Плавильный котёл

🔝 5️⃣0️⃣ Рейтинг самых авторитетных каналов политического сегмента Телеграм за неделю 22.06.26 - 29.06.26 г. ПО ЦИТИРОВАНИЮ в Телеграм по данным статистического сервиса "Телеметр" (с учётом удельного веса упоминаний на один пост и количества публикаций) от социологического отдела Экспертного Совета учёных РАН. 1. Дмитрий Медведев (2787 упоминаний в других ТГ-каналах) 2. Вячеслав Володин (2292) 3. Сергей Собянин (1744) 4. Скурлатов live (1695) 5. Мария Захарова (1541) 6. Что делать? (1470) 7. Константин Малофеев (1404) 8. Сергей Миронов (1193) 9. Рамзан Кадыров (983) 10. Мастер пера (976) 11. Пятилетка 12. Новости сегодня 13. Кремлёвский пересмешник 14. Мельница 15. Пятилетка 16. Михаил Матвеев 17. DOFA 18. Распутица 19. Кирилл Кабанов 20. Ярослав Нилов 21. Владимир Кошелев 22. Россия – не Европа 23. Шо, опять? 24. Донбасский кейс 25. Новый век 26. Честно - и точка 27. Православная политика 28. Сибиряк 29. Вечерний пророк 30. Политтранзит 31. Зона особого внимания 32. Аналитика Леонкова 33. Дмитрий Гусев 34. Кирилл Фролов 35. Народная Редакция 36. Иподьякон Олег Смирнов 37. Неверный путь 38. Мадам Секретарь 39. Кремлёвский мамковед 40. Пауки в банке 41. Бульдоги под ковром 42. Критик новостной ленты 43. Пророк России 44. Железный Феликс 45. Евсюткинъ 46. Плавильный котёл 47. Северный город Z 48. Сценарий по ходу пьесы 49. Русское Зазеркалье 2.0 50. Роман Худяков – Розарио Агро Española

Ночной обмен ударами и "новая нормальность" истощения: почему тактика "ударов возмездия" исчерпала себя Коллеги детально расписывают географию прилетов по Киеву и воронки в Подмосковье, но давайте посмотрим на стратегический срез произошедшего. А он, мягко говоря, заставляет задуматься. Иллюзия "возмездия" vs. Западный конвейер Минобороны РФ снова отчитывается об ударах в ответ на террористические атаки. Поражены заводы, объекты ТЭК, АЗС в Киеве. Киев в дыму, это факт. Но давайте снимем розовые очки: промежутки между нашими массированными ударами выросли уже вдвое — до двух недель. В это же время противник за одни сутки выпускает по нашей территории 460 БПЛА. Статистика за июнь вообще упрямая вещь: 11 617 украинских дронов против 5 749 наших. Запущенная Западом производственная машина вышла на проектную мощность. Это уже не кустарные поделки, это стратегический конвейер. Классическая система ПВО, завязанная на дорогие противоракеты, физически перестает справляться с таким насыщением. Мы вынуждены констатировать: на упреждение работать так и не научились, ПВО не успевает за технологическим ростом угроз. Технологическое отставание в моменте Обратите внимание на уничтожение моста через Калку на трассе Мариуполь-Донецк. Противник применил модернизированные дроны FP-2 с боевой частью в 200 кг, управляемые через Starlink. Полный иммунитет к РЭБ, хирургическая точность на дистанции до 370 км. И горький вывод коллег: у ВС РФ сейчас такого инструмента в серийном производстве нет. Мы отвечаем КАБами по элеваторам в прифронтовой зоне, а враг системно режет нашу логистику на стратегическую глубину. Более того, Подмосковье уже атакуют не просто беспилотники, а полноценные оперативно-тактические баллистические ракеты большой дальности (предположительно, британо-украинская FP-9). Перехват идет на высотах, предельных для С-300/400. При чем здесь "Орешник" и городская застройка? На днях Владимир Путин на ПМЭФ фактически дезавуировал медийный миф об "Орешнике" как о готовом чудо-оружии, признав, что майские удары были лишь испытаниями "по сараю", чтобы до миллиметра оценить точность разводящихся блоков. Было четко сказано: замеры нужны Генштабу для принятия решений о "полноформатном применении комплекса в будущем, в том числе в условиях городской застройки". Так вот, судя по сегодняшней ночи в Киеве, где впервые массово пошли в ход реактивные "Герани" и "Бандероли", Киев превращается в тот самый полигон для обкатки преодоления плотной ПВО в условиях мегаполиса. Но если "Орешник" все еще тестируется, а промежутки между ракетными залпами "стратегов" растут, у нас возникает логичный вопрос: чего мы ждем? Пока FP-9 начнет долетать до Урала, а объемы украинских дронов перевалят за 20 тысяч в месяц? Пора прекращать играть в "испытания" и "ответные налеты". Если политическое руководство действительно санкционировало подготовку "Орешника" к применению по городским агломерациям, то переходить к "полноформатному" сносу центров принятия решений и логистических узлов нужно было еще вчера. Иначе западный конвейер нас просто переиграет на дистанции в войне на истощение. Времени на замеры "до миллиметра" у нас больше нет. Вопрос лишь в том, есть ли у нас возможности.

