TRUE BASE cf
Open in Telegram
иногда нечто кажущееся для тебя далеким и сложным, может оказаться у тебя прямо перед носом.
Show moreThe country is not specifiedThe category is not specified
352
Subscribers
+424 hours
+117 days
+1130 days
Posts Archive
352
Почему нас волнует мнение других и правда ли мы такие особенные?
Начиная от одежды, простых покупок и увлечений, заканчивая религией и политическими взглядами, мы всегда прислушиваемся к мнению большинства, сами того не замечая. Представим: среди ваших друзей стало много людей, носящих «лолиту», среди ваших собеседников стало много леваков, весь тик ток забит эдитами про разные фандомы, и, следовательно, вы тоже начнёте интересоваться и увлекаться данными темами, будете использовать те же картинки в комментариях, мемы и шуточки, обсуждать то, что обсуждают другие, и следовать популярным тенденциям.
Казалось бы, простые мелочи, но всё это затрагивает экономику, политологию, социологию и психологию, а также поднимает куда более важные вопросы, чем кажется на первый взгляд. Если задуматься, что может скрываться за тем, что я следую за своими друзьями, копирую их стиль общения, одеваюсь как они и заказываю то, что популярно и привлекательно, но в какой-то момент тупо начинаешь задаваться вопросами насчёт своей уникальности и того, есть ли что-то плохое в том, чтобы следовать трендам большинства.Из-за того, что данная тема затрагивает множество сфер нашей общественной жизни и связывает разные эффекты и феномены, попробуем кратко пройтись по основным.
Вспомним культуру отмены, когда популярного блогера гигантской волной необоснованно критикуют. В таких ситуациях возникает
argumentum ad populum
(с латыни буквально, «обращение к большинству») – логическая ошибка, когда популярное мнение, поддерживаемое многими, автоматически определяется как правдивое и верное.Ну и благодаря этому появляется групповое мышление, которое, начиная с локальных групп, охватывает широкую общественность. Это называется bandwagon effect (эффект присоединения к большинству) – форма мышления, при которой ценность и авторитетность предмета или мнения растут вместе с его популярностью.
В макроэкономике это означает рост спроса на товар по мере увеличения числа заинтересованных потребителей и становится мотивацией для крупных рекламных акций. В общественной жизни люди, конечно же, будут голосовать за тех кандидатов, у которых больше голосов, дабы оказаться на «стороне победителя». Поэтому правительства стараются манипулировать статистикой, данными голосований и референдумов, а в личной жизни мы обращаем внимание на численность подписчиков блогера и положительные реакции аудитории.Объяснения таким явлениям существуют разные: начиная от стадного инстинкта и заканчивая конформностью, конформизмом и т.д. Дискуссии до сих пор ведутся, а данное явление всё ещё не изучено до конца.
Конформность
является психологической реакцией индивидуума, адаптацией человека к требованиям и групповому мышлению большинства. Многие учёные по-разному объясняют это: стремлением избежать возможных конфликтов интересов, уступкой человека перед господствующим большинством или подчинением.
Конформизм
скорее относится к социологии, ведь индивидуум полностью не адаптируется, а носит своеобразную маску перед другими, не меняя свои убеждения и интересы, а просто стараясь не выделяться и не оставаться аутсайдером среди остальных. Дресс-код в школах к этому не относится: вас методом подчинения приравнивают к остальным, а в случае конформизма вы сами стремитесь к схожести с окружающими вас друзьями и близкими.Всё начинается с товаров, брендов и костюмов, а заканчивается вашими религиозными и политическими взглядами, а экономическая интеграция и глобализация лишь усугубляют положение вещей. Это необязательно всегда плохо, но мы часто не замечаем, как правительства накручивают ботов и пустые профили, которые должны надувать пузырь популярности определённых идеологий, и как мы подчиняемся пропаганде и другим средствам массовой манипуляции сознанием.
