ЛШ поток

Зачем человеку обсценная лексика? Языковые табу — одна из самых обсуждаемых лингвистических тем, которая вызывает много вопросов. Как возникают языковые табу и какие они бывают? Как возникла, развивалась и ныне живет табуированная (в том числе обсценная) лексика в русском языке? Русский мат — наследство монголо-татарского ига или национальное изобретение? Для чего в принципе нужна обсценная лексика? Поговорим также об отношении к нецензурной лексике в обществе, обсуждении, поощрении и наказаниях. Лектор: Мария Ровинская — лингвист, преподаватель, член Орфографической комиссии РАН. Посмотреть можно ВКонтакте и Youtube.

Мастерская анализа текстовых данных зовет на интенсивы по промпт-инжинирингу! В ближайшую неделю ПАНДАН выбирается за пределы Санкт-Петербурга и вживую проводит интенсив по промпт-инжинирингу и работой с текстовыми моделями в нескольких городах. Вы узнаете: — как машина понимает текст? — как правильно «общаться» с большими языковыми моделями (БЯМ)? — как эффективно применять БЯМы для разработки гуманитарных исследований? 8 апреля в Екатеринбурге при организации Точки кипения: регистрация 10 апреля в Тюмени при организации Точки кипения: регистрация 12 апреля в Кургане в стенах Курганского государственного университета (но только для студентов КГУ) ПАНДАН — это совместная программа Европейского Университета и Яндекса, обучающая вчерашних гуманитариев анализу данных и основам компьютерных наук. Вот уже 4-й год подряд ПАНДАН является официальным партнером Мастерской анализа текстовых данных, а сотрудники и выпускники «Европейского» участвуют в организации мастерской. И по секрету: в этом сезоне ТекстАн снова проводится! Так что если вдруг вы не сможете попасть на интенсив, подавайте заявку и приезжайте к нам летом.

Помните, у нас там ЗЛШ прошла? Мы вам не успели рассказать, как все прошло-то. Исправляемся! И хотя всеми мыслями уже несемся в новый летний сезон, можно на секундочку остановиться и поностальгировать. Зимняя «Летняя школа» — 2025. Как это было P.S. До старта набора буквально пара недель. Следите за анонсами! Фото: Алиса Потапова, Антонина Широких

Энтомологическая криминалистика: что скрывают мухи Пссс, соскучились по «золотым» лекциям? Мы тоже! Пока ждем новостей про сезон, давайте смотреть первую. «Шестиногие» встречаются на нашей планете практически везде, и без них не обходится ни одно место преступления. Десятки мух, жуков и других насекомых могут рассказать следователям удивительные подробности и помочь раскрыть дело не хуже Шерлока Холмса или Эркюля Пуаро. А как? В этом и попробуем разобраться на лекции. Лектор: Илья Гомыранов, зоолог, сотрудник Сколтеха, писатель-натуралист, популяризатор науки, лауреат премии «За верность науке» и преподаватель Биологического отделения. Посмотреть можно ВКонтакте и Youtube.

Иногда летнешкольникам нужна помощь. А мы стараемся не оставлять друзей в беде В ночь с 28 февраля на 1 марта пожар в Санкт-Петербурге сильно повредил помещения благотворительных и социальных проектов. В их числе негосударственный «Театр поколений», где выступает летнешкольница Аня Овчинникова. Коллеги Ани из Лаборатории музыкального театра посещали это место и переживают за его судьбу. В здании затоплены залы, проломлены стены, оплавлены пластиковые вещи, пострадала крыша, нет электричества. Волонтеры посменно очищают стены и мебель от копоти и гари специальными средствами. Костюмам и стульям для зрителей нужна химчистка. Пришлось отменить все мартовские спектакли и вернуть деньги за билеты. Кроме значительных расходов и убытков из-за огня, никуда не делись и обычные траты — например, на аренду пространства. Чтобы справиться с последствиями пожара, «Театру Поколений» нужна поддержка зрителей. Настоящих, будущих, только мечтающих, только узнавших и просто неравнодушных. Пожертвовать любую сумму на восстановительные работы можно здесь. Сколько удастся собрать и как распорядятся этими средствами, сотрудники обещают рассказывать в канале театра. Желаем Ане и ее соратникам скорее вернуться на любимую сцену, а вам — беречь себя.

