Арбитражный процесс для бизнеса

Ввод здания в эксплуатацию не может является доказательством надлежащего исполнения договора строительного подряда. К такому выводу пришла СКЭС при разрешении спора между «реноватором» ЗИЛа и его подрядчиком. Определение от 10.06.2021 г. № 305-ЭС18-22181 по делу № А40-110034/2017 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2006566 «Корпорация ТЭН» заключила с обществом «КТБ Строительство» в 2015 г. договор подряда стоимостью 521,58 млн. руб. на реконструкцию зданий завода АМО ЗИЛ на ул. Автозаводской в Москве, которое должно было превратить корпуса завода в офисы, апартаменты и стоянку. Но заказчик отказался от договора в связи с выполнением работ подрядчиком с недостатками и их неустранением. Суды рассмотрели возникший спор об оплате выполненных подрядчиком работ, судьбе гарантийного удержания, убытков заказчика, связанных с устранением недостатков и договорных обязательствах. После череды рассмотрений и обжалований с заказчика – «Корпорации ТЭН» в пользу подрядчика – «КТБ Строительство» было взыскано 146,31 млн. руб. задолженности по выполненным работам, 136,95 млн. руб. штрафной неустойки за задержку оплаты, 21,20 млн. руб. гарантийного удержания, 3,42 млн. руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, а в удовлетворении встречного иска на 188 млн. было отказано. СКЭС Верховного суда удовлетворила жалобу «Корпорации ТЭН» и вернула дело в первую инстанцию. Интересно отметить выводы коллегии о следующем: 1) ст. 753 ГК РФ предусматривает возможность составления одностороннего акта, но названная норма защищает интересы подрядчика, если заказчик необоснованно отказался от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку (Инф. письмо Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда), а заказчик («Корпорация ТЭН») на предъявленные ему акты КС-2, КС-3 направил мотивированные возражения, отказавшись от приемки работ и потребовав устранить недоделки, а подрядчиком («КТБ Строительство») не было представлено доказательств отсутствия некачественно выполненных работ или их устранения, опровергающих возражения заказчика, мотивы отказа заказчика от подписания актов, предъявленных к оплате обществом, не признаны судами необоснованными, 2) отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков по причине отсутствия их фактического наличия противоречит положениям ст. 15, 393 ГК РФ, предусматривающих возможность взыскания будущих расходов, необходимых для восстановления нарушенного права, 3) суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности, в этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела (ч. 5 ст. 393 ГК РФ), 4) факт ввода объекта в эксплуатацию не может заменить факт подписания сторонами акта приемки-передачи работ при доказывание надлежащего исполнения договора строительного подряда, т.к. указанные действия регулируются различными нормами и правилами (ГрК РФ, ГК РФ, СНиП и др.) и служат для различных целей.

Миллиардная неустойка и Московский метрополитен. СКЭС Верховного суда указала на основания для отмены судебного акта. http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2008358 Определение от 18.06.2021 г. № 305-ЭС21-980 Московский метрополитен решил взыскать 4,2 миллиарда рублей неустойки с ЗАО «Триада-Холдинг», ссылаясь на нарушение сроков выполнения работ по 38 договорам. В ответ получила скромный встречный иск на 94,5 миллиона рублей, мотивированный неоплатой нескольких договоров. В рамках дела были проведены две экспертизы. АС города Москвы взыскал 300 млн., а с учетом встречных требований в пользу метрополитена было взыскано 198 млн. рублей. Апелляционный и окружной согласились с первой инстанцией. СКЭС Верховного суда направило дело на рассмотрение в первую инстанцию в части встречного требования и неустойки, и указала коллегам на то, что нужно было учесть (впрочем, это надо учитывать и не только в этом деле): 1) делая выводы о том, что работы по договору не подлежат принятию в полном объеме, и о правомерности начисления неустойки, суд должен обосновать эти выводы конкретными обстоятельствами, 2) суд должен обосновать установленный им период просрочки, а также дать оценку доводам ответчика об уплате им начисленной за период с неустойки, 3) за нарушения объемов и качества выполненных работ, согласно условиями договоров, установлена самостоятельная ответственность, а наличие связи между некачественным выполнением работ и нарушением сроков их выполнения должно быть мотивировано, 4) всем доводам ответчика должна быть дана оценка, а представленные доказательства должны быть исследованы, 5) заявление о пропуске срока исковой давности должно быть рассмотрено судом, а указанные в заявление доводы должны быть проверены и оценены; в случае отклонения такого заявления должны быть приведены мотивы и основания.

СКЭС Верховного суда поставила под сомнение реальность оплаты по договору в размере 2,5 млн. $, хотя нижестоящий суд признал оплату вполне реальной. Определение от 09.11.2021 г. № 305-ЭС21-9462 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2054904 В рамках дела о банкротстве Общества объявился кредитор с заявлением о включении в реестр задолженности в размере 250 млн. рублей, включающей как долг, так и неустойку. Суд первой инстанции удовлетворил заявление. Обжаловать заинтересованным лицам не получилось, суды так посчитали сроки давности, что решили даже не рассматривать жалобу. Бывший генеральный директор общества указывал на фальсификацию его подписи и на отсутствие финансовых возможностей у кредитора на передачу указанной суммы по договору, а также на то что вообще не сталкивался с данным лицом в ходе осуществления своих полномочий. Как выяснилось долг появился из-за того, что физлицо М. в наличной форме передало Обществу в 2008 г. 2,5 млн. $ (по курсу 64 млн. рублей) в рамках договора и получило квитанцию. Большую часть этих денежных средств – 58 млн. рублей физлицо М., т.к. обозначенной суммой не располагало, заняло у физлица К.. Затем уже физлицо М. уступило право требования долга физлицу К., а физлицо К. уступило это право юрлицу, которое и обратилось в суд,  СКЭС Верховного суда направила дело в первую инстанцию, указав коллегам на следующее: 1) судебной практикой по делам о банкротстве выработаны критерии, позволяющие устранить сомнения в факте совершения платежа (п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35) путём: выяснения финансового состояние плательщика, проведена экспертиза подлинности и давности подтверждающего платеж документа, выяснения обстоятельств, при которых совершался платеж, и т.д., 2) суд вправе включить в предмет доказывания любые сведения, которые позволят пролить свет на спорные обстоятельства, устранить имеющиеся у суда убедительные сомнения в реальности операции и принять обоснованное решение. 3) отсутствие ходатайства о фальсификации доказательства не препятствует проведению почерковедческой экспертизы, 4) принятие доказательств и пояснения третьих лиц только со стороны истца и отсутствие проверки по существу контрдоводов возражающих лиц, приводит к созданию судами ситуации, при которой процессуальные возможности противоборствующих сторон не являются равными, одна из сторон ставится в преимущественное положение, что нарушает принципы состязательности и равноправия сторон в арбитражном процессе (ст. 8 и ст. 9 АПК РФ).