Вот так, друзья. Так что решать, нормис ты или нетакуся, только тебе, но избежать влияния общества невозможно, ведь человек сам по себе, социальное животное.– хистори ܸ #𝒜dmintakes 𝄄 truebase.cf
352
Ладно, богемский клуб чисто американская тема, перестаем хуйню нести и идем смотреть файлы НЛО, где космический мусор приняли за звезду смерти. Кстати, раз уж меня просили затронуть тему БДСМ, садомазо и подобных субкультур, можно начать с культуры e-girls и образа belle delphine, одной из самых скандальных интернет персон последних лет– хистори ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
Вы изначально должны были понимать разнообразие контента, ведь на нашей аватарке лэйн держит манифест унабомбера (кому не поебать)– хистори ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
Неужели щас в спросе мизантропы ненавистники, а не политически, социально мотивированные преступники, хотяяяяяя– хистори ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
БОЖ, тут в тг уже есть кф на любой вкус и под любые ваши страшные фетиши. Но если серьёзно, ладно, неплохая идея!
– хистори
ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
напишите что-нибудь в нашу анонку ❗❗
Тип предлагайте темы, идеи для будущих наших тейков и делитесь своими мнениями насчет всего– хистори ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
Отношение Теда к теракту
Более эффективный протест можно было бы осуществить с гораздо меньшим вредом для невинных людей. Большинство погибших в Оклахома-Сити были, насколько я могу судить, рядовыми государственными служащими — секретарями, офисными работниками и тому подобными людьми, которые не несли никакой ответственности ни за спорную политику правительства, ни за события в Уэйко. Если бы насилие использовалось как форма протеста, то его можно было бы применить гораздо гуманнее и одновременно эффективнее, направив против сравнительно небольшого числа людей, которые лично отвечали за те решения или действия, против которых выступали протестующие. Такой протест привлёк бы не меньше внимания всей страны, чем взрыв в Оклахома-Сити, и при этом представлял бы гораздо меньшую опасность для невинных людей. Более того, он вызвал бы значительно больше сочувствия, чем теракт в Оклахома-Сити, поскольку можно предположить, что многие антиправительственно настроенные люди, которые могли бы принять более ограниченное и целенаправленное насилие, были оттолкнуты огромным количеством невинных жертв в Оклахома-Сити.Жестокость политиков и военных
Средства массовой информации учат нас ужасаться теракту в Оклахома-Сити, но у меня не найдётся времени ужасаться ему до тех пор, пока в мире существуют куда более страшные ужасы, на фоне которых он кажется сравнительно незначительным. Кроме того, наши политики и военные убивают людей в гораздо больших масштабах, чем это произошло в Оклахома-Сити, и делают это по мотивам, которые гораздо более хладнокровны и расчётливы. По приказу президента генерал может убить несколько тысяч человек (обычно включая множество мирных жителей, несмотря на попытки избежать таких потерь), даже не задав себе вопроса, оправдано ли это убийство. Он обязан выполнять приказы, поскольку единственная альтернатива — уйти в отставку, а естественно, ему проще убить несколько тысяч человек, чем поставить под угрозу свою карьеру.
Политики и СМИ оправдывают подобные действия пропагандой о «защите свободы». Однако даже если бы Америка была свободным обществом (а ею она не является), большая часть военных действий США за последние десятилетия не была необходима для выживания американского общества. Эти действия были направлены на защиту сравнительно узких экономических или политических интересов либо на повышение рейтинга президента в опросах общественного мнения. СМИ изображают убийства в Оклахома-Сити как чудовищное злодеяние, но я помню, как они приветствовали действия США во время войны в Персидском заливе почти так же, как болельщики поддерживают свою любимую футбольную команду. Всё это преподносилось словно большой спортивный матч. Я не видел душещипательных историй о предсмертных мучениях иракских солдат или о горе их семей. Причину такого различия понять нетрудно: маленькие войны Америки служат интересам «системы», тогда как внутреннее насилие представляет опасность для этой системы, поэтому её пропаганда должна формировать у людей соответствующее отношение к подобным событиям. Тем не менее меня гораздо меньше отталкивают бессильные диссиденты, которые убивают пару сотен человек, считая, что иначе не смогут донести свой протест, чем политики и генералы — люди, обладающие огромной властью, — которые убивают сотни и тысячи ради холодно рассчитанных политических и экономических выгод.Отношение к федеральным органам
Вы спросили меня о моём мнении относительно поведения федеральных сотрудников правоохранительных органов. Мой личный опыт подсказывает, что федеральные правоохранители не отличаются ни честностью, ни компетентностью и нередко нарушают собственные правила. Опыт научил меня, что любое общение с журналистами для человека в моём положении связано с риском. В данном случае я иду на этот риск главным образом потому, что думаю: Маквей хотел бы, чтобы я помог вам именно таким образом. Как я уже писал в начале письма, когда долго находишься в заключении рядом с другими людьми, между вами возникает чувство солидарности, несмотря на все различия.С уважением, Тед Качинский. – хистори ܸ #𝒜dmintakes 𝄄 truebase.cf
352
Письмо оказалось настолько объёмным, что уместить его в один или даже два тейка не получится. Поэтому придётся разделить его ещё на несколько частей– хистори ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
+1
Схожести правых и левых
Маквей рассказал мне о своей идее (которая, как мне кажется, может иметь определённые основания): некоторые антиправительственные элементы американских правых и левых на самом деле имеют между собой больше общего, чем обычно принято считать, и этим двум группам следовало бы объединить усилия. Это привело нас к обсуждению, хотя и весьма краткому, вопроса о том, что вообще представляет собой «правые».Кто такие правые?
