Тина Канделаки

Два беглеца переходят границу Московского царства и берутся за перо. Иоганн Таубе и Элерт Крузе — бывшие опричники и советники Ивана Грозного — после неудачного заговора бежали в Польшу и написали «Описание Московии». Их текст пережил и стрелецкие полки, и взятую Казань. Сегодня, в день рождения Ивана Грозного, интересно вспомнить, как вообще сложился привычный нам образ царя. При нём территория страны выросла более чем вдвое: были взяты Казань и Нарва, присоединено Поволжье, началось движение в Сибирь, появились книгопечатание, школы и постоянное стрелецкое войско. Под Молодью разгромили крымско-турецкую армию. Но образ Грозного во многом создавали его враги. Таубе и Крузе описывали его как кровожадного и извращённого человека, находящего удовольствие в пытках. Проверять такие рассказы было трудно, повторять — легко. Один текст становился источником для другого. Это не отменяет опричнину, новгородский погром и жестокость самого царя. Но со временем её стали рассматривать отдельно от эпохи, а достижения — отдельно от Грозного. Затем рукописный образ получил холст и экран: Репин запер царя рядом с умирающим сыном, Алексей Толстой закрепил образ тирана, а кино снова и снова возвращалось к безумному и кровавому государю. Так рамка стала важнее портрета: Казань, Молодь, Сибирь и Нарва остались за краями картины. А в центре до сих пор — Иван Грозный с окровавленным сыном на руках, каким его начали рисовать ещё два беглеца в польском убежище.

Недавно наткнулась на видео: американский блогер обнаружил в офисах Apple советский архитектурный след — будто на корпоративную планёрку тайком пробрались конструктивисты. Сходства и правда можно найти, но без признания архитекторов это пока эффектная версия, а не доказанный плагиат. Впрочем, маршрут влияния вполне реальный. Заха Хадид ещё в студенческие годы превращала идеи Казимира Малевича в архитектуру, а влияние супрематизма прослеживали и в её ранних зданиях — например, пожарной станции Vitra в Германии. А один из самых известных архитекторов современности и основатель бюро OMA Рем Колхас, ещё в молодости увлёкся проектами советского конструктивиста Ивана Леонидова. Знакомство с его работами подтолкнуло Колхаса к изучению архитектуры и позже повлияло на его собственный подход. Так что советский чертёж в Apple мог и не лежать, но его тень там появиться могла.

Что значит выглядеть как императрица и что для этого надо сделать? Мы часто обсуждаем это с вами друзья – еду, тренировки, режим. Но, что, если обернуться и посмотреть, как это делали раньше? Вот вам лайфхак от Елизаветы Баварской, императрицы Австрии, королевы Венгрии, и просто женщины, чье имя не дает спать Голливуду. Всему миру она известна как Сисси. Утро Сисси начиналось с холодной ванны холодной и легкого завтрака, за которым следовала тренировка. В своих апартаментах во дворце Хофбург императрица оборудовала тренажерный зал с кольцами, турниками и шведской стенкой, и проводила там часы в упражнениях. Ее рост составлял 172 см, а вес колебался в районе 50 килограммов. Чтобы поддерживать такой вес, она питалась лишь апельсинами, молоком, сырыми яйцами и мясным бульоном. Ее любимым "блюдом" был спрессованный экстракт из сырого мяса — курицы, куропатки, говядины. Чтобы сохранить кожу идеальной, Сисси придумывала немыслимые вещи. Она наносила на лицо и шею маски из толченой клубники и меда, а на ночь надевала маску, выложенную изнутри сырой телятиной. Императрица регулярно принимала теплые ванны с оливковым маслом, чтобы кожа оставалась мягкой и упругой, обматывала тело влажными простынями, чтобы сохранить стройность. И спала без подушки, чтобы избежать появления морщин. Главным маркером, позволяющим понять успех всех действий, был ежедневный ритуал утягивания корсета. Корсет – главная мера изящности, остающаяся такой даже в наше время, друзья. Эта процедура могла занимать до часа. С помощью служанок Сисси затягивала талию до 50 сантиметров. Тем самым показывая всему миру эталон красоты. С тех пор многое что делала Сисси стало общедоступным. Но готовы ли вы к такому самоотречению? Не пора ли завести корсет?

