НеИБи

Даркетплейс развивается Исследователи из BI.ZONE на своей конференции OFFZONE 2026 представили свежее исследование «Threat Zone 2026: обратная сторона». Они изучили более 35 тыс. объявлений злоумышленников на теневых форумах, маркетплейсах и в Telegram-каналах за последний год. Рынок корпоративных доступов, по их данным, вырос на 20% по числу объявлений, а цены поднялись до 15%. При этом продавцы теперь не просто предлагают логин и пароль, они выкладывают подробные профили организаций (тип подключения, уровень прав, актуальность, подтвержденную работоспособность). Покупатель заранее знает, можно ли украсть данные, двинуться по сети, зашифровать все или перепродать доступ дороже, докрутив что-то самостоятельно. Цена обычного доступа к корпоративной инфраструктуре — $500–600, а за админские права просят $2–5 тыс. Malware-as-a-service уже никого не удивишь. ВПО распространяют по подписке с техподдержкой и обновлениями. Конкуренция строится не вокруг отдельных инструментов, а вокруг экосистем: стилер, шифровальщик, эксплоит и удаленное управление от одного вендора. Например, в июле группировка Wrecking Hyena запустила единую площадку с полным набором за $1,6 тыс. (билдер за $500, готовый шифровальщик — $800, стилер с модулем шифрования еще $300). Ждем, когда прикрутят баллы «Спасибо» или «Плюсы» какие-нибудь. За них как раз будет удобно скупать все сильнее подешевевшие баз утекших данных. Впрочем, растет не все. Доля объявлений о продаже эксплоитов на открытых форумах упала с 18% до 13%. Хотя и тут, исследователи BI.ZONE поясняют, что это все не из-за спада спроса, а из-за ухода в закрытые чаты, боты и приватные сделки (читай – стали хуже находить такие объявления). @antiinfosec

Маленький запрос — большой ответ Исследователи из нескольких университетов обнаружили два новых способа DDoS-атак, которые используют «перевод» трафика между разными версиями HTTP. Атаки получили название CDN Tsunami и позволяют усилить входящий поток запросов от атакующего до 350 раз против атакуемого сервера. Проблема затрагивает шесть крупных CDN-провайдеров: Alibaba, Baidu, Tencent, Amazon CloudFront, Cloudflare и Fastly. Суть в том, что CDN общается с браузером пользователя на современном протоколе HTTP/3, а с сайтом за ним на старом HTTP/1.1. Эту разницу и используют две техники: HTTP/3 Bandwidth Amplification (HBA) использует сжатие заголовков в HTTP/3. Атакующий отправляет крошечный запрос с индексом, а CDN вынужден развернут» его в огромный HTTP/1.1-заголовок. При этом трафик атакующего не превышает 500 Кбит/с, а трафик на сервере жертвы превышает 100 Мбит/с. Максимальный коэффициент усиления в 350 раз достигается у Alibaba, Baidu и Tencent благодаря поддержке динамической таблицы QPACK. HTTP/3 Connection Amplification (HCA) атакует не пропускную способность, а количество соединений. Одно HTTP/3-соединение может открыть множество параллельных потоков, каждый из которых заставляет CDN открывать новое TCP-соединение к серверу жертвы. Отправляя данные очень медленно, атакующий удерживает эти соединения открытыми, исчерпывая лимиты сервера. Четыре HTTP/3-соединения с 96 потоками каждое могут создать 384 бекенд-соединения. Исследователи просканировали 1 млн доменов и нашли 151,6 тыс. субдоменов у шести провайдеров, из которых 42,3 тыс. ответили на HTTP/3-запрос и были признаны потенциально уязвимыми. Пока атак в дикой природе не зафиксировано, а CVE-идентификаторы не присвоены. Baidu и Tencent уже внедрили предложенные исправления, остальные провайдеры изучают проблему. Атака будет представлена на конференции SRDS в Риме в конце сентября. @antiinfosec

Взлом Dahua камер За 35 дней, с 17 июня по 22 июля 2026 года, один оператор скомпрометировал более 14,5 тыс. IP-камер Dahua. Больше всего взломанных устройств оказалось в Украине и России. Исследователи из Hunt.io обнаружили кампанию случайно — нашли в открытом доступе рабочую директорию самого оператора с 407 МБ данных: исходники, логи, креды, скриншоты с камер, shell-историю. Оператор просто забыл закрыть HTTP-сервер. Атака шла по трем направлениям одновременно. Первое — это банальный брутфорс порта 37777. Система перебирала логины и пароли, скомпрометировав так 12 324 уникальных IP-адреса. Второй шаг — эксплуатация старых уязвимостей CVE-2021-33044 и CVE-2021-33045 (CVSS 9.8) через инструмент p2pwn — так взломали еще 1 923 камеры. Третьим уровнем стала облачная relay-атака: 283 камеры за NAT были скомпрометированы просто по серийному номеру, без пароля. В 89,4% случаев серийного номера хватало для доступа. На взломанных камерах оператор оставил постоянный бэкдор-аккаунт p2pwn / p2password. Он хранится независимо от административного пароля и переживает смену пароля, а на большинстве прошивок даже сброс к заводским настройкам. Хуже того, инструментарий генерирует коды восстановления на основе серийного номера камеры через штатный процесс Dahua. Удаление бэкдор-аккаунта не аннулирует эти коды — они остаются рабочими, пока Dahua не изменит логику на стороне сервера. Рекомендации стандартные, но критичные. Все камеры Dahua, которые были доступны через порт 37777 в период с июня по июль, считайте потенциально скомпрометированными. Проверьте наличие аккаунта p2pwn и удалите его. Установите прошивку SA-2021-0130 или новее. Отключите P2P, если оно не нужно. @antiinfosec

