最近验证的频道：

ch

Чырвоны Дудар

前往频道在 Telegram

Пошел за хлебом до рынку, а купил волынку.

显示更多

未指定国家未指定类别

253

订阅者

无数据24 小时

+27 天

+230 天

713

帖子浏览量

~ 37624 小时

~ 41648 小时

281.82%

参与率

~ 2

每日帖子数

帖子数量

数据加载中...

反应

评论

Telegram 星星

按以下排序的热门帖子

数据加载中...

发布分析

	帖子					浏览量动态
	Технофашизации общества и построению частных «цифровых империй» противостоят не только академические учёные с левым «бэкграундом», но и влиятельные интернет-энтузиасты. Исходящие из того, что все априори имеют равные права в Сети, а Сеть — уникальное место для кооперации и других проявлений коллективизма. Как, например, Кевин Келли — американский писатель, футуролог и один из основателей журнала Wired, считающий, что open source и соцсети являются предвестниками «нового социализма». Впрочем, в итоге у него получается очередной либертарианский извод, меняющий весь смысл известного термина. «Цифровой социализм» в трактовке Келли, как он его описывает в программной статье «Новый социализм: глобальное коллективистское общество приходит через онлайн» 2009 г. — это не политическая программа и не экономическая модель, а описание новых форм коллективного взаимодействия в цифровой среде, где ценность создаётся и распределяется сообща, зачастую без прямого денежного вознаграждения. Он связывает «цифровой социализм» с особенностями интернета эпохи Web 2.0 и последующих этапов развития Сети. Идея строится вокруг того, что цифровая среда естественным образом поощряет коллективное, а не сугубо индивидуальное создание благ и ценностей. Сам Келли отмечает, что слово «социализм» может вызывать негативную реакцию из-за культурного багажа, связанного с этим термином. Однако, по его мнению, это не идеология, а скорее набор установок, техник и инструментов, которые способствуют сотрудничеству, совместному использованию ресурсов и другим формам социальной кооперации. Вот основные черты этого «социализма»: Обмен и открытость контента. Люди свободно делятся идеями, медиа и знаниями, часто используя лицензии вроде CreativeCommons. Коллективное создание. Проекты вроде «Википедии», где миллионы пользователей вносят вклад, а небольшая группа модераторов следит за качеством. Здесь труд не оплачивается напрямую, но создаётся огромная общественная ценность. Кооперативное ранжирование и фильтрация. Платформы вроде Digg, Reddit или рекомендательные системы, где пользователи сами определяют, что важно и интересно. Это своего рода «коллективный разум», распределяющий внимание. Совместное использование вместо владения. «Тренд» на доступ, а не на владение: «каршеринг», «стриминговые» сервисы, «облачные» инструменты. Келли называет это проявлением «цифрового социализма» совместного пользования. Альтруистические и репутационные мотивы. Люди участвуют не ради денег, а ради признания, обучения, удовольствия или чувства причастности к чему‑то большему. Келли специально подчёркивает, что речь не идёт о государственном контроле или перераспределении через централизованную власть. «Цифровой социализм» у него — это самоорганизующаяся, добровольная кооперация в Сети. «Цифровой социализм — это социализм без государства... В отличие от старого социализма с красным флагом новый социализм действует через безграничный Интернет», — пишет он в своей программной статье. Но на самом деле мы конечно же имеем дело очередным вариантом либертарианского социализма, который «предназначен возвысить индивидуальную автономию и ниспровергнуть централизацию». Келли также связывает это с более широкой концепцией «техниума» — эволюционирующей системы технологий и культуры, которая порождает новые формы коллективного интеллекта и взаимодействия. А ещё, по мнению Келли, в скором времени может быть создан совокупный ИИ всего человечества, который он называет «холос» (греч. «общий», «полный») — глобальная система, которая будет формироваться по мере интеграции людей и технологий в единую матрицу. Любопытно, что статью Келли иллюстрирует временная диаграмма истории социализма, где распад СССР плавно переходит в историю развития Сети. «История коммунизма не окончена, он просто мигрировал в Сеть... Классовая борьба сменяется битвой сетевых платформ», — иронизируют комментаторы. В заключение — порекомендуем и очень справедливую критику «социализма без красного флага», предлагаемого Келли. Потому что социализма без Красного флага не бывает. #ЦифровойСоциализм #ЧырвоныДудар	461	12	0	3	Loading...
