Перевожу с канцелярВского

Тамир Мораг: В последние сутки много говорят о "кризисе с ракетами-перехватчиками" у американцев, однако глубинная причина того, что президент Трамп, по крайней мере временно, утратил решимость возобновить интенсивные боевые действия, заключается в другом. Трамп пытается создать явление, которому нет аналогов в истории войн: войну без потерь, по крайней мере с американской стороны. За последние годы чувствительность американского общества к человеческим потерям достигла беспрецедентного уровня. Если в войне в Персидском заливе в 1991 году США потеряли около 300 погибших, а при вторжении в Ирак в 2003 году — около 150, то теперь Трамп (на данный момент) не готов принять даже потерю еще 20 или 30 военнослужащих. Ни в коем случае не умаляя ценности жизни наших американских союзников, следует признать, что сверхдержава не может действовать таким образом. Путин не начинает утро без 50 или 100 погибших российских солдат в Украине. Разумеется, я вовсе не предлагаю Трампу становиться Путиным, который относится к своим военным как к одноразовому расходному материалу. Но нельзя впадать и в другую крайность, потому что она посылает опасный сигнал, который прекрасно воспринимают в Пекине и Москве. И когда эта крайняя чувствительность к потерям сочетается с многолетним пренебрежением к армии и американской оборонной промышленности — прежде всего в период демократических администраций Обамы и Байдена, — возникает весьма проблемная ситуация. В годы, предшествовавшие началу войны на Ближнем Востоке в 2023 году, темпы производства американских ракет-перехватчиков снизились до абсурдного и безответственного уровня. Так, например, в среднем за год сверхдержава номер один в мире производила немногим более 50 ракет SM-3 — основного американского перехватчика, сопоставимого с нашим "Хец-3". Перехватчики THAAD выпускались в среднем по 25 единиц в год (и по 37 после специального распоряжения администрации увеличить производство). С Patriot PAC-3 ситуация была несколько лучше — около 380 перехватчиков в год, однако это система, предназначенная для защиты лишь ограниченной территории. После начала войны администрация Трампа распорядилась резко увеличить темпы производства, однако создание новых производственных линий занимает годы. Поэтому, хотя улучшение уже заметно, оно пока не позволило догнать темпы расхода ракет-перехватчиков Соединенными Штатами. Тем не менее важно помнить, что и иранцы уже израсходовали значительную часть своих запасов ракет и беспилотников, поэтому не факт, что соотношение между средствами обороны и средствами нападения сейчас хуже, чем было в начале войны. Однако Трамп стремится одновременно достичь трех целей: победить Иран, сделать это практически без потерь и избежать каких-либо существенных, пусть и временных, экономических издержек из-за иранских ударов по нефтяной инфраструктуре стран Персидского залива. В прежние времена подобных сомнений вообще не возникало. Но в условиях крайней чувствительности к любой возможной цене войны даже проблема с вооружениями, которая не выходит за рамки куда более серьезных вызовов, с которыми государства и сверхдержавы сталкивались во время войн, внезапно превращается в решающий стратегический фактор. Тамир Мораг | 14-й Канал -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Почему левые думают, что могут победить? Авишай Матиа: Если за 4 года протестов, демонстраций и разнузданной травли левые так и не смогли свергнуть правительство — почему они думают, что могут победить? Если после резни 7 октября коалиция Нетаньяху не распалась, а только укрепилась — почему левые думают, что могут победить? Если правительство, которое левые собрали в 2021 году буквально "на скорую руку", развалилось уже через год — почему они думают, что могут победить? Если всем известно, что без ненавистных обществу арабских партий, поддерживающих Газу, у левых нет шансов сформировать правительство — почему они думают, что могут победить? Если демография работает против них и с каждым годом число избирателей из ультраортодоксального сектора только растет — почему левые думают, что могут победить? Если 70 процентов из сотен тысяч новых избирателей относят себя к правому лагерю — почему левые думают, что могут победить? Если среди военнослужащих срочной службы ЦАХАЛа Итамар Бен-Гвир и его курс пользуются огромной поддержкой — почему левые думают, что могут победить? Если после 7 октября большинство народа сместилось вправо — почему левые думают, что могут победить? Если тысячи сторонников левых теперь считают Нетаньяху, которого еще недавно ненавидели больше всего, единственным лидером, способным справиться со сложнейшими вызовами, стоящими перед нами, — почему левые думают, что могут победить? Если большинство народа избавилось от иллюзий о мире и больше не готово даже слушать о палестинцах — почему левые думают, что могут победить? Если десятки тысяч разочаровавшихся избирателей левого лагеря покинули страну — почему левые думают, что могут победить? Если телеканалам становится все труднее найти людей, которые перешли на сторону левых, и они снова приглашают одних и тех же персонажей прошлого, — почему левые думают, что могут победить? Если раз за разом предвыборные опросы разбиваются о реальность — почему левые думают, что могут победить? Если Смотрич снова преодолевает электоральный барьер, как уже несколько месяцев утверждает Шломо Фильбер, — почему левые думают, что могут победить? Если, например, в 2015 году опросы за 4 дня до выборов прогнозировали преимущество Герцога в 4 мандата, а на выборах Биби получил на 8 мандатов больше, чем показывал опрос, и победил с преимуществом в 6 мандатов, — почему левые думают, что могут победить? Если, например, в 2022 году экзитпол (!!!) 12-го канала дал партиям Авода и МЕРЕЦ в сумме 11 мандатов, а уже через два дня выяснилось, что у Аводы осталось всего 4 мандата, — почему левые думают, что могут победить? Если уже 17 лет не существует достойной альтернативы Нетаньяху, а кандидат от противоположного лагеря меняется каждые несколько недель, — почему левые думают, что могут победить? Если во главе противоположного блока сегодня стоит блеклая, лишенная харизмы фигура, механически повторяющая пустые клише по заранее подготовленным тезисам, — почему левые думают, что могут победить? Если каждое выступление или действие демократов вызывает ненависть, гнев, отвращение и насилие, отпугивая избирателей от левого правительства, — почему левые думают, что могут победить? Если левые выступают против национального единства — почему левые думают, что могут победить? Если все, что осталось от некогда великого левого лагеря — образование, освоение страны, готовность сражаться, — это только "только не Биби", — почему левые думают, что могут победить? Авишай Матиа | Твиттер- Х #выборы_2026 -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Затягивание правосудия Рои Кахлон: На неделе, на которую приходится Девятое ава, уместно вспомнить слова мудрецов: "Иерусалим был разрушен только потому, что в нем извращали правосудие". За последний месяц ко мне обращались журналисты и высокопоставленные представители судебной системы и сообщали, что мое имя рассматривается как одно из основных на должность главы МАХАШ (отдел Минюста по расследованию действий полиции). Я ответил, что мне лестно, что мое имя фигурирует среди кандидатов на столь высокие профессиональные должности, однако я пока не принял никакого решения по этому поводу. Так что в связи с "неожиданной" публикацией на этой неделе о возобновлении дисциплинарного расследования — МАХАШ или не МАХАШ, я не сдамся и не отступлю. Мы не должны мириться с реальностью, в которой дисциплинарные процедуры превращаются в инструмент устранения кандидатов вместо того, чтобы служить средством установления истины. Я продолжу бороться за профессиональную, честную и свободную от посторонних интересов государственную службу. Это не только моя борьба. Это борьба за облик государственной службы Государства Израиль. 🇮🇱 Рои Кахлон | Facebook #протухлатура #юристомафия -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Да, дело Задорова не связано с противостоянием правых и левых, но мы снова видим здесь одних и тех же представителей господствующей системы — Аарона Барака, Шая Ницана и Ицхака Амита, которые прежде всего стремятся защитить саму систему. Потому что глубинное государство защищает не только идеологию — прежде всего оно защищает само себя. Ницан защищал версию прокуратуры, а Амит придал ей судебную легитимность. Один задействовал механизм, другой облек его в уверенный юридический язык. Новые технологии способны идентифицировать ДНК и заново исследовать старые вещественные доказательства. Но самое главное, чего не хватает израильской судебной системе, вовсе не связано с технологиями. Это гораздо более древнее качество. Это скромность. Моше Коэн Элия | Профессор конституционного права, основатель института Масад хаАрец #багацдельня #протухлатура #картель_надзаконников -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Убийство Таир Рады и глубинное государство проф. Моше Коэн Элия: Недавно сообщалось, что дело об убийстве Таир Рады было вновь открыто в связи с появлением новой информации и нового направления расследования. Прошло двадцать лет после убийства и три года после оправдания Романа Задорова на повторном процессе. В исключительном порядке дело было передано из центрального подразделения полиции Северного округа в центральное подразделение полиции Тель-Авивского округа, а новая следственная группа должна заново изучить материалы с использованием технологий, которых не существовало во время первоначального расследования. Я не знаю, каково новое направление расследования. Но именно здесь важно подчеркнуть, что дело Задорова является классическим примером действия израильского глубинного государства. И глубинное государство — это вовсе не конспирологическое понятие о тайной группе, собирающейся в комнате, затянутой дымом. Глубинное государство — это нечто гораздо более простое, но и гораздо более опасное: система, которая сплачивается вокруг самой себя, защищает свой престиж и историю, которую уже продала обществу, и превращает каждого, кто ставит под сомнение принятую концепцию, во врага, которого необходимо заклеймить, заставить замолчать и преследовать. Ошибочное осуждение Задорова опиралось на два основания: напористость прокуратуры и высокомерие суда. Шай Ницан и Ицхак Амит очень хорошо олицетворяют эти два основания. Ницан не был государственным прокурором в начале этой истории, однако его борьба против доктора Майи Форман раскрыла сам механизм. Форман представила экспертное заключение, которое не соответствовало версии прокуратуры. После того как она выиграла конкурс на высокую должность в Институте судебной медицины, Ницан начал добиваться задержки ее назначения, пока Суд по трудовым спорам не был вынужден вмешаться. А когда доктор Хен Кугель попросил представить письменное заявление, подтверждавшее ее профессиональную добросовестность, представители прокуратуры попытались изменить текст этого заявления. Вы понимаете, как работает эта система? Эксперт остается "экспертом" лишь до тех пор, пока подтверждает то, что система уже решила. Как только наука начинает мешать делу, пересматривают не дело, а самого ученого. Все это полностью соответствует теории "элиты как мафия". Ицхак Амит был одним из судей большинства, отклонивших апелляцию Задорова. Он писал с абсолютной уверенностью, демонстрируя безапелляционность и судебное высокомерие. Судья Йорам Данцигер изучил те же материалы и пришел к выводу, что сохраняются разумные сомнения. Оглядываясь назад, осторожность Данцигера выглядит гораздо более юридически обоснованной, чем абсолютная уверенность Амита. И напомним еще об одном нашем знакомом — уполномоченном по рассмотрению жалоб на судей, судье в отставке Ашере Куле, который оправдал Задорова на повторном процессе. Таким образом, Амит и Ницан оказались по одну сторону, а Кула и Данцигер — по другую. Напомним также о публичной нападке Аарона Барака на Йорама Данцигера на конференции Коллегии адвокатов в Эйлате. Данцигер осмелился не согласиться с прецедентом Афрофим и предложил вернуть тексту договора тот статус, которого его лишили. Барак ответил снисходительно, назвал его слова "полной чепухой", а его судебное решение — "выстрелом от бедра". Данцигер был публично унижен за самый тяжкий грех в израильской судебной системе — самостоятельное мышление. Ирония же заключается в том, что сам прецедент Афрофим был существенно ограничен законодательными изменениями в январе 2026 года. Потому что в эпоху господства глубинного государства нет места скептицизму. Есть концепция, и есть те, кто обязан ей следовать. А любой, кто осмеливается думать иначе, даже если он вырос внутри самой системы, немедленно становится врагом: доктор Майя Форман, судья в отставке Хила Герстель, судья Йорам Данцигер или судья в отставке Ашер Кула.

