Эксперимент

Пополняй проездной в Telegram без комиссии и очередей 🔥🔥🔥 @KartaGorodaBot

​​Российские хирурги нашли замену голосовым протезам для онкобольных, переживших удаление гортани. Ее начали восстанавливать, используя фрагмент кишечника самого пациента. Первая в стране операция прошла успешно. Новый метод позволит повысить качество жизни пациентов, которым сегодня приходится регулярно менять протезы, и сэкономить более полумиллиарда бюджетных рублей в год. Ученые впервые вырастили функционирующую почку из стволовых клеток В Московском научно-исследовательском онкологическом институте (МНИОИ) им. П.А. Герцена впервые в стране провели операцию по восстановлению гортани и глотки пациента за счет фрагментов его же собственного кишечника. Частью аутотрансплантата стала баугиниева заслонка — клапан, который не допускает обратного движения пищи по желудочно-кишечному тракту. Она и начинает воспроизводить звуки вместо утраченных голосовых связок. — Ряду больных приходится удалять не только гортань, но и глотку. Человек не может ни нормально есть, ни разговаривать — он полный инвалид, — пояснил руководитель отделения микрохирургии МНИОИ им. П.А. Герцена Андрей Поляков. — Мы взяли часть толстой и тонкой кишки и разделяющий их клапан. Из толстой кишки восстановили глотку и пищевод, а тонкую сшили с трахеей. Первая операция прошла успешно. По словам хирурга, изъятие части кишечника не сказалось на его функциях. Сейчас пациент хорошо себя чувствует, может принимать пищу и разговаривать.

​​Операция самому себе: хирург Леонид Рогозов Случается также, что жизнь ставит человека в условия, когда рискованный эксперимент над собой оказывается вынужденной необходимостью. В 1961 году советский хирург Леонид Рогозов, будучи врачом в составе 6-й Антарктической экспедиции, диагностировал у себя аппендицит. Учитывая погодные условия, препятствующие эвакуации, и безрезультатно перепробовав различные методы лечения (голодание, местный холод, прием антибиотиков), Рогозов принимает волевое решение прооперировать самого себя. Разместившись на койке с наклоном на левый бок, Рогозов произвел обезболивание раствором новокаина и сделал надрез. Так началась операция, вошедшая во все отечественные учебники по медицине. Для помощи в проведении этого исключительного хирургического вмешательства из участников экспедиции было выбрано два ассистента, один из которых подавал инструменты, а второй — держал зеркало у живота Рогозова для обзора и направлял свет лампы, так как видеть рану, Рогозов, разумеется, не мог. Зеркало помогало частично, местами приходилось действовать наощупь. Так, без перчаток, больной удалил сам у себя злосчастный аппендикс. Совершенно обессиленный, через 1 час 45 минут он закончил операцию, которая, к счастью для всех, прошла успешно.

​​Участие в авиационных авариях: врач и летчик Джон Пол Стэпп В 50-е годы, примерно в одно и то же время с Клейтманом, еще один бесстрашный исследователь делал свои открытия. Врач и летчик Джон Пол Стэпп тестировал и улучшал безопасность авиационной техники. В то время считалось, что тело человека во время аварии способно выдержать нагрузку в 18g. Для сравнения: в обычном состоянии человек испытывает нагрузку в 1g,   при взлете самолета она равна уже  1,5g, а парашютист при раскрытии купола парашюта испытывает кратковременные перегрузки в пределах 10-16g. Стэпп предполагал, что человек способен на большее, и решился на поистине отчаянный шаг. Представьте только: разогнавшись на мощной ракетной тележке за 5 секунд до скорости в 1017 км/ч и затем резко затормозив, Стэпп испытал воздействие в 46,2g. После завершения эксперимента Стэпп не мог самостоятельно выбраться из ракетной установки. Он был доставлен в клинику, где диагностировали многочисленные повреждения: оба запястья оказались сломаны, были обнаружены и трещины в ребрах. На время Стэпп лишился зрения из-за разрывов почти всех капилляров, но все же выжил. Впоследствии журнал Time назвал его «самым быстрым человеком на Земле». Благополучно дожив до 89 лет, Стэпп не оставлял своих попыток совершенствования техники. Так, разработанные им ремни безопасности для авиации позже стали прототипом тех ремней, к которым сегодня мы привыкли в автомобилях.

