КОМПРОМАТОР

Семья Артяковых и их отношения с крупными застройщиками Самары: скрытые бизнес-связи за кулисами Через цепочку приближённых лиц правая рука главы Ростеха Сергей Чемезов, экс-губернатор Самарской области Владимир Артяков и его сын Дмитрий Артяков могут быть связаны с крупными застройщиками Самары. Есть ли у семьи Артяковых неучтённый «кошелёк»? СМИ выяснили, что Артяковы имеют связь с владельцами холдинга «Спектр Недвижимости» и ряда строительных компаний, активно застраивающих Самару. История берёт начало в санаторно-оздоровительном комплексе в Анапе: ещё при губернаторстве Владимира Артякова имущество комплекса «Шахтёрская слава (Лебедь)» было оформлено на подчинённое министерство, а после оказалось в руках аффилированных лиц семьи. Далее цепочка интересов выводит на ООО «Городская управляющая компания Пирит» (ГУК Пирит) и её дочерние структуры, включая ликвидированное ООО «Стройтехнохолдинг». Через эти активы бизнес-связи уходят даже в Эстонию — в фирму NEOMINT, а также к Владиславу Резнику, бывшему председателю правления «Росгосстраха» и фигуранту рейтингов богатейших госслужащих. Сегодня ГУК Пирит контролирует Денис Вахрамов — депутат Совета депутатов Октябрьского округа Самары и юрист строительного дивизиона. Его партнёры — Леонид Боярский и Константин Анцинов — входят в число самых богатых самарских застройщиков. Эта группа занималась расселением аварийного фонда города и возведением элитного квартала «Европейский квартал». Интересный факт: жители города регулярно жалуются на компании группы «Спектр Недвижимости», связанные с отключениями коммунальных услуг и долгами перед поставщиками ресурсов. Если сопоставить активность этой группы с периодом губернаторства Владимира Артякова, вырисовывается картина системной координации между властями и бизнесом. Причём на аффилированность семьи Артяковых в ряде сомнительных сделок компетентные органы почти не обращают внимания. Например, покупка Дмитрием Артяковым доли в ООО «Автоинвест» — акционере КАМАЗа, где главным акционером является Ростех, вызывает очевидные вопросы о конфликте интересов. Не менее показателен и пример самарского футбольного клуба «Крылья Советов»: кредит, выданный Новикомбанком (часть дивизиона Ростеха, где работает Юрий Артяков), привёл к потере зданий и участков, а долги клуба до сих пор не погашены. Сейчас обсуждается возможная передача клуба в частные руки — и на горизонте снова маячат Артяковы и связанные с ними структуры. Добавьте сюда ресторанный бизнес Дмитрия Артякова и связи с влиятельными семьями и предпринимателями — и складывается впечатление, что Артяковы переняли практику крупных игроков с сильным лобби, пряча часть активов за «ширмами». Судя по всему, наличие собственного «кошелька» на строительном рынке Самары для семьи стало нормой. Мария Шарапова

Ободовский, Захарченко, Bombardier: как через Multiserv Offshore вымывали сотни миллионов из РЖД и Азербайджана История Юрия Ободовского — это не просто эпизод из дела полковника Дмитрия Захарченко, а полноценная схема по выводу денег через международные прокладки, офшоры и фиктивные сделки. В этой конструкции переплелись РЖД, западные корпорации и «золотые паспорта», позволяющие скрыться от ответственности. Ободовский — фигура не случайная. Уроженец Украины, с военным и управленческим образованием, он быстро встроился в российские финансовые потоки. Уже с 2007 