Масштабное расширение поселения Эли Новости 04:

Одобрены сотни новых жилых единиц — Смотрич: "Это наш ответ террору и попыткам нанести удар по поселенческому движению"

Министр финансов и министр в Министерстве обороны Бецалель Смотрич объявил о продвижении одного из самых значительных строительных проектов последних лет в Иудее и Самарии, в рамках которого будут продвинуты планы строительства сотен новых жилых единиц в поселении Эли и других населённых пунктах. Согласно программе, в ближайшие годы поселение Эли значительно расширится: будут построены новые районы и увеличен жилищный фонд для ещё тысяч жителей. Проект, продвигаемый Управлением планирования Гражданской администрации, предусматривает строительство 763 новых жилых единиц, подавляющее большинство которых будет возведено в поселении Эли, входящем в региональный совет Биньямин. В поселенческом сообществе считают, что после завершения всех программ, утверждённых в последние годы, поселение сможет увеличить свои размеры вдвое, а возможно и втрое, став одним из главных центров поселенческого движения в регионе. Одна из ключевых программ касается расширения района Элираз, созданного в память о герое Израиля Элиразе Переце. После того как около года назад в этом районе были утверждены примерно 650 жилых единиц, теперь будет продвинуто строительство ещё 267 жилых единиц. Таким образом, после завершения проекта район будет насчитывать в общей сложности 917 жилых единиц. Новости 04 | Facebook #поселения_израиля -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