Мухиев, Янчук, Гуль и Пахомкин были привлечены к ответственности за долги банка в рамках этого же спора, но ранее. В материалах дела бесспорных документов об одобрении сделок при этом не обнаружилось. Нашелся только один протокол - заседания правления 10 сентября, но в его повестке не было вопроса о спорных сделках, о принятии решений по ним говорилось только в приложении, которое подписано одним только Пахомкиным. Относительно всех других заседаний имеются только выписки, которые завизированы секретарем правления Инной Сорокиной и Гулем. Однако суды первой инстанции и кассации сочли эти документы достаточными для привлечения бывших банкиров к субсидиарной ответственности, апелляция же встала на их сторону, сочтя протоколы фальсифицированными. Именно ее акт в итоге оставил в силе ВС РФ по итогам рассмотрения жалобы экс-банкиров. ВС РФ заявил, что кассация не озвучила мотивы, по которым сочла ошибочными выводы суда апелляционной инстанции о фальсификации протоколов. "Фактически суд округа исходил из того, что статус ответчиков не исключал возможности одобрения спорных сделок, то есть положил в основу своих выводов неподтвержденные конкретными фактами подозрения, что такое одобрение могло потенциально иметь место", - указал ВС РФ. По его мнению, занятый судом округа подход приводит к обвинительному уклону в делах о привлечении к субсидиарной ответственности, что является недопустимым. https://fedresurs.ru/news/8028280e-63c6-4bb2-be18-366b47d3f727?attempt=1

Обвинительный уклон при привлечении руководства "лопнувших" банков к ответственности недопустим - ВС РФ Москва. 12 ноября. ИНТЕРФАКС - Верховный суд (ВС) РФ заявил о недопустимости обвинительного уклона в делах о привлечении к субсидиарной ответственности в делах о банкротстве кредитных организаций. Для взыскания долгов банка с его владельцев и бывшего топ-менеджмента нужно доказать, что их решения были не только невыгодны, но и потери от них оказались существенны для банка. К такому выводу ВС РФ пришел по итогам рассмотрения спора о привлечении к ответственности ряда бывших топ-менеджеров "лопнувшего" Гринфилдбанка, следует из опубликованного определения суда. ВС РФ акцентирует внимание на том, что привлекать к субсидиарной ответственности можно исключительно тех, чьи действия "непосредственно привели к банкротству кредитной организации". А для выяснения этого, необходимо определиться с тремя обстоятельствами. Первое: была ли у ответчика возможность оказывать существенное влияние на деятельность банка. Это, например, подчеркивает суд, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям. Второе условие: действия собственника или бывшего топ-менеджмента привели к существенным негативным последствиям для банка. При этом, по мнению ВС РФ, "сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности". Ответчик может ссылаться на разумность своего решения и соответствие его установленным в банке правилам. Предполагается, что человек действовал добросовестно, если совершение или одобрение сделки произошло на основании положительного заключения/рекомендации профильного подразделения банка, в том числе кредитного департамента. Третье условие: ответчик являлся инициатором или соучастником этих действий или получил выгоду в результате их совершения. ВС РФ указывает, что суду "необходимо поименно устанавливать вовлеченность каждого конкретного ответчика в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них". "Тот факт, что лица занимали одну и ту же должность в банке (например, входили в состав правления или кредитного комитета) либо обладали одинаковым статусом контролирующего лица, еще не означает потенциальной тождественности выводов в отношении их вины", - говорится в опубликованном определении. ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В деле Гринфилдбанка АСВ пыталось привлечь к субсидиарной ответственности бывшее руководство банка на 5 млрд рублей. Оно ставило в вину бывшим членам совета директоров и членам правления банка одобрение осенью 2015 года, незадолго до отзыва лицензии, существенно убыточных сделок на 5 млрд рублей, приведших к несостоятельности кредитной организации. Речь шла про выдачу кредитов банкам, имевшим признаки банкротства, приобретение у них же прав требования по кредитам неплатежеспособным "техническим" заемщикам, а также неликвидных векселей, выдачу ссуд техническим компаниям и т.д. Санкция на совершение этих сделок была оформлена решениями правления от 10 и 14 сентября 2015 года, а также совета директоров от 10 сентября и 6 октября 2015 года. Членами правления на тот момент числились Санал Пахомкин (председатель), зампреды Евгений Лавринов, Юрий Шунин и Александр Гуль, Елена Горбылева и Наталья Зубрицкая, в отношении Александра Воронова информация была противоречивой (претензии к нему суды отвергли). В совет директоров входили Гуль, Всеслава Семыкина, Ираида Синицына, Александр Афанасьев, Ирина Семыкина. Однако ответчики настаивали на фальсификации доказательств и подчеркивали, что сделки не одобряли. Об этом же, как свидетельствуют материалы уголовного и арбитражного дела, дал показания, и Гуль. Он был главным проводником распоряжений Магомеда Мухиева и Михаила Янчука - лиц, под контроль которых перешел Гринфилдбанк в конце лета 2015 года.

