ЕГОР СЕННИКОВ

В начале 1970-х в коммунистиеской Польше произошел резкий разворот в отношениях между Католической церковью и руководством страны - если при Гомулке церковь атаковали, то при Гереке решили подружиться. Занятно, что ничего критического в этом не видели обе стороны, а. главное, считали что для всех это выгодно - власть успокаивала население и заручалась какой-то поддержкой со стороны сильного и независимого института, а Церковь получала возможность вести свою работу, открывать новые храмы и работать с населением. И те, и другие, считали, что компромисс нужнее разногласий - ведь и священники, и члены Политбюро считали себя патриотами, а интересы страны ставили выше сиюминутных разногласий. Это очень показательная история, на мой взгляд, потому что она показывает, что и социализм может быть разным, и борьба с церковью внутри него тоже может быть разной. Случай Польши, конечно, отличается от опыта СССР тем, что по итогам Второй мировой Польша стала практически моноэтничной страной, а, значит, внутренний интернационализм разгонять до такой степени как в СССР было практически невозможно. Но мне, все-таки, кажется, что дело еще и в том отношении, которое было и у коммунистических польских элит к собственной стране и нации - отношение, которое в Советском Союзе было скорее редкостью у крупных начальников, чем правилом. Ну, и кроме того, нельзя не отметить, что с католической церковью в Польше в XX веке даже в самые мрачные годы не происходило такого уничтожения, какое постигло православную церковь в России в те же годы. Сразу после войны Сталин вообще поддерживал курс на контакты с польскими католиками, понимая важность церкви для Польши, и протягивая католицизму руку. Наступление на церковь тогда не велось. Довольно быстро стало понятно, что католики просто так сотрудничать не будут, а ориентироваться станут на лондонское правительство - и вот тут отношение к церкви изменилось - началось давление, кампании, репрессии и угрозы. В итоге церкви пришлось согласиться на условия коммунистов и формально признать свою лояльность государству в новых реалиях. "1 февраля 1971 г. правительство заявило, что церковь получит в собственность имущество, которым она прежде пользовалась на западных и северных землях как собственностью государства. На основе закона, принятого сеймом 23 июня 1971 г., церковь получила в собственность более 4 тыс. костелов и часовен, почти полторы тысяч зданий и несколько сот га пахотной земли. В 1973 г. церкви дополнительно было передано более 600 объектов недвижимости. 3 марта 1971 г. состоялась встреча между Ярошевичем и Вышиньским, которая длилась три часа. Это была первая за последние годы встреча на столь высоком уровне. Председатель правительства заявил примасу, что Герек не намерен вести войну с католической церковью. Одновременно Ярошевич просил Вышиньского, чтобы церковь не включалась в политическую антисоциалистическую деятельность208. Власти выдали разрешение на строительство 150 новых костелов и других церковных объектов. Если в 1966–1970 гг. было построено 37 костелов, то в 1971– 1975 гг. — 132. Государство простило старые церковные долги, отменило требование ведения ксендзами инвентарных книг, ввело многочисленные облегчения в работе пунктов изучения Закона Божьего школьниками за пределами костелов. Если в 1971 г. в духовные семинарии были приняты 735 человек, то в 1976 г. — 1174. Семинаристов все реже стали призывать на службу в армию. Для поездок за границу иерархи получили дипломатические паспорта. Вышиньский обращался к Гереку «первый секретарь» и «пан Герек», а Герек к Вышиньскому — «Ваше преосвященство», «ксендз примас», «ксендз кардинал». В ходе этих встреч обсуждались сферы сотрудничества государства и церкви: семья и ее укрепление, гражданское воспитание, мораль, отношение к труду, здравоохранение. Поднимались также вопросы польско-советских отношений. Оба, несмотря на различия, аналогичным образом понимали необходимость бóльшей независимости Польши при признании силы и значения СССР".

