Время слышать / Слышать время

Рена Фахрадова переехала в Баку с твёрдым решением больше никогда не находиться в музыке. Но встретила местных композиторов — Аяза Гамбарли, Саида Гани, Туркара Гасымзаде и Таира Ибишова — и вместе с ними основала Baku Contemporary Music Society (Бакинское общество современной музыки), которое в настоящий момент является основной местной площадкой, организующей ежемесячные концертные и образовательные мероприятия. Вот что говорит сама Рена о бакинской публике, концертах и о том, что такое настоящее сообщество: ☀Последние полгода зал на 370 мест периодически вмещает 470 человек: ступеньки заполоняются двумя-четырьмя сидящими, а пришедшие позже чем за полчаса бедолаги стоят на самом верху после последнего ряда — и не уходят! ☀Нравится публика, которая подходит и, не стесняясь, говорит в лицо музыкантам и организаторам: «Просто ужас! Это невозможно слушать! Такое нужно запретить!.. Знаете что? Я приду в следующий раз, посмотрю, что у вас ещё будет». Люди приходят, возмущаются, ненавидят, но появляются снова и снова, постепенно превращаясь в самых преданных фанатов. ☀For Philip Guston Мортона Фелдмана. 50 человек, 21:00, метро закрывается в полночь, а произведение длится 4 часа. Около половины остались до конца: кто-то признался, что столкнулся с собой, не выдержал и всё остальное время перемещался по залу и коридору. Некоторые сидели неподвижно все четыре часа — начали видеть какие-то образы. А те, кто ушли, потом признавались, что в моменте ощутили сенсорный перегруз. ☀BCMS не примкнул на 100% ни к академической, ни к нишевой среде, но стал мостом между этими мирами. Деятельность BCMS, в особенности фестиваль, начали притягивать к себе таких же энтузиастов и творческих людей из разных стран, у которых много идей и желания делать что-то вместе. Это люди из совершенно разных сфер (в-основном-) культурной деятельности. ☀Я вижу, как BCMS стало естественной частью современной музыкальной культуры страны; хотя идея этого объединения возникла в головах лишь нескольких человек, которые хотели создать что-то новое — то, что будет сближать, просвещать и порождать. #времячитать статью целиком на сайте альманаха Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на «Время слышать»

ТОН-ЦЕНТР откроет новый сезон премьерой сочинения Владимира Горлинского #новости 8, 9 и 10 июля будет представлен перформанс «Земля Маршрутов» для 3 вокалистов и 16 перкуссионистов. В числе исполнителей — Арина Зверева, Ольга Власова, Ольга Россини, Сергей Васильев, Полина Вожова, Артур Жернаков, Денис Жуков, Евсевий Зубков и другие музыканты. За композиционную основу Владимир Горлинский берет свою перкуссионную партитуру «Пиродрама» (2023). Специально для «Земли Маршрутов» был создан ряд авторских инструментов — от деревянных щелевых барабанов до больших металлических пластин. Особую группу составляют кожаные этнические барабаны разных культур. Важнейший инструмент этого сочинения — само пространство. Владимир Горлинский рассказал:

Произведение «Земля маршрутов» я написал для акустики ТОН-ЦЕНТРа. В нем огромная реверберация, фактически сводчатый купол — можно сказать, храмовое пространство. Образ, с которым я работаю, — разлом в земле, откуда начинает сочиться какая-то проэнергия, доисторический звук. Мы слышим какие-то народные мотивы: не понимаем, какая это народность, но что-то нас притягивает.

Наряду с премьерой Владимира Горлинского новый сезон в ТОН-ЦЕНТРЕ откроет выставка «Временные конструкции» художников Лены Соловьевой и Дмитрия Запылихина. Подписаться на «Время слышать»