Таможня оказалась не права и таможенная экспертиза не помогла ей. Определение от 25.10.2021 по делу № 301-ЭС21-19458 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2050766 Общество «Автозавод «ГАЗ» ввезло в Россию «клеммы минусовые». Данные товары импортёром были отнесены к «соединительным и контактным элементам для проводов и кабелей», на ввоз которых установлена ставка ввозной таможенной пошлины - 0 %. Но Приволжская электронная таможня посчитала эти клеммы приборами («приборы измерительные универсальные без записывающего устройства»), при ввозе которых применяется пошлина – 5%. Для того чтобы доказать то, что клеммами не получится произвести измерения «Автозаводу «ГАЗ» пришлось обратиться в арбитражный суд. Там таможенники настаивали на своём, в том числе и на основании таможенной экспертизы.  Первая инстанция присушилась к доводам «ГАЗа», а к таможенной экспертизе отнеслась как к одному из доказательств. В экспертном заключение не был дан ответ на вопрос о том, что именно измеряют клеммы, если их рассматривать как измерительный прибор. Решение налогового органа было признано недействительным. Апелляционный и окружной суд согласились с первой инстанцией. Но таможня продолжила упорствовать в своём заблуждении и обратилась в Верховный суд. Судья Завьялова Т.В. отказала в передаче жалобы в СКЭС Верховного суда, указав что судебные акты приняты в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза, Основными правилами интерпретации товарной номенклатуры ВЭД, и с учётом позиции изложенной в постановлении Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», а также на то, что таможенный орган не доказал правомерность иной классификации товара.

Что нужно учесть, привлекая к субсидиарной ответственности членов правления и совета директоров. Определение от 07.10.2021 г., № 305-ЭС18-13210 (2) http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2047256 По заявлению конкурсного управляющего (КУ) были привлечены субсидиарной ответственности член Совета директоров члена Правления банка «Балтика». При этом суд апелляционной инстанции решил привлечь их к субсидиарной ответственности, окружной согласился с апелляционными. КУ ссылался на совершение ими убыточных для банка сделок. Суд апелляционной инстанции указал на то, что эти лица, действуя от имени банка, подписали кредитные договоры с техническими компаниями, не ведущими реальной хозяйственной деятельности, без надлежащей проверки заемщиков и без ликвидного обеспечения на сумму 267 млн. руб. и 4,784 млрд. руб. и ряд других операций, которые причинили банку значительный материальный ущерб. Но СКЭС Верховного суда решила направить дело в первую инстанцию и указало на то, что надо учесть при привлечении лиц к субсидиарной ответственности: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника, 2) привела ли реализация ответчиком соответствующих полномочий к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное состояние, 3) является ли ответчик инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (п. 3, 16, 21, 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), в тоже время, 4) возражая против доводов истца, ответчик вправе ссылаться на правило о защите делового решения, а именно, что он действовал разумно и добросовестно (п. 3 ст. 53.1ГК РФ), 5) в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности, 6) на истце лежит бремя опровержения названной презумпции посредством доказывания, например, того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность для кредиторов, либо что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением заключения, 7) контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Можно ли переносить «отрицательную разницу» на следующий месяц при оплате электроэнергии и откуда она берётся. Определение от 12.10.2021 г. № 305-ЭС21-10221 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9041-37832%2F2020 ЗАО «Балашихинская электросеть» обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «УК Павлино» о взыскании 1,87 млн. руб. задолженности по договору энергоснабжения. Суды встали на сторону продавца электроэнергии. В кассационной жалобе УК настаивала на обязанности ресурсоснабжающей организации при расчетах с УК в последующем периоде учесть «отрицательный» объем коммунального ресурса, поставленного на ОДН в текущем расчетном периоде. Разберёмся откуда берётся «отрицательная разница ОДН»: компания-продавец поставляет к сети дома электроэнергию, в доме имеется прибор учёта поставленной энергии и энергии, потреблённой жильцами. Каждый месяц считается разница между поставленной энергией и потребленной жильцами, эта разница признаётся энергией, потраченной на общедомовые нужды (ОДН). Бывает, что жильцы указывают (а значит и должны оплатить) энергии больше, чем получено, потому что съём показаний идёт не синхронно – это и есть «отрицательная разница ОДН». Компания продавец в случаях «отрицательной разницы ОДН» просто считает эту разницу равной 0, хотя плату принимает в полном размере. УК хотела, чтобы эта разница приносилась на следующий месяц, как неиспользованные минуты и гигабайты у сотовых операторов. Суды трёх инстанций решили, что законных оснований для такого переноса нет. СКЭС Верховного суда отправила дело в первую инстанцию и указала на то, что нужно учесть: 1) при рассмотрении конкретных споров и определении на основании подпункта «а» п. 21 (1) Правил ОЗД, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 14.02.2012 № 124, размера обязательства исполнителя по оплате коммунального ресурса, поставленного в целях содержания общего имущества МКД в текущем периоде, объем, определенный по показаниям ОДПУ, подлежит уменьшению на величину «отрицательной» разницы, образовавшейся в предшествующем расчетном периоде (Определение ВС РФ от 27.06.2019 № 303-ЭС18-24912), 2) ВС РФ указывал, что если величина потреблённого (указанного жильцами) электричества превышает объем поставленного (зафиксированного общедомовым прибором учёта), то объем, подлежащий оплате в следующих расчетных периодах, уменьшается на разницу между указанными величинами, что исключает для ресурсоснабжающей организации возможность получить плату за не оказанные услуги и позволяет устранить несоответствие фактического потребления коммунального ресурса, вызванного невозможностью одновременного снятия показаний со всех приборов учета (Решение ВС РФ от 20.06.2018 № АКПИ18-386).