Анонимные пулеметчики

Про Северный Кавказ и Первую русскую революцию (интересно, как с тех пор изменился язык официальных отчетов): "Общую ситуацию в регионе ярко обрисовал ее очевидец, жандармский офицер генерал-майор Б.Н. Полозов, принимавший активное участие в подавлении революции на Восточном Кавказе: «Революция 1905—1907 годов на Кавказе протекала не повсюду одинаково. Здесь она имела иной характер, нежели в других частях империи... Чечня, Ингушетия, Кабарда, Дагестан и остальные мусульманские области оказались чужды политическим требованиям русских революционных партий. Они на деле доказали свою преданность Белому Царю и верность России, охотно вступая в ряды формировавшейся тогда в центральных губерниях конной стражи из добровольцев. Правда, в Терской области, где оперировал неуловимый Зелимхан, число абреков несколько увеличилось. Политика не политика, а отчего же не поразбойничать и не свести счеты с кровниками, благо полиция и войска заняты, одни — рабочими беспорядками на нефтяных полях, а другие ослаблены выделением частей в Маньчжурию, на войну с Японией. В общем же на Северном Кавказе было сравнительно тихо, зато на юге, в Закавказье, т.е. в Грузии и Азербайджане, картина была совсем другая. Экспроприации, похищения с выдачей пленников за выкуп и террористические акты продолжались и тогда, когда повсюду жизнь уже вошла в обычную колею... Так было в Грузии, включая и Черноморское побережье. В Азербайджане обстановка сложилась совершенно иначе. Баку, его район и рыбные промыслы на Каспийском море, шли общим революционным путем рабочих беспорядков, но внутренние пределы Азербайджана испытали еще и все ужасы армяно-татарской резни». Меньший размах революционного движения на Северном Кавказе объясняется целым рядом причин. Главной из них было отсутствие в регионе крупных городов, охваченных политическим революционным брожением. Хотя при российском управлении с 1863 по 1897 г. численность горожан на Кавказе и возросла более чем в 2,5 раза, но произошло это в основном за счет Закавказья, Грузии и Азербайджана, где революция проходила более бурно. В конце XIX в. в Дагестанской области городское население составляло всего 7,8% (44,6 тыс. чел.). В Кубанской области горожан было 11,5%, в Терской — 12,8%. Только на северо-западе региона доля городского населения была существенно выше: 34,2% в Черноморской губернии3. Как уже отмечалось, в начале XX в. население региона продолжало жить за счет сельского хозяйства. Кроме того, росту революционного движения в регионе мешали этноконфессио- нальные барьеры. Горцы-мусульмане и казачество почти не были представлены в быстро революционизировавшихся городах. Большинство городского населения здесь составляли переселенцы из внутренней России. Так, в 1897 г. во Владикавказском округе Терской губернии русские составляли более 70% горожан. В Кабарде и Карачае вообще не было городов. В большей части Дагестанской области действовало военно- народное управление, по которому местное мусульманское население исключалось из общей судебно-административной системы империи. Дагестанцы не были полностью интегрированы в российское правовое и политическое пространство. На территории области действовали не общероссийские, а местные правовые нормы, основанные на адате и шариате. Даже официальным языком власти и права здесь был не русский, а арабский язык (и отчасти тюркский)".

Дефицита шапок в начале 1990-х точно не было

Британский плакат с призывом финансировать фонд помощи СССР во время Второй мировой.