​​Заражение желтой лихорадкой:  студент-медик Стаббинс Фирф Не менее упорным в своих неоднозначных исследованиях, проведенных еще в начале XIX века, оказался студент-медик из Филадельфии Стаббинс Фирф. В 1793 году в США с Кубы пришла эпидемия желтой лихорадки, оказавшаяся крупнейшей за всю американскую историю (в Филадельфии она унесла жизни порядка 5000 человек, в Нью-Йорке — 2000). Будучи практикантом в одной из пенсильванских больниц и решив опровергнуть версии о заразности болезни, Фирф был крайне изобретателен в доказательных методах. Закапывая рвотные массы, полученные от больных, себе в глаза, поливая ими разрезы, сделанные на теле и даже выпивая их в большом количестве, Фирф так и не заразился. Однако он глубоко заблуждался в своей теории. Все дело в том, что желтая лихорадка передается при попадании в кровоток, обычно при укусах комаров. К сожалению, эта информация впервые появилась спустя 60 лет после смерти Стаббинса Фирфа — в работах кубинского врача Карлоса Финлея, а экспериментально была подтверждена лишь в 1900 году.

​Пересадка головы: программист Валерий Спиридонов и хирург Серджо Канаверо Вполне вероятно, что совсем скоро мы станем свидетелями эксперимента, в котором врач не имеет права на ошибку. В начале 2015 года общественность всколыхнуло заявление итальянского хирурга Серджо Канаверо, который анонсировал проведение в 2017 году операции по пересадке головы российского программиста Валерия Спиридонова. Россиянин решился на подобный шаг, потому что тот видится ему единственным шансом вести нормальную жизнь, ведь сейчас его тело из-за генетической болезни практически не функционирует. В своих интервью Спиридонов говорит, что, когда узнал о деятельности Канаверо в этой области, сам предложил быть волонтером. Предстоящая операция, помимо ряда сугубо этических вопросов, сопряжена с большим количеством и чисто практических проблем. Да и вообще, даже на животных подобные опыты не были вполне успешными. Хотя кто знает? Возможно, мы стоим на пороге новой эпохи, когда операции по пересадке головы перестанут казаться фантастикой.

​​Поедание стекла, асбеста и перьев: научный ассистент Фредрик Хелзел Американцу Фредерику Хелзелу его шокирующие исследования научного признания не принесли. Еще в подростковом возрасте он стал придерживаться странной диеты для снижения веса. Он поглощал перья, опилки, асбест, а хирургическая вата стала частью его ежедневного рациона. Позже, уже работая в Университете Чикаго, в 1920-е годы Хелзел проводил над собой сомнительные опыты, чтобы выявить время выведения из организма различных несъедобных материалов. Экспериментальным путем он выяснил, что стеклянные бусины проходят через желудочно-кишечный тракт за 40 часов, гравий покидает организм спустя 52 часа после проглатывания, а золотые шарики выходят только через 22 дня. Помимо истощенного организма и славы чудаковатого исследователя («человек-козел» — прозвали его репортеры того времени) никаких плодотворных результатов «желудочные» опыты Хелзела не дали, а сам он так и остался работать при университете научным ассистентом.

​​Изучение симптомов укусачерной вдовы: токсиколог Алан Блэр Еще один отчаянный смельчак в нашей подборке — энтомолог и токсиколог из Университета Алабамы Алан Блэр. Проверить симптомы, появляющиеся после укуса паука — черной вдовы, ученый решил в буквальном смысле на себе. В 1933 году, подвергнув укусу свой палец в течение 10 секунд (чтобы яд оказался в организме), доктор Блэр фиксировал свои ощущения на протяжении двух часов. После чего впал в шоковое состояние от боли и был госпитализирован. Письменно описывать состояние укушенного двое суток продолжали помощники Блэра. Поправившись, смелый профессор наотрез отказался повторить испытание с укусом, чтобы подтвердить полученные ранее данные. Видимо, первый опыт был настолько отрезвляющим, что перспектива покинуть этот мир во имя науки в «возрасте Христа» уже не казалась такой блестящей