Ус отклеился Одно из самых популярных имен, под которые маскируются вредоносные файлы в Windows, — svchost.exe. Десятки легитимных процессов с этим именем постоянно висят в диспетчере задач, и пользователь просто не обратит внимания на очередной. Злоумышленники знают это и не только называют свои файлы похоже, но и активно мимикрируют под системный процесс. Недавно исследователю попался файл svchost.pyc. На первый взгляд обычный svchost, но на деле скомпилированный Python-байткод с многоступенчатой логикой. Код частично зашифрован через Base85 → XOR → LZMA-декомпрессия, затем exec(). Статический анализ был не прост, но исследователь неплохо поработал. Внутри классический набор техник: COM Hijacking через scrobj.dll, добавление в исключения Defender, патчинг AMSI и ETW в памяти процесса и внедрение shellcode в другой процесс через VirtualAllocEx → CreateRemoteThread. Процесс маскируется под svchost.exe -k netsvcs через подмену PEB. А еще он помечается как критический для системы (ProcessBreakOnTermination) и защищен двумя вотчдогами через Scheduled Task и WMI. Если говорить простым языком, то перед нами не просто вредоносный файл, а целая система выживания. Автор позаботился о том, чтобы программа не только запустилась, но и надежно закрепилась в системе, скрылась от глаз защитников, обманула антивирусы и даже мешала себя остановить. Как пишет исследователь этой малвари: «злоумышленник фактически собрал вокруг Python-процесса небольшую систему восстановления и маскировки». Но расширение .pyc выдало файл с головой. Ус-то и отклеился. @antiinfosec

Не пробив, а ПРОБИВИЩЕ Люблинский суд приговорил двух бывших сотрудников офиса МТС к 9 месяцам ограничения свободы. Схема простая: договорились с заказчиком в Telegram, подделали доверенность абонента, выгрузили детализацию звонков и SMS, отдали за деньги. Никакого ИИ, никакого 0-day, никакой APT. За девять месяцев 2025 года 95,6% утечек, связанных с персоналом российских компаний, пришлись на умышленную кражу данных. В опросе InfoWatch 37% респондентов назвали умышленные действия сотрудников важнейшей причиной инцидентов, ещё 42% указали на случайные. Не «кликнул не туда», а пришёл и вынес. Рынок DLP в России в 2025 году достиг 17 млрд рублей и в 2026 может вырасти ещё на 40-50%. Инциденты с ИИ-агентами за тот же год затронули 42% организаций против 31% годом ранее. Про второе пишут все, первое считают решённой задачей. Медианная стоимость «пробива» за семь лет наблюдений DLBI выросла в 18,5 раз, мобильный пробив по «большой четвёрке» подорожал в 3,3 раза. Рынок не убит, он подорожал и ушёл глубже. Стоимость атаки выросла, сама атака осталась. Сотрудник МТС не обходил DLP, SIEM и видеофиксацию. Он работал в рамках полномочий: пришёл «клиент» с доверенностью, оформили запрос, выдали детализацию. Для системы это нормальная транзакция, а не аномалия. Постфактум-анализ сработает тогда, когда данные уже в чужом Telegram. Детализация в рознице стоит несколько тысяч рублей при известно какой зарплате сотрудника офиса продаж. Первый приговор по делу: 6 месяцев ограничения свободы, потом ещё 3 за вскрывшийся эпизод. Санкция ч. 3 ст. 272 УК допускает до 5 лет. «Несуны» из советских цехов выносили через проходную то, что плохо лежит. Изменился только предмет выноса: вместо деталей теперь детализация. Мотивация, психология и организационная слепота те же. Ну и пока к охраняемым данным есть легитимный доступ у человека с зарплатой ниже стоимости этих данных, самый устойчивый вектор утечки это хакерская атака, а рядовой сотрудник. @antiinfosec

Стилер на удаленке Новый стилер для macOS под названием AmnesiaStealer выбрал нестандартный путь. Он не просто крадет файлы и пароли, а предоставляет оператору живое удаленное управление вашим браузером. Распространяется через ClickFix-кампании (жертву просят скопировать и выполнить команду в терминале), после чего запускается загрузчик, скачивающий защищенный паролем ZIP-архив с основным Mach-O-исполняемым файлом. Исследователи из Jamf обнаружили, что злоумышленники используют тот же шаблон, что и при распространении Atomic и MacSync. В основе атаки модуль stream_module, который получает управление через команду remote_stream. Он копирует профиль Chromium-браузера жертвы вместе с аутентификационными данными и загружает его в скрытый headless-браузер на зараженной системе. Модуль работает с семью Chromium-браузерами, включая Chrome, Edge, Vivaldi, Arc, Opera, Brave и сам Chromium. Все они используют один DevTools Protocol, флаги запуска и шифрование cookie. Браузер запускается в headless-режиме с ключами, ослабляющими защиту, после чего профиль дублируется и указывается в качестве места хранения данных. Дальше два WebSocket-канала. Один соединяется с C2 оператора и принимает команды навигации и кликов, другой — с локальным headless-экземпляром через webSocketDebuggerUrl, открывая доступ к Chrome DevTools Protocol. Оператор получает скринкаст сессии с частотой около 3 кадров в секунду и может управлять браузером через клавиатуру, мышь, скролл и навигацию. Помимо этого, стилер вытаскивает пароли, криптокошельки, Apple Notes, Telegram-сессии, данные связки ключей и профили из 16 Chromium-браузеров. На macOS 26 предусмотрен fallback-механизм. Если не удается получить существующий Chrome Safe Storage key, малварь подменяет его своим, делая старые cookie и пароли навсегда недоступными для жертвы, но доступными для атакующего. Это первый задокументированный macOS-вредонос, который комбинирует клонирование профиля Chromium с CDP-управлением в реальном времени. @antiinfosec