	Даниэль Э. Сарос — экономист мексиканского происхождения, доцент Университета Вальпараисо в США, чьи работы сочетают марксистскую политэкономию с историческим анализом капиталистических институтов. Ныне — ещё и один из ведущих теоретиков цифрового социализма, хотя последняя тема не является основной в его творчестве, который утверждает, например, что неспособность Маркса определить природу социалистического общества была вызвана недоступностью в его время достаточных средств для его построения, которые существуют в современных IT-технологиях. В книге «Labor, Industry, and Regulation during the Progressive Era» (2009) Сарос показывает, как планирование и социальные программы проникли в капиталистическую экономику США. Он пишет про то, что в нач. XX в. сложился особый институциональный порядок: государство и крупный бизнес совместно регулировали рынки, цены и условия труда. Это не было «чистым» свободным рынком, но и не было централизованным планированием — это была система координации между корпорациями и регуляторами. Всё это было направлено на преодоление регулярных капиталистических кризисов — «бича» для начальных стадий становления капитализма. На примере сталелитейной отрасли и корпорации United States Steel Сарос также демонстрирует, как крупные компании сами инициировали программы стабилизации цен и зарплат, чтобы снизить неопределённость и защитить прибыль. Это было не проявлением «социального чувства», а рациональной стратегией управления рисками. Там же он пишет про то, как компании внедряли ограниченные социальные программы, сокращали рабочий день и создавали «компанейские профсоюзы», чтобы ослабить давление со стороны независимых профсоюзов, государства и общества. По Саросу, это был способ сохранить контроль над рабочей силой и предотвратить радикальные революционные изменения. Даже механизация и автоматизация труда на американских заводах были направлены к этой цели: компании стремились стандартизировать процессы и снизить зависимость от квалифицированного труда, делая рабочую силу более управляемой. А вот в другой своей книге — «Information Technology and Socialist Construction: The End of Capital and the Transition to Socialism» (2014) — он наконец обращается и к цифровому социализму. Сарос пытается решить классическую проблему социалистического планирования — проблему экономического расчёта. В XX в. критики социализма (прежде всего представители австрийской школы вроде Людвига фон Мизеса) утверждали, что без рыночных цен невозможно рационально распределять ресурсы. Сарос считает, что современные информационные технологии позволяют преодолеть это ограничение. Вот какие модели описывает Сарос: «Профиль потребностей» (needs profile). Это центральный механизм его модели: потребности людей собираются и структурируются в виде данных, которые затем используются для планирования распределения ресурсов. Идея в том, чтобы перевести субъективные потребности в количественные параметры, пригодные для обработки алгоритмами. Отказ от рыночных цен и денег как основы расчёта. Вместо этого расчёт должен опираться на данные о потребностях и доступных ресурсах, обрабатываемые с помощью цифровых систем. Новый тип экономических законов для социализма. Сарос предлагает переосмыслить политэкономию социализма, сформулировав «социалистические законы движения», которые описывают функционирование экономики без капитала и рынка. Переходная динамика. Автор рассматривает не только конечную модель социалистической экономики, но и этапы перехода от капитализма, включая условия, при которых такой переход становится возможным. В итоге его подход стал одним из самых известных и сравнивается теперь с с другими проектами «киберсоциализма» или «вычислительного социализма» (например, с идеями П. Кокшотта и А. Коттрелла). Но и критикуется — прежде всего, за марксистскую идеологическую нагруженность (например, со стороны того же Е. Морозова, который рассматривает модель диджитал-социализма пусть и с антикапиталистических, но всё же лево-либеральных позиций). #Марксизм #Политэкономия #Социализм #ЦифровойСоциализм #ЧырвоныДудар	405	6	0	3	Loading...