#выборы_2026 -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Широкое согласие? Еще какое. И все же эта конструкция, которая должна была обеспечить стабильность, спокойствие, взаимопонимание и примирение между гражданами, рухнула уже через год. А может быть, широта согласия измеряется не числом депутатов коалиции, а масштабом разногласий, которые удалось преодолеть? Оказывается, тоже нет. "Правительство перемен" гордилось тем, что смогло создать "правительство, основанное на убеждении, что даже люди, думающие иначе, чем мы, желают добра этому государству", как говорил Нафтали Беннет. Но и это правительство просуществовало недолго. А может быть, широкое согласие укрепляется в условиях войны за существование на нескольких фронтах? И это тоже не так. Вступление партии Государственный лагерь в военный кабинет привело к расколу самой партии — ее члены не смогли достичь даже узкого согласия, — а участие Ганца и Айзенкота в правительстве Нетаньяху продлилось всего восемь месяцев. И все же даже сейчас Нетаньяху призывает "создать широкое национальное правительство, которое будет опираться на максимально широкое согласие по главным вопросам, определяющим наше будущее на многие поколения". На первый взгляд задача выглядит простой, поскольку основана всего на четырех принципах: "Израиль — национальное государство еврейского народа; Израиль будет защищать себя собственными силами; Израиль обеспечит себе экономическую, энергетическую и оборонную независимость; между Средиземным морем и рекой Иордан не будет создано палестинское государство. Каждый, кто принимает эти принципы, приглашен присоединиться". Есть ли в лагере, который принято называть центристским, кто-то, кто не согласен с этими четырьмя принципами? Оказывается, все лидеры этого лагеря с презрением отвергли саму идею участия в правительстве во главе с Нетаньяху, вместе с Нетаньяху и рядом с Нетаньяху. Выясняется, что существует общественная группа, которая столь же настойчиво придерживается другого фундаментального принципа — политического бойкота. Можно с мечтательным взглядом говорить об исцелении, переменах, единстве, а также о кролике, наблюдающем закат, и лилии в его пушистой лапке. А можно говорить так, как на этой неделе говорил президент Герцог, назвав выборы "испытанием для израильской демократии, а также испытанием единства и сплоченности израильского общества" и "высшей точкой демократии". Это романтическое представление, способное очаровать романтическую душу. Или, по крайней мере, человека, который считает себя романтиком, одновременно выкрикивая "единство" или "конец демократии". Выборы — это способ, с помощью которого демократическое общество выражает свое мировоззрение и требует принятия решения тогда, когда согласия нет. Испытание демократии заключается в понимании того, что иногда ваши идеи и ваши приоритеты не получают поддержки большинства общества, а потому им придется ждать следующих выборов. До тех пор, безусловно, желательно достигать максимально возможных соглашений — как в Кнессете, так и за его пределами. А если не получится — будем считать бюллетени и поднятые руки. Левый лагерь уже провалил испытание демократией, отказавшись уважать результаты выборов, а особенно тогда, когда поддержал и осуществил военный мятеж, чтобы не допустить принятия судебной реформы. Правый лагерь терпит неудачу, когда ищет единства и широкого согласия с лагерем, для которого главным является политический бойкот. Он по-прежнему ищет волшебное "национальное", по выражению Нетаньяху, правительство, свободное от интересов, ненависти и симпатий. Фраза "большинство решает" кажется детской. Как сказал Ицхак Амит в мае 2025 года: "Это демократия четвертого класса, извините (...) Я называю ее электоральной демократией, но она очень низкого уровня". Он прав. Это действительно демократия низкого уровня. Но именно она единственная работает — как при широком согласии, так и особенно без него. Ирит Линур | Исраэль хаЙом

Когда в оппозиции говорят "широкое согласие" — вот что они на самом деле имеют в виду Ирит Линур:

Обещающее словосочетание является частью романтического представления, которое все готовы обнять и полюбить. Но в демократии выборы — это способ, с помощью которого общество выражает свое мировоззрение и добивается принятия решения в тех случаях, когда согласия нет. Жаль, что существует лагерь, который, не сумев получить большинство, отказывается принять итог голосования.

~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Кто не любит широкое согласие? Очевидно, только злодеи, которые не любят также кроликов, розы и закаты на морском берегу. Особенно широкое согласие необходимо тогда, когда демократия работает "неправильно" и приводит к прискорбному результату в виде правого правительства. В таком случае необходимо широкое согласие с проигравшей оппозицией. Судебное законодательство, принятое демократическим большинством? Этого недостаточно. Нетаньяху, Герцог, Галант, Ганц — все требовали широкого согласия. Закон о призыве ультраортодоксов? Председатель комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне Юлий Эдельштейн настаивал: "Исторический закон о призыве, который ответит потребностям ЦАХАЛа, не будет принят здесь только коалиционным большинством. Он требует широкого согласия, которое отразит потребности государства и общества". С точки зрения Эдельштейна и других, закон, принятый только голосами коалиции, не выражает широкого согласия. Хотя, по сути, все зависит от того, чьи именно это голоса. Есть голоса, которые стоят дороже других. Особенно в содержательной демократии. На этой неделе Израильский институт демократии опубликовал итоги работы 25-го созыва Кнессета, который недавно завершил свою каденцию. Спойлер: все было плохо. Решение: "Необходимы целенаправленные действия на основе широкого согласия для укрепления демократической устойчивости государства и нового формирования механизмов конституционной защиты". Коалиция последнего созыва Кнессета насчитывала 68 депутатов и стала одной из немногих, завершивших полный срок полномочий, что, возможно, все же свидетельствует о том, что она пользовалась довольно широкой поддержкой — по крайней мере по сравнению с предыдущими созывами. Но с точки зрения Израильского института демократии итогом стало "постепенное размывание фундаментальных демократических принципов". Широкое согласие, как закаты и кролики, — вещь замечательная. При широком согласии граждане с улыбкой отправляются на работу, а вечером ложатся спать с чувством удовлетворения и реализованности. Однако для согласия — широкого или узкого — демократическая система вовсе не нужна, потому что нет необходимости принимать решение. Демократия начинается там, где согласия нет, несмотря на все попытки убедить друг друга. Именно тогда требуется решение, и именно тогда большинство определяет исход. Даже в Верховном суде, месте, где были сформулированы основные принципы системы, мнение большинства преобладает над мнением меньшинства. Именно так Верховный суд отменил поправку, касавшуюся принципа разумности, являвшуюся Основным законом, большинством восемь против семи. Председатель суда Эстер Хают даже позаботилась ускорить вынесение решения, чтобы обеспечить это минимальное большинство. Даже в Верховном суде, месте, где были сформулированы основные принципы системы, мнение большинства преобладает над мнением меньшинства. Именно так была отменена поправка к принципу разумности большинством восемь против семи. Понятно, почему противники правого лагеря так настаивают на широком согласии. Это их способ оставаться у власти даже в тяжелые периоды, когда общество отправляет их в оппозицию и формирует правительство без них. Хорошо известно и давнее свойство Нетаньяху — предпочитать коалицию с левыми вместо создания полностью правого правительства. Именно так он пытался поступить в 2015 году, когда стремился привлечь в правительство Герцога, тогдашнего лидера партии Авода. Высокую цену он заплатил и за вступление Бени Ганца в правительство в 2020 году во время пандемии коронавируса. На пике эта коалиция насчитывала 73 депутата Кнессета.