года, по данным следствия, он вместе с партнёрами платил Захарченко за «крышу», передав ему более миллиарда рублей. Эти деньги были платой за спокойную работу на госконтрактах, прежде всего в системе железных дорог. Но куда важнее другое: Ободовский оказался не просто участником, а архитектором сложной схемы вывода средств за рубеж. В 2010 году он регистрирует в Лондоне Multiserv Overseas LTD. Уже через несколько лет обороты компании начинают выглядеть аномально: десятки миллионов фунтов проходят через счета, а затем почти полностью исчезают. Ключевой эпизод — сделка с участием Bombardier Transportation. Шведское подразделение компании продаёт оборудование британской Multiserv примерно за 15 млн долларов. Далее эта же продукция «перепродаётся» в Азербайджан уже за 104 млн. При этом товар физически даже не проходит через Великобританию — он идёт напрямую от производителя к заказчику. Разница в почти 90 миллионов долларов оседает в прокладке. И именно эта «маржа» становится тем самым финансовым потоком, который затем уходит в офшоры. К 2017 году на счетах Multiserv остаётся символическая сумма — фактически деньги вычищены под ноль. Владельцы компании скрыты за классическим набором офшоров с Британских Виргинских островов. Renson Trading, Sistema Aparelo, Sevenseals Management — структуры, за которыми невозможно быстро установить реальных бенефициаров. Именно туда, по всей логике, и уходят десятки миллионов. Параллельно Ободовский работает в российской компании «Элтеза», связанной с тем же Bombardier. И здесь схема дублируется: деньги гоняются между связанными структурами — из России в Британию и обратно, создавая видимость легальных поставок и расчётов. Фактически речь идёт о замкнутой системе, где один и тот же человек контролирует несколько звеньев цепочки и перераспределяет потоки так, как ему удобно. Это уже не «серый» бизнес, а полноценная финансовая инженерия с элементами отмывания. Когда к этим операциям возникает интерес у следствия — сначала российского, затем шведского — Ободовский просто исчезает. В 2018 году его объявляют в розыск, но вскоре он «всплывает» на Кипре. Причём не как беглец, а как полноценный гражданин ЕС. Он получает так называемый «золотой паспорт» — документ, который выдавался в обмен на инвестиции. Программа, позволявшая фактически купить гражданство, позже стала предметом международного скандала. Но на момент, когда Ободовский оформил документы, система работала без сбоев. В результате человек, фигурирующий в коррупционных расследованиях и связанный с выводом сотен миллионов, получает легальный статус в Европе. И вместе с ним — защиту от экстрадиции и комфортную юрисдикцию для жизни и управления активами. Самое показательное в этой истории — не масштаб денег, а простота схемы. Прокладка в Лондоне, фиктивная перепродажа, офшоры для вывода прибыли и финальный «щит» в виде европейского паспорта. Всё это давно известно, многократно описано — и при этом продолжает работать. История Multiserv — это не исключение, а шаблон. Через такие конструкции деньги из госконтрактов превращаются в «чистые» активы за рубежом. А их владельцы — из фигурантов уголовных дел в респектабельных инвесторов. И главный вопрос здесь даже не к Ободовскому. Сколько ещё таких схем продолжают функционировать прямо сейчас — с теми же РЖД, теми же прокладками и теми же офшорами, просто под другими названиями.

