Туда и обратно

Читая упомянутую книгу о братьях Худяковых, понял, что меня ждёт пополнение в нерегулярной рубрике "Удивительный мир имён". Итак, вот они, как говорится, слева направо: Фёдор, Павел, Афанасий, Александр, Иустин. Ничего не смущает? Вот и меня смутило, не должно ли тут быть написано "и Устин"? Оказалось - должно, в других местах книги он и вправду Устин. Однако, занятно, что опечатка эта разошлась по другим публикациям, и в какой-нибудь краеведческой заметке нет-нет, да и промелькнёт фантомный брат Иустин, прямо как поручик Киже ) На фотографии - тот самый Устин (или Иустин 😁) Худяков. Между прочим, вывел сорт смородины "Приморский чемпион" )

17 февраля 1917 года революционер Константин Суханов отправил друзьям в Петроград телеграмму, в которой сообщал, что, благодаря их помощи его выпустили под залог из владивостокской тюрьмы, и теперь он сможет готовиться к суду по своему делу под домашним арестом в родительском доме. Незадолго до этого он направил прошение на имя ректора университета, в котором просил признать "пребывание в тюрьме в качестве арестованного" уважительной причиной для пропуска осеннего семестра. В ректорате вошли в положение, и на этом основании Костя ушёл в академ до 1 октября. Впрочем, ни в университет, ни в суд он так и не попадёт - государству, которое намеревалось его судить, оставалось существовать всего 2 недели.

О происхождении маньтоу рассказывается в следующей легенде. Однажды китайский полководец Чжугэ Лян (III в.) возвращался из удачного похода против аборигенных племен провинции Юньнань. Случилось так, что путь его войску преградили воды бурной реки. Местный колдун посоветовал принести в жертву речным демонам головы 49 китайских воинов. Чжугэ Лян не захотел лишать жизни тех, кто верой и правдой служил ему в трудном походе. Он приказал изготовить соответствующее число пампушек с мясной начинкой и сам преподнес их демонам, умоляя смилостивиться. Тронутые великодушием полководца, демоны позволили его войску беспрепятственно перебраться на другой берег. Приведенная легенда со всей очевидностью раскрывает изначальный смысл принесения в жертву пампушек как замены человеческих жертвоприношений.

В преддверии Нового года по Восточному календарю расскажу о новогодней традиции, которая мало кого оставит равнодушным: на китайский новый год нужно до отвала наесться пельменями – это сулит богатство. Кроме того, пельмени нужно лепить, непременно, самим и в один из них спрятать монетку (если вы, вдруг, неприлично богаты – то можно и драгоценный камень) – тому, кто её найдёт, весь год будет сопутствовать удача. Если же, вдруг, вы недавно вступили в брак, и детей у вас ещё нет, но хочется, первый пельмень кладите в рот, но не жуйте, а скорее выплёвывайте назад, и прячьте под супружеское ложе. Но будьте осторожны при лепке, порванный пельмень в канун Нового года – к смерти ребёнка. Кстати, а вы знаете, что манты («маньтоу»), в п переводе с китайского, означает «съедобная голова»?

Пока моя, вот уже вторая по счету собственная выставка не закрылась, расскажу ещё про два экспоната в её корейском отделе: подставку с известным сказочным сюжетом "тигр и кролик" и длиннющую курительную трубку. В корейских сказках, если рассказчик хочет указать, что было это давным-давно, он говорит, что было это "во времена, когда тигры курили трубки". В старой Корее, ещё не знавшей о губительности табака, курение было символом высокого статуса, и чем статуснее был человек, тем длиннее была его трубка. С самыми длинными, больше метра, трубками, невозможно было управиться одному - не хватало длины руки, чтобы зажечь в чаше огонь, и требовался специальный слуга, который помогал её раскуривать. Ну а поскольку тигр - очень уважаемый зверь, его трубка, конечно, была очень длина, и потому он изображался в компании прислуживающего ему зайца.

Только на днях писал здесь в комментариях, что зимой Владивостоку не хватает снега, и вот, как говорится... )

