Интервью заместителя начальника ТВВИКУ Героя России полковника Сайфуллина Р.Г.
Интервью интересное, выложу немного цитат, советую почитать полностью, товарищу полковнику скорейшего восстановления!
Полковник, Герой России, Рустам Сайфуллин, принимал участие в спецоперации на Украине с первых дней. Иначе и быть не могло. Рустам Галиевич — военный с 20-летним стажем. Он прошел Чечню, Сирию, Грузию. В Донбассе командир 40-го инженерно-саперного полка 41-й общевойсковой армии Центрального военного округа был дважды ранен. И оба раза геройски, в буквальном смысле истекая кровью, до конца продолжал руководить переправой российских войск через водные преграды.
Во время второго ранения полковник лишился обеих ног. Сейчас он продолжает реабилитацию и передает опыт молодежи в должности заместителя начальника Тюменского высшего военно-инженерного командного училища. Но в будущем собирается вернуться на фронт, в зону спецоперации. "Там же мои ребята", — говорит командир.
Наша обязанность — передавать опыт, который нарабатывался годами. Кому-то это спасет жизнь, кто-то выполнит боевую задачу. Мы тоже когда-то были курсантами, лейтенантами. Командир полка, начальник штаба, которые прошли первую и вторую чеченскую, были для нас небожителями. Они тоже нас так учили. И сейчас я дорос до этих высот благодаря своим наставникам. Правильные учителя — это значит очень многое.
На трассе Чернигов — Киев располагался серьезный железобетонный мост. Инженерную разведку водной преграды проводил лично. Взял с собой ребят, подошли к мосту, запустили квадрокоптер. Нас там ждали — стоят наблюдатели, в засаде два танка и три БМП — противник тоже не дурак, здесь благоприятные условия для наведения переправы.
Как только командир показал слабость, в его подразделении начинается разброд и шатание, командиру не доверяют. А на войне в боевых условиях не важно, какие у тебя звания, должности и медали. Если личный состав не будет тебе доверять, они не пойдут за тобой никуда. Там человека видно, как на рентгене.
Обследовали участок протяженностью 7 км вниз по течению, самое узкое место — 141 м. Нужно построить мост в кратчайшие сроки, да еще под огнем противника. Мост — это стратегический объект. Когда идет переправа, я не имею права организовать пробку, потому что поражение нашего личного состава и техники одним или несколькими снарядами сразу увеличивается.
Выбрали место, приступили к наведению моста. Ребята у меня подготовленные, несмотря на то что полк я сформировал 1 декабря 2020 года. Полку был год с небольшим, и сразу в бой его повел.
Я являюсь комендантом участка переправы и отвечаю за все: переброску войск, проход снабжения, эвакуацию раненых. И не важно, как бьют по мосту, — моя задача, чтобы переправа работала. А противнику проще наносить удары в одно место, потому что если мост будет неисправен, то такая группировка — тысячи личного состава и сотни, а то и тысячи единиц техники — просто не сможет переправиться и наступление захлебнется.
Потом, когда соединение было переправлено, нас привезли в сараюшку. Девчонка-медсестричка нас, 10 мужиков, перевязывала, резала одежду. Сквозные ранения — так положено. 23-летняя девчонка чуть толще моего пальца там, на передовой, боролась за нас.
Я профессиональный военный с более чем 20-летним стажем и с детства знал, куда иду и к чему это может привести. В годы службы на Северном Кавказе у меня было много таких ситуаций. Мы — саперы. Это установка мин, обезвреживание мин и самодельных взрывных устройств, которыми боевики минировали здания и дороги в Чечне. Скоро будет уже 80 лет, как отгремели орудия Великой Отечественной войны, а до сих пор продолжается разминирование Московской, Ленинградской, Волгоградской областей, Северного Кавказа. Следы. Вроде мирное время, а сапер и в мирное время рискует жизнью. Не сказать, что я не боялся. Не боятся только психи и дураки. Но сила-то в чем? Когда можешь перебороть свой страх. Как командир, ты просто не имеешь права свой страх и слабость показывать. Цена ошибки на войне — это чья-то жизнь. Самое страшное в бою — кого-то подвести.