На Арзамасе интересный совместный курс с РЖД - про российские железные дороги. Помимо прочего есть интересный сборник жалоб пассажиров начала прошлого века: "Нижеподписавшие сидели у стола и выпили пиво и чаю на 2 р. 95 к., потом мы кавалеры ушли, но человек, т. е. служащий № 20, объявил, что довольно долго сидели, пора вам домой идти по такой малой сум­мы, мы думаем, что каждый человек выпивает сколько ему хочется, но не по желанию служащих. Кроме того, я ему раньше 25 коп. на чай давал, после этих слов мы пошли к хозяину буфета, который объявил, что служащий вполне праве отправить здешних посетителей. Купцы 2-й гильдии К. Скрон и Эрнст Лотц, ст. Павловск, 1879 г." "Позволяю себе обратить внимание на невозможные порядки Саратов­ской ледокольной переправы. Сегодня пассажиры сидят шесть часов в виду Сара­това. Ледокол занят охраной баржей и прямых обязательств дороги в отноше­нии пассажиров не исполняет. Член Государственной думы Николай Некрасов  , Покровская слобода, 31 марта 1912 г." "Почему вы меняете расписание Поездов это главное ошипка являеца от вас это зависит. вся Рассия Вас ругает заточто меняете время поездов. Вы понимаете сколько делаете правительству убытков Менять в года 2 раза что это — стоит наверно 500,000 руб. или более. Крестьянин Я. Коршин, Санкт-Петербург, 12 ноября 1911 г." http://arzamas.academy/materials/1417

Обожаю людей, которые не умеют читать.

«Полировочка истории». Все императоры были хороши, статны и мудры. Трезвенники душой и телом У Незыгаря,естественно, безумный контекст. Правда, не такой блевотный, как у Сенникова, играющего в объективный царизм. Россия, которую мы потеряли - так называется имперский песок в голове https://t.me/docsandstuff/1347

Вчера впервые видел фильм Метальникова "Простая история" с Мордюковой в главной роли. Фильм, прямо скажем, не великий и, видимо, останется в истории только фразой "Хороший ты мужик, но не орел!". В остальном это очень так себе, хотя там есть и вполне современный феминизм (Мордюкова в начале кричит на собрании руководства колхоза про то, что мужики только бухают, а везде в остальном "у нас работа бабья"), есть социально-политические шутки и все такое. Но поразительно насколько небрежный сценарий (целая линия повисла в воздухе и закончилась ничем), насколько местами ужасная актерская игра, и довольно странная операторская работа. Самая смешная сцена, конечно, с автолавкой с книгами в деревне. К лотку подходит девочка и спрашивает по списку: -"Мадам Бовари" есть? -Нет, деточка. -А "Декамерон" Бокаччо? -Тоже нет. -А "Блеск и нищета куртизанок" БальзакА? -Чего-чего? А кто тебе посоветовал? -Девочки! -А Васька-трубачка не хочешь? -Нет. -Ну вот и иди. Прекрасно же!

Ну я там раза три написал, что я не фанат Александра и его внутренней политики. Просто мне все-таки кажется, что надо стараться быть объективным и не смешивать отношение к контрреформам и замораживанию политики, с адскими агитками. Это все того же рода, как и какие-нибудь разговоры про сифилис Ленина, я такое не люблю про кого бы речь ни шла. https://t.me/russianposttruth/2212

Мария, я не сказал, что он не пил, я сказал, что он НЕ был алкоголиком и свидетельств тому много. И уж тем более не было вот этой всей клюквы, как она описывалась у Пикуля: "Вот сейчас она сидит в соседней комнате и – мешает ему! Как раз пришло время хватить гвардейский «тычок» без закуски, а Машка торчит там и подсматривает, как бы муженек не выпил чего-либо. Отложив перо, император подкрадывается к буфету. Без скрипа отворяются дверцы, заранее (какое гениальное предвидение!) смазанные. Вот и вожделенный графин. Засим следует легкое, давно обдуманное наклонение его над рюмкой. Но раздается предательское – буль-буль-буль. В дверях уже стоит жена со старым носком в руках. - 16 - – Ах, Сашка, Сашка, – говорит она с укоризной. – Зачем ты хочешь обмануть свою старую Мари? Ведь тебе нельзя пить… Александр III, шумно вздыхая, снова берется за дела великой и могучей империи. Правда, у самодержца прибережен один вариант в запасе. Вдруг он встает, бодро направляясь к дверям. – Сашка, ты куда? – окликает его жена. В ответ следует патетическое признание мужа: – Ах, милая Мари! Не отнимай у меня хоть одно право – побывать там, куда и цари ходят своими ногами… Теперь, когда лучезарная свобода на миг обретена, скорее вниз – в подвалы замка, где денно и нощно работает царская кухня. Здесь появление императора никого не удивляет: привыкли! – Василь Федорыч, скорей подавай «дежурного»… Ему вручают ковш с водкой. Сладостно зажмурившись, царь осушает его до дна. Отовсюду слышны советы поваров: – Ваше величество, закусите… нельзя же так! – Некогда, братцы. А за поддержку – царское вам спасибо…" https://t.me/Baronova/1302