Сюжет, который разворачивается на наших глазах в российском финансовом контуре, прекрасен своей мрачной, почти математической завершенностью. Если отшелушить от него чиновничью риторику об «обелении экономики» и банковскую панику по поводу «тревожных трендов», перед нами предстает классическая картина строительства идеальной закрытой экосистемы. Капкана, из которого убрали последний аварийный выход. Сейчас мы вам реконструируем эту трагикомедию в трех актах. Сначала государство, прижатое необходимостью финансировать затяжную геополитическую определенность, решает, что делиться надо всем. Оно переписывает налоговые правила, объявляет войну самозанятым «схематозам» и фактически лишает граждан потребительского кредитования. Логика Левиафана прозрачна: частное потребление — это избыточный жир, а все соки должны идти в государственные приоритеты. Труд должен стать официально учтенным, предсказуемым и направленным строго «в русло». В ответ на это подданные включают вековой инстинкт выживания. Бизнес и обыватели делают то, что всегда делали в любой непонятной ситуации — уходят в тень. Они начинают выносить наличные из банков со скоростью курьерского поезда. Под матрасом или в сейфе кэш кажется безопаснее, свободнее и, главное, недосягаемее для фискального ока. Возникает иллюзия, что, вынув рубли из системы, можно сохранить автономию. Кто-то постарше вспоминает про «гаражную экономику», кто-то помобильнее — пакует чемоданы с банкнотами и везет их через открытые границы союзных республик. И вот здесь наступает кульминация. Третий акт. Границы ЕАЭС, которые казались тихой гаванью для рублевого кэша, превращаются в бетонную стену. Банки Минска, Еревана, Алматы и Бишкека — те самые, что два года кормились на обслуживании параллельного импорта и релокантов — вводят заградительные комиссии до 5% на прием бумажных рублей или вовсе закрывают кассы. Им не нужны токсичные, пахнущие санкционным риском мешки с российской наличностью, которую невозможно безопасно пристроить на международном рынке. И круг замыкается. Что это значит для Берлина, Парижа или Нью-Йорка? Ровным счетом ничего. Но для внутреннего российского ландшафта это тектонический сдвиг. Многомиллиардная масса наличных рублей, которую граждане так яростно спасали от родного государства, оказалась заперта внутри страны. Наличный рубль за границей потерял свою главную функцию — функцию универсального платежного средства и транзитного топлива. В этой ситуации Кремлю даже не пришлось вводить выездные визы для капитала или жесткий валютный контроль для физических лиц. За него всё сделали комплаенс-отделы банков в Казахстане и Белоруссии. Теперь у миллионов россиян, накопивших горы бумажных купюр, остается крайне небогатый выбор. Эти деньги нельзя инвестировать за рубежом, их сложно превратить в импортные товары. Рано или поздно эта масса будет вынуждена вернуться обратно в легальное русло — либо через покупку сильно подорожавшей недвижимости, либо через депозиты под высокий процент в госбанках, либо через покупку облигаций военного займа. Государство переиграло своих граждан на их же поле. Вы можете сколько угодно бежать от системы с чемоданом денег, но если система контролирует периметр, ваш чемодан в конце концов превращается в бесполезный элемент интерьера. Капкан захлопнулся не потому, что его закрыли изнутри, а потому, что снаружи его никто не захотел открывать.