Кошки в дом! Помните, летом 2023 года под ДК жили котята, которых мы старались пристроить? Тогда одна кошечка вытянула счастливый билет, и траектория ее жизни резко изменилась. Хотим вам рассказать, как у нее дела. Ей полтора года. Теперь ее зовут Суви (с финского — «лето»). Она живет с хозяйкой Таней, котом Пилви и двумя собаками. По началу ей было непросто адаптироваться в новой среде и с новыми соседями. Но постепенно отношения наладились, и теперь в большой семье полная гармония. Таня рассказывает:

«За полтора года Суви стала ласковой и очень веселой. С котом у них банда по тыгыдыкам и играм. К собакам относится с уважением, позволяет мыть им свои ушки. Когда я работаю, Суви спит у меня на коленках. Еще она директор по свежести: контролирует мытье посуды, смену постельного белья и остальные домашние дела. Любит наблюдать на балконе за птичками, играть с удочками и вкусно покушать».

Поздравляем с днем кошек! Желаем котикам здоровья и любящих хозяев, а вам — пушистых друзей, которых можно погладить.

Как Антонина Игоревна сходила на показ мастерской «Кинопамять» Я опоздала. Все уже сидят перед экраном, пустых стульев практически нет. — А вы фотограф? — Периодически, да. Не знаю, правда, что мне тут снимать, темно же. — Не проблема, давайте я сейчас на них свет включу! — Ой, нет, не надо, давайте не будем никого пугать. Я слукавила. Страшно мне. Я наиболее неподходящий корреспондент для этого мероприятия. Где я и где кино? Я про буквы. Иногда картинки, но на них желательно должны быть буквы. Моя коллега, которая фиксировала на сезоне все перформансы, подошла бы лучше. Ну, шо поделоть. Начинается. Главным фокусом интенсива была работа со звуком, так что перед фильмами мы настраиваемся и слушаем: меланхоличное пианино, нервные струны, сверху голос. Кажется, сначала на французском, потом на английском, но слова разобрать трудно. Украдкой озираюсь. В зале появляется какое-то особое состояние. Даже технические неполадки и сонное посапывание кажутся частью замысла. Подумала, что есть только «сейчас». Не уверена, как долго мы слушаем. На переднем ряду Дима с ЛМТ закрывает циферблат экрана. Прошла ли минута, час, год? И есть только «здесь». Никакой «наружи» не существует, а может, она и есть, но меня для нее нет. Выйти из зала и долить кипяточку в стаканчик неловко. Впереди слева сидит Антон, директор «Кинопамяти». Вроде не спит. На всякий случай прячу улыбку и делаю одухотворенное лицо. Надолго меня не хватает, и когда Антон все-таки оглядывается, я не успеваю вернуть задумчивость, что уже откровенно меня смешит. Надеюсь, он не читает. Наконец, фильмы. После каждого фильма раздаются аплодисменты, а затем пауза на несколько минут, которые мы проводим в тишине. После всех работ — обсуждение. Гриша, организатор «Кинопамяти», заметит, насколько неловкой для всех была эта тишина, как она рождала тягу услышать, стремление к действию. Фух, дружище, спасибо за валидацию! Почти все кадры сняты на базе «Менделеево» и почти все звуки схвачены из совершенно других пространств. Так что в фильмах я узнаю места и людей, с которыми провела ЗЛШ, но одновременно и не узнаю. Легкомысленная комедия под джаз (позже автор фильма скажет, что мотивом было одиночество, так что вышло «иронично и смешно», и я подумаю: «Хм»). Почти хоррор с зацикленными и реверсивными кадрами и неуютным саундтреком. Фильмы, где исследовался ритм, текучесть момента и как изображение сопротивляется соединению со звуком, — про себя я думаю: «Лютое авторское кино». Но один фильм меня не отпускает. Он начинается с упаковки в виде земного шара от круглой конфеты. Вскрытый, расколотый и пустой, шарик перекатывается по кровати. Тут мне уже перестало быть смешно. И хотя все в фильме создает подъем (от мажорной музыки и кучи улыбающихся людей до теплой цветовой гаммы и названия «Реклама жизни»), этот земной шарик не идет из моей головы. В конце он снова появляется, спойлер: внутри ползает жучок, и красивая женская рука метким щелчком выкидывает шарик из кадра. Я в ужасе. Зал смеется и аплодирует. Казалось бы, мы все смотрели одно и то же. Кому-то работы показались компьютерными, как будто «одушевленный андроид смотрит на мир». Кто-то обратил внимание, что они были очень человеческими, личными. На показ попал случайный человек, который ничего не знал ни о базе, ни о «Летней школе», и он удивился, что люди видят мир настолько неприглядно, что «вокруг уродливый совок». Ему тут же возразили, что это вопрос интерпретации. Если зритель — такой же соавтор кино, то что это значит про меня? На вторую половину фильмов и обсуждений меня не хватает. Мне надо уйти. Благо на перерыве я пересекаюсь с избовцами: можно раствориться в организационной текучке и заглушить звук собственных мыслей. Впрочем, думаю, на летнем сезоне я постараюсь прийти на показ новых работ.

