Овощебаза № 3: кто прикрывает самарский рынок, который давно живёт по своим законам?
ВЧК-ОГПУ
уже писал о массовых беспорядках на территории самарской Овощебазы № 3 — того самого рынка на Олимпийской, 68, где конфликт вокруг помещений, аренды и денежных потоков, по словам участников рынка, перешёл в открытую силовую фазу.
После первой публикации с редакцией связались несколько источников, знакомых с ситуацией на базе. Среди них люди, имеющие отношение к правоохранительному блоку. Все они говорят об одном: происходящее на Овощебазе № 3 нельзя рассматривать как обычную драку торговцев или спор хозяйствующих субъектов. Это, по их словам, давно сложившаяся система влияния, где владельцы и фактические бенефициары территории имеют серьёзный вес не только внутри самого рынка, но и в отношениях с теми, кто должен этот рынок контролировать.
Один из собеседников канала формулирует жёстко: «На базе не боятся проверок. К ним готовятся. С ними договариваются. А когда нужно — пережидают». По словам источника, именно поэтому после рейдов, задержаний, миграционных проверок и уголовных дел объект продолжает жить по старым правилам: фуры заезжают, наличные идут, спорные помещения не освобождаются, а люди, которые пытаются действовать по документам, сталкиваются с давлением.
Силовики, как утверждают источники, хорошо знают эту территорию. Знают, кто контролирует въезды. Знают, кто собирает деньги с торговцев. Знают, кто может быстро собрать массовку из своих людей. Знают, какие фамилии на базе лучше не произносить вслух. Но каждый раз история почему-то распадается на отдельные эпизоды: миграционный рейд, проверка документов, спор за аренду, уголовное дело директора, конфликт вокруг павильона, драка, продажа объекта. А целая картина так и остаётся за кадром.
Эта картина, по словам собеседников, выглядит куда серьёзнее. На территории Овощебазы № 3 могла сформироваться устойчивая группа влияния, в которой ключевые роли источники отводят Рахманкулову Аббасу Кабилтоновичу и Мирзоеву Сафару Саидакбаровичу. Рядом с ними, по данным участников рынка, могли действовать неустановленные лица, выполнявшие функции силового сопровождения, давления на арендаторов и контроля за неучтёнными денежными потоками.
Речь, по словам источников, может идти о системе, где торговцам сельхозпродукцией и арендаторам фактически предлагают выбор: платить за возможность работать на территории базы либо уходить. Причём платить, как утверждают собеседники, не всегда по договору и не всегда в кассу. В материалах, с которыми ознакомилась редакция, фигурируют суммы до 55 тысяч рублей с единицы транспорта.
Отдельно собеседники канала обращают внимание на фигуру Эдуарда Кочетова. Его имя давно связывают с имущественной историей Овощебазы № 3. В публичном поле база часто воспринимается как единый объект, но юридически её территория напоминает лоскутное одеяло: участки, строения, арендаторы, субарендаторы, старые договоры, новые претензии и постоянные споры о том, кто чем вправе распоряжаться. Такая конструкция, по словам источников, создаёт идеальную среду для серого управления.
На этом фоне уголовное дело в отношении директора базы Канана Исаева выглядит не случайным эпизодом, а симптомом всей системы. По открытым данным, его обвиняют в мошенничестве в особо крупном размере, связанном с передачей в аренду земельных участков, на которые, по версии следствия, у него не было законных прав.
Если директор мог сдавать участки без надлежащих прав, если арендаторы спорят за помещения, если на территорию регулярно заходят силовики, если проходят миграционные рейды, если рынок выставляют на продажу почти за 1,5 млрд рублей как готовый бизнес с огромным денежным потоком, то вопрос один: кто всё это время был настоящим хозяином базы?