​​Без сна: нейрофизиолог Натаниэл Клейтман Карьера американского нейрофизиолога Натаниэла Клейтмана тоже была наполнена многочисленными экспериментами над собой. Этому человеку, которого в научных кругах называют не иначе как «отцом исследования сна», мы обязаны знаниями о биологических ритмах, фазах сна, а также последствиях его недостатка. 180 часов бодрствуя смог продержаться Клейтман с целью проверки взаимосвязи между депривацией сна и умственной деятельностью. Как было доказано в ходе опыта, нехватка сна не просто влечет за собой ухудшение функционирования мозга, но и способна вызвать галлюциногенные видения и состояние бреда. А 32 дня, проведенные в Мамонтовой пещере Кентукки, в условиях отсутствия естественного света и сигналов извне, легли в основу изучения влияния окружающей среды на биологические ритмы человека. Клейтман использовал в качестве подопытного не только себя, но и свою семью, родственников и знакомых. Он вел подробный дневник сна и бодрствования своих дочерей от момента рождения и до 18 лет, а фазу быстрого сна впервые зафиксировал в 1952 году — при наблюдении за сыном своего ассистента.

В газовой камере: физиолог Джозеф Баркрофт Имя британского физиолога Джозефа Баркрофта связано с исследованиями в области насыщения крови кислородом. Ученый прославился не только своими открытиями, но и откровенно смелыми методами сбора информации. Во время Первой мировой войны на волне всеобщего ажиотажа по поводу использования химического оружия Баркрофт решается на невероятное: запереться в помещении, наполненном цианидом водорода, на 10 минут. Чтоб вы понимали реальность угрозы не только здоровью, но и жизни ученого, добавим, что собака прожила в таких условиях лишь 95 секунд. К счастью для Баркрофта и для науки, его испытание закончилось удачно. Но исследователь продолжил изыскания. Так, чтобы определить, сколько кислорода необходимо человеку, чтобы жить, он целую неделю провел в стеклянной камере в условиях минимальной подачи кислорода. Покинул он свою обитель науки посиневшим, но живым. Последней каплей в череде научных безумств Баркрофта стал опыт, когда он изучал мозговую деятельность под воздействием низких температур. Он находился в морозильной камере обнаженным и обнаружил, что в момент, близкий к смерти, вместо холода человек ощущает тепло. Баркрофт потерял сознание и был возвращен к жизни лишь усилиями врачей.

Долина смерти "Бутугычаг". Так назывался секретный концентрационный лагерь МВД СССР, что в переводе с языка русских северных народностей означает «Долина смерти». Лагерь, состоящий из нескольких лагерных пунктов, существовал в 1937-1956 годах на территории современной Магаданской области. Своё название это странное и страшное место получило неслучайно. По одной из легенд, как-то раз охотники и кочующие племена, разводившие оленей, вышли на огромное поле, усеянное человеческими черепами и костями. Через некоторое время олени в стаде заболели странной болезнью: у них начала выпадать шерсть, а потом животные просто валились с копыт и не могли встать. Гораздо позже окажется, что здесь, в Долине смерти, царит её величество Радиация. Да такая, что счетчик Гейгера не просто зашкаливает, а умоляюще просит всех учёных – срочно покинуть это страшное место.  Именно здесь, в урановых и оловянных рудниках советская власть заставляла заключённых добывать уран. Причём, без каких-либо защитных средств. Одна-две недели труда и люди умирали. А на смену им свозили других рабов. Кроме этого, над заключёнными проводились жуткие медицинские эксперименты. Людей истребляли массово. В 1956 году «Долину смерти» зачистили. Причём, основательно. Вместо зданий – руины. Штольни – завалены. В том числе человеческими останками.