Ромео Кастеллуччи ставит «Святого Франциска Ассизского» Мессиана в Зальцбурге #новости На Зальцбургском фестивале этим летом выйдет новая постановка единственной оперы Оливье Мессиана «Святой Франциск Ассизский». Спектакль ставит Ромео Кастеллуччи, за дирижёрским пультом Венского филармонического оркестра — Максим Паскаль. Заглавную партию исполнит бас-баритон Филипп Слай, выпускник зальцбургского Young Singers Project 2012 года. Премьера состоится 4 августа, далее показы назначены на 9, 12, 15, 19 и 23 августа. Особенность зальцбургского решения — расположение инструментов в Фельзенрайтшуле («Каменная конюшня», на той же площадке Кастеллуччи в 2018 году ставил «Саломею») так, что они окружают зал справа, слева и сзади. В центре внимания Кастеллуччи — сам Франциск: режиссёр читает его жизнь через разрыв с общественными нормами, вспоминая жест прикосновения к прокажённым. Постановка приурочена к 800-летию со дня смерти Франциска Ассизского. Подробнее — на сайте Зальцбургского фестиваля. Подписаться на «Время слышать»

Завершился цикл концертов «Коллективные действия» #новости В Доме культуры ГЭС-2 завершился цикл концертов «Коллективные действия». Проект посвящен исследованию форм диалога музыки и театра в разные эпохи. В программе вечеров соседствовали, казалось бы, несовместимые произведения: «Медея» Бенды и «Лекция о ничто» Кейджа, «Семь последних слов» Гайдна и «Илиада. Песнь XXIII» Мартынова. Кульминацией стала мировая премьера «Парсифаль. Синопсис» Вагнера — Воронова, исполненная на парковке ГЭС-2. Куратор программы Дмитрий Ренанский отмечает, что выбор сочинений складывается в определенный сюжет, который зритель может достроить самостоятельно. Финальный концерт «Шум и ярость» показал главную идею всего цикла — разрушение типичной связи между зрителем и сценой.

Его программа составлена из сочинений, которые на первый взгляд не могут встретиться на одной тарелке. Скажем, «Карнавал животных» — это идеальный материал для детского утренника или для показательного выступления в жанре «музыканты шутят»... Как с этим монтируется «Анапарастасис» Христу, классика музыкального акционизма, или «Последняя роза лета» виртуоза-романтика Генриха Вильгельма Эрнста, в которой, кстати, тоже будет солировать Коган?

— рассуждал куратор в интервью для Weekend. На протяжении пяти месяцев программу цикла представляли музыкальные коллективы: Булез-ансамбль, Speech Quartet, вокальный ансамбль Intrada, оркестр Pratum Integrum. За дирижерским пультом — Фёдор Леднёв, Фёдор Безносиков, Екатерина Антоненко. Ведущими вечеров стали Ярослав Тимофеев и Богдан Королёк. Подробнее о цикле — в интервью Дмитрия Ренанского. Подписаться на «Время слышать»

Евгения Лианская отмечает любопытную тенденцию в европейском музыкальном театре: в последнее время появился острый интерес к внеевропейским сюжетам и темам, максимально далёкому от публики социальному миру, экзотичному художественному и сценическому языку, который вступает в живое и активное взаимодействие с привычным контекстом. Зачастую этот интерес к далёкому и экзотичному проявляется на уровне либретто, но никак не отражается на музыкальном языке. В опере Юлии Пургиной «Жажда гиены» композитор намеренно дистанцируется от африканского фольклора:

Само наличие чембало в оркестре помогло придать спектаклю общеуниверсальный характер. Мне было важно использовать «универсальный» музыкальный язык и ни в коем случае не скатываться в псевдофольклор

Клаус Ланг в опере по пьесе японского драматурга Дзэами Мотокиё последовательно и сознательно избегает музыкальной «японизации»:

Я ищу произведение мировой литературы, принадлежащее другой культуре, и освобождаю его от местных особенностей, которые, в конце концов, лишь мешают нам увидеть суть

Иной подход — у Эктора Парры в опере «Правосудие»: в этой постановке участвуют только чернокожие исполнители, а 90% партитуры, как отмечает композитор, вдохновлены музыкальными традициями Центральной Африки:

В первую очередь, я обращаюсь к культуре народа луба, которую представляют около 20 миллионов человек. Она играет основополагающую роль в регионе. Это необыкновенная культура, основанная на 400-летней истории королевства Луба и самых прекрасных произведениях искусства Африки

Чтобы узнать, как эти и другие произведения создают пространство диалога, сопоставления «своего» и «чужого», привычного и далёкого, найдите #времячитать статью целиком на сайте альманаха Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на «Время слышать»