Вместо опроса четверга, или "Полуправда — это ложь" д-р Шломо Фильбер: Две недели назад я показал здесь, что расхождение в опросах существует только между двумя партиями — Ликудом и партией Беннета. Недавно я проверил утверждение всех социологов о том, что 30% сторонников Ликуда покинули партию. Это полуправда, которая на деле является ложью. Объясню: • Действительно, уже в начале судебной реформы, а затем после 7.10, около 4-5 мандатов избирателей, проголосовавших за правый блок в 2022 году, ушли из него. Не 10 мандатов, а вдвое меньше. Тогда они перешли к Ганцу. Позже они ушли от Ганца к Беннету, а сегодня многие из них перешли от Беннета к Айзенкоту. Это одни и те же 4 мандата — их нельзя учитывать больше одного раза. Но это еще самая простая часть. • Есть и другой отток из Ликуда, но на этот раз речь идет о переходе вправо — к Смотричу и Бен-Гвиру, либо о тех, кто какое-то время колебался (как и многие в левом блоке). Эти избиратели остаются в правом лагере, они никогда не собирались и не собираются его покидать. Сейчас часть из них рассматривает возможность голосования за новые небольшие правые партии. Вам их не показывают. Но и это еще не все. • Одновременно с теми, кто уходит из правого лагеря, происходит и обратное движение: избиратели Шакед, Ганца, Лапида и Либермана переходят в правый блок. Они делают это гораздо тише, опасаясь осуждения со стороны своих либеральных друзей. Социологам также трудно их выявить, потому что они относятся к двум крупным партиям, практически исчезнувшим с политической карты. Но они существуют. Они компенсируют уходящих из правого лагеря, и после этого разрыв составляет всего один мандат не в пользу правого блока. Этот мандат правый блок восполняет за счет своего резерва — избирателей, голосующих впервые (молодежь 18-22 лет), которые добавляют правому лагерю более полутора мандатов. Недавно я проанализировал масштабный опрос, в котором приняли участие около 8 000 избирателей Ликуда, голосовавших за партию в 2022 году. Мы проанализировали тех, кто ушел, и тех, кто вернулся. Результаты представлены ниже. Шломо Фильбер | Основатель института опросов Direct Polls, политический стратег и аналитик #выборы_2026 #инженерия_сознания -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Гади Тауб: Я вижу, что рассказывают об инциденте в арабской деревне Дир-Джарир (в Самарии), в результате которого погибли двое палестинцев, и представляют его как случай "насилия поселенцев". Рассказывают, что поселенцы приехали украсть стадо овец у арабов в сопровождении ЦАХАЛа, а затем открыли огонь по арабам, которые собрались, чтобы протестовать против грабежа. И я спрашиваю себя: до какой степени самообмана нужно дойти, чтобы поверить в этот вздор, который пытаются продать вам лживые организации ультралевых и "пресса"? Мне действительно трудно понять, кто эти люди, которые думают, что когда поселенцы хотят украсть овец, они звонят в ЦАХАЛ, чтобы тот приехал им помогать, и ЦАХАЛ действительно приезжает. Если вы способны поверить в подобное, значит, кампания "насилие поселенцев", вероятно, полностью уничтожила вашу способность отличать новости от информационной манипуляции. И, вероятно, вы также ничего не знаете о том, насколько ЦАХАЛ боится обвинений в том, что он не обеспечивает соблюдение закона в отношении поселенцев, и насколько осторожно он относится к правам палестинцев. Настолько осторожно, что это доходит до оставления еврейских жителей без защиты. Не существует ситуации, при которой подразделение ЦАХАЛа присоединится к краже. И если вам говорят, что ЦАХАЛ участвовал в каком-либо эпизоде "насилия поселенцев", "бесчинствовал" вместе с ними или помогал им "устраивать провокации", то это должно быть для вас явным признаком того, что вам лгут. Именно эта ложь — о причастности Государства Израиль через ЦАХАЛ — и является настоящей целью кампании "насилие поселенцев". Потому что в конечном счете дело вовсе не в поселенцах. Настоящая цель — "прекращение оккупации", а оккупирует, по этой логике, Государство Израиль, а не молодежь с форпостов. Ради этого жертв превратили в виновных, а арабских террористов — в жертв. Все наоборот по сравнению с реальностью. Настоящая история в Дир-Джарире заключается в том, что поселенцы в вооруженном сопровождении ЦАХАЛа приехали вернуть стадо овец, которое было украдено у них арабами, и именно это они и сделали после того, как опознали овец как принадлежащих им. Это не первый подобный случай, и не первый раз, когда "пресса" и пропалестинские организации, скрывающиеся за вывеской "права человека", переворачивают картину с ног на голову. После этого арабы открыли по ним огонь, солдаты ответили огнем, и двое палестинцев были убиты. Но правда мешает цели, ради которой продвигается кампания "насилие поселенцев": созданию международного давления, призванного заставить Израиль вернуться на путь создания двух государств вопреки воле его граждан. Не забывайте об этом в следующий раз, когда увидите очередную "новостную" публикацию о "насилии поселенцев". Гади Тауб | Шомер Саф #лживосми #срам_и_смрад -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Теракт на горе Хеврон: солдат ранен, его оружие похищено Макор Ришон: Военнослужащий ЦАХАЛа, находившийся в отпуске, подвергся нападению во время выпаса скота возле Сусии и получил ранение головы. Его оружие было похищено, но вскоре найдено; силы ЦАХАЛа продолжают преследование террориста. Сегодня вечером, в исход субботы, возле поселения Сусия на горе Хеврон произошёл серьёзный инцидент в сфере безопасности: террористы напали на военнослужащего ЦАХАЛа, находившегося в отпуске, ранили его в голову и похитили его личное оружие. Прибывшие на место силы ЦАХАЛа вскоре обнаружили оружие, и в настоящее время продолжается розыск террориста. Согласно предварительным данным расследования ЦАХАЛа, военнослужащий подвергся нападению в районе поселения Сусия, относящегося к зоне ответственности бригады Иудея. После похищения оружия были начаты масштабные поисковые мероприятия, в ходе которых оружие удалось вернуть. Преследование нападавшего продолжается. Военнослужащий, житель этого района, проходящий действительную службу, находился в отпуске дома и вышел пасти скот неподалёку от фермы. По словам главы регионального совета горы Хеврон Элирама Азулая, на него набросились несколько террористов, забросали его камнями, ранили в голову, после чего похитили его армейское оружие. Пострадавший был доставлен в больницу в состоянии средней степени тяжести для оказания медицинской помощи. В первых сообщениях указывалось, что после похищения оружия в районе была открыта стрельба, однако о пострадавших в результате стрельбы не сообщалось. "Здесь произошёл тяжёлый инцидент, в ходе которого военнослужащий ЦАХАЛа, находившийся в отпуске и пребывавший в субботу на ферме возле Сусии, вышел пасти скот неподалёку от фермы", — сказал Азулай. "Во время выпаса на него напали несколько террористов, забросали его камнями, ранили в голову и похитили его армейское оружие". Глава совета добавил, что "после прочёсывания местности крупными армейскими силами оружие было найдено", и призвал начать широкомасштабную операцию против терроризма в этом районе. По его словам, "террор против жителей поселений выходит на новый, очень опасный уровень. Террор пытается запугать нас и изгнать отсюда, а мы будем продолжать развивать жизнь и расширять поселенческое присутствие в этом регионе". Крупные силы безопасности и армии продолжают прочёсывание района Сусии и розыск террориста. В ЦАХАЛе сообщили, что расследование инцидента продолжается. Редакция Макор Ришон -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Через несколько дней юридический советник совета сообщил мне, что уходит, поскольку получил повышение и был назначен юридическим советником Министерства туризма. Именно тогда я сказала себе: 'Биби прав, правые правы, а глупой оказалась я, потому что верила и жила в иллюзиях'." Это был момент, когда вы сменили политический лагерь? "Начала менять. Я была одной из тех, кто выходил на улицы с плакатами в защиту верховенства закона, а потом вдруг понимаешь, что никакого верховенства закона здесь нет, что нет ни суда, ни справедливости, что всем движут посторонние мотивы и совершенно ненормальная юридизация." "Мои руки чисты" Через несколько месяцев после ваших показаний по делу 4000 министр Караи предложил вашу кандидатуру в совет директоров Почты Израиля. Это вызвало большой шум в СМИ, а журналисты 12 канала связали это назначение с вашими показаниями. Очевидно, что по профессиональным качествам вы подходили на эту должность, но теперь, когда суд отклонил ваш иск о клевете против Гая Пелега и Амалии Дуэк из Новости 12, считаете ли вы, что согласиться на это назначение было ошибкой? "Нет. Это абсурд. Министр Караи давно знал о моих профессиональных качествах и раньше консультировался со мной по профессиональным вопросам. Он искал женщин с соответствующим опытом для совета директоров Почты Израиля. Поскольку компания проходила процесс приватизации, мне это было профессионально интересно, и я полностью соответствовала всем квалификационным требованиям. Почему я должна была отказаться? Мои руки чисты." Если бы вам предложили этот пост, вы хотели бы стать министром связи? "Если бы вы спросили меня двадцать лет назад, когда я еще находилась в другом политическом лагере, я бы без колебаний ответила — да. Я хотела попасть в Кнессет. Но я ушла из политики. Тем не менее стремление служить обществу никуда не исчезло. Я всегда шла на государственные должности, чтобы что-то изменить к лучшему для общества. Я готова работать в любом месте и на любой профессиональной должности, где смогу влиять на происходящее и применять свой опыт. Поэтому ответ — да. Но сейчас со мной никто об этом не говорит." Каково ваше нынешнее положение в профессиональном плане? "Поскольку БАГАЦ вынес временный судебный запрет и заморозил мое назначение председателем Второго управления по телевидению и радио, а одновременно на меня уже распространяются строгие правила предотвращения конфликта интересов как на назначенное должностное лицо, сложилась ситуация, при которой вся моя профессиональная деятельность оказалась заморожена. Меня отправили в 'морг' до заседания суда, причем никто не знает, когда оно вообще состоится. Я обратилась в суд с просьбой назначить слушание как можно скорее, чтобы вернуть мне право на свободную профессиональную деятельность, и теперь жду решения. На мой взгляд, вся эта история отражает глубокое непонимание принципов разделения властей и верховенства закона. Когда элиты поняли, что больше не способны побеждать на выборах, они решили укрепить свое господство в недемократических институтах — академической среде, судебной системе и средствах массовой информации — и теперь ведут арьергардную войну за свой дом. Это не демократия. По крайней мере, не та демократия, принципам которой меня учили в университете." Ариэль Шнебель | Макор Ришон #юристомафия #кадровая_инквизиция -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