КиберЧВК На этой неделе Трамп подписал меморандум, который в новостях уже окрестили «разрешением частникам проводить кибератаки». Отрасль в целом насторожилась. Отметим главеное: проверенные частные компании под надзором Минюста и Минбезопасности смогут проводить «кибероперации наблюдения и воздействия» против иностранных криминальных группировок. Все действия только с письменного одобрения, под залог от $1 млн и с запретом на действия, ведущие к гибели людей. CFAA никто не отменял. По сути хакеров берут в гособоронподряд. Сторонники считают, что частный сектор самый инновационный, и напоминают, что потери от киберпреступности в 2025 превысили $20 млрд, почему бы не привлечь лучших. Скептики возражают: компании могут получить полномочия, которых нет у госорганов, а атрибуция в криминальных операциях — штука сложная. Бывший чиновник Cyber Command назвал это «вечным двигателем для биллинговых угроз». Юристы проводят параллели с каперскими грамотами. В России же скорее слышан гогот, особенно громко — в одной «лаборатории». В меморандуме почти ничего не сказано о международно-правовых последствиях и о том, что будет, если операция пойдет не по плану. А классифицированное приложение вообще за рамками публичного обсуждения. Что это? Охота за лучшими техниками и кадрами или просто трамповское бахвальство тем, о чем в приличных службах принято помалкивать? Решать вам. @antiinfosec

Йо-хо-хо и каперский патент в 2026 Белый дом выпустил меморандум, который легализует то, о чём вендоры мечтали лет двадцать: частным американским компаниям разрешают ломать чужие сети. Не «активная защита», не honeypot-и с юридической оговоркой, а прямым текстом — Cyber Surveillance Operations и Cyber Effects Operations против зарубежных киберпреступных группировок. Определения в документе даны без эвфемизмов. Surveillance — это доступ к чужой системе без разрешения владельца или с превышением полномочий, с намерением остаться незамеченным. Effects — манипуляция, нарушение работы, отказ, деградация или уничтожение систем и данных. То есть ровно то, за что 18 U.S.C. 1030 сажает. Меморандум эту коллизию решает изящно: раз компания действует «под контролем и надзором» федерального правительства, значит, всё по закону. Приблизительно так работали каперские патенты, только вместо испанских галеонов — инфраструктура скам-центров. Схема управления: программу ведёт National Coordination Center, у неё два содиректора — от Минюста и от DHS. Каждый пакет операции они обязаны согласовать между собой и утвердить письменно до начала работы. Компания проходит ветинг, подписывает контракт и вносит депозит не меньше миллиона долларов, который сгорает при нарушении условий. Отдельно оговорено, что в программу должны попадать и крупные подрядчики «за объём», и мелкие — «за гибкость». Ограничители тоже есть, и они интереснее самих разрешений. Содиректора не имеют права санкционировать операции с Critical Outcomes — гибель людей, тяжкий вред здоровью или применение силы в смысле международного права. Если в процессе выяснилось, что зацепили американское лицо или систему на территории США — операцию остановить, провести минимизацию, немедленно доложить. Всё, что касается граждан США, требует отдельной санкции, судебной или иной. Операционный workflow и рамки таргетирования вынесены в засекреченное приложение. Самый занятный абзац с определениями. CE-TCO это иностранная группа, не являющаяся частью иностранного государства и не действующая полностью по его указанию. И дальше: группа считается негосударственной, пока нет чётких разведданных об обратном. Презумпция вывернута и теперь по умолчанию любая цель законна. Учитывая, сколько известных группировок живут в серой зоне между криминалом и госзаказом, дефолт тут решает многое. Процедуры должны быть готовы за 60 дней, первый отчёт — через 180. Так что к весне узнаем, кто именно получил патент. @antiinfosec