Да, а Победоносцев предотвращал в России революцию. Какие славные ободранные русские консерваторы.

Сергей, я такого не говорил и не имел в виду, не надо передергивать все-таки.

Вчера увидел репосты какого-то адского набора агиток про императора Александра III; потом уже увидел, что это Незыгарь откуда-то вытащил вот эти безумные истории. Непонятно, зачем это делать. Наш канал всегда выступает за историческую правду, вне зависимости от того, как я сам отношусь к тем или иным историческим фактам. Я не самый большой фанат Александра III по разным причинам, но это совсем не повод публиковать адские агитки о нем. Поэтому решил пройтись по пунктам этих обвинений. 1. Александр III не был алкоголиком. Этот миф был популярен в оппозиционных кругах уже при жизни самого императора, затем был уже подхвачен Временным правительством и ранними большевиками, а в полную силу миф вошел после романа Пикуля "Нечистая сила" (который сам по себе является гиперсборником антиромановских мифов - ну как Пикуль вообще). А вот те, кто его лично знал, всегда отмечали, что распространенные разговоры - ложь и неправда. Врач Александр Вельяминов в 1918 году писал: "Во время болезни Государя распустили сказку, будто Государь очень любил курить и злоупотреблял вином, чем и стремились объяснить его болезнь. Должен сказать, что это совершенная неправда… пил ли он водку за закуской – не помню, кажется, нет, а если и пил, то никак не больше одной маленькой чарочки: за столом он пил больше квас, вина почти не пил, а если пил, то свой любимый напиток – русский квас пополам с шампанским". 2. Быть франкоманом и ориентироваться на Францию в международной политике - это разные вещи, не понимаю, как можно этого не понимать. Французы много инвестировали в растущую российскую индустрию, а политически искали в России способ избавиться от статуса парии, который страна приобрела после поражения пруссакам. Россия была путем обратно к статусу великой державы. Как к этому относились сами французы можно прочитать во многих восторженных мемуарах о визите Николая II, например, в Париж: "Приезд государя «пробил лед», Франция «восстановила свой ранг средидержав», как писали «Нейесте Нахрихтен». Она стряхнула с себя подавленность поражения, тяготевшую на ней двадцать пять лет, почувствовала себя полноправной великой державой. Приезд царя был знаменательным этапом в жизни французской республики. Это отразилось в известной мере и на ее внутренней политике. Престиж умеренного правительства Мелина-Ганото возрос и укрепился; оно продержалось сравнительно долго — 26 месяцев — и пало только среди бурь дела Дрейфуса, в 1898 г." 3. Странно обвинять Александра III в создании "террристических" монархических организаций для защиты императора - учитывая, что Священная дружина появилась после того, как в центре столицы левые террористы подорвали отца и предшественника Александра III. Ну а по сравнению с масонами или с йельским обществом "Череп и кости" это все вообще детский сад. 4. Воронцовым-Дашковым явно не ограничивался круг людей, чьи акции пошли вверх при Александре III - Михаил Рейтерн, Николай Бунге, Николай Гирс, Петр Ванновский. Про другие сферы - от медицины (Сеченов, Склифосовский, Боткин, Захарьин) до журналистики (Катков) и говорить нечего. 5. Я совсем не в восторге от многих вещей во внутренней политике Александра III, но, честно говоря, сложно себе представить какой режим не стал бы реакционным, после убийства императора на глазах у всей столицы и продолжающихся попыток убить и его наследника. Коррупция - популярная история, но если реально смотреть на вещи, то при Александре III развернулась серьезная борьба с коррупцией, сильно разросшейся во времена реформ Александра II. Экономика росла так, как она не росла ни до, ни после; росла и собираемость налогов. Цензура - это плохо, но нужно же учитывать общий контекст эпохи. В общем, будьте аккуратны, употребляя анонимные каналы.