ИП решил вернуть уплаченный три года назад налог по УСН, мотивировав это решением налогового органа о взыскание налога с другого ИП по ОСН из-за «дробления бизнеса». Определение от 18.10.2021 г. № 309-ЭС21-11163 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2048660 ИП Г. в 2019 г. обратилась в налоговый орган с заявлениями о возврате излишне уплаченного налога по УСН в общей сумме 826 тыс. рублей за 2015-2016 г.. Налоговый орган отказал по основанию истечения трехлетнего срока. ИП Г.К. обратилась в арбитражный суд, обосновав своё заявление тем, что налоговый орган в отношении другого ИП – ИП П., являвшемся контрагентом ИП Г. сделан вывод о создании ИП П. схемы «дробления бизнеса» и распределение выручки между взаимозависимыми лицами, в т.ч. и ИП Г., для создания формальных условий для применения УСН. В 2019 г. ИП П. были доначислены налоги по общей системе налогообложения за 2014 – 2016 годы, в т.ч. с учетом доходов и расходов ИП Г. за 2015 – 2016 годы. Суды встали на сторону ИП Г., посчитав что ИП Г. могла узнать об излишней уплате ею налога по УСН только после принятия налоговым органом решения в 2019 г. в отношении ИП П., вследствие чего трехлетний срок ею не пропущен. Но СКЭС Верховного суда решила отправить дело в первую инстанцию и указала на необходимость учесть следующее: 1) налогоплательщик налога по УСН по итогам налогового (отчетного) периода считается обладающим всей полнотой информации о налогозначимых фактах его собственной предпринимательской деятельности, влияющих на размер указанного налога, вследствие чего он может его самостоятельно исчислить, продекларировать и уплатит, 2) юридические основания для возврата переплаты по итогам финансово-хозяйственной деятельности наступают с даты представления налоговой декларации (расчета) за соответствующий налоговый (расчетный) период, но не позднее срока, установленного для ее представления в налоговый орган (Постановление Президиума ВАС РФ от 28.06.2011 № 17750/10), 3) следует установить почему ИП Г., будучи обязанной самостоятельно исчислять, декларировать и уплачивать налог по УСН по итогам своей предпринимательской деятельности, узнала об излишней уплате налога только в 2019 г. из решения налогового органа,  4) суд должен исследовать вопросы о том, осуществляла ли в действительности ИП Г. облагаемую УСН предпринимательскую деятельность в 2015 – 2016 годах, самостоятельно ли она исчисляла, декларировала и уплачивала данный налог. Хотя СКЭС Верховного суда прямо не указала на пропуск заявителем трехлетнего срока, но указала нижестоящей инстанции исследовать обоснованность заявления о возврате излишне уплаченного налога, в т.ч. правомерность ссылки на дату решения налогового органа о доначисления налога другому ИП из-за «дробления бизнеса».

ИП решил вернуть уплаченный три года назад налог по УСН, мотивировав это решением налогового органа о взыскание налога с другого ИП по ОСН из-за «дробления бизнеса». Определение от 18.10.2021 г. № 309-ЭС21-11163 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2048660 ИП Г. в 2019 г. обратилась в налоговый орган с заявлениями о возврате излишне уплаченного налога по УСН в общей сумме 826 тыс. рублей за 2015-2016 г.. Налоговый орган отказал по основанию истечения трехлетнего срока. ИП Г.К. обратилась в арбитражный суд, обосновав своё заявление тем, что налоговый орган в отношении другого ИП – ИП П., являвшемся контрагентом ИП Г. сделан вывод о создании ИП П. схемы «дробления бизнеса» и распределение выручки между взаимозависимыми лицами, в т.ч. и ИП Г., для создания формальных условий для применения УСН. В 2019 г. ИП П. были доначислены налоги по общей системе налогообложения за 2014 – 2016 годы, в т.ч. с учетом доходов и расходов ИП Г. за 2015 – 2016 годы. Суды встали на сторону ИП Г., посчитав что ИП Г. могла узнать об излишней уплате ею налога по УСН только после принятия налоговым органом решения в 2019 г. в отношении ИП П., вследствие чего трехлетний срок ею не пропущен. Но СКЭС Верховного суда решила отправить дело в первую инстанцию и указала на необходимость учесть следующее: 1) налогоплательщик налога по УСН по итогам налогового (отчетного) периода считается обладающим всей полнотой информации о налогозначимых фактах его собственной предпринимательской деятельности, влияющих на размер указанного налога, вследствие чего он может его самостоятельно исчислить, продекларировать и уплатит, 2) юридические основания для возврата переплаты по итогам финансово-хозяйственной деятельности наступают с даты представления налоговой декларации (расчета) за соответствующий налоговый (расчетный) период, но не позднее срока, установленного для ее представления в налоговый орган (Постановление Президиума ВАС РФ от 28.06.2011 № 17750/10), 3) следует установить почему ИП Г., будучи обязанной самостоятельно исчислять, декларировать и уплачивать налог по УСН по итогам своей предпринимательской деятельности, узнала об излишней уплате налога только в 2019 г. из решения налогового органа,  4) суд должен исследовать вопросы о том, осуществляла ли в действительности ИП Г. облагаемую УСН предпринимательскую деятельность в 2015 – 2016 годах, самостоятельно ли она исчисляла, декларировала и уплачивала данный налог. Хотя СКЭС Верховного суда прямо не указала на пропуск заявителем трехлетнего срока, но указала нижестоящей инстанции исследовать обоснованность заявления о возврате излишне уплаченного налога, в т.ч. правомерность ссылки на дату решения налогового органа о доначисления налога другому ИП из-за «дробления бизнеса».

Если налоговая признала деятельность физлица предпринимательской, то это накладывает обязанности, но не лишает прав. Определение от 20.05.2021 г. № 309-ЭС21-6042 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=1998028 Инспекция ФНС г. Челябинска проведена камеральная проверку налоговой декларации по НДФЛ, поданной гражданином за 2018 год. В результате гражданин был привлечён к ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ за неуплату НДФЛ на 204 тыс. руб., был начислен НДФЛ в сумме 1 млн. рублей и пени в сумме 49 тыс. рублей. Основаниями послужила продажа гражданином объектов недвижимости (зданий и земельных участков), которые он давно систематически использовал в предпринимательской деятельности (сдавал в аренду), будучи не зарегистрированным в качестве ИП (зарегистрировался позже) и поданная им декларация по НДФЛ, в которой гражданин уменьшил свой доход на произведенные расходы (стоимость покупки объектов недвижимости). Налоговая сделала вывод, что право на уменьшение дохода на произведенные расходы у налогоплательщика в отношении спорных объектов недвижимости не возникло, так как не выполнены условия для реализации такого права, в частности – наличие статуса ИП. Суды трёх инстанций не согласилась с налоговой и отменили её решение, указав следующее: 1) понятие «индивидуальный предприниматель» охватывает понятие «физическое лицо» (п. 2 ст. 11 НК РФ), 2) гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований п. 1 ст. 23 (Предпринимательская деятельность гражданина) ГК РФ, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем, а суд может применить к таким сделкам правила ГК РФ об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (п. 4 ст. 23 ГК РФ), 3) получение дохода физическим лицом, не зарегистрированным в качестве ИП, от осуществления предпринимательской деятельности не может являться основанием для лишения права на учет экономически обоснованных и документально подтвержденных расходов, 4) любые ограничения прав налогоплательщика, равно как и санкции за нарушения налогового законодательства должны быть в силу конституционных принципов прямо предусмотрены в законодательстве. Но налоговая не успокоилась и дошла до Верховного суда. Судья Верховного суда Завьялова Т. В. отказала в принятие жалобы налоговой инспекции и вслед за коллегами подтвердила, что лишение предусмотренного законом права учета расходов, мотивированное отсутствием статуса ИП, означает нарушение принципа экономической обоснованности налога.