Малварь для самых маленьких Наверняка вы не раз задумывались попробовать себя в роли разработчика вредоносного ПО. Не для того, чтобы кого-то взломать, а для саморазвития, чтобы лучше понять, как работает Windows изнутри, как антивирусы принимают решения и почему вообще вся эта индустрия существует. Мы нашли для вас отличный материал — «Malware 4 Noobs (version 0.1 expanded)». Автор честно предупреждает, что он ненавидит писать и ненавидит использовать ИИ для текстов, так что все сделано «старым добрым способом — через боль и страдания». Пока там только начало, но ветка будет расширяться. Сразу отметим, что писать малварь — не преступление. Автор подчеркивает: «Intent is what matters with malware» — намерение решает все. Он опубликовал сотни сниппетов и PoC, получал благодарности от исследователей и преподавателей университетов и никогда не имел юридических проблем. Теперь про механику. Автор развенчивает миф о том, что малварь — это всегда один .exe-файл, который прилетает на почту. «Maybe in the 90's malware was a .exe delivered straight to your machine, but that isn't very common now». Современная малварь — это многоступенчатая цепочка. Есть stager— его задача проверить окружение: не виртуалка ли это, какой антивирус стоит, какая версия Windows. И только если стейджер решит, что «берег чист», он подтянет и запустит payload — ту самую полезную нагрузку. Стейджер — расходный материал, его легко переписать, особенно с помощью того же ИИ. А вот payload — это уже серьезно, его терять жалко. Особый интерес вызывает техника LOLBIN (Living Off the Land Binaries) — когда малварь использует легитимные программы, которые уже есть в Windows, чтобы выполнять свои задачи. Это называется «fileless malware» — потому что на диске не остается вредоносного бинарника, только вызовы к системным утилитам. О таком мы уже как-то рассказывали. Например, та же техника ClickFix, когда жертва заходит на сайт, видит фейковую капчу, в clipboard автоматически копируется команда с вызовом LOLBIN, а пользователя просят нажать Win+R и понеслась. И это только один из сотен вариантов. В общем, если вы только ищете себя в реверс-инжиниринге или просто хотите понять, как устроена современная малварь изнутри — этот гайд определенно стоит вашего внимания. Он на английском, но автор пишет живо, с юмором и без воды. И, конечно, помните, что практиковаться стоит только в изолированной среде, на своих виртуалках. @antiinfosec

Донат за переписки Группировка с украинскими корнями Armored Likho, она же Eagle Werewolf, в мае 2026 года провела свежую кампанию шпионажа против частных лиц и организаций в России. Замечены крупные корпорации, госсектор, ИТ и образование. Как отмечают исследователи «Лаборатории Касперского» методом входа послужило приложение, оформленное под сервис для пожертвований русским фондам. Пользователь вводит пароль, видит каталог товаров для донатов, а в это время дроппер тихо распаковывает и запускает полезную нагрузку. Интерфейс на Rust и Tauri, каталог тянет данные с orderapiserver[.]info. В итоге вместе с деньгами уходит и сессия в Telegram. Новый набор инструментов группировки называется Still Toolkit, и он написан на Rust. Первый компонент Still Sync, ворующий Telegram-сессии. Он собирает серийный номер материнской платы, CPU ID, System UUID, BIOS, доменное имя, хэширует это SHA-256 в sysmarker и регистрирует устройство на C2. Затем ищет папку tdata, а если не может получить доступ к файлам, использует три механизма с SeBackupPrivilege, включая Shadow Copy и Robocopy в бэкап-режиме. После этого Sync логинится в аккаунт жертвы через Telegram API и выкачивает личные данные, список чатов, диалоги и медиафайлы до 250 МБ. Второй компонент Still Audio — имплант для скрытого аудионаблюдения. Он анализирует входящий аудиопоток, определяет голос по RMS-алгоритму и записывает разговоры, когда кто-то говорит. Предбуфер сохраняет пару секунд до начала речи, чтобы не терять начало. Запись останавливается после примерно 7 мс тишины. Готовые файлы кодируются через libmp3lame и улетают на C2. При этом модуль даже не пытается скрыть использование микрофона. В Windows он честно виден как «Intel Audio». То есть по идее индификатор прям в трее видно должно было быть, но вряд ли догадывается проверить список приложений с доступом к микрофону. Инфраструктура тоже на уровне. Домены типа tg4service[.]com, srwinservice[.]com, windowserv[.]net и managementapiservice[.]com зарегистрированы в разное время, используют разных хостинг-провайдеров. Но если C2 недоступен три дня, Still Audio переключается на Dead Drop Resolver, то есть тянет зашифрованный Blowfish URL с GitHub-репозитория, форка популярного проекта. Ключ шифрования тот же самый, что использовался в старых версиях AquilaRAT. То есть группа строит экосистему, рассчитанную на долгосрочное использование под разные векторы. @antiinfosec

::%16777216 Если вы когда-нибудь видели в логах RDP загадочную строку ::%16777216 вместо IP-адреса и думали, что это какой-то хитрый хакерский прием с ngrok, спешим обрадовать. На самом деле это просто ошибка в коде Windows, которую Microsoft отказалась исправлять, потому что «это не уязвимость». Про 67 шутить не будем. Сотрудник Positive Technologies Константин Грищенко решил разобраться в этом артефакте, который кочует из отчета в отчет уже несколько лет. Он потратил время, поднял API Monitor, покопался в отладчике, нашел точное место в rdpcorets.dll, где IPv6-адрес ::1 съезжает на четыре байта и превращается в ту самую кашу. А потом отправил отчет в Microsoft. Ответ был коротким и элегантным: «Moderate, no CVE, no additional updates will be provided». Конкретно артефакт появляется в событии EventID 1149 журнала TerminalServices-RemoteConnectionManager в поле Source Network Address. Число 16777216 — это 2²⁴, и возникает оно из-за того, что при обработке IPv6-адреса ::1 последняя единица «съезжает» в поле scope ID из-за несоответствия размеров структур sockaddr_in и sockaddr_in6. При этом баг живет в системе с Windows 8 и Server 2012. В новых сборках Windows 11 его уже починили, но для Windows 10 — увы, legacy есть legacy. Так что ::%16777216 остается отличным индикатором туннелированного RDP-подключения — просто теперь вы знаете, что нежелание Microsoft тратить ресурсы на косметический ремонт. @antiinfosec