На Дягилевском фестивале прозвучали премьеры новой музыки  #новости С 11 по 20 июня в Перми прошел Дягилевский фестиваль, в этом году сосредоточивший внимание на современном танце, музыкальном театре и хоровом исполнительстве.  В первый день Фестиваля состоялась мировая премьера перформативного концерта «Посвящение Ивану Голлю» в постановке Елизаветы Мороз. В нем актриса Лаура Пицхелаури читала стихи Голля, а артисты оркестра и хора musicAeterna исполнили новые сочинения на тексты поэта, которые специально для проекта создали Ананко, Архипов, Мустукис, Ретинский, Харкевич, Белоусов, Вангелино Курентзис и Теодор Курентзис. Одним из центральных событий программы стал экспериментальный проект «Дягилев.Короткие формы». В рамках концерта состоялась серия премьер танцевальных миниатюр на музыку Ретинского, Мустукиса, Харкевич и Теодора Курентзиса. Идея заключалась в создании диалога между звуком и движением, где новая музыка и современный танец взаимно обогащают друг друга.  Российской премьерой стал хоровой цикл «писания»/«the writings» американского композитора Дэвида Лэнга. Цикл исполнил вокальный ансамбль Intrada под управлением Екатерины Антоненко в сотрудничестве с фестивалем Sound Up. В разделе музыкального театра на Фестивале были исполнены две оперы российских композиторов. На Подземной парковке «Кристалл» в исполнении ансамбля "Студия новой музыки" и Сергея Малинина прозвучала премьера монооперы на якутском языке «Олонхосут» молодого композитора Никифора Яковлева. Ранее мировая премьера оперы состоялась на фестивале Студии "Ойкумена. XXI век". Постановка на Дягилевском была реализована в концепции Александра Шумилина (нмхт). Вторая мировая оперная премьера состоялась в рамках работы образовательной программы Дягилевского фестиваля под кураторством Анны Фефеловой. Обратившись к хрестоматийному тексту Антона Чехова «Три сестры», композитор Анна Поспелова предложила его музыкальное переосмысление. В музыкальный текст оперы были встроены вербатимы – прямая речь реальных женщин, чьи имена совпадают с именами трех сестер. Опера «Три сестры» написана в рамках резиденции Союза композиторов России при поддержке Министерства культуры Российской Федерации. Подписаться на «Время слышать»

Synesthesia lab определили участников #новости В этом году на Международный фестиваль и лабораторию современной музыки Синестезия Лаб | Synesthesia lab было прислано 154 заявки из 32 стран. По результатам отбора участниками проекта стали: 1. Бездетко Валентин (Москва, РФ) 2. Виццини Массимилиано Vizzini Massimiliano (Италия/Нидерланды) 3. Есаян Рачья (Москва, РФ) 4. Куликов Лучано (Luciano Kulikov, Аргентина) 5. Мургин Дмитрий (Екатеринбург, РФ) 6. Наджафи Аршан (Arshan Najafi, Иран) 7. Паскоали Педро (Pedro Pascoali, Бразилия/США) 8. Родриго Паскаль (Pascale Rodrigo, Бразилия/США) 9. Рогозянская Людмила (Нижний Новгород, РФ) 10. Сабзгабаи Дэниел (Daniel Sabzghabaei, США/Франция) 11. Сатановски Дэниел (Daniel Satanovski, Германия) 12. Сгамбати Франческо (Francesco Sgambati, Италия) 13. Ся Синьюэ (Глория) (Xia Xinyue (Gloria), Китай/Великобритания) 14. Уркола Эчабе Унаи (Urkola Etxabe Unai, Испания) 15. Барбаджи Озкан Умутджан (Bapbaci Özkan Umutcan, Турция/Австрия) Роман Пархоменко, художественный руководитель Синестезии Лаб:

Приятно, что наш проект интересен композиторам со всего мира! В этом году победители лаборатории напишут новую музыку для Оркестра Центра современной музыки Софии Губайдулиной, солистов Московского ансамбля современной музыки, ансамбля “Пространство ритма”, а также для исполнительницы на эрху Чжу Цзин. А несколько композиторов примут участие в нашем новом спецпроекте, где изысканные мадригалы эпохи Ренессанса мягко растворяются в современных эмбиент и рейв‑пейзажах — старинные формы обретут новое звучание благодаря взаимодействию с исполнителем на виоле д`амур и саунд-артистом Сергеем Полтавским, певицей Алисой Тен и исполнителем на виоле да гамба Рустом Позюмским.