"Да, потому что мне очень нравилась сфера коммуникаций. Я была пресс-секретарем муниципалитета Холона, председателем Наамат, работала в Женском лобби, а также занималась связями с общественностью в частном секторе." Докторскую степень по коммуникациям она получила в Мичиганском университете. "Мой муж Ашер в то время был партнером в автомобильном стартапе, благодаря чему я оказалась в Детройте. В Бар-Илане я была президентским стипендиатом, и сотрудники факультета коммуникаций помогли мне установить связь с Мичиганским университетом. За четыре года я полностью завершила там докторскую программу. Я никогда не видела себя исключительно в академической среде. Поскольку я пришла из практической сферы, сочетание академии и профессиональной деятельности для меня является идеалом. Поэтому параллельно с пятнадцатью годами преподавания в университете я была генеральным директором Комитета по телевизионным рейтингам, председателем Совета по кабельному и спутниковому телевидению, а также входила в советы директоров различных организаций — Хадассы, Женского лобби и Почты Израиля." Скандал вокруг ее показаний по делу 4000 стал кульминацией многолетнего конфликта Бен-Хай Сегев с ведущими средствами массовой информации Израиля и судебной системой. Она объясняет это тем, что всегда была регулятором, который честно выполнял свою работу и отказывался поддаваться давлению влиятельных людей. В качестве доказательства своей политической беспристрастности она напоминает, что в 2017 году не разрешила 14 каналу, который тогда назывался 20 каналом, начать вещание новостей, поскольку он не соответствовал условиям лицензии. В ответ министр связи от партии Ликуд Айюб Кара тогда заявил представителю канала: "Им не удастся заткнуть тебе рот, ее (Бен-Хай Сегев) больше не будет." По ее словам, впервые проблемной фигурой для части израильских СМИ, прежде всего для 12 канала, она стала после конкурса на управление парламентским телеканалом в 2015 году. "Совет по кабельному и спутниковому телевидению под моим руководством проводил этот конкурс, — вспоминает она. — До этого парламентским каналом управляли Новости 12, но впервые в конкурсе приняли участие все крупнейшие израильские медиакомпании. Совет единогласно решил, что победителем становится 20 канал. Второе место заняла группа RGE, владелец 10 канала, а Новости 12 оказались лишь на третьем месте. Сразу после объявления результатов были поданы петиции в БАГАЦ, а прокуратура и юридический совет правительства заявили, что им будет трудно защищать это решение. Я сказала им: 'Кто вас уполномочил? Вы ничего не понимаете в телевидении.' Я еще дважды возвращала вопрос на повторное рассмотрение совета, и оба раза совет вновь подтверждал результаты конкурса. В какой-то момент меня вызвали в кабинет тогдашнего юридического советника правительства Авихая Мандельблита вместе с Диной Зильбер и представителями отдела по делам БАГАЦ. Они объяснили мне, что мы ошиблись, неправильно истолковав финансовое предложение победителя конкурса, и что победитель не сможет выполнить взятые на себя обязательства." "Во время той встречи юридический советник совета, который я возглавляла, — человек, который до того дня поддерживал принятое решение, результаты конкурса и их повторное утверждение, — неожиданно заявил, что отзывает свою поддержку и больше не стоит за этим решением. Я была потрясена. Я сказала Мандельблиту: 'Я не готова отменять результаты конкурса. Если хотите — сами становитесь председателем комиссии. Дайте нам отдельное юридическое представительство в БАГАЦ.' Мандельблит отказался предоставить отдельное представительство и сказал мне: 'Вы государственный служащий. У вас нет выбора, вы обязаны подчиняться указаниям юридического советника.' Я сдалась. Мне пришлось вернуться в совет и принять решение об отмене результатов конкурса, при этом мы прямо записали в протоколе, что отмена производится исключительно по указанию юридического советника правительства, а не по профессиональным соображениям.