Хакер больше не нужен Исследователи из израильской Dream заявили о первом известном случае полностью автономной кибератаки на государственные системы. В начале июля система на базе ИИ-агентов четыре дня атаковала государственные структуры Тайваня. Но это не точно, о чем ниже. До восьми агентов одновременно создавали карту инфры 21 системы, искали уязвимости и самостоятельно меняли тактику, если очередной способ проникновения не срабатывал. В результате были скомпрометированы 85 учетных записей и данные более 2,5 тыс. сотрудников. Затем атака пошла дальше — на ядерный регулятор, госструктуры и семь энергетических компаний. Интересно, что для операции не потребовался какой-то секретный ИИ-инструмент. Dream обнаружила в интернете архив объемом 160 МБ с 1395 файлами, где фигурировали открытые агентные фреймворки Hermes и OpenClaw. Конкретную модель исследователи установить не смогли. Защитные ограничения, судя по журналам, обходились довольно буднично: вредоносные действия выдавались за разрешенное тестирование безопасности. Иными словами, теперь jailbreak может быть не только способом заставить модель написать вредоносный код, но и частью полноценной операционной цепочки. Главное отличие от прошлогодних кейсов — степень самостоятельности. В ноябре 2025 года Anthropic рассказывала об операции китайских хакеров, где ИИ выполнял 80–90% технической работы, но люди все еще принимали ключевые решения. В новом случае Dream говорит об end-to-end атаке: агенты сами проводили разведку, выбирали цели внутри инфраструктуры, искали новые пути проникновения и перераспределяли задачи между собой. Человек в такой схеме все больше напоминает не оператора, а просто заказчика. При этом с атрибуцией пока осторожно. Dream не связывает операцию с конкретной группировкой и публично не подтверждает, что целью был именно Тайвань. FT указывает на Тайвань со ссылкой на источник, знакомый с расследованием, а возможную связь с Китаем исследователи связывают в том числе с использованием упрощенного китайского в внутренних сообщениях. Но, возможно, такая аккуратность в атрибуции — нежелание поднимать сколькую тему с целостностью Китая/Тайваня (нужное подчеркнуть). @antiinfosec

Plug and Pwn без Plug Исследователи Алехандро Эрнандо и Борха Мартинес представили на DEF CON 34 технику «Plug and Pwn», которая превращает легитимный механизм Windows Plug and Play в полноценный путь к SYSTEM-доступу. То есть речь идет о простой эмуляции USB-устройства и цепочке уязвимостей в подписанных драйверах сторонних вендоров. Атака работает на полностью обновленной Windows 11. Физический вектор начинается с эмуляции устройства Sierra Wireless — Windows послушно устанавливает SwiService.exe, который запускается как SYSTEM-сервис и предоставляет примитив для изменения DNS. Дальше эмуляция Sony FeliCa-ридера, чей инсталлер тянет конфигурацию по незащищенному HTTP. Подменив DNS, исследователи перенаправляют запросы на свой сервер и через path-traversal кладут DLL в System32. Переподключение Sierra-устройства загружает эту DLL с правами SYSTEM. Удаленный вектор «NoPlug and Pwn» работает через RDP при включенном USB-редиректе. Стандартный пользователь удаленного сеанса может отправлять поддельные USB-дескрипторы через канал URBDRC, заставляя хост эмулировать несуществующее устройство. В демонстрации использовали Intel RealSense. Его установщик запускает .EXE из директории, доступной на запись обычному пользователю, что позволяет подменить CRYPTBASE.dll через search-order hijack. Результат — тот же SYSTEM, но уже без физического доступа. Microsoft в ответ напоминает, что RDP USB-редирект по умолчанию отключен, а администраторы могут ограничивать установку драйверов через групповые политики. Но исследователи подчеркивают: подписанные драйверы и доверенные каналы обновлений — не решение проблемы. @antiinfosec

Виноваты структурные особенности форматов. ZIP-архив, например, можно читать с конца — все нужные заголовки сидят в хвосте файла. Это позволяет просто склеить два файла: начало будет валидной картинкой, конец — валидным архивом. Современные офисные документы (DOCX, XLSX, PPTX), APK и JAR внутри вообще являются ZIP-архивами с переименованным расширением. А некоторые форматы настолько лояльны к структуре, что приложение найдет нужный фрагмент где угодно, даже если он не в начале или в конце. Под классификацией MITRE это проходит как T1036.008 — Masquerade File Type. Примеров из реальных атак масса. Группа Head Mare доставляла PhantomPyramid в виде ZIP-вложения. Внутри был EXE-файл с приклеенным ZIP-архивом, а жертва запускала его через ярлык с двойным расширением PDF.LNK. В кампаниях со StrRAT и Ratty использовали полиглот из подписанного MSI-пакета с вредоносным JAR-кодом на конце — один файл, который Windows видит как инсталлятор, а Java — как архив. StrelaStealer шел в виде HTML-файла, внутри которого сидела DLL: ярлык в архиве запускал файл дважды — один раз как HTML в браузере, второй как DLL через rundll32. А IcedID вообще упаковали в матрешку из ZIP → ISO → CHM, где CHM-файл был собран так, что стандартная справка Windows видела документ, а mshta — исполняемый скрипт. Самое забавное, как с этим борются средства защиты. Большинство решений не доверяют расширению, а смотрят на начало файла. И если файл начинается с безобидной картинки или PDF, глубокий анализ часто не применяется. Злоумышленники этим пользуются и инструктируют жертву переименовать файл, но система ведет себя уже не как с картинкой, а как с тем, что скрыто внутри. В прошлом году Proofpoint зафиксировала кампанию UNK_CraftyCamel против авиационной и спутниковой отрасли ОАЭ. Там использовали два PDF-полиглота: один с HTA-скриптом, второй со скрытым ZIP-архивом, который в итоге ставил бэкдор Sosano (все так, не мы придумали). Защита, как ни странно, не требует сложных технологий. Закрытые списки разрешенных приложений, продвинутые почтовые фильтры с CDR (технологией пересборки вложений) и детонацией в изолированной среде. EDR стоит настраивать на глубокий анализ подозрительных файлов — всех архивов, офисных документов и файлов с нестандартными расширениями. И да, стоит объяснить сотрудникам, что если их просят переименовать файл или открыть его в конкретной программе — это повод насторожиться. @antiinfosec