В день рождения Георгия Данелии хочется не только пересматривать его фильмы, но и услышать его самого. Для этого есть три книги — о кино, людях и собственной жизни. Читать лучше по порядку: вместе они складываются в ещё одну историю Данелии — смешную, грустную и очень человеческую. Начать стоит с «Безбилетного пассажира» — коротких воспоминаний о людях, съёмках и забавных, неловких, иногда горьких эпизодах. Данелия пишет без пафоса и самообожания, поэтому особенно хорошо видно, откуда в его кино взялись мягкость, печаль и тихий юмор. «Тостуемый пьёт до дна» продолжает этот разговор. Книга уже не столько о самом Данелии, сколько о людях вокруг него. О друзьях, артистах, режиссёрах, случайных знакомых и тех, кто остался за кадром. Из коротких историй складывается портрет целой эпохи. «Кот ушёл, а улыбка осталась» звучит уже как прощание. Люди уходят, время меняется, но остаются голоса, жесты и смешные истории. Без траурного пафоса — скорее с той самой улыбкой, которая помогает сохранить рядом тех, кого уже нельзя позвать к столу или на съёмочную площадку.

Это шоу не заставило себя долго ждать. Будем честны: мы все понимали, что рано или поздно кто-то обязательно снимет реалити про любовь человека и нейросети. Южная Корея первой запустила «Мой ИИ партнер» — шоу, где люди строят романтические отношения с алгоритмом: общаются, сближаются и уже сами не понимают, где заканчивается игра и начинаются чувства. Эпизод «Чёрного зеркала» официально превратился в реалити с живыми людьми. Мягкая сила? Хайп? Новый способ развлечь зрителя? Время покажет. Но что-то мне подсказывает, что в Южной Корее ИИ уже победил разум. А я всё-таки за старую добрую классику: отношения с человеком, который может вас бесить, удивлять, обнимать и не отвечать вам по заданному алгоритму. Семью с нейросетью оставим следующему сезону «Чёрного зеркала».

Человек выходит из подъезда, сворачивает за угол и снова видит свой подъезд. Те же качели, та же скамейка с бабушками и горизонт бесконечных окон. Ускоряясь он ныряет в арку, пересекает двор, где его ждет тот же дом. Для западного хоррора это «лиминальное пространство», трещина в реальности. Для русского человека — район, где он вырос. Плановая экономика невольно подготовила декорации для нашего «Закулисья реальности». Типовые дворы, заводские окраины, бесконечные коридоры НИИ, одинаковые гаражи и квартиры. Женя Лукашин из «Иронии судьбы» попал в чужой город, открыл чужую дверь и не сразу заметил подмену. Безымянный гость с юга в «Чародеях» блуждал по коридорам Останкино с криком: «Люди! Ау!», вынося приговор этой архитектуре: «Ну кто так строит?! Кто так строит?!» Идею интернет-закулисья превратил в экранную вселенную Кэйн Парсонс, режиссер, выросший из сетевых роликов. Теперь похожий процесс идет в России. Авторы коротких видео называют разломы мира «аномалиями». Сотрудники условного НИИ заходят в панельные кварталы, ищут источник сбоя, сталкиваются с нечистью, теряют друг друга на пути к выходу. География народного хоррора огромна: Курильские острова, побережье Охотского моря, средняя полоса, хрущевки Иркутска и Томска. В Туле аномалия возникает даже на свадьбе. И всегда действие относят к 90-м. Тогда страна тоже вышла из прежней системы и не поняла, куда попала. Ученые бродят по темным коридорам как целое общество, которое искало выход наружу. И возможно, новое дыхание жанру у нас могут дать не заимствованные особняки и чужие демоны, а своя типовая застройка. Когда лампочка гаснет на этаже и знакомая лестница вдруг ведет обратно в закулисье девяностых.