Подробнее — на сайте проекта. Подписаться на «Время слышать»

Арсений Брагинский утверждает, что успел ознакомиться с пятью тысячами музыкальных жанров, и сейчас ищет такую музыку, что ломала бы всё мироощущение и естество, разрушала законы физики и здравого смысла. И он её нашел👇 ❣Использовать музыку так, как мы это делаем сейчас, — всё равно что забивать гвозди микроскопом. Она способна на большее. Не ясно, правда, на что именно, каковы границы её применимости и как это работает технически, но это только разогревает интерес. Если уж слушать музыку ради максимального эффекта от неё, то только традиционную. ❣ Традиционную музыку невозможно понять и прочувствовать на расстоянии. Чтобы прикоснуться к её мощи, необходимо глубокое погружение и соприкосновение с ней в реальности. Как минимум потому, что её не найдешь в Spotify: эту музыку почти никогда не записывают — в этом нет никакого смысла. ❣Чтобы прочувствовать традиционную музыку, мало просто приехать в место её обитания; необходимо ещё и изучить религию, с которой она соприкасается. ❣Во фламенко, например, есть такой пало (поджанр) как солеа. Солеа — это также чувство, которое можно охарактеризовать как глубокую сдерживаемую боль и одиночество, переживаемые с достоинством, наедине с Богом. Чувство весьма своеобразное и в повседневной жизни для нас непривычное. Кроме солеа во фламенко хватает и других таких чувств. Это, например, булерия — переход от страдания к безумию и хаосу, или булерия пор солеа — нечто среднее между упомянутыми, сдерживаемое с достоинством безумие, скажем так. Это непростые состояния, но чтобы почувствовать фламенко, нужно научиться ощущать их. Чтобы узнать, к чему привели поиски традиционной музыки Арсения Брагинского, найдите #времячитать статью целиком на сайте альманаха Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на «Время слышать»

«Все звёзды» в «Урал Опера Балет»: премьеры на музыку Десятникова, Раннева и OQJAV #новости С 23 по 25 июня в Екатеринбургском театре «Урал Опера Балет» проходят премьерные показы балетной программы «Все звёзды». Вечер состоит из трех частей: балет «Кабаре святош» Алессандро Каггеджи на музыку Леонида Десятникова — сценическая версия вокального цикла «Идиш», серия номеров «Гала Урал Балета» (в том числе на музыку Антона Светличного, Чарльза Айвза, Глеба Лукомца и группы OQJAV) и «Белорусские песни» — постановка Ольги Цветковой на одноименную кантату Владимира Раннева на стихи Константина Стешика. Все три части объединяет голос: художественный руководитель балета Максим Петров называет программу «почти вокальным альбомом, но с танцем». Балет «Белорусские песни» создала Ольга Цветкова — одна из ключевых фигур российского современного танца, прежде не работавшая с академическими балетными труппами. Сочинения Раннева в Урал Опере также звучат впервые. Незадолго до премьеры вокальный квартет N'Caged выпустил студийную запись кантаты на лейбле FANCYMUSIC. К премьере театр подготовил программу-предисловие: встречу с авторами «Кабаре святош» в баре YOLO, прогулку по Екатеринбургу с Ольгой Цветковой, открытую репетицию «Белорусских песен» и презентацию записи с Владимиром Ранневым и Ариной Зверевой в баре «Самоцвет». Вместо традиционного буклета театр выпустил журнал в духе изданий о поп-звездах начала нулевых — с интервью, постерами и гороскопом на последней странице. Подробнее — на сайте и в телеграм-канале театра Подписаться на «Время слышать»