Я отметил, что слово «правый» в политическом смысле изначально ассоциировалось с авторитаризмом, и задался вопросом, почему некоторые радикально антиавторитарные группы (например, «Свободные люди Монтаны») относят к правым вместе с откровенно авторитарными фракциями. Маквей объяснил, что американских ультраправых можно условно разделить на две ветви: фашистско-расистскую и индивидуалистическую, или ориентированную на свободу, которая, как правило, не является расистской. Он не знал, почему эти две ветви объединяют под общим названием «правые», но предложил критерий, по которому можно отличать левых от правых: левые (в современной Америке) обычно не любят огнестрельное оружие, тогда как правых оно, как правило, привлекает.Увлечение огнестрельным оружием
По этому критерию самого Маквея пришлось бы отнести к правым. Однажды он спросил меня, какую винтовку я использовал для охоты в Монтане, и я ответил, что у меня были винтовки калибра .22 и .30-06. Позже Маквей заметил, что одним из преимуществ винтовки .30-06 является возможность использовать бронебойные патроны. Я спросил: «А зачем мне вообще могут понадобиться бронебойные патроны?» В ответ Маквей намекнул, что однажды мне может понадобиться стрелять по танку. Я не стал с ним спорить, но если бы счёл это стоящим усилий, то мог бы дать очевидный ответ: вероятность того, что мне когда-либо придётся стрелять по танку, крайне мала. Думаю, Маквей прекрасно понимал, что такая необходимость вряд ли возникнет — как у меня, так и у него самого, если только он не вернётся в армию.Образ Маквея
Моё предположение состоит в том, что Маквей был похож на многих людей правых взглядов, которых привлекает мощное оружие само по себе, независимо от того, понадобится ли оно им когда-нибудь на практике. Такие люди склонны придумывать оправдания, зачастую весьма надуманные, для приобретения оружия, в котором у них нет реальной необходимости. Однако Маквей не соответствовал стереотипному образу ультраправого радикала. Я уже упоминал, что он говорил об уважении к культурам других народов, и в этом звучал почти как либерал. Он определённо не был злым или враждебным человеком, и я не замечал в нём какого-либо чрезмерного патриотизма. Подозреваю, что по своей природе он был искателем приключений, а в Америке после закрытия фронтира осталось мало места для людей такого склада.Взрыв в Оклахома-Сити
Маквей никогда не обсуждал со мной взрыв в Оклахома-Сити и никогда не делал каких-либо признаний в моём присутствии. Я ничего не знаю об этом деле, кроме того, что сообщали СМИ, поэтому не собираюсь высказывать мнение о том, совершил ли Маквей то, в чём его обвиняют. Однако если предположить, что взрыв в Оклахома-Сити был задуман как протест против правительства США в целом и против действий властей в Уэйко в частности, то я считаю этот теракт плохим поступком, поскольку он был неоправданно бесчеловечным.– хистори ܸ #𝒜dmintakes 𝄄 truebase.cf
352
давно не выпускали тейки про фд. На этой неделе постараюсь это исправить– хистори ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
Во второй части письма Тед рассказывает о своём отношении к федеральному правительству и теракту в Оклахома сити. Если вам понравится первая часть, буду ждать ваших реакций и отзывов, тогда выпустим продолжение.– хистори ܸ #𝒮hitpost 𝄄 truebase.cf
352
Письмо Теда Качинского (Унабомбера) о Тимоти Маквее.