Все четыре года до моего выступления в суде я соблюдала закон и не разговаривала со средствами массовой информации, несмотря на многочисленные обращения. Я не поддерживала контактов ни с Нетаньяху, ни с Фильбером, ни с кем-либо из их окружения. Когда в СМИ начали появляться тенденциозно подобранные фрагменты и отдельные обрывки моих показаний из Управления по ценным бумагам, я не понимала, идет ли речь о попытке сфабриковать дело или же о простой некомпетентности и халатности. Я обратилась к Лиат Бен-Ари, которая возглавляла обвинение на процессе Нетаньяху, и попросила предоставить мне стенограмму моего допроса, чтобы понять, что именно там было сказано. Если она попадает к журналистам, значит и я имею право ее получить. Она отказала, заявив, что я не имею такого права. Лишь за два дня до моего выступления в суде мне разрешили ознакомиться со стенограммой. Когда я попросила получить ее копию, мне снова отказали." Свидетельские показания в суде должны были занять несколько часов, но в итоге продолжались четыре дня. "Верно. В первый день я сказала судьям от всего сердца, что не доверяю системе следствия и обвинения, но доверяю судьям и рада возможности рассказать правду. Я сообщила, что у меня есть документы, опровергающие утверждения обвинения. Председатель коллегии, судья Ривка Фельдман-Фридман, попросила меня на следующий день принести копии этих документов. Мы поехали в копировальный центр, я сделала пять папок копий для судей и сторон процесса. Когда я представила их, выяснилось, что существуют документы, которые обвинение не раскрыло или не приняло во внимание. Эти показания стали настоящей бомбой, о которой все говорили. Практически одновременно Равив Друкер опубликовал в газете Haaretz "избранные фрагменты" моих показаний, добавив к ним ложь, чтобы оказать на меня давление. Второй день своих показаний я начала с заявления судьям о том, что обвинение отказалось предоставить мне стенограммы моих допросов, однако они публикуются в СМИ, и я считаю это преследованием. Судьи велели обвинению разобраться с этим. Конечно, кто же будет разбираться, ведь я не Хадас Кляйн." Вы считаете, что ваши показания повлияли на рекомендацию судей обвинению отказаться от статьи о взяточничестве? "Безусловно. Прежде всего судьи поверили мне и воспринимали меня как свидетеля-эксперта. Они расспрашивали меня о том, как функционирует рынок средств массовой информации, и доверяли моей профессиональной честности. Я сотрудничала с судом, и мои показания вызвали эффект домино, открыв дорогу и придав смелости другим свидетелям, таким как Давид Шаран, прийти и рассказать, как все происходило на самом деле. Источник прорвался. Я чувствовала, что в суде мне верят." Дни наивности Сейчас ей 58 лет. Она родилась в семье репатриантов из Багдада и Туниса. Родилась в Петах-Тикве и живет там до сих пор. Училась в университете Бар-Илан. Сначала изучала право, но, вопреки желанию отца, перешла на факультет литературы. Позже начала работать в сфере коммуникаций — сначала пресс-секретарем студенческой организации партии Авода, что соответствовало атмосфере семьи, выросшей на традициях МАПАЙ. "Мой отец был одним из активистов партии, можно сказать, что я впитала это с молоком матери." Именно в Бар-Илане она начала политическую деятельность. "В начале девяностых мы создали в университете организацию Студенты за мир, — рассказывает она. — Сейчас мне самой смешно. Я была невероятно наивной. Позже я занялась деятельностью внутри партии Авода и стала членом ее бюро — органа, принимающего ключевые решения. Параллельно окончила программу по журналистике в Тель-Авивском университете, затем вернулась в Бар-Илан и получила степень магистра в области коммуникаций. Позже начала там преподавать и вошла в состав преподавателей. В двадцать пять лет меня назначили заместителем генерального директора Министерства здравоохранения по вопросам информации, связей с общественностью и коммуникаций в правительстве Рабина." На вопрос, почему она отказалась от политической карьеры, несмотря на хорошие перспективы в партии Авода, она отвечает:

Имя Бен-Хай Сегев впервые оказалось в центре внимания в декабре 2022 года, когда она выступила свидетелем на процессе Нетаньяху по делу 4000 — делу Безек-Yes-Walla. Она оказалась вовлечена в него потому, что в соответствующий период возглавляла регулирующий орган, рассматривавший предложение о слиянии этих компаний — Совет по кабельному и спутниковому телевидению, который рекомендовал министру связи Биньямину Нетаньяху утвердить сделку. По версии обвинения, на встрече между Бен-Хай Сегев и Шломо Фильбером последний оказывал на нее давление, требуя поставить вопрос утверждения сделки в начало повестки дня, и она этому подчинилась. В 2018 году, в конце своего срока в совете, Бен-Хай Сегев дала показания в Управлении по ценным бумагам. По словам следователей, она тогда подтвердила версию обвинения и заявила, что на нее действительно оказывали давление с целью одобрить сделку. Однако четыре года спустя, уже выступая в суде, Бен-Хай Сегев заявила, что никакого давления не было, что она никогда этого не утверждала и сама поставила этот вопрос первым в повестке дня, поскольку считала это правильным с профессиональной точки зрения. Обвинение просило признать ее враждебным свидетелем, однако судьи отказали. "Прежде всего важно сказать, что процесс в совете начался еще до того, как Нетаньяху стал министром связи, — говорит Бен-Хай Сегев. — Версия, созданная средствами массовой информации, будто я изменила свои показания между допросом в Управлении по ценным бумагам и выступлением в суде, просто не соответствует действительности. Все это зафиксировано в стенограммах." Что произошло в Управлении по ценным бумагам в 2018 году? "Меня вызвали туда рано утром, не объяснив, о чем идет речь. Меня продержали около двенадцати часов в камере — маленькой комнате без окон, без телефона и ежедневников, без возможности даже выйти в туалет. От меня требовали вспомнить даты и часы многолетней давности. Я сказала, что не помню их точно, и попросила принести мой компьютер, чтобы свериться с календарями, но мне отказали. С самого начала мне было ясно, что они поставили себе цель — доказать, будто Нетаньяху мной управлял. На протяжении всего допроса они пытались вложить мне в уста нужные им слова. Они снова и снова повторяли, что Фильбер давил на меня, а я объясняла, что он не давил, а лишь просил ускорить рассмотрение вопроса. Это абсолютно нормально, когда министр или генеральный директор определяют приоритеты. Более того, это было и моим собственным профессиональным приоритетом. Когда я вступила в должность в 2014 году, выяснилось, что просьба о слиянии пролежала без движения полгода, потому что исполняющий обязанности председателя не занимался этим вопросом. На мой взгляд, ситуация, когда регулируемая компания полгода ждет ответа от регулятора, недопустима. Поэтому я поставила этот вопрос в начало повестки. Кроме того, решение принимал совет из пятнадцати человек, включая юридического советника Министерства юстиции, и все единогласно поддержали сделку. О каком давлении вообще может идти речь? У меня нет решающего голоса. Я снова и снова говорила им, что они неправильно интерпретируют происходящее, но мои слова никто не хотел слышать. Когда я увидела, что они упорно трактуют все тенденциозно, сказала следователям: 'Послушайте, я не принадлежу к политическому лагерю Нетаньяху. У меня нет никаких политических мотивов. Так все и было, и именно это я знаю'." Что произошло потом? "Когда я вышла оттуда, я потеряла последние остатки доверия к прокуратуре и юридическому советнику правительства. В ту ночь я не смогла уснуть. Я села за компьютер и просмотрела все документы. Я поняла, что история, которую пытались построить следователи, просто не происходила. Я написала следователям электронное письмо и предложила поговорить с сотрудниками аппарата и профессиональными специалистами, проверить всю документацию. Мне так и не ответили.

