюсь счастливый с красивой коробкой. «Сколько с тебя содрали?» «1050». Что тут началось, он кричит водителю: «Разворачивай, пацана ограбили». А затем последовал настоящий аукцион. Один кричит: «Я тебе за эти деньги дам 250 бутылок своего вина» — «А я своего 300!» — «А я 350!» — «А я 400!». Я был потрясён. Полный автобус кретинов. Если тут за 1050 франков продают три бутылки, а в Италии четыреста, кто прав? Я решил вернуться и делать такое же вино, как эти «глупые» французы. Это был Domaine de la Romanée Conti».

Я подставил плечо под Спутник, и оно пока не отвалилось. Не взбугрился лоб, не зачесались смертельно пятки, не ломит зубы. Ничего не происходит совсем. Я по-прежнему, мало сплю, порчу глаза девайсами, догоняю рывком аэроэкспресс, лечу в Анапу с мастер классом по виноделию Этны. Пью Этну. Плыву кораблём по адовой жаре. Как тут не заподозрить в себе сверхчеловека? Вообще-то, я это регулярно делаю, мнительность развита у меня хорошо. Вот сегодня, например, меня поселили в апарт-отеле, в котором была заперта одна из комнат. Ужасно скользкое ощущение. Поливаешь себя из душа, а сам прислушиваешься, не шевельнётся ли там затаившийся злодей. Когда в час ночи внезапно свет погас, весь полностью, с розетками, до кромешности, я разве что не заорал и выбежал, в чем мать родила в коридор. Ни души. Прихватил с гладильной доски утюг для надежности. Иду ночью в одних трусах с утюгом по отелю. Ну, думаю, если кого встречу, скажу, что вышел рубашку погладить, такая вот прихоть. Вернулся - свет есть. Запер комнату, надвинул стол, краешком, ну так, немножко, на всякий случай, чтоб если что, было время сгруппироваться. Ощупал балконную дверь. Поставил питаться электричеством всё, что в нём нуждается больше, чем homo sapiens. Заснул сладостно и безмятежно. Даша говорит, что я старик, раз меня вакцина не берёт. Дескать, пенсионеры переносят бессимптомно, а молодёжь колбасит. У меня другая теория. Организм у меня уникальный. Коварный сей вирус он раскусил как орешек ещё в октябре, причем без антител, другим хитрым способом, т-лимфоцитами. У него глаз намётан на эту тварь, он её в анфас и профиль, и в любой позиции. Да будь она хоть Corona Devi, разжуёт и выплюнет. А вы говорите обломки вируса - это жуть и мрак. Поэтому, разумеется, у меня как у сверхчеловека не было ни грамма желания прививаться. Социальная сознательность - последняя из моих добродетелей. Вот просто допекли, ей богу. Второй транш чужеродного гена сделаю в середине июля - и вуаля, я могу как взрослый ходить в ресторан, скапливаться в общественных местах и летать аж в Эстонию. В общем, подготовка к курсу «Дойче Вита» идёт полным ходом.

Иду вечером по Новокузнецкой, просто иду, ни о чем не думаю, жара спала, ветерок прохладный, иду усталый, и так хорошо просто идти. И вдруг какая-то тонкая гравитационная перемена в пространстве, в груди шире, голова легче, шаг выше. Что это, боже? Липы зацвели. Ощупываешь взглядом переулки и подворотни. Где ты стоишь, родимая? Вот же она. То выйдет аромат, то спрячется, не в каждом вдохе, а расширение вселенной уже не остановить. Середина первого летнего месяца, густая зелень, сочная, и вечера еще прохладны. И лето это никогда не кончится. Вот же оно только началось, можно расслабиться. Гуляй и гуляй по этому курортному городу в тонкой маечке, сиди на лавочках в синей тени под густыми клёнами. Тополиный снег запекается в подсыхающих лужах, оставшихся от вчерашнего ливня, и тонко тонко тоже пахнет, подыгрывая липе на низах. Этот запах чуть горьковатый, едва смолистый, слегка древесный. То подляжет под липу, то нет, то один ведет басовую партию. Липу часто склоняют в дегустационных винных заметках, но ведь нет никакой отдельно взятой дистиллированной липы. Липа - это детство, где ты первый раз ее встретил и почувствовал, что сила притяжения Земли не такая уж сильная. Липа - это влюблённость в лето. Липа - это свобода от сада и школы. Ничего никому не должен, вся маленькая жизнь впереди. Липовым цветом, дескать, пахнет кондриё, молодые мозельские рислинги, белый лангедок на руссане, вионье в Тоскане. Чепуха, не верьте. Вот если аромат разнежил вас и приподнял на ладошке прямо к небу, а потом отпустил и пропал, а ты так и летишь и хохочешь не в голос - вот тогда да, вино пахнет липой.