Россия переплачивает за импорт: белорусский бензин подорожал почти вдвое, Москва уже закупает топливо в Индии Топливный кризис в России начинает менять привычную архитектуру нефтепродуктового рынка. Если еще недавно страна оставалась крупнейшим экспортером бензина, то теперь ей приходится конкурировать за импортные поставки, соглашаясь на растущие цены. По данным «Коммерсанта» со ссылкой на Национальное биржевое ценовое агентство, стоимость белорусского бензина на российском рынке за неделю выросла еще на 6%, достигнув 127 тыс. рублей за тонну. По сравнению с началом мая цена увеличилась почти в 1,8 раза. Одновременно растут и объемы закупок. На торгах 29 июня продажи белорусского топлива почти удвоились, достигнув 6,54 тыс. тонн. Всего за 26 дней июня было реализовано 79,38 тыс. тонн бензина из Беларуси, тогда как год назад подобные поставки практически отсутствовали. По оценкам участников рынка, белорусское топливо сегодня выигрывает у российских поставок прежде всего за счет предсказуемой логистики. Однако возможности Минска ограничены мощностями двух нефтеперерабатывающих заводов, которых, по данным «Коммерсанта», достаточно главным образом для снабжения Московского региона. Одновременно география импорта продолжает расширяться. По данным СМИ, Россия уже начала закупать бензин в Индии. Агентство сообщает, что в страну уже направлено не менее 60 тыс. тонн индийского топлива. Ранее пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков не исключил импорт нефтепродуктов, заявив, что Москва готова закупать бензин за рубежом при достижении договоренностей о приемлемых ценах. Еще несколько месяцев назад подобный сценарий выглядел бы маловероятным. Россия традиционно выступала нетто-экспортером бензина, а Белоруссия и Индия были рынками сбыта или партнерами по нефтяному бизнесу, а не источниками топлива для внутреннего российского рынка. Теперь ситуация изменилась. Рост цен на импортный бензин показывает, что поставщики начинают закладывать в стоимость повышенный спрос со стороны России. Чем дольше сохраняется внутренний дефицит и административные ограничения на продажу топлива, тем выше становится цена импортной альтернативы. В результате Россия постепенно превращается из экспортера, диктовавшего условия на рынке нефтепродуктов, в покупателя, вынужденного конкурировать за доступные объемы топлива.

Казахстан поможет России бензином на фоне топливого кризиса Казахстан готовится поставить России 50 тыс. тонн бензина марок АИ-92 и АИ-95. Как сообщает Reuters, топливо будет передано в качестве гуманитарной помощи, а первые поставки могут начаться уже в июле или августе. Решение выглядит символичным сразу по нескольким причинам. Еще недавно Москва оставалась одним из крупнейших поставщиков нефтепродуктов в Евразии, однако теперь сама нуждается в экстренной поддержке соседа. На фоне перебоев с поставками топлива российские регионы один за другим вводят ограничения на продажу бензина: устанавливают лимиты на отпуск в одни руки, запрещают продажу в канистры и пытаются пресечь деятельность перекупщиков, перепродающих топливо по завышенным ценам. Поставки из Казахстана вряд ли смогут кардинально изменить ситуацию в масштабах российского рынка. Однако они способны частично снизить напряженность в наиболее проблемных регионах и одновременно продемонстрировать, насколько тесно российский топливный рынок оказался связан с возможностями ближайших партнеров. Политический эффект может оказаться не менее важным, чем экономический. Россия, десятилетиями выступавшая донором энергоресурсов для соседей, теперь сама вынуждена рассчитывать на помощь Казахстана для стабилизации внутреннего рынка. Этот эпизод становится еще одним свидетельством того, что последствия топливого кризиса перестали быть локальной проблемой отдельных регионов и превратились в вопрос, требующий внешней поддержки.

Административное сокращение ресурсов для маневра у граждан и бизнеса можно условно назвать "новой искренностью" в отношениях государства с экономикой. Когда у человека исчезает возможность легко перехватить денег в банке "до зарплаты", а лазейки с неформальной занятостью закрываются, его экономическое поведение радикально упрощается. Единственным надежным источником выживания и стабильности становится официальная работа в секторах, которые государство считает приоритетными (ОПК, крупные инфраструктурные проекты, госслужба). В итоге мы видим, как мягко, но настойчиво закрываются альтернативные траектории. Экономика перестраивается таким образом, чтобы свободная энергия масс — и финансовая, и трудовая — не распылялась на частное сверхпотребление, а была максимально сфокусирована на выполнении задач, обозначенных государством как "все для Родины". Риск здесь, конечно, в том, насколько экономика сохранит гибкость без этой самой "серой" подушки безопасности, но ставку, очевидно, решили сделать на жесткую централизацию.