«Золотые мальчики»: как в коллекции связей Артякова затесался сын миллиардера Халилова? История бизнес-активностей семьи Артяковых обрастает всё новыми деталями, которые заставляют иначе взглянуть на масштабы их влияния и круг связей. На этот раз в центре внимания — возможное партнёрство Дмитрия Артякова, главы «Модум-транса», с Рахманом Халиловым — сыном бывшего топ-менеджера нефтяных гигантов. До мая 2023 года Халилов-младший числился среди бизнес-партнёров Артякова. Их пересечение произошло, в частности, в ресторанном бизнесе — через ООО «Вода», которое по итогам 2023 года показало выручку свыше 300 млн рублей. Однако ещё интереснее не сам факт сотрудничества, а контекст: Халилов связан с международными активами и офшорными структурами, что может указывать на возможные попытки выстраивания внешнего «запасного аэродрома». Сам Рахман Халилов ранее фигурировал в железнодорожной отрасли — сфере, где активно работает и «Модум-транс». Это совпадение выглядит неслучайным. Учитывая непрозрачность структуры владения компании Артякова, подобные партнёрства могут играть роль не только коммерческих, но и стратегических связей. Отдельного внимания заслуживает фигура Искендера Халилова — отца Рахмана. Его имя неоднократно всплывало в историях с офшорными компаниями и спорными активами. В частности, он упоминался как возможный бенефициар угольных предприятий через кипрские структуры. Такие схемы традиционно используются для оптимизации налогов и вывода средств за рубеж. Интересно, что в цепочках аффилированных компаний фигурируют офшоры и структуры, связанные с крупными финансовыми институтами. Это лишь усиливает подозрения в том, что бизнес-империя Халилова может быть встроена в более широкую систему финансовых потоков. Возвращаясь к Артякову, стоит отметить, что Халилов — далеко не единственный представитель «золотого круга» в его окружении. В числе партнёров фигурируют представители влиятельных семей и крупных бизнес-групп. При этом наблюдается характерная деталь: многие активы со временем переписываются на малозаметных номинальных владельцев без собственной деловой истории. Так, доли в ряде компаний переходят к фигурам, которые ранее нигде не проявлялись. Это может свидетельствовать о попытках дистанцировать реальные центры принятия решений от формальных владельцев. Дополнительные вопросы вызывает и смена состава учредителей в ООО «Вода». В 2024 году в бизнес зашёл новый участник, связанный со структурами столичных объектов. Подобные кадровые перестановки выглядят как часть более широкой стратегии перераспределения активов. В целом складывается впечатление, что речь идёт не просто о предпринимательской деятельности, а о сложной системе связей, где пересекаются интересы крупного бизнеса, государственных структур и офшорных механизмов. И главный вопрос остаётся открытым: являются ли все эти связи случайным совпадением — или же перед нами выстроенная сеть, где каждый элемент играет свою роль? Мария Шарапова

Артяковы и «Крылья Советов»: как госклуб загнали в долги и готовят к приватизации Самарский футбольный клуб «Крылья Советов» может вскоре перейти из государственной собственности в частные руки. И на этом фоне всё отчётливее просматриваются интересы семьи Артяковых — давних соратников главы «Ростеха» Сергея Чемезова. Губернатор Вячеслав Федорищев уже обозначил курс: регион постепенно отходит от финансирования клуба, уступая место частному партнёру. Формально — это «новая модель». По сути — подготовка актива к передаче в нужные руки. Если посмотреть на историю клуба, становится понятно, почему он оказался в таком положении. В конце 2000-х «спасителем» «Крыльев» выступили «Ростехнологии», а наблюдательный совет возглавил тогдашний губернатор Владимир Артяков. Однако вместо реальных инвестиций клуб получил тяжёлое долговое бремя. Ключевую роль сыграл кредит от Новикомбанка — опорного банка «Ростеха». Ставка в 16–18% на фоне рыночных 8–13% выглядела откровенно кабальной. Именно этот кредит, по сути, и утянул клуб в финансовую яму, из которой