Чувство солидарности среди заключённых.
Для начала стоит отметить, что достоверность моих комментариев о Маквее ограничена тем фактом, что я не знал его особенно хорошо. Нас часто выводили вместе на прогулочный двор, но держали в отдельных клетках из металлической сетки. Большую часть прогулки я проводил, бегая по небольшому овалу, поскольку пространство в клетках было сильно ограничено, поэтому на разговоры с другими заключёнными у меня оставалось лишь 15–20 минут каждой прогулки. Кроме того, поначалу я не хотел сближаться с Маквеем, потому что думал (и не ошибался), что любые дружеские отношения между нами будут освещены в СМИ. Также я полагал (как оказалось, ошибочно), что такие сообщения лишат меня многих сторонников. Однако это нежелание быстро исчезло: когда ты находишься рядом с другими людьми в условиях, существующих в этом тюремном блоке, между вами возникает чувство солидарности независимо от разногласий и сомнений.Первое впечатление о Тимоти Маквее
На личном уровне мне нравился Маквей, и я думаю, что большинству людей он тоже понравился бы. Среди всех заключённых нашего блока он был самым общительным и обладал превосходными навыками общения. Он был внимателен к другим и умел находить подход к людям. Каким-то образом он поддерживал связь даже с заключёнными этажом выше, и поскольку разговаривал с большим количеством людей, то всегда был лучше остальных осведомлён о происходящем.Интеллект и наблюдательность Маквея
Ещё одной причиной его осведомлённости была наблюдательность. В какой-то степени я могу понять эту черту Маквея. Когда долго живёшь в лесу, твои чувства становятся гораздо острее, чем у городского человека: ты почти не пропустишь ни одного следа, даже его обрывка, а малейший звук, выбивающийся из привычной картины звуков в определённом месте и времени, сразу привлечёт твоё внимание. Но когда я находился вдали от леса или был занят какой-либо работой, мои чувства словно обращались внутрь, и эта настороженная наблюдательность отключалась. Здесь, в ADX, мои чувства и мысли большую часть времени также обращены внутрь себя, поэтому мне казалось примечательным, что даже в тюрьме Маквей оставался внимательным и постоянно интересовался тем, что происходит вокруг. У меня сложилось впечатление, что Маквей был очень умным человеком. Он серьёзно размышлял над проблемами современного общества, особенно над вопросом личной свободы, и в той мере, в какой он делился со мной своими взглядами, они казались мне рациональными и здравыми. Однако обсуждали мы эти темы лишь ограниченно, и я не могу быть уверен, что у него не было других убеждений, о которых он мне не рассказывал и которые я не счёл бы разумными. Я почти ничего не знаю о взглядах Маквея на правительство США или на события в Уэйко и Руби-Ридж. Кто-то прислал мне расшифровку его интервью для передачи
60 Minutes
, но я её ещё не прочитал. Поэтому я не могу судить, счёл бы я его мнение по этим вопросам рациональным и обоснованным.Политические взгляды и убеждения Маквея
Маквея обычно относят к ультраправым, и по этой причине некоторые люди, по-видимому, предполагают, что он был расистом. Но я не видел никаких признаков этого. Напротив, он находился в очень дружеских отношениях с афроамериканскими заключёнными, и я ни разу не слышал от него ни одного высказывания, которое можно было бы счесть хотя бы отдалённо расистским. Помню, как он рассказывал, что перед войной в Персидском заливе его и других солдат подвергали пропаганде, призванной вызвать ненависть к людям, против которых им предстояло воевать. Однако, прибыв в район Персидского залива, он обнаружил, что те «враги», которых ему полагалось убивать, были такими же людьми, как и он сам, и научился уважать их культуру.– хистори ܸ #𝒜dmintakes 𝄄 truebase.cf
Available now! Telegram Research 2025 — the year's key insights 