Один файл, два расширения, ноль доверия Файл, который одновременно является и картинкой, и архивом, и документом, и исполняемым кодом — звучит как странный подход, но на практике это вполне себе рабочий инструмент для обхода почти любой защиты. «Лаборатория Касперского» разобрала технику polyglot-файлов, которая в последние годы встречается во все большем числе кибератак, от массовых фишинговых рассылок до точечных шпионских кампаний. Суть в том, что злоумышленник конструирует файл так, чтобы разные программы интерпретировали его по-разному. Сменили расширение — и вот уже PNG превратился в ZIP. Виноваты структурные особенности форматов. ZIP-архив, например, можно читать с конца — все нужные заголовки сидят в хвосте файла. Это позволяет просто склеить два файла: начало будет валидной картинкой, конец — валидным архивом. Современные офисные документы (DOCX, XLSX, PPTX), APK и JAR внутри вообще являются ZIP-архивами с переименованным расширением. А некоторые форматы настолько лояльны к структуре, что приложение найдет нужный фрагмент где угодно, даже если он не в начале или в конце. Под классификацией MITRE это проходит как T1036.008 — Masquerade File Type. Примеров из реальных атак масса. Группа Head Mare доставляла PhantomPyramid в виде ZIP-вложения. Внутри был EXE-файл с приклеенным ZIP-архивом, а жертва запускала его через ярлык с двойным расширением PDF.LNK. В кампаниях со StrRAT и Ratty использовали полиглот из подписанного MSI-пакета с вредоносным JAR-кодом на конце — один файл, который Windows видит как инсталлятор, а Java — как архив. StrelaStealer шел в виде HTML-файла, внутри которого сидела DLL: ярлык в архиве запускал файл дважды — один раз как HTML в браузере, второй как DLL через rundll32. А IcedID вообще упаковали в матрешку из ZIP → ISO → CHM, где CHM-файл был собран так, что стандартная справка Windows видела документ, а mshta — исполняемый скрипт. Самое забавное, как с этим борются средства защиты. Большинство решений не доверяют расширению, а смотрят на начало файла. И если файл начинается с безобидной картинки или PDF, глубокий анализ часто не применяется. Злоумышленники этим пользуются и инструктируют жертву переименовать файл, но система ведет себя уже не как с картинкой, а как с тем, что скрыто внутри. В прошлом году Proofpoint зафиксировала кампанию UNK_CraftyCamel против авиационной и спутниковой отрасли ОАЭ. Там использовали два PDF-полиглота: один с HTA-скриптом, второй со скрытым ZIP-архивом, который в итоге ставил бэкдор Sosano (все так, не мы придумали). Защита, как ни странно, не требует сложных технологий. Закрытые списки разрешенных приложений, продвинутые почтовые фильтры с CDR (технологией пересборки вложений) и детонацией в изолированной среде. EDR стоит настраивать на глубокий анализ подозрительных файлов — всех архивов, офисных документов и файлов с нестандартными расширениями. И да, стоит объяснить сотрудникам, что если их просят переименовать файл или открыть его в конкретной программе — это повод насторожиться.Один файл, два расширения, ноль доверия Файл, который одновременно является и картинкой, и архивом, и документом, и исполняемым кодом — звучит как странный подход, но на практике это вполне себе рабочий инструмент для обхода почти любой защиты. «Лаборатория Касперского» разобрала технику polyglot-файлов, которая в последние годы встречается во все большем числе кибератак, от массовых фишинговых рассылок до точечных шпионских кампаний. Суть в том, что злоумышленник конструирует файл так, чтобы разные программы интерпретировали его по-разному. Сменили расширение — и вот уже PNG превратился в ZIP.