Что нужно учесть, привлекая к субсидиарной ответственности членов правления и совета директоров. Определение от 07.10.2021 г., № 305-ЭС18-13210 (2) http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2047256 По заявлению конкурсного управляющего (КУ) были привлечены субсидиарной ответственности член Совета директоров члена Правления банка «Балтика». При этом суд апелляционной инстанции решил привлечь их к субсидиарной ответственности, окружной согласился с апелляционными.  КУ ссылался на совершение ими убыточных для банка сделок. Суд апелляционной инстанции указал на то, что эти лица, действуя от имени банка, подписали кредитные договоры с техническими компаниями, не ведущими реальной хозяйственной деятельности, без надлежащей проверки заемщиков и без ликвидного обеспечения на сумму 267 млн. руб. и 4,784 млрд. руб. и ряд других операций, которые причинили банку значительный материальный ущерб. Но СКЭС Верховного суда решила направить дело в первую инстанцию и указало на то, что надо учесть при привлечении лиц к субсидиарной ответственности: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника, 2) привела ли реализация ответчиком соответствующих полномочий к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное состояние, 3) является ли ответчик инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (п. 3, 16, 21, 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53),  в тоже время, 4) возражая против доводов истца, ответчик вправе ссылаться на правило о защите делового решения, а именно, что он действовал разумно и добросовестно (п. 3 ст. 53.1ГК РФ), 5) в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности, 6) на истце лежит бремя опровержения названной презумпции посредством доказывания, например, того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность для кредиторов, либо что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке профильным подразделением заключения, 7) контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Учредитель внёс в уставной капитал общества земельный участок, а потом решил вернуть обратно этот вклад, но только уже наличными. Налоговая начислила НДФЛ. СКЭС Верховного суда решила, что экономической выгоды в такой операции нет, а значит и нет НДФЛ. Определение от 27.09.2021 г. № 308-ЭС21-7618 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2040506 Единственный учредитель Общества«НТ-СтройИнвест» принял решение уменьшить уставный капитал на сумму 1,76 млн. рублей и определил егоразмер в 10 тыс. рублей. Затем в 2015-2016 г. получил наличными из кассы Общества 1,32 млн. рублей. Вклад в уставной капитал был внесён учредителем в т.ч. в форме земельного участка. Инспекция ФНС в Ростовской области проверила «НТ-СтройИнвест» на предмет своевременности перечисления и удержания НДФЛ и налога, уплачиваемого при УСН. Результатом проверки стало решение о начислении обществу 171,7 тыс. рублей НДФЛ, 73тыс. рублей пеней и штрафов(ст. 123, 126.1 НК РФ), и предложение обуменьшение уплаченного налога по УСН на 4,7 млн. рублей. Доначисление НДФЛ налоговый орган аргументировал неисчислением Обществом налога с дохода, полученного одним учредителем общества в результате уменьшения уставного капитала. В части спора по уплате НДФЛ общество обжаловала решение налоговой в суд, но безрезультатно. Суды исходили из того, что денежные средства выплачиваются учредителю за счет уменьшения имущества общества, то есть имущества, являющегося собственностью общества, а не его учредителя, следовательно, у учредителя возникает экономическая выгода, которая облагается НДФЛ с полной суммы произведенных выплат. СКЭС Верховного суда решила, что судья в АС по Ростовской области должен ещё раз подумать над законностью удержания НДФЛ, учтя следующее: 1)вывод об извлечении экономической выгоды гражданином, как правило, должен быть основан на обстоятельствах, свидетельствующих об улучшении его имущественного положения относительно ранее существовавшего, и расширении в связи с этим возможностей удовлетворения личных и иных бытовых нужд (потребления благ) физическим лицом, 2)уменьшение уставного капитала ООО, производимое путем уменьшения номинальной стоимости долей всех участников, является обратной операцией по отношению к оплате долей в уставном капитале, осуществляемой участниками при учреждении хозяйственного общества, то есть по существу выступает частичным возвратом вклада (стоимости вклада) ранее внесенногоучастником (п. 1 ст. 14, п. 1 ст. 15 и п. 1 ст. 20 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об ООО»), 3) с 2016 г. прямо закреплен порядок исчисления НДФЛ, который предполагает уменьшение суммы денежных средств, полученных при уменьшении номинальной стоимости доли в уставном капитале, на величину расходов, связанных с ее приобретением (ст. 220 НК РФ), 4) то обстоятельство, что внесенные в уставный капитал земельные участки по окончании строительства многоквартирных домов могли перейти в собственность владельцев помещений само по себе, не свидетельствует о наличии оснований для взимания НДФЛ при уменьшении уставного капитала и выплате соответствующих сумм в денежной форме учредителю, 5) использование обществом полученного от учредителя капитала в виде земельных участков могло непосредственным образом принести самому обществу прибыль от реализации помещений, однако эта прибыль становится доходом участников от вложения капитала (дивидендами) только после ее распределения, 5) в результате налоговой проверки инспекцией не обнаружены доказательства уменьшения уставного капитала, произведённого для скрытия распределения прибыли (выплата дивидендов в скрытой форме), подлежащей налогообложению.