Эксперимент с заморозкой мозга В 2002-м году в одной из питерских клиник разгорелся скандал. Это была одна из больниц, обещающая помочь наркозависимым людям. Престиж и слава сделали свое дело. Тысячи родителей отправили своих чад лечиться от страшной привычки. Но никто не предполагал, что после лечения они не узнают своих детей. Врачи клиники провели более трехсот операций на наркоманах. Они якобы замораживали те участки мозга, которые отвечали за «удовольствие и тягу к наркотикам». Многие пациенты подписывали бумаги, не прочитав их до конца, а их родители находились в таком состоянии, что готовы были полностью довериться авторитетным врачам. Они даже не понимали, что их детям, чтобы лишить их наркозависимости, будут в прямом смысле слова сверлить голову. Через дырочку, в которую вставляли трубку, в мозг направляли азот для замораживания. Но пациентам никто не сказал, что медики толком не представляли, что происходит с мозгом человека под воздействием азота. Ведь это был всего лишь эксперимент. Но самое главное: врачи забыли предупредить, что замораживаемый центр «удовольствия» отвечает не только за наркотический кайф, но и за все другие положительные эмоции.

История "Бэби Фей" «Бэби Фэй» — девочки по прозвищу Фэй, которая появилась на свет в Калифорнии в США в 1984-м году. У нее был синдром гипоплазии левых сердечных отделов и ей требовалась немедленная пересадка этого органа. Поскольку подходящего донора для малышки не нашлось, хирургу Леонарду Бэйли пришлось пересадить ребенку, и это произошло впервые в истории медицины, сердце… бабуина. Девочка тем не менее умерла спустя на двадцать первый день, но от почечной инфекции, поскольку ее сердце нормально работало. Насколько был этичен поступок врача и законен ли он? Споры на эту тему не умолкали в течение десятилетия, но потом потихоньку сошли на нет. В принципе, таким же гонениям в свое подвергался Кристиан Барнард – поистине великий хирург, который провел первую успешную пересадку такого органа как сердце. Прогрессирующая медицина дает возможность спасать многие человеческие жизни, но бывают и такие случаи, когда ученые-медики, делая ставку на революционный прорыв в своем направлении, совершают поступки наперекор всяким соображениям этики, в том числе и медицинской

"От людей я отвык..." ПРОСТОМУ человеку некоторые опыты могут показаться бессмысленными и невыносимыми. Например, в 1967-1968 гг. был организован эксперимент, который длился целый год. "Нас было трое участников, - рассказывает руководитель той группы испытателей Герман Анатольевич МАНОВЦЕВ, - оценивалась реакция человека в условиях длительной изоляции в термообъекте и параллельно отрабатывались новые системы жизнеобеспечения. Мы жили в камере объемом 12 м3, по площади - это кухня в хрущевке. Помещались там спальные места одно над другим, душ, потом подключили узкую оранжерею длиной 6 м, где мог походить один человек. Нас не изолировали полностью: передавали письма, записки, меняли через шлюз книги, был телевизор, но с самого начала мы зачеркивали крестиком "отсиженные" дни, а под конец и вовсе считали минуты до выхода. Тяжело не было, мы втянулись буквально за неделю, потому что были очень загружены работой. Очень много времени отнимало приготовление пищи, физические упражнения для поддержания формы. Через два месяца начались конфликты. Конечно, все сводилось к производственным спорам, хотя в них и было много личного. Но к концу эксперимента мы не стали ни врагами, ни друзьями, мы просто вместе работали. Комнату не проветривали, содержание углекислого газа было примерно в 10 раз выше по сравнению с обычным, но мы не болели. Зато сопротивляемость к простудам и воспалениям за время эксперимента понизилась. Когда все закончилось, нас три недели продержали изолированными в клиническом отделе, но могу сказать, что здоровье мое не пострадало. От людей я отвык, это да, были потом некоторые сложности в общении, но это быстро прошло".