В Хабаровске проходит выставка «Студия» о пионерах отечественной электронной музыки #новости 12 июня в Хабаровской краевой филармонии открылась выставка, посвященная Московской экспериментальной студии электронной музыки. В этом году Студии исполняется 60 лет. Выставка знакомит посетителей с историей уникального пространства, располагавшегося на первом этаже Музея Скрябина. Часть экспозиции посвящена сердцу Студии — изобретенному Евгением Мурзиным оптическому синтезатору АНС (сокращение от Александр Николаевич Скрябин). Идея инструмента, извлекающего звук с помощью света, была вдохновлена светомузыкой Скрябина. Синтезатор АНС звучал во множестве кинофильмов, в том числе в ленте Андрея Тарковского «Солярис». На выставке представлены архивные материалы, знакомящие посетителей с работой композиторов-участников Студии, среди которых Эдуард Артемьев, Эдисон Денисов, Альфред Шнитке и Софья Губайдулина. Событие проходит в рамках II Фестиваля новой музыки. Организаторы — Мемориальный музей А.Н. Скрябина совместно с Хабаровской краевой филармонией и в партнерстве с Союзом композиторов России. Подробнее о выставке — в публикации журнала «МузЖизнь» Подписаться на «Время слышать»

Сегодня может показаться, что академическая музыка впитала в себя всё, что только смогла: африканские ритмы, индийские лады, популярные стили и попытки междисциплинарного синтеза. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что всё это освоено только по вершкам: мы никуда не ушли от проблем «колониального слуха», а эксперименты с незападным фольклором так и не открыли для широкого слушателя мир Другого звука. Виктория Мирошниченко предлагает проследить историю взаимодействия Запада с музыкой Юго-Восточной Азии: ☀️Дебюсси создаёт не реплику восточного оркестра, но глубоко личное, французское по духу искусство. Экзотический лад является для Дебюсси вдохновением, но его работа с пентатоникой остаётся сугубо европейской: это не индонезийские лады, а их европейская адаптация в переложении на темперированный строй фортепиано. ☀️Минималисты взяли структуру, но отделили её от метафизического контекста, создав своего рода акустическую машину. Это было время, когда западный авангард перестал смотреть на Восток как на музу и начал использовать его для построения новых звуковых вселенных. ☀️Мессиан сделал для понимания восточной ритмики больше, чем кто-либо другой, но при этом остался в рамках своего герметичного лабораторного мира, где Восток служил топливом для создания универсального музыкального языка, в центре которого по-прежнему стоял западный субъект. ☀️Сегодня «колониальный слух» переместился в сферу софта. Огромные библиотеки сэмплов позволяют добавить «балийский колорит» в трек без понимания разницы между ладами пелог и слендро. Это превращает живую традицию в застывшую акустическую декорацию, «аудио-музей». Чтобы узнать, как провести «деколонизацию» своего слуха, найдите #времячитать статью целиком на сайте альманаха Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на «Время слышать»

Академия в Чайковском объявила участников нового сезона #новости Шестнадцатая международная академия молодых композиторов завершила отбор. В этом году на участие поступило более 150 заявок из 24 стран. Академия пройдёт с 1 по 15 сентября в городе Чайковский Пермского края, финальные концерты состоятся 13 и 14 сентября там же, а 16 и 17 сентября — в Москве. В 2026 году проект работает по трём направлениям. Основной композиторский курс ведёт Александр Хубеев, спецкурс для музыковедов и продюсеров — Ирина Севастьянова и Татьяна Яковлева, воркшоп по импровизации — Алексей Сысоев. Всего к участию отобраны 36 человек: 22 по композиции, 5 по импровизации и 9 музыковедов и продюсеров. В числе педагогов — Вера Иванова, Анна Поспелова, Владимир Раннев, Антон Светличный, Дмитрий Шубин, Анна Сокольская, Ярослав Тимофеев и Владимир Ермаченков. Две недели академии устроены как плотный образовательный марафон: индивидуальные занятия с педагогами, лекции исполнителей, презентации и ежедневные концерты.  Новые сочинения участников прозвучат в исполнении трёх ансамблей: Московского ансамбля современной музыки, вокального квартета N'Caged и струнного квартета Vacuum. Академия проводится при поддержке Министерства культуры РФ и Президентского фонда культурных инициатив. Подробнее — на сайте и в телеграм-канале академии Подписаться на «Время слышать»