Дефицит рождает рынок: в России появилась новая категория предпринимателей — перекупщики бензина Ограничения на продажу топлива, введенные сразу в нескольких российских регионах, привели к появлению новой категории неформального бизнеса — перекупщиков бензина. Пока власти называют их спекулянтами и усиливают полицейские рейды, сама география подобных случаев показывает, что речь идет уже не об отдельных эпизодах, а о новой рыночной нише, возникшей на фоне локального дефицита. В Иркутской области полиция составила четыре административных протокола в отношении местных жителей, которые перепродавали бензин без регистрации предпринимательской деятельности. Один из задержанных выставил объявление о продаже топлива по 250 рублей за литр. По данным местных СМИ, некоторых продавцов оперативники нашли через интернет-площадки, где они предлагали бензин по ценам значительно выше розничных. Параллельно в социальных сетях появились видеозаписи с московских АЗС, на которых автомобилисты утверждают, что отдельным покупателям разрешают часами заполнять крупные емкости, тогда как для остальных действуют ограничения на отпуск топлива. Регионы отвечают на ситуацию одинаково. В Башкирии, Якутии, Забайкальском крае, Иркутской, Липецкой, Калининградской областях, Дагестане и ряде других субъектов введены лимиты на продажу бензина — от 15 до 30 литров на автомобиль. Во многих случаях запрещена продажа топлива в канистры, а губернаторы прямо называют одной из причин действий перекупщиков. Власти объясняют ограничения необходимостью предотвратить искусственный дефицит. Однако сами ограничения создают экономические стимулы для появления посредников. Когда цена на заправке административно фиксирована, а доступ к товару ограничен, возникает возможность заработать на разнице между официальной стоимостью и готовностью покупателей платить за бензин без очередей и лимитов. Фактически в России начинает складываться новый теневой рынок топлива. Его участники не производят и не импортируют бензин — они монетизируют дефицит, скупая ограниченный ресурс и перепродавая его тем, кто не готов ждать или не может уложиться в установленный лимит. История хорошо знакома по другим периодам товарных ограничений. В советское время подобную функцию выполняли спекулянты, в 2020 году — перекупщики медицинских масок, позднее — посредники на рынке электроники и автомобилей. Теперь к этому списку добавился бензин. Показательно, что государство реагирует прежде всего борьбой с последствиями: полиция задерживает продавцов, вводятся новые лимиты, усиливается контроль на АЗС. Однако пока сохраняются очереди, ограничения и локальный дефицит, спрос на услуги посредников будет существовать независимо от количества административных протоколов. Новая прослойка перекупщиков стала не причиной бензинового кризиса, а его экономическим индикатором. Их появление показывает, что в отдельных регионах рыночный механизм уже начал самостоятельно искать способ перераспределения дефицитного товара — пусть и вне официальных правил.

Александр Лукашенко в очередной раз демонстрирует качество, которое многие ошибочно принимают за метания, но которое на деле является его главным политическим капиталом — абсолютное постоянство в собственной непоследовательности. Воевать белорусская армия не пойдет — этот тезис Минск повторяет как мантру, прекрасно понимая, что внутренний контур страны не переживет ни гробов, ни ударов по НПЗ. Но чтобы не воевать, ему нужно железное оправдание перед Кремлем, который под грузом накопившихся проблем явно ждет от "единственного союзника" чего-то большего, чем просто предоставления плацдарма. И вот здесь на сцену выходит Пекин. Для Лукашенко китайский зонтик — это идеальное противоядие от чрезмерной опеки. Заявления Си Цзиньпина "независимости и суверенитете" Белоруссии дают Минску легальную возможность развести руками перед Путиным: "Мы бы рады помочь сильнее, Владимир Владимирович, но товарищ Си крайне чувствительно относится к стабильности наших границ, ведь через нас идет ключевой транзит проекта "Один пояс — один путь"". Китай для него — это не про ценности или экономику, это про баланс. Минск продает Пекину свою роль "стабильного окна в Европу", а взамен получает статус неприкосновенности. И теперь, если Киев действительно решится на эскалацию на белорусской границе, ему придется объясняться не с ослабленной санкциями Москвой, а с главным торговым партнером планеты, в чьи планы хаос на западных рубежах Евразии точно не входит. Лукашенко не пытается выбрать между Москвой и Пекином. Он пытается продать обоим свою уязвимость. Москве он продает угрозу со стороны НАТО и Украины, требуя экономических преференций, а Китаю — угрозу потери стабильности на западных границах Евразии. Пока эта схема работает, "непоследовательность" Минска остается самой стабильной константой на постсоветском пространстве. Единственный вопрос — до какой степени Пекин готов подкреплять свои слова реальным давлением, если ставки вокруг Белоруссии поднимутся до максимума.