Самовольная постройка, которая не такая уж и самовольная постройка. Снова СКЭС Верховного суда напоминает коллегам о том, как применять российское и советское законодательство о недвижимости. Определение от 12.10.2021 г. по делу № 304-ЭС21-12151 https://kad.arbitr.ru/Kad/Card?number=%D0%9070-7569%2F2020 ООО «РИРУС» обратилось в АС Тюменской области с иском к Администрации Тюмени (далее - Администрация) о признании права собственности на нежилое здание. Администрация же подала встречным иском к Обществу о сносе самовольно возведенного нежилого здания. Общество, ссылаясь на то, что возвело спорный объект недвижимости до 1995 г. за счет собственных средств на земельном участке, переданном ему публичными органами города Тюмени в пользование в 1993 г., открыто, непрерывно и добросовестно владело объектом более 20 лет, несет бремя его содержания, использует в предпринимательской деятельности, но не имеет возможности зарегистрировать право собственности. Также Общество указывало на правомерность возведения здания, построенного в рамках исполнения договора о совместной деятельности на земельном участке, предоставленном в бессрочное безвозмездное пользование. Администрация сослалась на то, что Общество возвело спорный объект на публичном земельном участке, хотя и переданном Обществу во владение для организации кладбища и оказания ритуальных услуг, но не предоставленном в установленном порядке для строительства этого объекта, в отсутствие соответствующих разрешений и согласований. Суды встали на сторону Администрации. СКЭС Верховного суда сочла, что суды неправильно применили нормы материального и процессуального права, направило дело в первую инстанцию и указала на следующее: 1) права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу ФЗ от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав …», признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей, 2) если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права (п. 59 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22), 3) здания, строения и сооружения нежилого назначения, построенные до 01.01.1995, в силу закона не могут быть признаны самовольными постройками (Постановление Президиума ВАС РФ от 24.01.2012 № 12048/11 и от 25.09.2012 № 5698/12), т.к. понятие «самовольная постройка» распространяется на здания, строения, сооружения, не являющиеся индивидуальными жилыми домами, в силу ст. 222 ГК РФ, которая применяется с 01.01.1995, 4) для государственной регистрации прав на объекты, построенные до введения в действие Градостроительного кодекса РФ, предъявляться требования по предоставлению тех документов (разрешений), которые являлись необходимыми на момент создания этих объектов, 5) Порядок, установленный постановлением Совмина СССР от 23.01.1981 № 105 распространялся только на те объекты, которые строились за счет централизованных капитальных вложений, выделенных министерствам и ведомствам, а не хозяйственными обществами, 6) судебная защита прав собственников недвижимости не может быть менее эффективной, чем для случаев признания судом за лицами, не являющимися собственниками, права собственности на чужое либо бесхозяйное имущество по давности владения или права собственности на возведенную ими самовольную постройку

Власти Санкт-Петербурга хотели взыскать арендную плату с ТСЖ за земельный участок, расположенный около дома и отсутствующий в ЕГРН. СКЭС Верховного суда указала на то, что у собственников жилья есть много оснований для пользования участком, а у властей города есть обязанность по кадастровому учёту и формированию участка. Определениеот 28.10.2021 г. № 307-ЭС21-8875 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2052842 Управление Росреестра по Санкт-Петербургупровела внеплановую выездную проверку и обнаружил в Петергофе земельный участок, который не был учтён в ЕГРН, но на котором было асфальтовое покрытие, благоустройство, забор и целый многоквартирный трёхэтажный дом. Пользовалось этим участком ТСЖ «А-5». В 2018 г. должностное лицо Управления Росреестра наложило на ТСЖ штраф – 100 тыс. рублей. Затем уже Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга обратился в арбитражный суд с исковым заявление к ТСЖ о взыскании 1,157 млн. рублей неосновательного обогащения в виде сбережения денежных средств за использование без оплаты земельного участка и процентов за пользование чужими денежными средствами. Площадь участка, за которую должна была быть выплачена арендная плата, Комитет посчитал как разность между общей площадью участка и площадью непосредственно занятой домом. Иск был удовлетворен, апелляционный и окружной суды согласились с первой инстанцией. СКЭС Верховного суда отправила дело в первую инстанцию и указала коллегам на то, что они не верно применили нормы материального права, не исследовали обстоятельства, и не учли следующего: 1)собственникам помещений в МКД принадлежит на праве общей долевой собственности земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объект (ст. 289 ГК РФ и ст. 36 ЖК РФ), 2) если земельный участок под МКД был сформирован после введения в действие ЖК РФ и в отношении него проведен государственный кадастровый учет, право общей долевой собственности на него у собственников помещений возникает в силу закона с момента проведения государственного кадастрового учета и каких-либо актов органов власти о возникновении права общей долевой собственности у собственников помещений в многоквартирном доме не требуется (п. 66 Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22), 3) если земельный участок не сформирован и в отношении него не проведен государственный кадастровый учет, земля под МКД находится в собственности соответствующего публично-правового образования, но собственник не вправе распоряжаться этой землей в той части, в которой должен быть сформирован земельный участок под многоквартирным домом (п. 67 Постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22, ч. 3 и ч. 4 ст. 16 ФЗ от 29.12.2004 № 189-ФЗ), 4) органы государственной власти и местного самоуправления осуществляют формирование земельного участка, на котором расположен данный дом (ч. 4 ст. 16 ФЗ от 29.12.2004 № 189-ФЗ), указанные органы не вправе произвольно отказаться от ее выполнения, если для формирования земельного участка имеются все предусмотренные законом основания, 5) Поскольку подготовка проекта межевания квартала зависит от воли соответствующих публичных органов, собственники МКД не могут нести негативные последствия, связанные с отсутствием решения уполномоченного органа соответствующего публичного образования об утверждении проекта межевания квартала, 6) расчёт площади спорного участка должен производятся с учётом того, что собственники помещений в силу закона имеют право пользоваться не только участком, непосредственно занятым домом, но и участком, необходимым для эксплуатации этого дома.