О японцах во Владивостоке мы уже упоминали, например, в контексте роста Арита Иносукэ, бизнесмена из Нагасаки, торговца стройматериалами и товарами повседневного спроса, а также строительного подрядчика, перебравшегося сюда в 1875-м. Но когда выходцы с островов впервые появились в нашем городе? По сведениям консула Сэваки Хисато, это случилось почти сразу после основания Владивостока - в 1862 году. В своих записках он приводит историю жизни владивостокского японца по имени Муто, служившего дипломату в этом городе проводником. Во время гражданской войны, положившей начало реставрации Мейдзи, Муто выступил на стороне сёгуна и, закономерно, проиграл, был ранен, после освобождения из-под стражи отправился в Хакодатэ и нанялся слугой на немецкий китобойный корабль, дезертировал с него на Сахалине и выучил там русский язык, работая лесорубом, а концу 1870 г. добрался до Владивостока, где познакомился с двумя другими беглецами с китобойных судов, Тёкити и Кудзо, также, первое время, трудившимися на лесозаготовках за 25 копеек в день. Несколько лет они оставались единственными подданными микадо во Владивостоке, но затем в город стали прибывать и другие японцы: торговцы солью, рисом, фарфором и зонтиками, веерами, фонариками и мебелью. Торговец зонтиками, кстати, оказался весьма ловким парнем: покупая их в Токио по 15 сэн, он продавал их здесь по 80.

В предисловии к книжке 1928 года увидел, что редактор называет героев, братьев Худяковых, пионеров заселения Приморья, в числе прочего, культуртрегерами. Я так удивился, споткнувшись о "новомодное" слово, что даже нашёл сканы оригинала и убедился в его наличии и там. Посмотрел в словарь - оказалось, слово, действительно, "старинное", и в нашем языке обосновалось едва ли не в позапрошлом веке. Вот так-то!

Среди экспонатов новой выставки в доме семьи Сухановых "Слияние культур Приморья" неизменный интерес посетителей вызывают гадальные карты семьи Преев-Смитов. Я вам уже показывал их на этапе отбора материала, и мне, к счастью, удалось на время заполучить их в свои загребущие лапки – опасался, что хранители откажут в выдаче, но нет, всё прошло благополучно, это ведь не позолоченный портсигар. В письмах из Владивостока (по крайней мере, в опубликованной их части, ведь до сих пор свет увидели лишь избранные места обширнейшего эпистолярного наследия миссис Прей), Элеонора нигде не упоминает о своём интересе к гаданиям, прорицаниям, спиритизму, но предмет - вполне в духе времени. Рубеж XIX-XX веков - время всплеска интереса к восточным философиям, оккультным системам, увлечения фен шуй, посещения теософических кружков Елены Блаватской, и Владивосток, несмотря на свою географическую отдалённость, следовал в русле этих модных веяний. Одну из таких мистических историй много лет спустя, в эмиграции, описал в своих воспоминаниях Олег Шевелёв - племянник Яна Янковского, руины "замка" которого до сих пор остаются главной достопримечательностью бухты Витязь. По его словам, один старый кореец сказал, Яну что тот выстроил свой дом на шее горного духа, и дух за это навредит хозяину жилища. Жене же Яна, Ангелине Янковской (в девичестве - Шевелёвой, тёте Олега), интересовавшейся теософией, в начале 1900-х оккультист большого посвящения (некий господин Леман) сказал, что один из её предков был сильным медиумом, использовавшим свой талант во зло, и потому никому из семьи Шевелёвых нельзя заниматься спиритизмом, иначе родовое проклятье падёт и на них. Однако, на Рождество в 1919 году она участвовала в спиритическом гадании на доске, желая узнать, «стреляют ли постовые служащие наших оленей?». В тот же вечер Ян Янковский слёг, у него начались жар и бред. Отправленные за доктором в Посьет сани провалились под лёд Амурского залива. Лошадей достали, но пока они вернулись, пока запрягли новых, пока привезли доктора, Ян, мужчина в самом расцвете лет, атлетического телосложения, скончался. Было ли это местью горного духа, родовым проклятием, или, как считал не склонный к мистике старший брат Яна, Юрий - быстро развившейся тяжёлой формой испанского гриппа, косившего тогда людей по всему миру - выбирайте сами.

Если ваше рабочее место не похоже на это - даже не зовите меня к вам работать)