	«Новый социализм» Пола Кокшотта и Аллина Ф. Коттрелла — ещё одна одна модель «киберсоциализма», предложенная в своё время западными специалистами в книге «Towards a New Socialism», вышедшей в 1993 г. (Кокшот — шотландский учёный-компьютерщик, марксистский экономист и лектор Университета Глазго; Коттрелл — американо-шотландский экономист, марксист и профессор экономики Университета Уэйк-Форест). Модель сочетает марксистскую экономическую теорию, кибернетический подход к планированию и партисипативную демократию. Книга писалась в 1990‑е гг., когда распад СССР заставил многих левых теоретиков переосмыслить возможности социализма. Подход Кокшотта и Коттрелла — это попытка предложить технически и экономически обоснованную альтернативу как советскому опыту, так и рыночному социализму. Как говорили сами авторы, это — «наша попытка ответить на идею о том, что социализм мёртв и похоронен после распада Советского Союза». Ключевые элементы экономического устройства по Кокшотту и Коттреллу: Кибернетическое планирование с помощью компьютеров. Авторы считают, что современные (на момент написания книги) и перспективные вычислительные мощности позволяют преодолеть классическую проблему экономического расчёта при социализме. Сложные алгоритмы должны обрабатывать огромные массивы данных о потребностях и ресурсах, делая централизованное планирование реалистичным и гибким. Тут они вдохновлялись, в частности, проектом Cybersyn С. Бира. Трудовая теория стоимости как основа расчёта. Цены на товары и услуги должны отражать количество общественно необходимого труда, затраченного на их производство. В отличие от рыночных цен, которые искажаются спросом и предложением, трудовые стоимости дают объективную меру затрат. «Трудовые деньги» (или «трудовые квитанции»). Вместо традиционных денег, которые могут накапливаться и становиться капиталом, предлагается система учётных единиц, привязанных к отработанному времени. Эти единицы используются только для потребления, они не обращаются как капитал и погашаются при покупке, что предотвращает накопление богатства и спекуляции. Ограниченная роль рынка. Рынок сохраняется, но только для потребительских товаров, чтобы оперативно балансировать спрос и предложение. Цены на потребительские товары могут временно отклоняться от трудовой стоимости для корректировки объёмов производства, но базовые расчёты между предприятиями ведутся в трудовых единицах. Неосоциалистический проект Кокшотта и Коттрелла не ограничивается экономикой и предполагает радикальное обновление политической системы: Партисипативная демократия и жеребьёвка. Чтобы избежать «железного закона олигархии» (тенденции к формированию властной элиты), авторы предлагают использовать жеребьёвку (как в древних Афинах) для назначения на большинство государственных и управленческих должностей вместо выборов. Это должно обеспечить ротацию и широкое участие граждан в управлении. Многоуровневое управление. Сочетание экспертного прогнозирования на макроуровне с участием граждан в принятии решений о распределении ресурсов на местном уровне. Коммунальная организация быта. Предлагается развивать городские коммуны, которые возьмут на себя функции по обеспечению жильём, питанием, уходом за детьми и пожилыми людьми, снижая бытовую нагрузку на отдельных граждан и укрепляя коллективные связи. Один из критиков-рыночников этой модели на страницах анархо-капиталистического «Quarterly Journal of Austrian Economics», издаваемого в США Институтом Мизеса, тем не менее, признал в 2009 г., что «Кокшотт и Коттрелл подошли настолько близко к разработке серьезной, современной версии неомарксистской политэкономии, насколько мы, вероятно, увидим». В 2007 г., на семинаре в Венесуэле, посвящённом испанскому переводу книги (под заглавием «К социализму XXI в.»), одному из авторов идеи «нового социализма» П. Кокшоту задали вопрос: как принципы, изложенные в книге, могут быть применены к процессу установления социализма в этой стране. Ответы Кокшота, сведённые им позднее в статью «Венесуэла и новый социализм», можно почитать на сайте проекта «Альтернативы». #ЧырвоныДудар	299	13	0	3	Loading...