📌 Еженедельный дайджест Telegram-повестки, составленный «Распутицей» совместно со Skurlatov.ru — На Валдае проходит встреча Путина и Лукашенко: Win-Win, Теле Стрим, Плавильный котел, Чисто для фиксации, Русское Zazеркалье 2.0, Что делать?; — Зюганов призвал изъять лежащие в банках деньги: Что-то знаю / Павел Данилин, Старовойтов о политике, The Гращенков, Мастер пера, Сценарий по ходу пьесы, Роман Сапоньков, Честно — и точка, Тайная канцелярия, Эксперт по Госдуме/Склянчук Павел; — Рубио заявил об отсутствии договоренностей по Украине на саммите в Анкоридже: Политика Страны, Украина не Россия❓, БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР, Рубеж и Zа Рубеж, Русский Демиург, Мадам Секретарь; — Соглашения на $12 млрд подписаны в рамках визита президента Казахстана в Брюссель: Азиатский Экспресс, Россия не Европа, Московская прачечная, Сибиряк, Бараева, Калачев-пост, Восточный экспресс 24; — Apple удалила приложение соцсети VK из App Store: Вашингтонский обком, Ламповый Преемник, Псковская Лента Новостей, Бойлерная, Новый век, Поднять Перископ!, Зона особого внимания; — В более чем 20 регионах России ограничили продажу топлива: Шо, опять?, Кремлевский мамковед, Небрехня, Кремлевский шептун 🚀, Юрий Баранчик, Друид, Пятилетка, Скурлатов live, Донбасский Кейс, Карягин; — Президент Стубб разрешил ввозить в Финляндию ядерное оружие: Фронтовая птичка, СИГНАЛ, Первый арктический, Тайны Ленинградского двора ZVO, РУССТРАТ, Елена Панина; — Российские школьники начнут изучать арабский язык с 1 сентября: КРЫМИНФОРУМ 🇿 🇴 🇻, Новости сегодня, Утенок Пол Пота, КАЛУГИН, Неверный путь, Кирилл Кабанов.

Двухдневный визит на Валдай, проходивший в режиме максимальной секретности, очевидно, был попыткой оправдаться перед Кремлем за кулуарные контакты с Киевом и демонстративное нежелание Минска втягиваться в прямую военную конфронтацию. Но примечательно то, что произошло после. Лукашенко знает, что Путин не может позволить себе потерять Белоруссию, даже если Минск ведет себя подчеркнуто автономно и сразу после Валдая улетает заигрывать с глобальным Востоком. Лукашенко продает Москве свое географическое положение, и Москва вынуждена платить за него гарантиями безопасности, даже понимая, что в случае реального столкновения с альянсом ей придется вывозить эту войну в одиночку. И тут уж поверьте, Кремль не разделяет "защиту белорусов" и "самозащиту". В нашей матрице это один и тот же процесс. Но реальность для Минска заключается в том, что если дойдет до критического выбора, Москва без колебаний превратит белорусскую территорию в плацдарм для сдерживания противника, мотивируя это все той же "защитой союзника". Для выживальщика Лукашенко это самый страшный кошмар, и именно поэтому его самолет сейчас летит в Азию — подальше от монолитного, но слишком радиоактивного оборонного блока. По сути, Лукашенко сейчас пытается косплеить Казахстан и другие республики Центральной Азии. Там тоже давно и успешно научились "заигрывать с Западом" и Востоком, извлекая выгоду из ослабления влияния Кремля. Минск пытается примерить на себя эту же шкуру "нейтрального прагматика", заявляя о своей "многовекторности" как о высшем приоритете. Лукашенко прекрасно понимает: если сидеть на месте и безоговорочно верить в победу, можно остаться на пепелище без единого открытого торгового пути.