Счет ИП и счет физлица, открытые одним гражданином. СКЭС Верховного суда указала на то, что заблокировать или наложить взыскание на счёт физлица можно только в судебном порядке, даже если физлицо является ИП. Определение от 23.08.2021 г. № 305-ЭС21-6579 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2029758 ИФНС по г. Сергиеву Посаду в 2019 г. в связи с допущенной ИП неуплатой налогов в установленный срок приняты решение о взыскании 2 млн. рублей за счет денежных средств, находящихся на счетах в банках, а также электронных денежных средств, и решение от о приостановлении операций по счетам налогоплательщика. Получив решение инспекции, Банк ВТБ направил налоговому органу сообщение о том, что по счетам, открытым гражданином в качестве ИП, расходные операции приостановлены; по счетам, открытым гражданином в качестве физического лица, налоговому органу сообщено о невозможности исполнения решения инспекции о приостановлении операций по счетам налогоплательщика с указанием причины: «Счет не подлежит обработке». ИФНС привлекла банк к налоговой ответственности в соответствии со ст. 134 НК за неисполнение решения налогового органа, наложив штрафа в размере 100 тыс. рублей. Оспаривание данного решения в судах трёх инстанций не принесло банку результата. СКЭС Верховного суда признала недействительным решение ИФНС, а коллегам указало на то, что им нужно было учесть: 1) взыскание задолженности налоговым органом в бесспорном порядке с физических лиц законом не допускается, такое взыскание возможно путем обращения налогового органа с соответствующим требованием в суд (ст. 48 НК, Постановление КС РФ от 17.12.1996 № 20-П), 2) бесспорный порядок взыскания задолженности, предусмотренный ст. 46 НК, может применяться к физическим лицам, имеющим статус ИП, в ограниченном объеме: в отношении задолженности по налогам, уплачиваемым в связи с ведением предпринимательской деятельности и применительно к счетам в банке, открытым гражданином для ее ведения, 3) приостановление операций по банковскому счету на основании ст. 76 НК в отношении счетов, открытых гражданином в кредитной организации для удовлетворения личных (не связанных с ведением предпринимательской деятельности) нужд, недопустимо.

Если договор расторгнут и прекратилось обязательство, в связи с просрочкой исполнения которого начислялись пени, то и начисление пений должно прекратиться. Определение от 18.06.2021 г. по делу № 305-ЭС21-3743 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2009246 В результате соглашения о перемене лица в обязательстве в 2018 г.общество «АртСтрой» стало генподрядчиком, в обязательства которого входили монтажные работы кабельных сетей и оборудования, субподрядчиком выступало общество «Тесли». В рамках исполнения заключенного договора и соглашения компанией был произведен авансовый платеж обществу «Тесли» на сумму 3,1 млн. рублей. «АртСтрой» в 2019 г. расторгло договор его в одностороннем порядке, мотивировав расторжение существенными нарушениями срока окончания работ, и потребовала неотработанную часть аванса в размере 657 тыс. рублей. Не получив денег, «АртСтрой» обратился в суд с иском о взыскании указанной суммы, а также неустойки в размере 1,5 млн. рублей за нарушение сроков выполнения работ. «Тесли» подало встречный иск о взыскании задолженности, образовавшейся в связи с невыплатой генподрядчиком единовременно аванса в размере 4,6 млн. рублей. Суд первой инстанции частично удовлетворил требование по первоначальному иску – взыскал сумму и неустойку в размере 316 тысяч рублей. Апелляционный и окружной суд согласились с первой инстанцией. СКЭС Верховного суда направила дело в первую инстанцию для рассмотрения спора в части взыскания неустойки и судебных расходов и указала коллегам обратить внимание на следующее: 1) договор подряда был расторгнут генподрядчиком на основании ст. 715 ГК, в связи с чем обязанность по выполнению обусловленных договором работ у субподрядчика прекратилась, но генподрядчик предъявил требование о взыскании неустойки за период после прекращения договора, 2) суды, признавая обоснованным указанный период начисления неустойки, не учли, что согласно п. 2 ст. 453 ГК при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Заключение эксперта не имеет заранее установленной силы и суды должны давать ему оценку наряду с другими доказательствами. СКЭС Верховного суда напомнила судам о том, как нужно работать с экспертным заключением и почему важно учитывать НДС. Определение от 26.08.2021 г., № 305-ЭС21-10740 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2031164 Общество «РК Строй» (генеральный подрядчик) и общество «Мосжилстрой» (субподрядчик) в 2017 г. заключили договор строительного подряда, определив предельную цену договора в 709 млн. руб. (в т. ч. НДС в размере 18 %), а также предельный размер стоимости каждого вида работ. Генеральный подрядчик в 2018 г. отказался от исполнения договора в одностороннем порядке (ст. 450.1 и 717 ГК РФ), потребовав прекратить производство работ на объекте и произвести итоговую сдачу готовых работ. Затем обратился в суд, требую с субподрядчика 52 млн. руб. авансовых платежей с учетом НДС. Субподрядчик направилвстречный иск, ссылаясьна неисполнение генеральным подрядчиком обязанности по оплате выполненных, не получение сметной прибыли, возникновение на стороне генерального подрядчика неосновательного обогащения. Была проведена экспертиза для разрешения спора относительно объема, стоимости и качества выполненных работ.Суды определили стоимость выполненных работ с учетом выводов эксперта и, не усмотрев оснований для взыскания с генерального подрядчика не полученной субподрядчиком сметной прибыли, частично удовлетворили первоначальный иск и отклонили встречные требования. Иск был удовлетворен частично, с общества «Мосжилстрой» в пользу общества «РК Строй» взыскано 24,5 млн. руб. неотработанного аванса, 13 млн. за услуги по организации строительства, в удовлетворении встречного иска было отказано. Апелляционный и окружной суды согласились с первой инстанцией. СКЭС Верховного суда вернула дело в первую инстанцию для повторного рассмотрения встречных требований ответчика и требований истца в части взыскания неотработанного аванса. Выводы нижестоящих судов, основанных на экспертизе, СКЭС поставила под сомнение по следующим причинам: 1)суды не дали оценки возражениям субподрядчика о том, что производство одних работ (бетонирование, армирование, теплоизоляция), производство которых было подтверждено экспертом, невозможно в отсутствие предварительно выполненных других работ (монтаж опалубки), производство которых эксперт не подтвердил, хотя существуют строительные нормы, предусматривающие контроль со стороны генподрядчика при осуществление таких работ (п. 9, 10 Постановлением Правительства РФ от 21.06.2010 № 468), 2)суды, определяя сумму неотработанного субподрядчиком аванса, исходили из установленной экспертом стоимости фактически выполненных работ, рассчитанной без учета НДС, что даёт основания считать оценку объема и стоимости выполненных работ ненадлежащей (ст.164, 168 НК РФ, Постановление КС РФ от 03.06.2014 № 17-П, п. 17 Постановления ПленумаВАС РФ от 30.05.2014 № 33).