	Мы много пишем про родоначальников идеи цифрового социализма, в т.ч. представлявших бывший соцлагерь. Но тема развивается, и появилось много авторов, рассматривающих её различные ракурсы. Кто-то делает акцент на технологиях как инструменте демократического планирования, кто-то — на социальных и этических рисках, а кто-то — на новых формах труда и борьбы в цифровую эпоху. Поговорим сегодня про идеи Евгения Морозова (род. в 1984 г. в Солигорске) — исследователя и писателя белорусского происхождения, доктора философии в области истории науки (2108), живущего сейчас за рубежом, который изучает политические и социальные последствия технологий. В 2018 г. издание Politico назвало его одним из 28 самых влиятельных европейцев. Например, в своей статье «Digital Socialism?» (2019 г.) он критически разбирает разные подходы к цифровому социализму. — это в первую очередь критический взгляд на то, как технологии (интернет, «гаджеты» и соцсети) влияют на общество и политику. Он последовательно развенчивает миф о том, что любые новые технологии сами по себе автоматически делают мир лучше и в качестве альтернативы предлагает строить цифровой социализм на «этике заботы», которая в политике смещает фокус с абстрактных правил на живые человеческие отношения и потребности (саму идею он взял из феминистской теории, опираясь, в частности, на Вирджинию Хелд). Суть этой этики в том, чтобы сделать заботу, эмпатию и учёт уязвимости людей центральным ориентиром при принятии решений, что в эпоху эпоху ИИ и алгоритмов задаёт ещё и новую проблему — что надо крайне осторожно заменять машинными решениями простое человеческое, эмпатичное взаимодействие (например, в сфере социального обеспечения). Так вот Морозов в итоге критикует: Киберутопизм. Философ выступает против веры в то, что интернет и цифровые инструменты сами по себе решат социальные, политические или моральные проблемы. Он показывает: часто за восторженными прогнозами («революция через Twitter», «интернет принесёт демократию») не стоит глубокого анализа. На деле технологии — это нейтральный инструмент, и их эффект зависит от того, кто и как ими пользуется. Интернет-центризм. Он указывает на склонность рассматривать почти любые социальные и политические изменения исключительно через призму интернета, преувеличивая его роль и недооценивая контекст (исторический, культурный, экономический). «Технологическое решениезм» (solutionism). Это идея, что для любой сложной проблемы — от коррупции до загрязнения среды — найдётся технологическое «решение» (алгоритм, приложение, система отслеживания). Морозов предупреждает: когда мы перекладываем ответственность за решение на технологию, мы можем исказить саму природу проблемы. Например, попытка «оцифровать» моральные или политические дилеммы иногда меняет мотивацию людей и в итоге ухудшает ситуацию. Риски для приватности и возможности для репрессий. Он акцентирует внимание на том, что авторитарные режимы активно используют цифровые инструменты для массовой слежки, подавления инакомыслия и распространения пропаганды. Таким образом, то, что одни видят как потенциал для свободы, другие превращают в инструмент контроля. Иллюзии «цифровой дипломатии». Морозов скептически относится к инициативам вроде продвижения «интернет-свободы» на государственном уровне, считая, что без тщательного анализа рисков такие курсы могут дать обратный эффект. Вместо слепой веры в технологии Морозов призывает к более вдумчивому подходу: Проводить глубокий контекстуальный анализ перед тем, как внедрять какое-либо технологическое решение. Нужно понимать, как это повлияет на конкретные социальные группы и существующие властные структуры. Не делегировать технологии моральные и политические решения. Вопросы справедливости, равенства, прав человека нельзя сводить к вопросам эффективности или удобства. Развивать критическое мышление в отношении цифровых инструментов — как у отдельных людей, так и у институтов.	634	13	0	5	Loading...
