･｡𓆩The Fallen Angel/Shinyan Church｡･ﾟ’𓆪｡･

После нескольких мощных толчков, Фёдор кончил в рот Николаю и отстранился. Коля начал откашливаться и выплюнул семя, с надеждой глядя на Фёдора в ожидании, что его отпустят. Его вид был растрепанным, на глазах стояли слёзы, а волосы выглядели так, словно он их долго не расчёсывал. В его взгляде читалась жалость. Фёдор же лишь ухмылялся и с вожделением смотрел на своего пленника. Он схватил Колю, поднял его на ноги, заломил руки за спину и прижал к стене. Схватив валявшуюся рядом верёвку, он туго связал ею руки Николая, а тот лишь тихо вымолвил дрожащим голосом: — Фёдор М-Михайлович… П-пожалуйста, не делайте этого! Я буду молиться, буду учить Библию наизусть и верить в бога! — Это ты, конечно, молодец, но, мой дорогой, Бог даёт второй шанс, если начать отмаливать все грехи. А твой Бог — это я. Руки священника тут же залезли в штаны Николая, стягивая их вместе с нижним бельём. Николай пытался сопротивляться, но Фёдор прошептал ему на ухо, прикусывая мочку: — Ну же, не дергайся, тебе понравится~ Руки Фёдора нагло пробрались под рубашку, лапая грудь и играя с сосками. Он нежно ласкал грудь Николая, заставляя его стонать. Оттягивая уже пухлые и твёрдые соски, он наслаждался стонами блондина. Фёдор, готовый к большему, смочил пальцы слюной и резким движением ввёл два пальца внутрь. Николай сразу застонал от неприятных ощущений и промычал: — Ф-Фёдор Михайлович! Фёдор Михайлович!~ Фёдор поглаживал свободной рукой талию Николая, стараясь успокоить его, но продолжал растягивать. Пальцы грубо двигались, попадая прямо в простату, что вызывало громкие всхлипы у блондина. После растяжки Фёдор вынул пальцы, а Николай задрожал, тихо всхлипывая. Священник лишь улыбнулся и схватил его за косу, потянув на себя: — Ох, не переживай, с тобой я буду особенно жесток~ Эти слова напугали Николая, хотя растяжка пальцами была приятной. Пока он размышлял, Фёдор приступил к делу. Резким толчком он вошёл в Николая, начиная интенсивно двигаться в бедном юноше. Николай вскрикнул, выгнулся в спине и громко застонал: — Ах!! ~ Прошу, нежнее!! Боже Господи п-прости меня!— вымаливал он. Его молитвы были услышаны, и Фёдор сбавил темп. Он покусывал шею Николая, оставляя засосы, а руки нежно оглаживали его талию. Николай стонал, как мог, было приятно, но и в тоже время болезненно. Вскоре Фёдор ускорил темп и стал двигаться быстро и грубо. Николай вымаливал имя Фёдора и умолял у господа прощения: — Б-Боже! Прости меня! Феденька! Ф-едор! Святой отец!~ Ноги Николая дрожали и подкашивались, и он уже был готов упасть, но грубые руки священника крепко удерживали его. — Сукин сын! Амх.. Молись громче, громче! Этого недостаточно. Фёдор продолжал втрахивать бедное запыхавшееся тело. На глазах Николая всё больше выступали слёзы, которые текли по щекам. Он скулил, стонал и кричал, лишь бы это прекратилось, хотя и от части было приятно. — Вытащи его.. Прошу! Сделав ещё пару мощных толчков прямо в простату, оба кончили. Николай громко простонал и начал пытаться отдышаться, но Фёдор так и не вытащил орган, который пульсировал внутри. — П-пожалуйста.. Выйди.. — Нет, мой дорогой. — улыбался Фёдор. Помучив ещё пару минут Николая, Фёдор вытащил член и быстро оделся. — Это будет тебе уроком, что за свои слова и поступки нужно отвечать. Не явишься на выступление, живым тебя отсюда не выпущу. После всего этого, Николай стал словно шёлковый, ходил на утренние молитвы и даже явился на выступление, хоть и ноги его совсем не держали и мучила боль в одном месте. Но федор не изверг и дал николаю пару дней на восстановление, заботясь о бедолаге