Корреспондентка Пресс-избы побывала на показе финальных работ мастерской «Кинопамять» в галерее Île Thélème и честно попыталась описать, как это было. Публикуем без сокращений: экспериментальное кино требует экстремального репортажа на грани с автофикшеном! Пока не ясно, выложат ли участники свои работы в открытый доступ, так что, возможно, чтение следующего поста — ваш единственный шанс прикоснуться к арт-хаусу. Фото: Антонина Широких

Мемделеяли, мемделеевали, да так и не мемотделались Самыми серьезными и занятыми участниками Зимней «Летней школы» оказались исследователи мемов. Их пары заканчивались где-то в ночи, а объекты изучения не покидали головы даже во сне. Ходят слухи, что дискуссии мемологов до сих пор слышны в аудитории 309. В любом случае, ни во время, ни после заезда никому не удалось войти в контакт с загадочной мастерской. Тем не менее, в распоряжение Пресс-избы попали секретные материалы о бытовании Мастерской исследования мемов на ЗЛШ. Мы чувствуем, что должны поделиться ими с широкой общественностью — и делимся. P.S. Дорогие МЕМделеевцы, моргните два раза, если вас держат в заложниках.

Клоунское бытие сложно передать словами. Хорошо, что можно подсмотреть!

Сила в носу В лифте и коридорах, в столовой и спортзале, на коллажах и игре в ЧГК — из всех уголков базы «Менделеево» на нас дышали клоунские носы. К ним прилагались участники Мастерской живого театра: четыре дня они ребячились, катали друг друга по полу, смотрели сквозь рамы и рамки, лопали мыльные пузыри и много-много играли.

«Мне кажется, взрослые люди забыли, что такое играть и зачем они это делали. Моя миссия — напомнить им. Не научить, потому что это очень естественно для каждого из нас — играть. А напомнить и погрузить в это состояние». Так ведущая лаборатории «Игровая импровизация» и медицинский клоун Катя Миронова объясняет, зачем преподает клоунаду. Завершающий спектакль мастерская посвятила выдуманным кинодеятелям Антону Клячкину и Владимиру Понину. Чтобы познакомить зрителей с методами съемок «знаменитых» авангардистов, красноносые актеры прошли кастинг, собрали афиши и заголовки будущего шедевра, отыграли несколько созданных на ходу сценариев. И все это с прямым участием хохочущей публики! Мы расспросили артистов о впечатлениях от выступления, зимнелетней мастерской и новой части тела. Маша Локтева:

«Большой плюс в том, что нос можно снять и пробовать без него тоже делать то, что раньше запрещали внутренние норммы. Например, дурачиться на сцене. Раньше у меня была потребность нравиться и быть красивой. Тут я поняла, что это время прошло — мне все равно, как я выгляжу на сцене. Это приятно и классно осознавать».

Надя Страхова:

«Концепция клоунского носа для меня сначала была не очень понятной. Нам будто дали разрешение делать что-то очень странное (что мы и делали на мастерской). А я все думала про него: «Нууууу, нос. Чешется нос от этого носа!». И все же я постараюсь забрать с собой идею, что есть такая вещь — нос. Можно его надеть и чуть-чуть больше себе разрешить. Возможно, разнопарные носки — это тоже такой скрытый нос. Надел — и что вы мне сделаете? Да, не знаю я вашу формулу, ну и что. Круто!»