	Сегодня Куба, находящаяся в условиях жесточайших санкций со стороны США и политических режимов, «глядящих в рот» Североамериканской империи, празднует несмотря на все угрозы и ограничения, отмечает одно из самых значимых событий в своей борьбе за независимость — День национального восстания. Нападение повстанцев на две военные казармы поддерживаемого США диктатора Батисты считается отправной точкой Кубинской революции. Накануне, 25 июля в Пинар-дель-Рио Мигель Диас-Канель, первый секретарь Компартии Кубы и президент Республики, провёл встречу с группами солидарности, прибывшими на Кубу для участия в мероприятиях, посвящённых Дню национального восстания. Перед иностранными гостями, которые, несмотря на все давление со стороны Белого дома, кубинский президент заявил, что в нынешние времена быть на стороне Кубы — означает бороться против гегемонии, господства, против притязаний одной державы диктовать свои планы всему миру. Поэтому поддержка родины Марти и Фиделя — это не просто проявление солидарности. Это стратегическая необходимость для того, чтобы сделать этот мир лучше, потому что «завтра это может случиться с любой другой страной, если мы продолжим это допускать», — заявил он. Он также сообщил собравшимся, что в стране, которая на протяжении десятилетий являлась эталоном в области общественного здравоохранения, сегодня тысячи беременных женщин находятся в группе риска, для которых доступны не все лекарства, онкологические больные, чье лечение затруднено, и более 100 тыс. человек ожидают операции. «Скажите мне, разве это не коллективное наказание, преступление, разве они не осуждают народ с садистской, извращенной целью — спровоцировать социальный взрыв из-за экономического удушья?» — заявил первый секретарь Центрального комитета партии. Ещё он сообщил, что Куба не оставляет попыток продолжить продвижение программы энергетического перехода к возобновляемым источникам энергии. Однако приобретённое Островом Свободы оборудование, способное вырабатывать 300 мегаватт в год, до сих пор в контейнерах, которые находятся в разных портах мира и не прибывают, потому что судоходные компании отказываются их доставлять из-за опасений судоходных компаний американских репрессий, — пояснил президент. В то же время он подтвердил, что, несмотря на постоянную осаду, противники революции не смогли покорить кубинский народ и что в таких сложных обстоятельствах кубинцы не будут бездействовать и не сдадутся. В ходе встречи, на которой также присутствовали премьер-министр М. Марреро Крус, секретарь по организационным вопросам ЦК партии Р. Моралес и министр иностранных дел Б. Родригес, все члены Политбюро, а также высшие политические и правительственные деятели Пинар-дель-Рио, не было недостатка в словах поддержки и благодарности в адрес жителей острова за их мужество и пример. От имени организации «Пасторы за мир», одной из организаций с давней историей солидарности с нашей страной, исполнительный директор Клаудиа де ла Крус заверила, что Куба не одинока и никогда не будет одинока. «Мы здесь, потому что понимаем, что слово призывает нас защищать жизнь и быть на стороне угнетённых. Мы обязаны поддерживать суверенитет и достоинство кубинского народа», — добавила она. Розмари Мили, также представлявшая США, заявила, в свою очередь, что блокада, поддерживаемая правительством её страны, является незаконной и, следовательно, против неё выступает каждый человек в мире, обладающий чувством справедливости. «Сейчас не время отступать или сдаваться. Нас не заставят замолчать, и мы не прекратим борьбу», — эта произнесённая ею фраза стала рефреном собрания. #Куба #США #Империализм #Интервенция #Санкции #Солидарность #ЧырвоныДудар	553	8	0	4	Loading...
	+9 Карикатуры украинского советского художника Валерия Зелинского про бандеровцев и их капиталистических западных хозяев.	684	10	0	7	Loading...