В проекте «Звук растворяется № I–LX» Иван Нечаев обратился к искусственному интеллекту как к аналитическому устройству. Генерируя десятки 60-секундных опер в различных национальных традициях, он поставил вопрос: из каких именно звуковых признаков состоит то, что мы называем «национальным»? И что остаётся от культурной идентичности, когда её пытается воспроизвести сознание, не имеющее ни памяти, ни языка, ни собственной истории? К каким наблюдениям и выводам приходит автор: 💛Национальное в генерации редуцируется до набора коррелирующих признаков, то есть до того, что поддаётся регулярному повторению в корпусе. 💛Генеративная модель легко схватывает и воспроизводит локальную интонационную идиоматику, усредняет и усиливает наиболее частотные варианты средних структур, фрагментарно воспроизводит крупную форму. 💛Статистическая природа генерации приводит к систематическому эффекту, который можно описать как гиперстилизация: мы слышим не живую традицию, а её статистический центр тяжести. 💛Для модели все реализации признака эквивалентны. Она не различает «архаическое» и «неоархаическое»; «наивное» и «рефлексивное» использование материала; «серьёзное» и «ироническое» высказывание. Она воспроизводит только акустическую оболочку национального стиля. 💛В итоге мы слышим нечто одновременно убедительное и пустое: стиль распознаётся, но за ним не стоит ни биография, ни исторический опыт. Это «национальное без памяти» — форма, лишённая травмы, конфликта, контекста. #времячитать статью целиком на сайте альманаха Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на «Время слышать»

Ored Recordings — лейбл, который больше десяти лет записывает и издаёт традиционную музыку Северного Кавказа, выводя её из академической периферии в пространство независимой музыки. Его основатели, Булат Халилов и Тимур Кодзоко, начинали как «панк-этнографы», демонстративно дистанцируясь от академии, а сегодня их можно встретить в стенах Гёттингенского университета. Мария Невидимова поговорила с Булатом Халиловым о том, чем опасен антиколониальный национализм, почему сакрализация традиционной культуры вредна, и что слышит шведский хипстер в музыке Северного Кавказа.   Делимся хайлайтами разговора👇 Существует мнение, что традиционную музыку иногда лучше вообще не трогать, потому что она начинает реагировать и меняться, инициировать собственную коммерциализацию и упрощаться.

Так мы сакрализируем традиционную музыку, а для тех, кто её исполняет, это скорее вред. Когда мы говорим «лучше не трогать», то подразумеваем, что традиционная музыка — это какой-то зверёк, которого надо сохранить. А «сохранить» зачем? Не трогать ее — значит, оставить исполнителей вдали от ресурсов, не поддерживать их, не устраивать концерты. А для чего тогда они будут её исполнять? Когда-то традиционная музыка жила в быту: люди пели во время работ в поле, исполняли врачевательные мелодии. Сегодня этот контекст утерян, и это нормально — условия труда и мышление людей другие. Если раньше в черкесской традиции быкам пели песню, то сейчас трактору или комбайну никто не споёт.

 Коренные народы очень по-разному реагируют на попытку зайти на их культурные территории извне. Например, коми-пермяки очень закрыты, а татары, наоборот, отдают во внешний мир много, иногда даже слишком. Как с этим у народов Северного Кавказа?

У нас ближе к татарскому варианту. Причем когда-то ни индустрия, ни образование не позволяли сделать это самостоятельно, и приходилось дожидаться условного москвича или европейца, который приедет и поможет. Сейчас все изменилось, местное население само начало заниматься традицией. Раньше, если ты говорил на родном языке с акцентом, то считался деревенщиной, а теперь это круто. Если в моём подростковом возрасте музыка, которую мы изучаем, считалась делом стариков, то сегодня её исполняет в основном молодёжь от 16 до 35 лет. Появилось много молодых групп, поп-, блэк-метал- и околопанк- проектов. Приведу в пример своего сына. Перед сном мы часто слушали колыбельную Зарамука Кардангушева, популярного в 90-е и 2000-е исполнителя и фольклориста, который делал на радио передачи с более-менее аутентичным звучанием. Сын как-то спросил: «Это дедушка поет или молодой?». Я говорю: «Дедушка». А он: «Вау, я никогда не слышал, чтобы дедушка пел черкесские песни». Для него удивительно было, что дедушки тоже поют!