Так что закупать бордо en primeur вполне осмысленно. Закупать en primeur российское вино? Ну, знаете ли, это просто красивый жест.

Я, конечно, спятил. Нищеброд нищебродом, а туда же — покупать бочку русского вина в en primeur* на аукционе. Бочка - это 25 кейсов по 12 бутылок. Бочка! Что мне с ней делать?! На ней будет красиво написано "Вакхадемия". На этикетках будет красиво написано "Вакхадемия". In Russian Wine We Trust. First Russian Wine Auction. И так далее и так далее. Безумие. От того, что я верю в русское вино, яхты у меня не появилось, а также погреба с постоянной температурой +14 º зимой и летом, куда я мог бы спускаться после насыщенного удовольствиями дня и вытирать дрожащей рукою пыль с драгоценных бутылок. Начальная цена на бочку каберне совиньона Château Talu — 555к. Уау! Ребята себя ценят. Это почти 2 тыщи за бутылку. Голая цена ex-cellar, то есть до всей торговой цепи, которая как минимум утраивает цену. 21.5 евро за бутылку на старте. Давайте заглянем на прекрасный ресурс bordoverview.com, который публикует цены на замки Бордо en primeur. 21-22 евро — это цена на Château du Glana в Сен-Жульене, Château Capbern в Сент-Эстефе, Château la Gurgue в Марго. У нас эти вина стоят от 5к на полке. Причём прошлые винтажи, которые закупались еще по другому курсу. То есть Château Talu, которое буквально вчера вышло с малоубедительной линейкой вин, хочет с рождения продавать вина по той цене, которую Capbern достиг за 125 лет существования, La Gurgue и du Glana — за 150. Талю ценит себя не ниже, чем хороший замок уровня крю буржуа, и надеется, что разгоряченные биддеры взвинтят цену до уровня гран крю 4-5 класса. Есть радикальное отличие между Château Talu и бордоскими замками, которые торгуются в en primeur. У него нет истории винтажей. Ноль. Мы не можем попробовать этот Каберне Элеганс хотя бы 2010 года. У Талю нет репутации. Да и вообще, покупать бочку русского вина en primeur при том, что в России законодательно запрещен вторичный рынок вина (это когда ты часть коллекции пьешь, а часть перепродаешь), это нелепо. Нелепо, но чешется. У меня нет пол-ляма на бочку вина. Так что вы думаете? Бросил клич выпускникам Вакхадемии, и за четверть часа нашлось 25 желающих купить 12 бутылок русского вина en primeur. Вакхадемия командирует меня на первый винный аукцион российских вин. А вы говорите, нищеброд. Вакхадемия — сила. Мизерное количество лотов — 28. Я наметил пяток из них. Бюрнье Сира 2019 (350к начальная цена), Лефкадия Каберне Совиньон 2020 (300к), Лефкадия Мерло 2020 (300к), Фанагория Саперави 100 Оттенков Красного 2018 (100к), Фанагория Formula Q (200к). Alma Valley Cabernet Sauvignon Reserve 2019 (300к). Наметил и подумал: да а на кой черт мне аукцион, если я не собираюсь, и не умею, и по закону не могу заработать на перепродаже. Тоже мне негоциант нашелся. Пойду напрямик к Толстому, скажу, Алексей, мол, Вакхадемия хочет купить у тебя бочку вина en primeur. Вот деньги в конвертике, извини, что такой толстый, в банкомате не было пятитысячных. Привози вино через два года. А все почему? Потому что Маркотх Кюве №1 2014 и 2015 роскошно созрели к 2021 и будут в прекрасном состоянии ещё лет 8-10. Короче, лечу в Анапу. Завтра все 28 лотов попробую. Буду сидеть с умным лицом на аукционе. Быть может, даже пару раз руку подниму, пропотев. Или что там на аукционах поднимают? * en primeur - гениальная система торгов, придуманная негоциантами Бордо. Баеры и критики пробуют вино из бочек и гадают, каким оно будет через пару лет в бутылке и за сколько его можно будет загнать. На основе шума вокруг нового винтажа и текущей конъюнктуры рынка замки объявляют цены. И вуаля - вы имеете возможность купить фьючерсы на вино, которое доставят вам через два года. Я так делал один раз. Я тогда подбил редакцию SWN закупить на всех ящик Château Rauzan-Ségla 2012 года, роскошное марго, гран крю 2-го класса. Мы скинулись по 3к за бутылку (75 евро в 2013). Угадайте, по чём его продают сегодня? По 15-18к. Даже с вашей максимальной скидкой у любимого импортера дешевле, чем за 12к (133 евро), вам его не урвать. Так что закупать бордо en primeur вполне осмысленно. Закупать en primeur российское вино? Ну, знаете ли, это просто красивый жест.