"Элиты ведут арьергардный бой за свой дом. Это не демократия" Ариэль Шнебель:

После того как блокировка ее назначения на пост председателя Второго управления по телевидению и радио превратилась в конституционный кризис, доктор Ифат Бен-Хай Сегев утверждает, что весь ее профессиональный опыт был сведен к роли "свидетеля на процессе Нетаньяху", и обвиняет: "Они поставили себе цель доказать, что Нетаньяху мной управлял"

"Юридизация превратилась в эпидемию". Совет Второго управления по телевидению и радио был создан в начале 1990-х годов одновременно с открытием телевизионного и радиорынка для коммерческих компаний. Его задача заключалась в том, чтобы обеспечить защиту общественных интересов перед экономическими интересами различных телеканалов и одновременно не допустить, чтобы министр связи напрямую контролировал средства массовой информации. Около четырех месяцев назад завершился срок полномочий предыдущего состава совета, который в свое время был назначен бывшим министром связи Йоазом Генделем. Нынешний министр связи Шломо Караи продвигал назначение нескольких новых членов совета, а его председателем назначил Ифат Бен-Хай Сегев — доктора наук в области коммуникаций с многолетним профессиональным и государственным опытом. Однако после подачи петиций в БАГАЦ против новых назначений Верховный суд решил заморозить назначение нового совета и пошел еще дальше, постановив сохранить полномочия прежнего состава, несмотря на то что срок его полномочий уже истек. Решение не изменилось даже после того, как несколько членов старого совета подали в отставку и в нем осталось лишь семь человек, хотя для принятия решений требуется минимум десять членов. В ответ на решение БАГАЦ правительство заявило, что не намерено ему подчиняться, хотя позднее секретарь правительства Йоси Фукс опубликовал разъяснение, согласно которому речь идет о жесткой критике, а не о призыве игнорировать решение суда. Так конфликт между исполнительной и судебной властью достиг своего пика, превратившись в настоящий конституционный кризис, причем вокруг деятельности малоизвестного широкой публике регулирующего органа. Я встречаюсь с Ифат Бен-Хай Сегев у нее дома в Петах-Тикве, и видно, что она сердита и разочарована. "У меня нет слов по поводу решения БАГАЦ. Его трудно понять с точки зрения закона или регулирования. Закон устанавливает, что именно избранное правительство определяет политику и назначает регулирующие советы, связанные с социальными и экономическими вопросами, такими как сфера коммуникаций. Как можно сказать: 'Правительство назначило, но назначать буду я — тех, кого назначило предыдущее правительство?' Оппоненты попытались свести всю мою деятельность и весь мой профессиональный опыт к тому, что я 'свидетель на процессе Нетаньяху'. Все, что я сделала за свою профессиональную жизнь, было стерто." Против нового состава совета выдвигались обвинения в том, что в него вошли люди с ярко выраженной политической позицией в поддержку Нетаньяху, такие как Кинерет Бараши и доктор Хаим Шейн. Некоторые утверждали, что это выглядит как намеренная провокация со стороны нынешнего правительства. "Возможно, со стороны все это выглядит неуклюже и кажется, что можно было действовать иначе. Возможно, и я сама управляла бы этим процессом по-другому. Например, в вопросе судебной реформы, на мой взгляд, все было сделано неправильным способом. Намерения правильные, необходимость реформы очевидна, и семьдесят процентов общества ее поддерживают. Если существует такой консенсус, почему это превратилось в противостояние между правыми и левыми? С другой стороны, по своему опыту государственной службы могу сказать, что там почти невозможно работать. Всем управляют юристы, а не профессиональные специалисты. Юридизация превратилась в эпидемию, которая парализует способность правительства работать. А когда напротив тебя стоит столь радикальная и решительная сила, возникает ответная реакция. Какое образование есть у юристов, чтобы принимать решения по вопросам здравоохранения или туризма? Это ужасная ситуация." Эффект домино