📌 В прицеле: 🔻 Бацька рассказывает, как выключил ретрансляторы, чтобы Володька в Киеве не нервничал. Рассказывает и смеются. Лукашенко и российский лидер Владимир Путин продолжают общение в закрытом формате. «Президенты в эти минуты продолжают общаться», — сообщил близкий к пресс-службе президента Белоруссии Telegram-канал «Пул первого» в 22:26. Отмечается, что фото- и видеосъемка не предусмотрены, «формат закрытый, тет-а-тет». Кремль уже заявил, что комментариев по итогам встречи (а она может продолжиться и завтра) лидеров двух стран не будет. Тем не менее стоит дождаться понедельника, когда Лукашенко вернется в Минск и там на публику или в кулуарах разговорится. Если там действительно будет «дух Валдая», смолчать об этом он не сможет, он тоже «миротворец» тот еще, поболее Трампа. Усатый таракан, никакой не союзник России, а просто нахлебник, Украина на минималках. 🔻 На саммите США и России в Анкоридже не было достигнуто каких-либо соглашений по урегулированию конфликта на Украине. «На Аляске было сделано лишь предложение, а соглашения там никогда не было», — заявил госсекретарь США Марко Рубио. При этом он подчеркнул, что США готовы «сделать шаг вперед» и сыграть конструктивную роль в украинском урегулировании. «Если у нас есть такая возможность объединить стороны и положить конец этой войне, то это то, что президент пытался сделать в течение полутора лет», — добавил Рубио. Так американский госсекретарь прокомментировал заявление замглавы МИД РФ Сергея Рябкова. 23 июня он заявил, что не видит переключения Вашингтона на вопросы российско-украинского конфликта. Главный вопрос все тот же: кто за это ответит? Пусть и карьерой, хотя, стоило бы головой. Надо также понимать, что как только ВС РФ сильно прижмут киевский режим, американцы тут же попытаются реанимировать «дух Анкориджа», чтобы ослабить военное давление на их подопечных. Соответственно, одна из наших главных задач — перестать наконец вестись на эти уловки и не дать превратить «дух Анкориджа» в эдакого Кощея Бессмертного. 🔻 Американская корпорация Apple без предупреждений и в одностороннем порядке удалила приложение соцсети VK из App Store. Приложение оставалось доступным в магазине приложений примерно до 12:00 мск, но позже также пропало. Остальные приложения компании, включая «Одноклассники», «Почта Mail», «VK Музыка», «VK Знакомства», «VK Мессенджер» также недоступны. Как ранее отметили в компании, VK никогда не находилась под санкциями и не фигурировала в санкционных списках, что подтверждают заключения международных и американских юристов. Вся необходимая информация давно находится в распоряжении Apple. Своими действиями американская корпорация ограничивает российских пользователей в доступе к востребованным сервисам, подчеркнули в заявлении. В итоге страдает обычный пользователь. 🔻 Ну, что там, Трамп и его напыщенная команда шоуменов собирается выражать протест и захватывать страну? Президент Финляндии Александр Стубб одобрил поправки в закон о ядерной энергетике, предполагающие отмену запрета на ввоз и транзит ядерного оружия через территорию страны. Закон вступит в силу с 1 июля. Инициативу внесли в парламент Финляндии в апреле. Министр обороны Финляндии Антти Хяккянен заявлял, что после принятия закона страна продолжит соблюдать Договор о нераспространении ядерного оружия и другие международные обязательства. Закон Финляндии о ядерной энергетике был принят в 1987 году. Он запрещает импорт, производство, хранение и детонацию ядерных взрывчатых веществ на территории страны. Министр обороны говорил, что поправки в ядерное законодательство необходимы для соответствия стандартам НАТО. Финляндия вступила в блок в 2023 году. Финнам надо бы понять, пока не поздно, что в отношении их территории Россия не будет так избирательна в выборе типа боеприпасов, как в отношении Украины, и вполне может отдать предпочтение термоядерным боезарядам.

Лукашенко сейчас четко понимает: этот банкет скоро закончится, и платить за него заставят гостей. Его нынешний крен на Запад — это не дипломатия и не предательство в чистом виде. Это инстинкт самосохранения. Ведь главный актив в его портфеле стремительно превращается в "мусорный". И дверь, в которую пытается протиснуться Минск, действительно закрывается, и чтобы оставить в ней хотя бы ногу, Лукашенко придется предложить нечто большее, чем просто "сигналы". Ему придется торговать реальными уступками, а это чистой воды предательство.

Минск тестирует границы "красных линий" Кремля Расклад отлично укладывается в логику политического выживания Александра Григорьевича, которую он оттачивал десятилетиями. Но сейчас ставки принципиально иные, и дело тут не в изощрённой "многовекторности", к которой в Москве все давно привыкли, а в обычном животном страхе. Лукашенко — один из самых чутких барометров на постсоветском пространстве. Его нынешняя гиперактивность на западном и украинском треках (от тайных встреч с посланниками Зеленского до распродажи активов американцам за бесценок) — это не столько попытка усидеть на двух стульях, сколько судорожная проработка плана "Б" на случай, если спецоперация продолжит отклонение от плана, а позиции Владимира Путина пошатнуться. Лукашенко вполне допускает сценарий поражения или критического ослабления Москвы, и перспектива остаться один на один с разъяренным Западом и побеждающим Киевом его, мягко говоря, ужасает. Отсюда и эта поразительная двуличность, которая сквозит в слитой записи Рыженкова. Минск готов фиксировать любые убытки в отношениях с США, потому что для Лукашенко это не бизнес-проект, а покупка "страхового полиса" и гарантий личной безопасности. А то, что премию по этому страховому полису в итоге оплатит наша страна через субсидии и скидки на газ — это и есть высший пилотаж лукашенковского реализма. Одной рукой подписывать интеграционные карты Союзного государства, а другой — спонсировать за российский счет сепаратные переговоры с Вашингтоном. Для Кремля здесь главный вызов даже не в самом факте "ножа в спину" — к этому у нас в отношениях с белоруссками выработался иммунитет. Проблема в том, что Лукашенко своим поведением посылает четкий сигнал внешнему миру: он больше не верит в безоговорочную победу России и начинает аккуратно, но последовательно отползать в сторону, пока дверь окончательно не захлопнулась. И когда на этой неделе Лукашенко будет улыбаться Владимиру Путину в Москве и говорить о "братской интеграции", он будет делать это с полным ощущением собственной правоты. В его картине мира, если ты можешь заставить своего главного кредитора оплатить твой побег из его же тюрьмы — ты просто хороший бизнесмен. Вопрос лишь в том, насколько долго у Москвы хватит ресурсов оплачивать эти векселя, выписанные в Минске.