Как бы вы описали процесс экзотизации, которому подвергается традиционная музыка?

Это когда музыка ценна не сама по себе, а тем, что она не похожа на то, к чему мы привыкли. В определенной степени это нормально, естественная реакция. Проблема начинается, когда в непохожести видят единственную ценность и не углубляются. Когда другой наделяется теми качествами, которые я хочу в нём видеть.

Какие опасности возникают при работе с традиционной музыкой при выходе в широкое медийное поле, особенно в странах, где конкурируют разные политические партии?

Есть такая идеология — антиколониальный национализм. Ее проблема в том, что очень часто она оборачивается борьбой за реванш: «Нас уничтожали, а теперь должно быть так, чтобы уничтожали мы». Это опасный нарратив, но когда тебя могут убить за то, кто ты есть, за твою культуру, проявления национализма, к сожалению, нередки, но можно понять, чем они вызваны. Говоря о своей культуре, мы как лейбл всегда подчёркиваем, что мы уникальны ровно настолько, насколько уникальны все остальные. Если входить в любую культуру без мысли «хочу узнать, почему мы лучше всех», а с желанием ее познать, то сложно остаться националистом.

#времячитать статью целиком на сайте альманаха Подписаться на «Время слышать

На протяжении двух десятилетий Арнольд Шёнберг задавался вопросом, является ли художественно оправданным использование фольклора в профессиональной музыке. В результате он пришёл к выводу о принципиальной несовместимости композиторского «письма» и народного творчества. Последнее, по его мнению, могло угрожать подлинности академизма. ☀В новой статье музыковед и композитор Азамат Хасаншин продолжает развивать мысль Шёнберга и утверждает, что сегодня проблемы национальных композиторских школ обострились настолько, что стали угрожать самому их (школ) существованию. ☀Проблему автор видит в постепенном превращении национального академического творчества республик России в «симфонизированную поп-музыку». ☀Она, в свою очередь, ничего не прибавляет к развитию академического жанра — напротив, опасным и непредсказуемым образом размывает его границу, делая транспарентным, «прозрачным, несущественным и легкопроходимым» тот фронтир, который всегда до того разделял условно «высокие» и «низкие» виды искусства.  ☀Автор видит корневую проблему в присвоении бюрократией самобытного этнического искусства народов СССР в начале 1990-х и, как следствие, превращении фольклора в калейдоскоп музыкального восприятия, в «мировой очаг» наслаждения инфантилизмом. ☀На наших глазах — считает Азамат Хасаншин — происходит радикальное изменение семиотики этнического жеста — «вымывание» оснований академизма, которое носит «успокаивающий», «убаюкивающий» характер; сведение их к самым примитивным формам присутствия звукосмысловой этнической составляющей. #времячитать статью целиком на сайте альманаха Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на «Время слышать»

Дуэт Zventa Sventana создаёт новый звуковой ландшафт вокруг старой идеи: русские народные песни используются в их треках полном объёме, а ключевое состояние дополняется плясовыми клубными ритмами, медитативностью эмбиента, соул-откровенностью. Группа Oligarkh, напротив, препарирует народное в широком смысле наследие — русский фольклор, церковные песнопения, советские массовые и авторские песни, — чтобы сэмплировать, пересобрать и наделить новым смыслом в лучших традициях постмодернизма.

— Вероника Калистратова в свежей статье «Фольклор — это личное» упоминает наших музыкантов и других деятелей российской фолк-сцены. Рекомендуем почитать и подписаться на канал альманаха о новой академической музыке, там интересно.

В статье о московских и петербургских этно-коллективах, экспериментирующих с фольклором, Вероника Калистратова ищет грань между сохранением музыкальной традиции и ее превращением в шоу. 👇Рассуждают сами музыканты Пианист, композитор, музыковед Риад Маммадов:

Мне кажется, сегодня вопрос уже не столько в поиске границы. Проблема глубже — в подмене внутренней логики интонационного развертывания набором узнаваемых стилистических признаков

Продюсер, композитор, художественный руководитель ансамбля «Комонь» Илья Шаров:

Современный неподготовленный зритель до сих пор воспринимает аутентичное пение как непонятный, даже агрессивный шум — это его отпугивает, и мы теряем шанс заронить зерно. Когда я выхожу на сцену и говорю: “Эта песня звучала на свадьбе 100 лет назад, а сейчас мы добавим к ней драйвовый бит и саксофон, чтобы вам было интересно и, главное, понятно”, — мы создаем мост между традицией и современностью. Шоу — это приманка

Композитор, продюсер, перкуссионист Пётр Главатских:

Фольклор — явление, которое ускользает, как вода. В нём интересно разбираться, заблуждаться. И придумывать интересно. Считать, что можно записать форму и она будет дальше существовать, — иллюзия

Руководитель Центра развития творческих компетенций РАМ имени Гнесиных Константин Некрасов:

Можно много рассуждать о том, насколько современные фольклорные коллективы близки к оригинальному звучанию песни: по звуку, по голосоведению, по фактуре. Но нужно понимать что всё, что они делают, — прежде всего авторский взгляд на народную культуру

#времячитать статью целиком на сайте альманаха ☀️Как и в этом тексте, в телеграм-канале «Поле фолка» говорят о народной музыке и ее симбиозе с другими жанрами – например, в творчестве дуэта Zventa Sventana Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на «Время слышать»

Появился новый выпуск альманаха «Время слышать / Слышать время», который издаётся Центром современной музыки при поддержке Союза композиторов России. Там — мой дебют в этом замечательном издании: большая статья о моде на традиционное в программах европейских фестивалей новой музыки и о том, как этот процесс соотносится с происходящим в России. Невероятно польщён возможностью опубликоваться в альманахе. Спасибо Марии Невидимовой за приглашение, редактуру и помощь в работе над статьёй, Алине Моисеевой — за работу с текстом. И, разумеется, помимо моего материала в новом выпуске «Времени слышать / Слышать время» есть что почитать. Как минимум: — Большое биографическое интервью с певицей и профессором Московской консерватории Светланой Ильиничной Савенко по случаю её 80-летия — от Алёны Верин-Галицкой. — Интервью Марии Невидимовой с Булатом Халиловым из Ored Recordings — кажется, первое большое за очень долгое время. — Исчерпывающая статья Евгении Лианской об африканском в австрийском академическом музыкальном театре — феномене, о котором интересно узнать, даже если вы пока не подозреваете, что вам это нужно. — Музыковедческо-популярная статья от Виктории Мирошниченко о рождении феномена «колониального звука». — Дебютный выпуск авторской колонки о философии музыки от Юрия Виноградова — как мне кажется, одного из самых блестящих и интересных русскоязычных авторов о музыке. На телеграм Юрия тоже прямо нужно подписаться всем. — Ф р а г м е н т ы Ольги Алюшиной о Куртаге. — Расшифровки публичных встреч и лекций, прошедших в рамках фестиваля «Ойкумена. XXI века». — онлайн-версия гида по бразильской музыке от Шуры Глазкова из anti-hauntology hauntology, одной из главных зумерских надежд российской музыкальной журналистики. Изначально мастериал вышел в печатном альманахе «Артгида» о бразильской культуре — ещё одного издания, дружественного моему каналу. И ещё много чего интересного. На сайте альманаха можно читать всё подряд — целый день. И подписывайтесь на телеграм-канал альманаха «Время слышать / Слышать время».

Журналист Олег Соболев о новом выпуске альманаха “Время слышать / Слышать время”👇

🔊 Теперь официально: в Telegram настало “Время слышать” Статьи альманаха о новой музыке “Время слышать / Слышать время” продолжат звучать в постах, а их обсуждение – в комментариях. Что здесь будет: #новыйномер Спешим поделиться свежим выпуском – чтобы вы узнали обо всем первыми #времячитать Представляем статьи альманаха. Открываем новые, вспоминаем еще не старые – чтобы вы точно ничего не пропустили #новости Каждую неделю рассказываем о самом важном, насущном и интересном из мира современной музыки – чтобы вы всегда были в курсе Авторы новостей: Владимир Печетов, Вера Есаулкова, Станислава Вяткина и Мария Сидорович Редактор новостной ленты: Вероника Калистратова Полные версии материалов читайте на сайте альманаха Проект создан совместно с Союзом композиторов России при поддержке Минкультуры РФ Подписаться на "Время слышать"