Неделю примерно смотрел фильмы про Ленина и получал странное удовольствие. Из них все время что-то да выползает: царит интонация искреннего безумия. Особенно, когда нет никаких жанровых подпорок (как, например, в "6 июля", который, конечно, представляет собой феноменальный политический триллер). Вот, скажем, фрагмент из "Рассказов о Ленине" (Горки, меланхолия и смерть), это же чудо, что такое: https://vk.com/video-34866950_456240205

Кремлевские сплетни и сливы

О милиции в осажденном Ленинграде "Слабая работа по выявлению «уголовного элемента» отмечалась и до войны, а во время осады Ленинграда говорить о полноценном контроле за ними еще труднее. Одна из причин – истощенность милиционеров. « За последнее время в связи с плохим питанием мы в городе не имеем охраны. Я ходил по району в час ночи, абсолютно никого нет. Можно делать что угодно. Я разговаривал с начальником отделения милиции, и он говорит, [что] уходит милиционер на пост и говорит: пошлите за мной, боюсь свалиться», – рассказывал один из присутствовавших на совещании в обкоме ВКП(б) в январе 1942 года. Член военного совета Ленинградского фронта А.А. Кузнецов назвал это «враньем»: «Все они на котловом питании, 3 раза в день получают пищу и обязаны работать». Известно, однако, что во время блокады от голода умер 651 милиционер. О малочисленности милиционеров говорили и другие блокадники. «Милиционеры встречались очень редко, особенно в декабре и в январе… Чаще к милиционерам обращались по вопросам нарушения светомаскировки кем‑то из соседей, при утере продовольственных карточек, при возникновении каких‑либо подозрений на спекуляцию», – рассказывал В.Г. Даев. Следует иметь в виду, что милиционеры, как и прочие, находившиеся на котловом питании, должны были поддерживать свои семьи. Само это «питание», скажем прямо, в «смертное время» являлось весьма скудным. Об изможденных, голодных милиционерах очевидцы блокады вспоминали не раз. «Человек упал на панели – мне не дотащить», – сообщал один из милиционеров работникам «скорой помощи» в декабре 1941 года. Вера Михайловна Инбер записала в дневнике 3 января 1942 года: «Связистка‑студентка подняла на улице милиционера, упавшего от голода. Кроме того, у него были украдены хлебные карточки». Писатель В. Кочетов, редко бывавший в городе, встретив на улице милиционера, сразу отметил: «В глазах у него тоже был голод». В страшные дни первой зимы милиционеры делали всё, что могли, прилагали немало усилий для того, чтобы город не оказался в трясине преступности. Не их вина, что сделать большего они не были способны. Милиционеры, часто сами изможденные, поднимали на улицах обессиленных людей, помогали им дойти до дома, защищали от грабителей, выявляли спекулянтов и воров, наживавшихся на бедах людей. Да, они иногда спорили, кто должен был идти поднимать лежавшего человека, да, помогали не только из сострадания, но опасаясь быть наказанным за бездействие, – но ведь спасали. В начале 1942 года состав милиционеров обновили, пополнив их ряды более крепкими людьми. Об этом была осведомлена даже германская служба безопасности (СД), в справке которой отмечалось: «Так как служащие милиции вследствие голода и холода в большинстве ослабли настолько, что стали пренебрегать своей службой, то в последние зимние месяцы их стали подменять служащими милиции из Москвы, которые приняли политический надзор с большой активностью». В целом же какого‑то существенного пополнения корпуса охраны правопорядка не произошло (да и невозможно было это сделать), работа его улучшилась лишь после нормализации обстановки в городе в середине 1942 года".