​​Эксперименты над космонавтами В состоянии невесомости кровь, лишенная веса, распределяется по организму так, что космонавту не избежать ощущения тяжести в голове. Чтобы улучшить его самочувствие, придумали "браслеты" - манжеты, которые надеваются на верхнюю часть бедер и передавливают вены, затрудняя отток венозной крови из ног. Туда кровь попадает, а обратно - с трудом. Так имитируется пребывание в вертикальном положении. Чтобы "браслеты" не повредили еще больше, чем невесомость, нужно точно знать, с какой силой они должны давить, как долго и т. д. Для этого на Земле испытатели укладываются на наклонную плоскость вниз головой, кровь перераспределяется так, что организм чувствует себя в невесомости (насколько это возможно), и начинается работа с манжетами, поиск оптимального давления и времени их ношения. В космосе человек отвыкает от "земного" распределения крови, и после приземления его ждут головокружение, потеря сознания - в общем, приятного мало. Если, конечно, не тренироваться. Для этого придумали специальные штаны с каркасом. Космонавт их "надевает", воздух откачивают, и кровь устремляется к нижней половине тела. Если регулярно пользоваться такими штанами в космосе, сердце и сосуды тренируются - и на Земле возникает меньше проблем. Космические полеты - это вообще сплошные эксперименты с человеком. На Земле космонавты до автоматизма доводят все операции по управлению кораблем, способны даже во сне "посадить" корабль в любой нештатной ситуации. В невесомости вестибулярный аппарат действует иначе, и задача, еще вчера элементарная, требует от космонавта максимум усилий и сосредоточенности. Приходится и в космосе учиться тому, что довел до совершенства в земных условиях. А ученые в это время считают: сколько ему понадобилось времени, сколько сделал ошибок и как много топлива потратил. Они не придираются к способностям космонавта, им важно знать, чего ожидать в экстренной ситуации и как с ней придется справляться. В космосе в человеческом организме меняется практически все, и важно знать как. Казалось бы, что там может случиться с зубами. Но нет, взяли в космосе мазки из полости рта, на Земле их посмотрели и узнали, что в условиях невесомости и в некоторых других экстремальных ситуациях во рту развивается неблагоприятная среда, угрожающая развитием парадонтоза. На рабочем месте космонавты тоже могут заболеть. Таблетки, которые они берут с собой в полет, те же самые, что и в наших домашних аптечках. А вот действие их на организм в состоянии невесомости порой непредсказуемо, поэтому космонавты часто участвуют в экспериментах на фармакодинамику: пьют безобидный препарат, а потом судьбу этого лекарства прослеживают по анализам крови, мочи, слюны. Так уточняют дозировки лекарств, которые можно назначать космонавтам в случае необходимости.

Когда-то здесь была жизнь https://t.me/Zabitoe_vremenem

​Отец фанат «Звёздного Пути», который пытался сделать своего сына билингвальным Несколько лет назад вся Америка смеялась над горе-отцом, который хотел научить своего сына говорить по-клингонски. В его планах было создать такие условия, при которых сын общался бы с матерью, друзьями и социумом на английском языке, а с отцом — на вымышленном языке из вселенной «Стар Трек». Эксперимент провалился. Отец отказался от опыта ещё до того, как его ребёнок пошёл в школу. Он заявил, что сын прекрасно разбирается в клингонском и может сообщить на нём обо всёх окружающих событиях. Эксперимент завершился из-за того, что у отца возник страх нарушения законодательства США. Сейчас сын практически не помнит выдуманный язык.

​​Обмануть младенца Как только маленькие дети начинают ползать, они сразу понимают, что не стоит лазать вниз по отвесным поверхностям, потому что можно свалиться и больно удариться. Но откуда они узнают, что упадут, если не падали ни разу в своей жизни? Изучение этого феномена, по мнению учёных из Корнеллского университета Элеонор Гибсон и Ричарда Уолка, было немыслимо без того, чтобы подтолкнуть младенца к краю «ужасной пропасти» и убедить ползти дальше. Они смастерили так называемый «зрительный обрыв» – хитроумную конструкцию из щитов, положенных поверх толстого стекла. Потом всё это было замаскировано при помощи ткани с соответствующим рисунком. В результате возникала полная иллюзия, что на месте стекла – пустое пространство до самого пола. Казалось бы – что страшного, никакой реальной опасности для крохи нет. Конечно, физического вреда для ребёнка этот эксперимент не представлял. Но… Детей по одному подталкивали к краю «обрыва», а матери с другой стороны пытались убедить их переползти через стекло. Другими словами, они где-то набрали матерей, которые пытались уговорить своих крох сделать то, что те считали (и правильно делали) верной гибелью. И младенцы должны были выбирать между послушанием и чувством самосохранения. Таким образом было протестировано 36 детей в возрасте от 6 до 14 месяцев. Только трое из них поползли по стеклу. Большинство развернулось и поползло в обратную от матерей сторону. Остальные разревелись. Несмотря на то, что большинство детей не попались на удочку экспериментаторов, они всё же оказались слишком близко к краю «обрыва» и в реальной ситуации могли запросто свалиться. Что позволило Гибсон и Уолку сделать «сенсационное» заключение, что «детей нельзя оставлять у края, вне зависимости от того, насколько хорошо они могут определять глубину».