Севастополь привыкает жить с отключениями Очередное отключение электричества в Севастополе уже трудно назвать чрезвычайным происшествием. Скорее, это новая норма войны, в которой энергетическая инфраструктура стала такой же законной целью, как склады боеприпасов или аэродромы. В ночь на 24 июня Севастополь полностью остался без электроснабжения после удара украинских беспилотников по объектам энергосистемы. Губернатор Михаил Развожаев сообщил о повреждении ключевой инфраструктуры, а украинская сторона заявила об успешном поражении подстанции, обеспечивающей выдачу мощности Балаклавской ТЭС. На следующий день электроснабжение пришлось вновь ограничивать уже по другой причине — сеть оказалась перегруженной после частичного восстановления. Власти объяснили веерные отключения необходимостью предотвратить более масштабную аварию. Жителям рекомендовали экономить заряд телефонов и не включать одновременно бытовые приборы после появления электричества. Это язык чрезвычайной ситуации, который постепенно становится языком повседневности. Балаклавская ТЭС строилась после 2014 года как символ энергетической интеграции Крыма с Россией и страховка от повторения кризиса, пережитого полуостровом после украинской энергетической блокады. Однако зависимость системы от нескольких крупных узлов превратила её в удобную цель. Любое серьёзное повреждение подстанций или линий передачи быстро отражается на всей сети. Особое значение такие отключения имеют для Севастополя, где располагается база Черноморского флота. Даже если военные объекты обладают резервными источниками питания, повреждение гражданской энергетической сети увеличивает нагрузку на систему обеспечения и требует постоянного перераспределения ресурсов. Главная новость здесь заключается не в самом блэкауте, а в том, что он перестал восприниматься как исключительное событие. Крым постепенно входит в режим, где рекомендации экономить электричество, аварийные отключения и обещания скорого восстановления становятся элементами повседневной жизни. Когда чрезвычайное повторяется достаточно часто, оно превращается в обычный порядок вещей. Именно это, вероятно, и является самым заметным изменением для жителей полуострова.

Baza умеет подсветить тенденцию. "Бензиновая тревожность" — маркер хороший. Завтра у нас диагностируют "налоговый невроз" из-за прогрессивной шкалы НДФЛ или "ЖКХ-депрессию". Психологам — профит и расширение клиентской базы, автолюбителям — рекомендация держать бак полным хотя бы наполовину, исключительно ради душевного спокойствия.

Отказ МИДа и Кремля от термина "дух Анкориджа" [ведь чуть ранее от него синхронно открестился и помощник президента Юрий Ушаков] — это не просто лингвистический каприз, а классический политический замер, который пошел не по плану. Увы, попытка завязать с американцами большой компромисс на условиях августа 2025 года буксует. "Дух Анкориджа" официально закрыт как проект, а дипломаты спешно затирают следы своего недавнего оптимизма, возвращаясь к привычной риторике "надо еще посмотреть, чему там привержены американцы".

Рябков решил выгнать «дух Анкориджа». Но архивы оказались упрямее дипломатии В российской дипломатии, похоже, появился новый жанр — борьба с собственными метафорами. Замглавы МИД Сергей Рябков заявил, что никогда не употреблял выражение «дух Анкориджа», которое за последние месяцы стало одним из символов российско-американских контактов после саммита на Аляске. «Я духов не вызываю, столоверчением не занимаюсь. Я никогда не говорил про дух Анкориджа. Я говорил про импульс», — объяснил дипломат, добавив, что слова «дух» в его лексиконе вообще не было. Проблема только в том, что архивы помнят чуть больше, чем хотелось бы их героям. В интервью тем же «Ведомостям» Рябков действительно говорил о «духе Анкориджа». Формально дипломат может считать себя правым: сам термин появился в вопросе журналиста, а не в его собственной речи. Более того, Рябков отдельно уточнил, что не считает само название процесса чем-то принципиальным, и использовал выражение только потому, что «если вы настаиваете на этом термине». Но после публикации интервью эта оговорка быстро потерялась. При перепечатке материала ТАСС заголовок уже звучал так, будто «дух Анкориджа» — это вполне официальный элемент российской дипломатической терминологии. В итоге выражение зажило своей жизнью и почти превратилось в политический бренд. История выглядит забавно, но хорошо показывает, как устроена современная российская публичная политика. Иногда информационная конструкция начинает жить отдельно от своего автора. И тогда чиновнику остаётся выбирать между двумя не самыми удобными вариантами: признать, что термин уже стал частью политического словаря, или пытаться убедить всех, что его вообще никогда не было. Судя по последнему заявлению Рябкова, в МИД выбрали второй вариант. Но, как это часто бывает в цифровую эпоху, спорить приходится уже не с журналистами, а со своими же публикациями.