Однажды Османская империя потеряла Грузию. В этот самый день, 25 августа 1878 года, русские войска заняли Аджарию — последний грузинский регион, где османы правили более чем 300 лет. Так началась история жизни Южного Кавказа без Турции. С распадом СССР османы вернулись. Вернулись прежде всего в Аджарию, но не только. Деньги пошли потоком в школы и университеты «Эмре» в Тбилиси, на тысячи стипендий для грузин-мусульман из Аджарии и Квемо-Картли, для обучения в религиозных и светских турецких вузах. Агентства, фонды, массы проектов, связанных с продвижением имиджа доброго соседа, — всё это часть процессов, которые происходят в Грузии с подачи соседей. Кавказ, оставшийся без России, изменяется. Меняется и Грузия: падает рождаемость, растёт число жителей, которые не исповедуют православие, — сейчас их уже более 11 %. В этот день стоит ещё раз помянуть и вспомнить недавно покинувшего нас Католикоса-Патриарха всея Грузии Илию II. Владыка был тем человеком, который много говорил о том, что для грузинской нации есть шансы исчезнуть в новом мире, не справиться с наплывом мигрантов и людей, далёких от христианства. Он призывал рожать детей и верить, потому что верил, что Грузия сохранится как православная страна. И доказывал это делом, лично крестя каждого третьего ребёнка, родившегося в любой грузинской семье. Вера и дети — вот что завещал Грузии Илия. Выжить по-иному на новом Южном Кавказе будет нельзя.

24 августа принято вспоминать гибель Помпей — почти 1950 лет назад город накрыли пепел и раскалённые потоки Везувия. Правда, археологи спорят с этой датой и относят извержение скорее к осени 79 года. Но в России Помпеи часто начинаются не с календаря и даже не с руин, а со вспышки молнии на полотне Карла Брюллова. Художник побывал на раскопках в 1827 году, изучал находки и письма Плиния Младшего, а затем шесть лет работал над «Последним днём Помпеи». В античной катастрофе он увидел не мёртвую декорацию, а людей за секунду до вечности: мать обнимает дочерей, сыновья несут отца, художник спасает краски. В нём Брюллов изобразил себя. Помпеи писали и раньше — например, англичанин Джон Мартин создал грандиозную сцену гибели города, — но именно полотно Брюллова стало главным русским образом этой трагедии и одним из самых узнаваемых в мире. В Италии картину встретили как триумф: Брюллова чествовали в Риме и Милане, а современники прозвали его «Карлом Великим». Сегодня Помпеи превратились в огромный археологический парк, где раскопки продолжаются. Для итальянцев это прежде всего их живая древность, для нас — ещё и тот редкий случай, когда русский художник напомнил Италии её собственную историю, освещённую брюлловской молнией.

Волга не знает слова «провинция». Она связывает Россию надежнее любой административной карты, а города на ее берегах всегда мерили себя не расстоянием до столицы, а масштабом дел. При Глебе Никитине Нижний снова живет с таким ощущением своего масштаба. Глеб, мне нравится, что за большим проектом ты умеешь видеть не презентацию, а человека и его обычный день. Поэтому Нижний меняется не только на фотографиях, но и в привычках: как люди ездят, где учатся, почему остаются и где видят своё завтра. Будучи человеком, искренне увлечённым своей землёй, ты превращаешь государственный масштаб в понятную людям повседневность, а работу — в личное дело. Именно так любая власть становится настоящим служением. Дорогой Глеб, с днём рождения! Ты помнишь: им нужны великие потрясения. Нам нужна великая Россия!

В день рождения Сарика Андреасяна как никогда к месту вспомнить афоризм Жванецкого: Труднее всего человеку даётся то, что даётся не ему