Вот признайтесь вы любите слушать радио? Какие ассоциации у вас возникают когда вы его слушаете? Многие считают что с приходом интернета радио индустрия умерла или доживает свои последние дни, но это все опровергает владелец одной из популярных радиостанции в своем телеграм канале @dayradio. Все секреты радио бизнеса, успехи и провалы, борьба и война с конкурентами, как и сколько зарабатывает радиостанция? Об этом никто не пишет и не говорит, но не автор канала @dayradio. Убедитесь сами и полистайте, даже если вы не слушаете радио.

Ле­чение бе­зумия хи­рур­ги­чес­ким пу­тём Док­тор Ген­ри Кот­тон счи­тал, что ос­но­вопо­лага­ющи­ми при­чина­ми бе­зумия яв­ля­ют­ся ло­кали­зован­ные ин­фекции. Пос­ле то­го, как в 1907-м го­ду Кот­тон стал гла­вой су­мас­шедше­го до­ма в го­роде Трен­тон, он стал прак­ти­ковать про­цеду­ру, на­зыва­емую им хи­рур­ги­чес­кой бак­те­ри­оло­ги­ей: Кот­тон и его ко­ман­да вы­пол­ни­ли ты­сячи хи­рур­ги­чес­ких опе­раций на па­ци­ен­тах, час­то без сог­ла­сия пос­ледних. Во-пер­вых, они уда­ляли зу­бы и мин­да­лины, а ес­ли это­го ока­зыва­лось не­дос­та­точ­но, то «вра­чи» де­лали сле­ду­ющий шаг — уда­ляли внут­ренние ор­га­ны, яв­ля­ющи­еся, по их мне­нию, ис­точни­ком проб­ле­мы. Кот­тон нас­толь­ко ве­рил в свои ме­тоды, что при­бегал к ним да­же на се­бе и сво­ей семье: нап­ри­мер, он уда­лил не­кото­рые зу­бы са­мому се­бе, сво­ей же­не и двум сы­новь­ям, од­но­му из ко­торых так­же бы­ла уда­лена часть тол­сто­го ки­шеч­ни­ка. Кот­тон ут­вер­ждал, что при его ле­чении наб­лю­дал­ся вы­сокий про­цент выз­до­ров­ле­ния па­ци­ен­тов, а так­же что он прос­то стал гро­мо­от­во­дом для кри­тики тех мо­ралис­тов, ко­торые на­ходи­ли его ме­тоды ужа­са­ющи­ми. Смерть 49-ти сво­их па­ци­ен­тов при ко­лэк­то­мии, нап­ри­мер, Кот­тон оп­равдал тем, что те до опе­рации уже стра­дали «тер­ми­наль­ной ста­ди­ей пси­хоза». Пос­ле­ду­ющее не­зави­симое рас­сле­дова­ние по­каза­ло, что Кот­тон силь­но пре­уве­личи­вал. Пос­ле его смер­ти в 1933-м го­ду по­доб­ные опе­рации боль­ше не про­води­лись, а точ­ка зре­ния Кот­то­на ка­нула в без­вес­тность. К его чес­ти, кри­тики пос­та­нови­ли, что он был впол­не ис­кре­нен в сво­их по­пыт­ках по­мочь па­ци­ен­там, хоть и де­лал это бе­зум­ным об­манным пу­тём.