Добавляет преподаватель Катя Миронова:

«Здесь мы изучали клоунаду не как образ, а как часть нас, как нашего внутреннего ребенка. Надевая клоунский нос, мы учимся подсвечивать самые искренние, незащищенные, трепетные проявления. Мы все испытываем стыд, неловкость, и наоборот — что-то приятное, восхищаемся кем-то или чем-то. Это не слабость, которую нужно прятать от других, а часть нас. Сила клоуна как раз в том, что он это проживает и транслирует другим. Это нас объединяет: «Да, я тоже боюсь, давай бояться вместе!».

Мастерская живого театра именно про это: давай вместе. Фото: Галя Кулемина, Алиса Потапова

Спокойной ночи, Зимняя «Летняя школа»! Сдали ключи, провели последние свечки и попрощались с базой «Менделеево». Уже мечтаем, что возьмём с собой в полевой сезон и, конечно, ждем новых встреч с друзьями. Выдыхаем и остаёмся на связи. Фото: Антонина Широких, Алиса Потапова

Кинопамять: услышать прошлое, зафиксировать для будущего Звук нельзя рассмотреть, пощупать, удержать, он не всегда совпадает с изображением и мгновенно растворяется в воздухе. И всё же нас окружает звук, без него мы не ощущаем мир полностью. Снег шуршит, листья трепещут, компьютеры гудят, двери хлопают. Что, если зафиксировать эти звуки, разложить, расшифровать — и сформировать понятный, доступный киноязык? На ЗЛШ запустилась новая мастерская «Кинопамять», где звук стал не просто аккомпанементом, а центральной темой съёмок, обсуждений и творческих поисков. Каждый день участники выбирают новые локации, экспериментируют с ритмом монтажа, вдохновляются современной и классической музыкой, находят неожиданные звуковые текстуры в случайном шуме и превращают их в осмысленный художественный жест. Здесь нет правильных и неправильных решений, важен только процесс. Наблюдения, дискуссии и просмотры готовых работ толкают режиссеров на все новые размышления о кинозвуке как способе запечатлеть момент и сохранить память о нем.

«"Кинопамять" — это про авторское высказывание, про интуицию, про честность перед собой. Участники не стремятся угодить индустрии, они исследуют кино как инструмент фиксации воспоминаний, как способ говорить о том, что невозможно выразить словами», — подчеркивает куратор мастерской Григорий Горбов.

26 февраля участники зимней лаборатории представят свои проекты на публичном показе в Москве. А ещё мастерская прямо сейчас проходит отбор на полевой сезон «Летней школы», для которого приготовили более глубокую и разностороннюю программу (не только про звук!). Так что пора запоминать «Кинопамять»: мы надеемся ещё не раз услышать и написать это название. Фото: Антонина Широких, Алиса Потапова

Спокойной ночи, Зимняя «Летняя школа» Что? Спать! Где? Исключительно в своём номере! Когда? Прямо сейчас (а лучше пару часов назад), чтобы проснуться до завтрака! Фото: Алиса Потапова

Учимся звучать и доверять себе Как работать над номером? Как звучать свободно, даже если немного страшно? В «Лаборатории музыкального театра» на ЗЛШ эти вопросы решают и проживают в учебных аудиториях и на сцене. Прямо сейчас участники проходят весь путь создания музыкального номера — от выбора произведения до финального показа — и каждый пробует себя в амплуа артиста и режиссера-постановщика. Формат итогового выступления пока открыт: за 4 дня всё же трудно организовать целый мюзикл, но можно создать единую программу или серию отдельных сцен с общей темой. Главное — проверить, чему удалось научиться за это время. Так как же звучит свобода? Петь — одно дело. Петь и играть одновременно — совсем другое. Пока текст и мелодия ещё не стали привычными, тело может чувствовать скованность, движения быть неуверенными, а внимание рассеиваться. Это нормально, и именно поэтому в лаборатории есть время освоиться, прочувствовать материал и найти в нём свободу. Поэтому сейчас идёт активная работа на тренингах: участники пробуют двигаться, ищут свой звук, работают с импровизацией и да-да, заучивают произведения наизусть! Здесь можно пробовать новые жанры, не бояться ошибаться, переосмыслять свою подачу и пробовать снова — уже с другим пониманием сцены, голоса и себя. Текст: Карина Лебедева Фото: Алиса Потапова