В Москве слишком многое спрятано за фасадами, слишком много дверей, за которыми может оказаться совсем не то, чего ждешь. Обычный город существует одновременно с другим, где действуют Великие Дома, магия вплетена в реальность, а Сантьяга напоминает Ортеге простую вещь: «ничего случайного не бывает». У Панова Москва вообще живет двойной жизнью: башни на Вернадского становятся крепостью, по ночным улицам ходят посланники Темного Двора, а за неприметными дверями решаются дела, о которых москвичи не догадываются. И в этом, кажется, вся магия «Тайного города». Никогда не знаешь, какая дверь ведет тебя в тайный мир. И этот мир мы впервые открыли прямо посреди столицы. Промокампанию «Тайного города» начинаем с яркой вспышки в Москва-Сити, где появилась «Пирамида» — первый артефакт нашей вселенной, которая постепенно будет проступать в разных точках города. Форма не случайна: наша пирамида — символ силы скрытого мира. Но самое интересное внутри, ведь в этой истории герои знают секрет получения золота и контролируют его мировые запасы. Поэтому здесь вас ждут товары столичных брендов и роскошная продукция по мотивам сериала. Мне нравится, что «Тайный город» начинается с ощущения, что в Москве есть еще один слой. И после этого смотришь на нее уже иначе. Кстати, под сводами «пирамиды» висит рояль, на котором играет один из персонажей сериала. Наш рояль тоже играет. Сам по себе или нет, предлагаю проверить лично. Увидимся в эфире ТНТ уже этой осенью ⚡️

Думаю, эта #БитваЛуков пройдёт между юбками. Лаковая или в стиле пэчворк? Кстати, такое смешение тканей кажется идеальным для тех, кто не может определиться, что он любит больше — томное кружево или цвет. Согласны?

Встречайте свежее закулисье реальности «Очень сказочных дел» — следующего новогоднего фильма ТНТ. Что происходит, когда на площадке сходятся Батрутдинов и Гайдулян? Ни в сказке сказать, ни пером описать. Только смотреть, смеяться и подпевать. Немного дразним вас кадрами со съёмок. А дальше — самое интересное уже на большом экране. «Очень сказочные дела» в кино с 3 декабря 🎬

За каждым реалити стоит гораздо больше, чем вы видите на экране, друзья. У Лауры получился очень живой разговор о том, что обычно остаётся за кадром: как организовано производство, как команда работает с испытаниями, участниками и непредсказуемыми ситуациями.

#ФразаДня

Пока все обсуждают, заменит ли ИИ актёров и сценаристов, Турция тихо тестирует следующую ступень своей культурной экспансии. На стриминге Prime Video (больше 200 млн пользователей в мире) вышел турецкий мини-сериал «Стены замка», созданный с помощью нейросетей. ИИ-эксперимент поставили на одну полку с большим мировым кино. Это историческая драма о крепости Аламут на территории современного Ирана, и Хасане ибн Саббахе — предводителе легендарных ассасинов. Сценарий написали авторы популярных турецких сериалов «Эзель» и «Столкновение», а героев, локации и визуальный мир генерировал ИИ.   Турецкие сериалы смотрят почти миллиард человек примерно в 170 странах. И за новым экспериментом тоже стоит не стартап из гаража. Ay Yapım — один из крупнейших производителей турецких сериалов, создавший «Чёрную любовь», «Внутри» и другие международные хиты. «Чёрная любовь» стала первым сериалом из Турции, получившим международную премию «Эмми».   Турция экспериментирует с Аламутом, а Голливуд идёт в другую сторону: «Одиссея» Нолана с бюджетом $250 млн — это реальные декорации, локации, огромная команда и звёздный каст. Пока такое кино выигрывает борьбу за внимание, ИИ выводит на стриминг, мягко скажем, проходной сериал. Но технологии меняются. И главный вопрос здесь в том, чьи истории в итоге будет смотреть весь мир.

Вот вам идеальный запуск с точки зрения маркетинга — на открытии первой в мире беспилотной кофейни в Китае робот-бариста поставил рекорд, сделав 200 чашек кофе за час. Здесь нам продают не столько кофе, сколько зрелище: автоматизация позирует перед камерами. Для самого напитка тело робота избыточно. Кофемашина и без клешней отмеряет воду, держит температуру, нажимает кнопки быстрее человека. Но без робота не получится эффектной демонстрации: вот конкретная машина заняла место за стойкой, вот установила рекорд, вот привычная профессия под угрозой. Инженерный проект удачно упаковали в рекламный сюжет. Возможно, живой бариста за стойкой в будущем станет привилегией заведения как открытая кухня или официант вместо терминала. Утренний кофе для многих не просто кофеин, а ритуал. И если робот выиграет рекорд, то человек может этот ритуал сохранить.