От Анкориджа до Капотни: почему переговорная динамика может измениться Войны обычно заканчиваются не тогда, когда одна из сторон достигает максимума своих амбиций, а когда цена продолжения конфликта начинает расти быстрее, чем потенциальная выгода от его продолжения. Похоже, именно вокруг этого вопроса начинает выстраиваться новая переговорная логика российско-украинской войны. Выступая в Совете Безопасности ООН, постпред Украины Андрей Мельник дал понять, что Киев больше не рассматривает нынешнюю линию фронта как безусловную основу для будущего прекращения огня. Само по себе подобное заявление не стало бы сенсацией. Интереснее другое: украинская сторона связывает изменение своей позиции не с событиями на фронте, а с последствиями ударов по российской инфраструктуре. Последние месяцы показали парадоксальную вещь. Несмотря на постоянные сообщения о продвижении российских войск на отдельных участках фронта, стратегическая картина выглядит куда менее однозначной. Российская армия продолжает покупать территориальные приобретения высокой ценой в людях и технике, тогда как Украина всё активнее инвестирует в другой вид войны — войну против экономической инфраструктуры. Именно поэтому в выступлении Мельника центральное место заняли не города Донбасса, а российские нефтеперерабатывающие заводы. По утверждению украинской стороны, систематические удары беспилотников уже привели к существенным сбоям в работе нефтепереработки. Независимо от точности конкретных цифр, сам факт того, что дипломатический спор всё чаще ведётся вокруг НПЗ, а не вокруг населённых пунктов на линии фронта, говорит о многом. Москва долгое время исходила из достаточно простой модели. В Кремле рассчитывали, что демографическое и ресурсное преимущество позволит постепенно ухудшать переговорную позицию Киева. Отсюда и многочисленные заявления о том, что условия будущего урегулирования для Украины будут становиться всё жёстче по мере продолжения войны. Однако эта логика предполагала, что главные издержки несёт именно фронт. Сегодня ситуация выглядит сложнее. Украина нашла относительно дешёвый способ переносить часть этих издержек в российский тыл. Речь не идёт о военном переломе — признаков такого перелома по-прежнему нет. Но речь идёт о создании дополнительных экономических затрат, которые приходится учитывать уже не только Генштабу, но и региональным властям, нефтяным компаниям, транспортным операторам и федеральному бюджету. Капотня в этом смысле стала не просто промышленным объектом, а политическим символом. Российская столица долго оставалась местом, где война ощущалась главным образом через телевизионные сводки и бюджетные расходы. Когда объектом регулярных атак становится инфраструктура московской агломерации, привычное разделение на фронт и тыл начинает размываться. Западные комментаторы уже поспешили объявить происходящее стратегическим переломом. Скорее всего, это преждевременно. Российская экономика неоднократно демонстрировала способность адаптироваться к серьёзным потрясениям, а ресурсная база государства остаётся значительной. Но столь же преждевременно считать, что удары по инфраструктуре не меняют переговорный баланс. Главный эффект заключается не в разрушениях как таковых, а в изменении представлений сторон о будущем. Если раньше Москва считала время своим союзником, то теперь Киев пытается доказать обратное: чем дольше продолжается война, тем больше проблем будет накапливаться уже внутри России. Именно поэтому путь от разговоров о будущих границах в Анкоридже до разговоров о нефтепереработке в Капотне оказался таким коротким. Переговоры всё ещё остаются далёкой перспективой. Но параметры будущего торга постепенно определяются не только на линии соприкосновения, но и в глубоком тылу.

Перед вами классический пример того, как в России кризис начинает жить по административной логике. Новосибирская область вводит ограничения не потому, что топлива уже не хватает, а потому, что его может не хватить, если ограничения не введут. Дефицит становится заразным: сначала через переток спроса, затем через управленческие решения. В результате регионы синхронно копируют одни и те же меры независимо от реального положения дел. Так вертикаль власти превращает локальную проблему в единый федеральный режим управления - страдать должны все!

Бюрократ Делягин жалуется, что бюрократы закрыли ему доступ к цифрам других бюрократов, поэтому он не может угадать курс акций или ВВП. Тот факт, что эти цифры никогда не помогали предсказывать кризисы, его не смущает. Настоящая антисанкционная политика — это умение зарабатывать и выживать, когда у тебя нет карт, а не плач о том, что у тебя отобрали неверный компас.