Обещал рассказать про Свято -Серафимовский мужской монастырь на острове Русском. Остров этот, надо сказать, с царских времён и до наших дней - место сосредоточения военных баз. Вот и ни одной старой фотографии монастыря, вернее, тогда ещё - полковой церкви, я не нашёл, зато в изобилии имеются фото соседних казарм, их и прилагаю к посту) Всего на острове насчитывалось 12 полковых церквей. Одна из них - церковь 34 Сибирского стрелкового полка, сначала располагавшаяся в деревянном бараке (с 1904, или, вероятнее, 1906), а с 1914 - кирпичный храм Серафима Саровского (базилика - прямоугольник с алтарной апсидой, три нефа, два ряда металлических восьмигранных колонн). Это единственный уцелевший из них. Полк отличился под Порт-Артуром и император послал в дар полковой церкви икону преподобного Серафима, которого, незадолго до этого, причислили к лику святых. В первые годы советской власти (с 1923) церковь становится приходской для жителей посёлка Подножье (правда, часть колоколов тут же реквизировали для нужд городской пожарной команды), но в 1929 "передаётся на культурные нужды" - в ней организовывают клуб. Сначала - рабочий при Рудметаллторге, а потом - матросский при ближайшей воинской части. В 1995 на острове сформировался православный приход, а в 1996 им удалось получить здание бывшей церкви - незадолго до того в клубе случился пожар, остался, фактически, остов, и других претендентов не было - городской комитет по образованию, планировавший превращать экс-клуб, экс-церковь в спортивный зал, взял самоотвод. Об истории её толком ничего было не известно, не знали даже, кому был посвящён храм, это выяснилось лишь в 1999 году. До того же, короткий период, церковь была посвящена иконе Божьей матери "Одигитрия", что тоже немного символично, ведь, согласно житию Сергий, а тогда ещё Прохор, в десятилетнем возрасте исцелился от тяжёлой болезни, когда мать приложила его к иконе Богоматери, которую несли по улице крёстным ходом. В 2001 году, в декабре приходская церковь была преобразована в монастырь, в марте 2002 совершён первый постриг. К концу года число насельников достигает семи. Здание церкви было, на первых порах единственной постройкой на монастырском подворье, и то - без купола, с заложенными кирпичом окнами. Звонницу оборудовали под створным знаком - невольный, и довольно простой в прочтении символизм. Часть монастырских колоколов - бывшие корабельные рынды, другие же - напротив, некогда "мобилизованные" на флот (в маячную службу) старинные церковные колокола. В течение следующих лет монастырь обзавёлся и келейным корпусом (2005), и , гостиницей для паломников, мастерскими и трапезной. Последнее приобретение монастыря - высокая красивая настоящая колокольня. Строились новые здания из старинных кирпичей руин царских казарм. Население 12 лет назад (2013) 13 монахов и 12 трудников. По последним данным с сайта епархии (год не указан) население монастыря уже достигло отметки в 30 человек, из них монахи составляют половину. Монастырь имеет свою пасеку и подсобные хозяйства, иконописную мастерскую.

Японский военный в форте Русских, интервенция. Как видите, украшать стены крепости надписями - старая добрая традиция. Эти, похоже, оставили белочехи (но вы так не делайте - памятник истории, как-никак)

Электричка покидает туннель имени Сталина, в 1930-х построенный, чтобы быстро перебрасывать на ж/д платформах артиллерию с Первой речки на полуостров Голдобина.

Иногда общественный дух бродит неведомыми путями и приходит к неочевидным результатам... Так, известно что Первая мировая война привела к закономерному всплеску германофобии, и дрого обошлась русским немцам, многие из которых и в Германии-то никогда не бывали. О переименовании Петербурга в Петроград все наслышаны, кто-то слышал и о перемене некоторыми русскими немцами фамилий, а я вот, давеча, узнал, что во владивостокских школах с началом войны отменили преподавание немецкого языка. Нетривиальное решение, прямо скажем... На фото 23-я батарея форта Русских, 1905 г., немножко не в тему, но я вам про этот форт ещё одну забавную штуку скоро покажу )

На днях меня спросили, сохранился ли в Уссурийске заложенный в 1894 г. Никольский собор. Не то, чтоб я хоть что-то знал про Уссурийск, но по опыту Владивостока, где из дореволюционных православных церквей уцелела лишь одна, и та - на отшибе, в посёлке Подножье, я, конечно, предположил, что никакого собора в Уссурийске не осталось, но, на всякий случай, решил проверить. И таки да - взорван в 1932 году.

Ну вот мне и тридцать лет, как сказала Саша - начало лучшего десятилетия в жизни) Что ж, будем посмотреть, включайте Сектор Газа ) Спасибо, что читаете мой скромный блог, это для меня лучший подарок, но если вам, вдруг, захотелось сделать мне ещё приятнее, порекомендуйте его друзьям )

Чем только не приходится заниматься в музее: вчера я гадал на воске, завтра - буду киномехаником (кстати, приходите). Успел до нового года разобрать музейную коллекцию диафильмов (не экспонаты, вспомогательный материал), и помимо полусотни сказок нашёл с дюжину учебных фильмов для уроков истории, литературы и МХК, на последнем фото - как раз такой, "История крестьянского мальчика". Официально заявляю, что такой эксплуатационной слёзовыжимательной истории я в жизни не видал, а я "12 лет рабства" смотрел) Ну а ещё у нас есть целый ящик диафильмов о том, что СССР - лучшая в мире страна, дело Ленина живёт, а коммунистическая партия, я цитирую: "самая влиятельная организация на планете" )