Сейчас копья ломаются вокруг песочницы под названием «Конкурсы российского вина». Грустное и поучительное зрелище. Да, это я написал техзадание для того "инструмента дегустатора", который сейчас приобрел такую одиозную славу — "wine incognito". Писал я техзадание, естественно, не для него, а для своего ещё не взлетевшего стартапа. Как оно туда перекочевало, сейчас расскажу. Но сначала контекст. Как мы с вами прекрасно знаем, оценивать в российском виноделии, по большому счету, нечего. Это вам не гид Хосе Пенина, куда входит 10500 вин после строгого отбора. У нас всё скромно: от силы 50 хозяйств, о которых можно говорить серьёзно. И это включая супергигантов с двузначной долей рынка и нановиноделов, которые собственноножно виноград давят и собственноручно этикетки рисуют. У одних 20 этикеток, у других 2. От силы вин пятьсот имеет смысл оценивать. Неделя работы одному хорошему дегустатору. Но когда сам Mister President объявляет виноградник местом своей будущей пенсии, умы простых смертных приходят в неистовое движение. Сильный запах бюджета лишает воли. Как тут не стать мессией и не объявить "Первый национальный конкурс вин". Тут самое важное слово — "первый". Оно призвано перечеркнуть все национальные конкурсы, которые были до и, кстати, никуда не делись. Ну, вы же понимаете, все это было детским лепетом, а вот сейчас, наконец-то, родится на свет Божий нечто действительно достойное очей самого замминистра сельского хозяйства. — А как же 9 кубков Союза Виноделов и Виноградарей России, где было представлено всё лучшее? — Каких ещё кубков? Не было ничего, мы первые. — А 22 винных конкурса "Южная Россия"? — Южная? Не, мы национальный, Сибирь тоже может участвовать. — А 8 гидов по российским винам Артура Саркисяна? — Это личное мнение Артура. И вот тут — в обезличенном — кроется какой никакой пафос. В основе лежит убеждение, что средневзвешенная оценка по 20 анонимным дегустаторам — это тру. А один дегустатор, попробовавший каждое вино 3-4 раза в разных контекстах, прошедший лично через все виноградники и погреба, чтобы понять, откуда что берётся, — это не тру. Теперь, внимание, достаточно тонкий технический момент: Кубок СВВР и Южная Россия тоже судятся коллегиально. Я несколько раз был судьёй и там, и там, равно как и на международных винных конкурсах. Все они судятся по стандартам Organisation Internationale de la Vigne et du Vin (OIV). Каждый эксперт выставляет оценку. Программа фиксирует среднее арифметическое, отсекая слишком дальние девиации. На так называемом "Первом национальном конкурсе вин" подсчет шёл ровно так же. Разница только в том, что у "инструмента дегустатора", для которого изначальное техзадание писал я, на несколько порядков больше возможностей. Он вообще не предназначен для конкурсов. Это скрипкой гвозди забивать. Bacchus (его историческое название в рамках проекта Vinora) предназначен для максимально точной оцифровки реакции профессионального дегустатора на вино. Данные Bacchus предполагалось скармливать алгоритмам, которые облегчали бы выбор вина потребителю. При контактах с системой, которую мы назвали Invinity (винная Алиса), потребитель со своей стороны давал бы все новые данные о своих предпочтениях, ситуациях потребления, настроении, самочувствии. А дальше нейросеть совершенствовала бы алгоритмы, подстраивая их под каждого конкретного человека. Bacchus - начальный элемент в сложной системе "винного советчика". Я понимаю недоумение и раздражение тех, кто сегодня оценивает вина через "incognito". Больше сотни параметров оценки на каждое вино, вместо одного (финального балла) — это требует времени и большой концентрации. Это труд. И если ты не понимаешь, для чего это нужно, а на винном конкурсе, смысл которого заключается в том, чтобы ранжировать вина по баллам, это вообще не нужно, конечно, у тебя возникают вопросы к инструменту. Звиняйте, хлопцi. Так вот. Три года назад стартап Vinora и стартап Incognito заключили устное соглашение: Vinora отдаёт в аренду Bacchus в обмен на данные, которые собирает Incognito.