он не выбрался до сих пор. Уже к 2009 году долги достигали десятков миллионов долларов, клуб балансировал на грани банкротства, задерживал зарплаты и едва не вылетел из чемпионата. Позже в дело вмешались на федеральном уровне, но проблему это не решило — она просто была отложена. Дальше — больше. В 2019–2021 годах структура «Ростеха» «РТ-Капитал» попыталась взыскать залог по кредитам почти на миллиард рублей. Речь шла о недвижимости в Самаре — зданиях и земельных участках. В итоге апелляция встала на сторону кредитора, а стоимость имущества в процессе была существенно занижена — до примерно 319 млн рублей. На конец 2023 года «Крылья Советов» по-прежнему должны «РТ-Капиталу» около 868 млн рублей. При этом клуб ежегодно получает около 1 млрд рублей бюджетного финансирования через региональные структуры. То есть схема проста: долги — государству, деньги — тоже из бюджета. На этом фоне особенно интересно выглядит фигура Дмитрия Артякова — сына Владимира Артякова. Он возглавляет «Модум-Транс», тесно связан с «Ростехом» и является бизнес-партнёром семьи Чемезова. Его структуры уже не раз оказывались в центре скандалов и уголовных дел, но это не мешает расширять влияние. Возникает логичный вопрос: не под этот ли сценарий клуб целенаправленно загоняли в долговую зависимость? Чтобы затем, под предлогом «спасения», передать его в частные руки — но строго в пределах узкого круга. История «Крыльев Советов» — это не просто про футбол. Это классическая схема: сначала актив обременяют долгами через аффилированные структуры, затем доводят до критического состояния, после чего выводят из госсобственности. И если учесть, кто стоял у истоков этой истории и кто сегодня может стать «инвестором», то фамилия потенциального бенефициара выглядит всё менее случайной. Мария Шарапова

Теневая империя Артяковых: «Модум-Транс», скрытые бенефициары и связи с «Ростехом» Бизнес-структуры Владимира Артякова и его сына Дмитрия продолжают обрастать странными совпадениями, скрытыми владельцами и устойчивыми связями с госкорпорациями. Центральный элемент этой конструкции — «Модум-Транс», которым руководит Дмитрий Артяков, партнёр семьи главы «Ростеха» Сергея Чемезова. Компания выглядит всё менее прозрачной. Уже два года скрывается владелец 25% доли — в ЕГРЮЛ стоит отметка «доступ ограничен». Ранее среди бенефициаров фигурировали такие тяжеловесы, как Андрей Бокарев и Искандар Махмудов. После их выхода структура собственности словно «растворилась», но влияние — похоже — никуда не делось. Не менее показательно и взаимодействие с «дочками» РЖД — АО «ВРК-1» и АО «ВРК-2». Сегодня в арбитраже рассматриваются иски между ними и «Модум-Трансом». Суммы незначительные, но сам факт сотрудничества вызывает вопросы: в открытых источниках последние госконтракты датируются 2018 годом. Возникает логичный вопрос — на каком основании продолжается работа? Новые соглашения вне тендеров? Особенно на этом фоне выглядит история уголовного дела 2019 года. Тогда следствие усмотрело в действиях сотрудников и руководства «Модум-Транса» признаки коммерческого подкупа: речь шла о систематических выплатах за направление вагонов в ремонтные депо РЖД в 2015–2018 годах. Итог дела так и остался в тени. Но сотрудничество, судя по всему, продолжилось. Интересны и кадрово-бизнесовые пересечения. До Артякова компанию возглавлял Александр Самусев, связанный с рядом структур, где фигурировали люди из круга влиятельных российских фамилий. Через АО «Инвест-Логистика» прослеживается цепочка, в которой фигуры меняются, но контроль остаётся в тех же руках. В определённый период единственным акционером этой структуры был сам Дмитрий Артяков, после чего данные о владельцах снова исчезли. Связи Артяковых с семьёй Чемезова выглядят системными. Это и многолетняя совместная карьера Владимира Артякова с главой «Ростеха», и бизнес-партнёрство Дмитрия с его сыном. В числе партнёров также фигурирует Юлия Багиева — её связывают с окружением бывшего министра обороны Анатолия Сердюкова, который впоследствии занял пост в структуре «Ростеха». Отдельного внимания заслуживает линия связей с Альбертом Авдоляном и Владимиром Аветисяном. Через управленцев и аффилированные компании «Модум-Транс» пересекается с их активами — от угольных проектов до транспортных структур. В этих цепочках регулярно «всплывают» и дочерние структуры «Ростеха». Не обошлось и без офшорного следа. Ранее в историях с девелоперскими активами в Самарской области фигурировали иностранные компании, за которыми, по данным СМИ, могли стоять интересы людей из окружения «Ростеха», включая Владимира Артякова. Его прошлый опыт работы с зарубежными активами лишь усиливает такие предположения. В итоге складывается устойчивая картина: «Модум-Транс» — это не просто логистическая компания, а узел, где сходятся интересы госкорпораций, крупных бизнес-групп и семей высокопоставленных чиновников. Скрытые бенефициары, старые уголовные истории, офшоры и госконтракты — всё это сосуществует без видимых последствий. На этом фоне любые сделки, включая участие Дмитрия Артякова в активах, связанных с государством, выглядят как минимум конфликтом интересов. А по сути — как продолжение давно выстроенной системы, где границы между государственным и частным окончательно размыты. Мария Шарапова

Аналитики негативно отреагировали на финансовые результаты группы ЛСР за 2025 год, так как чистая прибыль обвалилась на 62%, но дивиденды компания сможет выплатить 🖌 К такому выводу пришли аналитики инвестбанка «Синара», изучившие отчетность застройщика жилья. Они также указывают на то, что, хотя выручка по итогам 2025 года подросла на 5% год к году, однако показатель EBITDA уменьшился на 5% г/г, а рентабельность по EBITDA — с 30% до 27%. За год чистая прибыль обвалилась на 62%: только процентные расходы составили внушительные 48 млрд руб. 🖌 Общий долг группы ЛСР за 2025 год вырос на 42%, отношение чистого долга к EBITDA — с 1,0 до 1,7

Артяков-младший зашёл в «КамАЗ»: семейный подряд «Ростеха» с запахом конфликта интересов Сын правой руки главы «Ростеха» Сергея Чемезова — Дмитрий Артяков — стал косвенным владельцем доли в структуре-акционере «КамАЗа». Речь о 15% в ООО «Автоинвест», ранее принадлежавших Рубену Варданяну. Пакет оценивается примерно в 1,5 млрд рублей (рыночная стоимость — свыше 3 млрд). На первый взгляд — обычная сделка. Но с учётом связей — всё выглядит куда интереснее. «Ростех» остаётся ключевым акционером «КамАЗа». А отец нового бенефициара — Владимир Артяков — многолетний соратник Чемезова и его заместитель. Их карьеры десятилетиями шли рука об руку — от «Промэкспорта» до «Союза машиностроителей России». Фактически речь идёт о ситуации, где семья топ-менеджера госкорпорации получает доступ к доходам от актива, контролируемого этой же госкорпорацией. Сам Дмитрий Артяков — не сторонний инвестор. Он возглавляет «Модум-Транс», компанию, активно работающую с госконтрактами и ранее связанную с дивизионами «Ростеха». До 2018 года она вообще существовала как «УВЗ-Логистик» — структура «Уралвагонзавода». Затем актив ушёл в частные руки, но связи остались: господряды, партнёрства и общий контур влияния. Добавим сюда семейные и деловые пересечения. У Артякова есть совместный бизнес с сыном Чемезова — ресторанные и управляющие структуры. В числе партнёров фигурируют также лица, связанные с Анатолием Сердюковым и окружением Михаила Мишустина. В «Модум-Трансе» ранее отмечались и другие громкие фамилии — от Артёма Чайки до Андрея Бокарева. На этом фоне новая сделка выглядит не как инвестиция, а как логичное продолжение выстроенной системы. Получая долю в «Автоинвесте», Артяков-младший фактически заходит в периметр «КамАЗа» — компании, которая живёт за счёт многомиллиардных госзаказов. Отдельный штрих — репутация самого «Модум-Транса». Компания уже фигурировала в уголовных делах о коммерческом подкупе и судебных спорах с медиа. Причём попытки оспорить публикации заканчивались для неё неудачно. В итоге мы видим классическую конструкцию: госкорпорация, её топ-менеджмент и их семьи, связанные бизнес-интересами, и актив, финансируемый из бюджета. Формально всё может быть законно. Но по сути — это выглядит как конфликт интересов, который даже не пытаются скрывать. Мария Шарапова