Вентиль дал течь Valve уведомляет европейских покупателей своего железа об утечке данных. Виновник — логистический партнер CEVA Logistics, который подвергся кибератаке в период с 29 июля по 1 августа. О самом инциденте Valve узнала только 7 августа, хотя некоторые европейские ритейлеры были проинформированы уже 1 августа. CEVA — не мелкая контора. 1000 складов, 15 млн отправлений за прошлый год и выручка $18,3 млрд в 2025. Атака затронула восемь европейских складов компании. В зоне риска все, кто заказывал Steam Machine, Steam Controller и, вероятно, Steam Deck в Европе. CEVA хранит данные о доставке до 90 дней, поэтому под удар попали и относительно старые заказы. Утекли имена, адреса, телефоны, email-адреса, а также тип и цена заказанного товара. Пароли, платежные данные и Steam Guard-коды не пострадали — CEVA просто не имеет к ним доступа. Менять пароль Steam не нужно. Главная угроза теперь — фишинг. Valve предупреждает, что злоумышленники могут присылать письма, SMS и звонить, цитируя ваш реальный адрес для убедительности. Будут просить подтвердить доставку, оплатить «небольшую пошлину» или войти куда-то для «верификации». Valve советует считать все такие сообщения фейковыми. Компания уже уведомляет регуляторов и требует от CEVA полного отчета. @antiinfosec

NIST против ФСТЭК Сегодня обсудим не совсем злободневную тему, которую поднял и не раскрыл автор статьи на Хабре, уведя все в другую сторону. В апреле 2026 года ФСТЭК утвердила методический документ, по которому пароль в госсистемах и КИИ меняется не реже раза в 90 дней, а на мобильных устройствах — раз в 30. Примерно за девять месяцев до этого NIST в финальной редакции SP 800-63B записал дословно: «Verifiers and CSPs SHALL NOT require subscribers to change passwords periodically». Два регулятора, два противоположных требования. Давайте разберем аргументы каждой стороны. ▪️Почему NIST запретила плановую смену Логика NIST строится на простом наблюдении, мол принудительная смена пароля приводит к предсказуемым и слабым паролям. Пользователь, которому каждые 90 дней нужно придумывать что-то новое, неизбежно выбирает минимальные вариации: Password1 ➡️ Password2 ➡️ Password3. Эту же динамику подтвердил и сам автор оригинальных правил 2003 года Билл Берр, публично извинившись: «Многое из того, что я сделал, теперь вызывает у меня сожаление». Вместо ротации NIST предлагает три вещи: длинные пароли (рекомендуемые 15 символов и более), проверку новых паролей по базам скомпрометированных данных и смену только при подтвержденном факте компрометации. В итоге, никаких сложностных правил, никаких регулярных смен. ▪️Почему ФСТЭК сделала ротацию обязательной У российского регулятора иная модель угроз. Ключевой аргумент простой как табурет: плановая смена ограничивает «окно уязвимости» — время, в течение которого злоумышленник может использовать украденный хэш или скомпрометированные учетные данные. Если пароль украли, но не заметили, ротация через 90 дней (или 30 на мобильных) автоматически закрывает доступ. Кроме того, смена пароля попутно завершает все активные сессии, включая те, о которых пользователь мог не знать. В государственных информационных системах и на объектах КИИ цена компрометации может быть существенно выше, чем в коммерческом секторе, поэтому здесь действует презумпция «лучше перебдеть». Методичка ФСТЭК 2026 года также требует запрет на повтор 12 последних паролей. Ни одна из сторон не является однозначно неправой, так как у них просто разные вводные. NIST исходит из поведенческой психологии и статистики. Спорить с тем, что люди не умеют придумывать новые пароли под давлением, и это ослабляет общую безопасность больше, чем гипотетическая угроза несвоевременной смены, сложно. Но и ФСТЭК исходит из нормативной логики и модели угроз для критической инфраструктуры: если утечка произошла, а вы ее не засекли, ротация — хороший прием. Оба подхода имеют право на существование. Проблема возникает, когда их пытаются смешивать или когда одну логику механически переносят в другую среду. Для коммерческого сектора и рядовых пользователей NIST, скорее всего, ближе к истине. Для госсистем и КИИ с их спецификой требований ФСТЭК — как минимум до появления работающих альтернатив вроде аппаратных токенов и passkeys — остается единственным легальным путем. Выбор, как обычно, определяется не тем, что правильнее, а тем, что требует проверяющий. 🔤🔤Отдельно стоит сказать про двухфакторную аутентификацию — в этом вопросе позиции регуляторов, как ни странно, сходятся. NIST в SP 800-63B рассматривает MFA как обязательный элемент для среднего и высокого уровней доверия (AAL2 и AAL3), требует двух независимых факторов из разных категорий и рекомендует MFA по умолчанию для всех пользователей. ФСТЭК в приказе №117 предписывает государственным и муниципальным системам «строгую аутентификацию с использованием криптографических методов», а при технической невозможности — многофакторную. В будущем, возможно, обсудим войну двухфакторки с адептами паролей — тема обширная и достойная отдельного разговора. @antiinfosec