Как звучит то, что ты видишь вокруг? Успеть на завтрак, забрать ключи от аудитории, настроить проектор, найти просторное место для занятия, отбить мяч, разучить партию, договориться не повышать на октаву, продумать проект, обсудить с партнером план, снять кадр, загрузить работу... Стоп. Иногда хорошо сделать паузу и выдохнуть. Даже если ЗЛШ совсем короткая. Если выйти из базы и пройти левее, вы попадете на реактмент знаменитого перформанса «Лаборатории документального звука» МЖТ 2022 года — «Пост дежурного по звукам». Может, эта та пауза, которая вам сейчас нужна. Или вы просто соскучились по дежурствам. В любом случае, не забывайте не забывайте прислушиваться и к миру вокруг, и к себе.

Спокойной ночи, Зимняя «Летняя школа» (Они и тут закаты нашли!) Фото: Антонина Широких

Я тебя слепил(а) из того, что было Пока одни участники ЗЛШ отрабатывали навыки презентации чего угодно в PWP-караоке, другие сосредоточились на ручном труде и попробовали силы в коллаже. Из раза в раз звучали вопросы «Это можно брать? Точно можно резать? Вам не жалко?» Можно всё. Трогать, листать, резать, рвать, клеить, перекрывать, читать, смеяться, обсуждать, разгадывать сканворды, уносить понравившиеся фрагменты с собой. Нам не жалко ничего!

«Есть чувство, что наша любовь к коллажам — это желание соприкоснуться с детским чувством, когда вырезаешь и клеишь аппликации, тебе 5 лет, мир спокоен и прекрасен», — поделилась одна из участниц.

Основы помягче и потвёрже, винтажные журналы о политике и совсем современные о звёздах, конверты, стикеры с котиками и автомобилями, сувенирные открытки, раздаточные материалы музеев и выставок, разноцветные ручки и фломастеры... В этом творческом хаосе легко потеряться. Хотя по коллажам видим, что зимнелетние школьники нашли себя, ориентиры и идеальные части для своих работ.

«В коллажах я ничего от себя не требую, не делаю красиво или умно. Просто подбираю кусочки, близкие к настроению, или мысли, которые сейчас хочу подумать. А ещё мне нравится после практики находить во всём материалы и идеи для коллажей: случайные рекламные листовки перестают быть назойливо бесполезными, а произведения искусства становятся доступными и осваиваемыми»,

— рассказала другая участница.

Показываем результаты совместного творчества!

Сонник, PVP-караоке в баре на шестом и кроксы на снегу Возможно, вам кажется, что это просто набор слов, но для нас это значит, что началась Зимняя «Летняя школа»! Сегодня целых четыре мастерские успели заселиться, провести первые пары и поесть супчик. А вечером мы собирали коллажи, соревновались в мастерстве презентаций на PowerPoint-караоке и подслушивали под дверью музыку, которую слушает «Кинопамять» на практическом занятии. Кстати, после ужина был сонник (отгадайте, что это!). Время несется стремительно, но мы успели собрать первые впечатления участников:

«Отличные. Супчик вкусный. Люди добрые, хорошие. Есть гардероб. Тепло, почти везде. В целом, это хорошо!»

«В этой столовой очень приятные и добрые женщины. И еда вкусная. Не то что на прошлой ЗЛШ»

«Люди. А хотя можно скажу по-школьному? Еда!»

«Сумбурно. И хочется спать.»

«Аааа, знаете, ну как бы, ну это, че тут, ну как, ну все ХОРОШО, РАСТЕМ, вон, смотрите, всё!»

«Мне нравится концепция, когда готовит кто-то за тебя. Это так... Приятно...»

«С нами были замечательные люди, прекрасные, добрые, светлые, улыбчивые. Это самое яркое, что с нами сегодня случилось.»

Все здесь очень разные, но по сути — те же летнешкольники. Просто в зимних декорациях.

Самый последний день приема заявок Сегодня до конца дня еще можно попасть на Зимнюю «Летнюю школу»! Заявки еще принимают: — Мастерская исследования мемов — Мастерская культурной медиации Успевайте!