На 35 реакций 👼 пишу продолжение

Раннее утро в церкви, солнце бросает свои лучи на иконы, освещая помещение. Возле алтаря выстроились ученики, которые пели в хоре, и среди них очень выделялся белобрысый юноша лет семнадцати. Высокий, с расплавленными плечами, весь гордый, а на вид словно ангел. Конечно же, у всего этого хора был руководитель, а точнее Фёдор Михайлович — один из священников церкви. Худощавый, высокий и до ужаса холодный, что от одного его аметистового взгляда становилось не по себе. Молодой священник словно следил абсолютно за каждым, приглядываясь даже к мелким деталям, и практически все его боялись из-за строгости. Сегодня была крайняя репетиция перед выступлением, и Фёдор, как обычно, хорошо подготавливал своих учеников. Но именно наш парнишка, полный храбрости, решил ослушаться всего этого, почувствовав себя храбрым. Николай стоял, как и все, делая вид, что поет, хотя на самом деле просто открывал рот и изредка посмеивался над пением остальных. Николаю было весело, как вдруг весь хор замолчал, и все недовольно смотрели на Николая. Святой отец смотрел ему словно в душу, а позже подошел вплотную, схватив за подбородок: — Я сказал что-то смешное, Николай Яновский? Ну же, расскажи нам, что такое и с чего ты смеёшься? Тем, что ты сейчас делаешь, называется неуважение к господу богу. Перед выступлением нас ждет серьёзный разговор. — Ничего, святой батюшка, пф. Вы так завелись из-за того, что я просто посмеялся? Глупости какие! Вы же знаете, что я в бога не верую, а родители меня сами сюда отдали, вот исполнится 18, сразу сбегу отсюда при первой возможности. Священник сжал подбородок Николая, сильно резко дёрнув: — Тогда вперёд, тебя здесь не держат, убирайся. Бог не любит таких, как ты, ибо любовь к нему я тебе привяжу. Федор отпустил подбородок блондина, чуть оттолкнув его, и продолжил репетицию. После её окончания все разбежались по своим делам, а некоторые остались читать молитвы. Фёдор же схватил бедного Николая за руку и потащил в какую-то комнату вдали от всех. Коля недопонимающе смотрел на священника, чуть смутившись от того, что остался прижат к стене. — Ты, смотрю, совсем разыгрался и от рук отбился, только попробуй не явиться сегодня вечером, паршивец. Николай же ухмыльнулся и расплылся в улыбке. — Святой батюшка, а что вы со мной сделаете, если не явлюсь? Изнасилуете небось? — Коля посмеялся, как вдруг руку блондина обвили талию Фёдора, оглаживая. — Куда же лезут твои руки, милостивый? Неужто демон какой в тебя пробрался? Коля лишь усмехнулся ещё больше, как вдруг руки грубо и смело схватили священника за ягодицы, принимаясь лапать. — Ходят у нас тут слухи, что священник нынче своих учеников поёбывает, не правда случаем? Фёдор вздрогнул и тут же попытался убрать руки Николая, но ничего не получалось. Вскоре священника уже лапали всюду: и промежности, и талию, а также грудь. — Ну что ж, Яновский, потом не плачь и на помощь не зови, считай, что твое наказание перед богом. Ты у меня неделю на ноги встать не сможешь, и вина здесь только твоя перед господом. Грубые худощавые руки схватили Николая и повалили на пол, что Николай оказался на коленях перед господом. В углу висела икона, а также повсюду были свечи и кресты, что вызывало большую страсть в атмосфере, а Коля лишь непонимающе глядел на брюнета. — Ныне распоясался ты, пускай же господь видит всё через икону, а именно то, как ты поддаешься греху и осаждаешь эту церковь. Фёдор резким движением расстегнул ремень и спустил с себя штаны, приподняв рясу Увидев размер органа, Коля слегка удивился и сглотнул слюну. Федор же пилил его взглядом с ужасной пошлой ухмылкой. Руки священника схватили Николая, заставляя открыть рот, и не успел Коля опомниться, как Федор одним толчком вошел в рот Николая. Блондин судорожно вздрогнул и замычал, на глазах выступили слезинки от неприятного чувства тошноты, а Федор же грубо держал голову Николая, начиная двигаться в быстром темпе. Темп все усиливался и усиливался, не давая Николаю даже отдышки, а тот лишь мычал и стонал, схватив Федора за бедра