Доверием сыт Разработчики, которые используют Claude Code для ревью пулл-реквестов, оказались в ситуации, где одна доверенная папка может стоить всех секретов. Исследователь безопасности Кевин Брин обнаружил, что злоумышленник может добавить в PR файл .mcp.json, и Claude Code запустит указанную в нем команду сразу при открытии ассистента в репозитории до того, как разработчик вообще успеет что-то ввести или явно одобрить эту команду. Проблема в модели доверия. Claude Code использует workspace-trust, то есть если вы один раз нажали «Yes, I trust this folder», эта доверенность распространяется на всю конфигурацию репозитория и на все, что в него потом приходит, включая ветки из внешних PR. А конфигурация MCP (Model Context Protocol) позволяет указать локальный сервер с произвольной командой для запуска. И да, эта команда запускается с привилегиями разработчика. В версии 2.1+ диалог доверия к тому же перестал предупреждать о MCP-серверах в клонированном репозитории — теперь он просто спрашивает «Это ваш проект?» и ничего не перечисляет. В ответ на сообщение об уязвимости Anthropic ответила, что «поведение работает как задумано». Их позиция, мол когда вы доверяете папке, это покрывает всю конфигурацию репозитория, включая .claude/settings.json и .mcp.json, а защита от вредоносных изменений в уже доверенном репозитории выходит за рамки их модели угроз. Исследователи возражают: разница между простым просмотром кода и запуском автономного агента — принципиальная. Особенно если учесть, что в CI-среде диалог доверия вообще не показывается, а атака проходит без единого клика. Рекомендации просты и потому трудновыполнимы. Относитесь к .mcp.json и .claude/ как к исполняемому коду. Проверяйте изменения в этих файлах до того, как проверять PR-ветку. Не запускайте Claude Code в репозиториях с непроверенными MCP-конфигурациями. Для ревью PR используйте изолированные виртуальные машины. @antiinfosec

Один бренд мало, пять — хорошо UNC6671, она же BlackFile, в мае 2026 года громко объявила о своем «закрытии». Сторонний наблюдатель мог бы решить, что группе надоело вымогать деньги или что их всех арестовали. Ничего подобного. Как выяснил Google Threat Intelligence Group, BlackFile просто переименовалась, причем сразу в четыре бренда: Redact, Pink, Helix и Falcon. Техники, процедуры и даже фишинговые шаблоны остались прежними, а вот табличек над дверьми стало больше. Очевидно, для удобства бухгалтерии. Механика не меняется годами, и это, пожалуй, самое печальное. Звонок сотруднику на личный мобильный от лица IT-поддержки, срочная миграция на «безопасные passkeys», ссылка на поддельный портал, перехват логина, пароля и MFA-токена через AiTM-инфраструктуру. Дальше автоматические скрипты, выкачивающие данные из Microsoft 365 и Okta. Все это работает до сих пор, потому что люди по-прежнему верят голосу в трубке, если он звучит достаточно уверенно. Но самое палевное — это инфраструктура. Оказалось, что все четыре новых бренда используют одни и те же поддельные домены для сбора учетных данных. Например, passkeyhelpdesk[.]com одновременно обслуживал жертв, которых потом шантажировали и Falcon, и Helix. Красact, Pink. Более того, переход от BlackFile к Redact авторы объяснили тем, что «некий беглый аффилиат скомпрометировал бренд». В историю «мы не распадались, мы просто ребрендимся, а тот парень просто самозванец» звучала бы убедительно, если не смотреть на WHOIS. Эволюция целей тоже показательна. Весной 2026 года группа атаковала производство, недвижимость, здравоохранение и страховые компании. К июню переключилась на технологии, транспорт и гостиничный бизнес, где хранят исходники и данные VIP-клиентов. А к июлю сузила фокус до финансового сектора: частные инвестиционные фонды, юридические фирмы, рейтинговые агентства. Темп регистрации доменов ускорился с одного каждые 2,2 дня до одного каждые 1,6 дня. В общем, группа не просто жива, она активно масштабируется. @antiinfosec

Сертификат на доверие Мы привыкли считать, что Android — это дикий запад с APK из непонятных источников, а iOS — это крепость, которую не взять. Крепость, возможно, и не взять, но вот обойти — вполне. «Лаборатория Касперского» обнаружила зараженные версии популярных iOS-приложений, которые распространялись через русскоязычный Telegram-канал. Среди пострадавших онлайн-площадка для продажи товаров, фоторедактор и видеосервис. В модифицированные версии злоумышленники встроили модуль, который собирает информацию об устройстве, геолокацию и делает скриншоты экрана. Механика распространения вызывает уважение своей продуманностью. В Telegram публикуют установочные файлы IPA и предлагают пользователям купить сертификат разработчика. Дальше этот сертификат импортируется в утилиты для установки сторонних приложений вроде eSign или Scarlet, и программа подписывается для установки через приватные механизмы iOS. Можно и без покупки сертификата. Например, с компьютера или на джейлбрейкнутом устройстве. То есть жертва сама платит за то, чтобы лишиться безопасности. Бизнес-модель, достойная отдельного исследования. Вредонос, к счастью, не умеет работать в фоне. Пока приложение открыто, он может снимать экран, передавать геолокацию, код оператора и кучу технических параметров вроде уровня заряда батареи и наличия джейлбрейка. Но как только закрыли, он неактивен. Это не делает атаку менее опасной, но хотя бы дает шанс заметить, что ваше приложение для просмотра видео вдруг начало делать скриншоты. Впрочем, кто смотрит на разрешения? «Пользователи скачивают модифицированные версии популярных программ — без рекламы, с разблокированным платным функционалом, — напоминает Сергей Пузан из «Лаборатории Касперского». — Этим пользуются злоумышленники». Рекомендация, как всегда, банальна до скрежета: устанавливайте приложения только из официальных источников. А если программы нет в App Store — сходите на сайт разработчика и уточните, как ее ставить легально. И да, сертификат разработчика, купленный с рук в Telegram, — это какой-то вверх неосмотрительности. @antiinfosec