Археологические исследования выявляют в XII-XI веках до нашей эры широкую волну небольших поселений в центральной горной части страны, главным образом в Самарии и Иудее. Этот период исторически соответствует библейскому рассказу о завоевании Земли Израиля Иисусом Навином. Хотя исследователи расходятся во мнениях относительно точной идентичности этих поселенцев, никто не оспаривает, что горный хребет был одним из главных мест рождения израильского народа. Историческая Земля Израиля началась не с Гуш-Дана. Она выросла в горах — в Шхеме, Шило, Бейт-Эле, Хевроне и Иерусалиме. И тот, кто это отрицает, отрицает наши исторические корни и главный урок в сфере безопасности, преподанный событиями 7 октября: там, где нет израильского поселения, появляется враг. Так что да, поселенцы виноваты: виноваты в том, что увидели правду раньше всех; виноваты в том, что предупреждали об Осло, боролись против размежевания и отказались верить, что отступление приносит мир; а главное — виноваты в самом непростительном, с точки зрения израильского левого лагеря, грехе: в том, что они просто оказались правы. Моше Коэн Элия | Профессор конституционного права, основатель института Масад хаАрец #демонизация_поселенцев #индустрия_ненависти -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Виноваты поселенцы проф. Моше Коэн Элия: Когда я был в левом лагере, было очевидно, что во всем виноваты поселенцы. Все началось с Ишаяху Лейбовица, который предупреждал, что оккупация создает в Израиле "иудо-нацистский менталитет". Позже он уже писал о "убийцах за Зеленой линией, поселившихся в Иудее и Самарии", и призывал их противников взяться за оружие. Именно на подобных крайних взглядах и строилось отношение части левого лагеря к поселенцам, которых воспринимали не как политических оппонентов, а как источник всего израильского зла. Поэтому на левом фланге убеждены, что "поселенцы виноваты во всех наших бедах". Даже события 7 октября, разумеется, произошли "из-за поселенцев": по всей стране распространялась история о том, что полтора батальона из состава дивизии Газы были переброшены для охраны сукки Цви Суккота в Хаваре. Впоследствии генерал-майор запаса Дан Харель, распространивший эту версию, проиграл иск о клевете, который против него подал Суккот. Это не означает, что среди поселенцев нет людей, склонных к насилию. Такие есть, и с этими "сорняками" необходимо решительно бороться. Но левый лагерь взял отдельные крайние случаи, связанные с небольшой группой людей, и раздул, в том числе при иностранном финансировании, целую кампанию под названием "Насилие поселенцев". Эта кампания объединяет под одним заголовком нападения, столкновения, ущерб имуществу, запугивание и случаи, которые даже не были доказаны в уголовном порядке; приписывает всему обществу действия отдельных людей; стирает различия между тем, кто начал инцидент и каков был его контекст с точки зрения безопасности; и превращает массив сообщений и свидетельств в своего рода коллективный обвинительный приговор. Внимательное изучение, подобное тому, которое можно найти у серьезного (и почти единственного такого в Израиле) журналиста Кальмана Либскинда, показывает, что различия между террором, дракой, ответными действиями и повреждением имущества попросту стерты. Палестинский терроризм тоже исчез. Осталась лишь простая история, обслуживающая нарратив ненависти, согласно которому целое общество является обществом насильников. Последний инцидент возле фермы Гилад — наглядный тому пример. Даже если туристы ошиблись, войдя на территорию без согласования, факты достаточно ясны: палестинец отобрал оружие у бойца отряда быстрого реагирования и открыл огонь, убив Бенаяху Мелета и Юваля Эзру и ранив еще нескольких израильтян; при этом силы безопасности колебались с открытием огня, пока толпа приближалась, из-за жестких правил применения оружия и отношения к происходящему как к очередному "нарушению общественного порядка". И все же еще до того, как высохла кровь, снова был извлечен на свет ярлык "насилие поселенцев". Да, поселенцы всегда оказываются обвиняемыми; палестинцы же, даже когда они отнимают оружие и убивают еврея, оказываются лишь "контекстом". Как сказала Клодин Гей, сторонница вокизма и президент Гарварда, во время слушаний в Конгрессе: "Все зависит от контекста". Эта кампания опирается на глубокую политическую и социологическую ненависть к поселенцам: к самим людям, их образу жизни, их вере и прежде всего к тому, что они отказываются стыдиться своего сионизма. Затем наступило 7 октября, и оно доказало, что поселенцы были правы: что размежевание с сектором Газа, против которого они боролись самым государственным образом (в отличие от капланистов из привилегированных элит, получивших особое отношение во время судебной реформы), было исторической ошибкой, приведшей нас к катастрофе; что соглашения Осло были фантазией, которую Бейлин и Перес придумали и увлекли ею Рабина; что передача территорий не принесла мира, а лишь приблизила врага к нашим домам; что вместо поселений мы получили туннели, вместо фермеров — террористов, а вместо населенных пунктов — террористические базы. Потому что основополагающий принцип сионизма состоит в том, что заселение земли не является препятствием для сионизма — оно и есть сам сионизм.

В скольких телестудиях группа подпольщиков, поджигавшая мусорные контейнеры возле дома премьер-министра, чтобы создать вокруг него "огненное кольцо", была названа просто бандой преступников? В скольких студиях так же отнеслись к группе, решившей выпустить сигнальные ракеты по дому Нетаньяху в Кейсарии? Журналистика, которая рассматривает одинаковые события по-разному в зависимости от собственной политической позиции, — это не журналистика. Журналистика, закрывающая глаза на насилие со стороны своего лагеря и одновременно призывающая подписывать обращения против насилия со стороны противоположного лагеря, представляет собой глубоко искаженный журналистский мир. Тот, кто знает И еще несколько слов о журналистике. О насилии со стороны молодых поселенцев против арабов в Иудее и Самарии вы слышите часто, не так ли? Так вот, на прошлой неделе Авигайль Зейт опубликовала на первой полосе нашей газеты данные из отчета организации "Спасение без границ" о нападениях арабов на жителей ферм и поселений в первой половине 2026 года. Согласно отчету, произошло 441 террористическое нападение, в результате которых был убит один молодой еврей и ранены 140 человек. За последние полгода было зарегистрировано 291 нападение с забрасыванием камнями и 71 случай физического нападения. Если вы следите за аккаунтами правых журналистов в X, то время от времени видите фотографии еврейских пастухов с окровавленными головами после нападений. Если же вы смотрите выпуски новостей каналов, подписавших обращение по поводу камня, брошенного в дверь "Гаарец", вы даже не узнаете, что все это происходило. На этой неделе судья окружного суда Лода Рон Солькин отклонил апелляцию государства на предыдущее решение мирового суда об освобождении из-под стражи Урии Коэна, владельца фермы Цафнат в Самарии. Коэну предъявлено обвинение в стрельбе из огнестрельного оружия в жилом районе, угрозах и других преступлениях — после событий, произошедших, когда он вошел в арабский город Хавара, пытаясь найти свое стадо овец. Не будем вдаваться в подробности этого дела. Процитируем лишь несколько строк из решения судьи Солькина, который попытался описать реальность глазами человека, живущего в этих районах и ежедневно сталкивающегося с террором и насилием со стороны местных арабов. "Следует помнить о тяжелой, практически невыносимой реальности, в которой живут поселенцы Иудеи и Самарии, особенно жители ферм: ежедневные теракты на дорогах, попытки проникновения в поселения и на фермы, нападения, сельскохозяйственные кражи, поджоги и пожары. Поселенцы вынуждены жить среди враждебного населения, которое нередко желает им зла, вплоть до лишения их жизни. Незначительная ошибка при выборе маршрута может закончиться ударом по голове большим камнем. Ожидание на автобусной остановке может закончиться убийством выстрелами из проезжающего автомобиля. Жизнь в таком районе, под постоянной угрозой, часто вынуждает поселенцев быть подозрительными и действовать решительно, что человеку, живущему в другом месте, может показаться грубостью или даже чрезмерностью. Их поступки и реакцию следует оценивать, среди прочего, исходя из этой реальности, а не в лабораторных условиях, под прохладой кондиционера и светом неоновых ламп". И поскольку большинство средств массовой информации, особенно те, что подписали объявление, ставшее поводом для этой статьи, рассказывают вам, будто в Иудее и Самарии существует только одна сторона, прибегающая к насилию, — еврейская, — в следующий раз, когда захотите понять, что там происходит, вместо просмотра телевизора попробуйте почитать судебные решения судьи Солькина. Это окажется гораздо полезнее. Кальман Либскинд | Макор Ришон #срам_и_смрад #инженерия_реальности -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------