У Будапешта тоже есть свое Зарядье. Не в смысле модного парка, а в смысле утраченного в угаре градостроительного бума района, по которому теперь вздыхают. Ну, или, если угодно, не Зарядье, а Собачья Площадка. Район назывался (ну, впрочем, и сейчас называется) Табан. Находится он в Буде, между мостом Елизаветы и площадью György Dózsa, прямо у подножия холма, на котором стоит Будайский замок. Тут были кривые запутанные улочки, низкие старинные дома и богемная обстановка — винные подвальчики, кофейни, мастерские художников. Табан называли будапештским Монмартром. Но в 1933-36 годах Табан был уничтожен ради строительства современных кварталов с нормальной планировкой и многоквартирными домами. От старого Табана уцелело всего несколько зданий, а до наших дней и вовсе почти ничего не осталось: что-то погибло во время битвы за Будапешт, а что-то — в годы Советской власти (так, в 1949 году снесли храм св. Дмитрия Солунского, который некогда считался самой красивой сербской церковью Австро-Венгерской империи). На фото 1905 года — площадь Креста (Kereszt tér). На заднем плане слева — мост Елизаветы, еще в своем изначальном убранстве (его, в отличие от остальных будапештских мостов, восстановили не «как было»).

Есть вот такая страна Люксембург. Все про неё хоть раз да слышали, но вот гораздо меньшее количество людей знает как там устроена политическая жизнь. А она довольно нетривиальная. Вот просто несколько занятных моментов. 1. Люксембург - конституционная монархия; если быть точным - это великое герцогство. Великий Герцог (в данный момент - Анри) вместе с правительством являют собой руководство исполнительной ветви власти. У герцога есть право распускать парламент, однако с 1919 года такого ни разу не происходило. 2. Палата депутатов состоит из 60 человек, и на всех выборах после войны побеждала ОДНА и та же политическая партия, и лишь в двух случаях она не смогла организовать правящую коалицию - в 1974 и в 2013. 3. Партия называется так - Христианско-социальная народная партия. На 16 выборных кампаниях подряд, прошедших после войны, она побеждала своих оппонентов, набирая от 27% до 44% голосов в разные периоды. 4. В связи с этим в Люксембурге сложилась традиция очень долгих премьерских сроков. Впрочем, почему бы и нет, если партия все время выигрывает. До 2013 года премьер-министром был небезызвестный Жан-Клод Юнкер - а начались его полномочия аж в 1995 году. Его предшественником был Жак Сантер, который руководил правительством с 1984 по 1995. Среди люксембургских премьеров-долгожителей были ещё такие люди как Пьер Вернер, который возглавлял правительство с 1959 по 1974 и с 1979 по 1984 (в общей сложности 20 лет), Пьер Дюпон - с 1937 по 1953 (в 1940-1944 возглавлял правительство в изгнании) и Жозеф Бек - с 1926 по 1937 и с 1953 по 1958 (18 лет). 5. Верхняя Палата Парламента называется Государственным советом, в него входит 21 человек, из которых 11 должны докторами права. Членов совета назначает Великий Герцог; традиционно одним из советников становится наследник престола, также иногда членами становятся и другие члены семьи великого герцога. Причём на них всех не распространяются правила о необходимом минимальном возрасте. Наследник должен давать советы членам Государственного совета по поводу принимаемого законодательства. 6. Голосование в стране обязательное, выборы проходят по пропорциональной системе с открытым преференциальным списком - когда в списке партии ты можешь поддержать какого-то конкретного депутата, и если он наберёт достаточное количество голосов, то опередит своих коллег, которые находятся в списке выше, чем он. 7. За последние 4 кампании лишь один раз явка падала ниже 90%. 8. Премьер-министры часто также дополнительно возглавляют другие министерства - финансов или обороны. P.S. А вы ещё говорите, что у конституционных монархов мало возможностей влиять на политику!