Если не доволен выполненной работой, то успей заявить об этом. ВС РФ отказал в рассмотрении кассационной жалобы заказчику, который вовремя не направил мотивированных возражений исполнителю. Определение от 20.08.2021 г. №310-ЭС21-14884 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2028638 ООО «Альянс Групп» и ГКУ г. Севастополя «Единая дирекция капитального строительства» в июне 2018 г. заключили государственный контракт на выполнение проектно-изыскательских работ для реконструкции пирса в Севастопольской бухте с ценой в 14 млн. рублей. В августе 2018 г. заказчик получил результаты инженерных изысканий, но в ответ направил обществу замечания. «Альянс Групп» быстро их устранил и снова передал результаты работ (техническую документацию и отчёты) в ноябре 2018 г. Затем «Альянс Групп» обратилось в АС города Севастополя с иском о взыскании с ГКУ г. Севастополя «ЕДКС» задолженности по государственному контракту в размере 1 051 080 руб. Не получив ответа и оставшийся платы, общество ещё раз направило результаты работ через год – в ноябре 2019 г. (уже после обращения в суд). Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, т.к. счёл замечания заказчика не устранёнными, довод истца на отсутствие замечаний к документации в пределах установленного контрактом срока суд отклонил, посчитав результат работ полученным только в ноябре 2020 г. Апелляционный суд (21-й ААС) выразил противоположное мнение, удовлетворив требования «Альянс Групп». Проанализировав доказательства, суд решил, что результаты работ были преданы в октябре-декабре 2019 г., а заказчик не отправлял мотивированного возражения в течение срока, установленного договором (ст. 753 ГК РФ). Также суд установил, что первый мотивированный отказ от приёмки работ был подготовлен заказчиком спустя 306 дней после направления результатов работ – в августе 2020 г., и этот отказ был подготовлен, как ответ на повторное письмо общества. А на довод заказчика о предоставлении неполного комплекта документов подрядчиком (меньшего количества копий), препятствующему началу приёмки, суд апелляционной инстанции указал на то, что заказчик обязан был проверить качество и полноту выполнения заказа и подготовить мотивированный отказ в приемке с указанием на данное обстоятельство (ст. 34 ФЗ от 05 апреля 2013 г. №44-ФЗ). Также суд пояснил что, поскольку заказчик возражений, в том числе и по количеству, не направил, следует исходить из того, что он принял работы (документацию) как по качеству, так и количеству. Окружной суд согласился с апелляционным. Судья Иваненко Ю. Г., изучив кассационную жалобу заказчика –«ЕДКС», не нашёл оснований, по которым жалоба может быть передана для рассмотрения СКЭС Верховного суда РФ.

Если не доволен выполненной работой, то успей заявить об этом. ВС РФ отказал в рассмотрении кассационной жалобы заказчику, который вовремя не направил мотивированных возражений исполнителю. Определение от 20.08.2021 г. №310-ЭС21-14884 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2028638 ООО «Альянс Групп» и ГКУ г. Севастополя «Единая дирекция капитального строительства» в июне 2018 г. заключили государственный контракт на выполнение проектно-изыскательских работ для реконструкции пирса в Севастопольской бухте с ценой в 14 млн. рублей. В августе 2018 г. заказчик получил результаты инженерных изысканий, но в ответ направил обществу замечания. «Альянс Групп» быстро их устранил и снова передал результаты работ (техническую документацию и отчёты) в ноябре 2018 г. Затем «Альянс Групп» обратилось в АС города Севастополя с иском о взыскании с ГКУ г. Севастополя «ЕДКС» задолженности по государственному контракту в размере 1 051 080 руб. Не получив ответа и оставшийся платы, общество ещё раз направило результаты работ через год – в ноябре 2019 г. (уже после обращения в суд). Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, т.к. счёл замечания заказника не устранёнными, довод истца на отсутствие замечаний к документации в пределах установленного контрактом срока суд отклонил, посчитав результат работ полученным только в ноябре 2020 г. Апелляционный суд (21-й ААС) выразил противоположное мнение, удовлетворив требования «Альянс Групп». Проанализировав доказательства, суд решил, что результаты работ были преданы в октябре-декабре 2019 г., а заказчик не отправлял мотивированного возражения в течение срока, установленного договором (ст. 753 ГК РФ). Также суд установил, что первый мотивированный отказ от приёмки работ был подготовлен заказчиком спустя 306 дней после направления результатов работ – в августе 2020 г., и этот отказ был подготовлен, как ответ на повторное письмо общества. А на довод заказчика о предоставлении неполного комплекта документов подрядчиком (меньшего количества копий), препятствующему началу приёмки, суд апелляционной инстанции указал на то, что заказчик обязан был проверить качество и полноту выполнения заказа и подготовить мотивированный отказ в приемке с указанием на данное обстоятельство (ст. 34 ФЗ от 05 апреля 2013 г. №44-ФЗ). Также суд пояснил что, поскольку заказчик возражений, в том числе и по количеству, не направил, следует исходить из того, что он принял работы (документацию) как по качеству, так и количеству. Окружной суд согласился с апелляционным. Судья Иваненко Ю. Г., изучив кассационную жалобу заказчика –«ЕДКС», не нашёл оснований, по которым жалоба может быть передана для рассмотрения СКЭС Верховного суда РФ.