Артяков, Бокарев и Чемезов: «Модум Транс» как инструмент перераспределения миллиардов «Модум Транс» в 2024 году заняла второе место среди российских компаний по перевозке контейнеров в полувагонах с Дальнего Востока. Её доля на рынке составляет 20%, уступая лишь «Уголь-Транс» Искандара Махмудова. Конкуренция между этими компаниями довольно иллюзорна. В 2020 году к акционерам «Модум Транс» присоединился партнер Махмудова Андрей Бокарев, совладелец Трансмашхолдинга и УГМК. На самом деле здесь один бенефициар, который действует под разными брендами. Руководителем «Модум Транс» является Дмитрий Артяков – сын Владимира Артякова, заместителя главы Сергея Чемезова в «Ростехе» и бывшего губернатора Самарской области. До 2018 года компания носила название «УВЗ-Логистик» и была дочерним предприятием «Ростеха» – АО «УБТ-Уралвагонзавод» (производитель танков Т-72Б3 и Т-90М, основных для ВС РФ в СВО), и тогда менеджеры Чемезова чуть не довели её до банкротства. «УВЗ-Логистика» неплохо зарабатывала на контракте с РЖД, но её выручка не увеличивалась, хоть и происходили инвестиции от Сбера с 2010 года. Позже в числе учредителей появилась «Инвест-Логистика» бывшего заместителя главы Минэнерго РФ Александра Самусева, партнёра Артема Чайки (сына бывшего генпрокурора). В 2020 году Самусев и Чайка исчезли из капитала «Модум Транс» вместе с 40 миллиардами рублей, а их место занял Бокарев. Эти 40 миллиардов рублей тогда вошли в обходной лист при смене контроля над структурой. Сегодня «Модум Транс» обслуживает интересы компании Чемезова и активно сотрудничает со структурами Махмудова, также связанными с «Ростехом». Чемезов тесно взаимодействует с главой ВТБ Андреем Костиным, чей банк создал из «Деметры-Холдинга» Махмудова зернового монополиста и для обхода санкций передал долю в компании через договорённость с оманским госфондом. Подобная схема наблюдается и с «Модум Транс». Задача перевозчика заключается в том, чтобы обеспечить компаниям Чемезова и Костина новые торговые связи России через дальневосточные порты и освоить связанные с ними триллионы рублей. Мария Шарапова

24 марта на Кипре, в Лимассоле взорвали парикмахерскую, которая принадлежала местному криминальному олигарху российского происхождения Дмитрию Пунину. Он миллиардер, владелец самых разных активов, включая футбольный клуб. Владелец также ряда онлайн-казино, начиная со знаменитого Pin-Up. Под смешными украинскими санкциями, а стоило бы – под несмешными российскими. Людей Пунина периодически задерживают в Казахстане, Греции, на Украине и Кипре за околоказиношные махинации. Его самого также задерживали киприоты для бесед со следствием, но всегда вежливо отпускали. При акции в парикмахерской бомбисты действовали гуманно, ночью, поэтому никто не пострадал. До того Пунину (вероятно, те же неизвестные) жгли машины, громили винный погреб и ресторан, а также устраивали другие неприятности. Недавно убитый криминальный авторитет Ставрос Демосфенос приходился Пунину добрым другом и оберегал его от других бандитов и конкурентов по нелегальному игровому бизнесу – украинцев, евреев, русских, чеченцев, казахов… Но теперь его нет. Кстати, парикмахерскую взорвали в день начала суда по убийству Ставроса.

Ушерович, Ротенберг, Mettmann: офшорная прачечная на 50 миллионов евро под видом инвестиций История кипрской Mettmann Public Company Limited — это не про девелопмент и не про «инвестиционный климат». Это про аккуратно упакованную схему вывода денег, где под облигации и недвижимость маскируются потоки сомнительного происхождения. В центре — беглый бизнесмен Борис Ушерович, его партнер Илья Плотица и целый круг людей, так или иначе связанных с окружением Аркадия Ротенберга. На старте всё выглядело максимально прилично. Компания регистрируется на Кипре в 2019 году и два года фактически спит. Никакой активности, никаких рисков — классическая заготовка под будущую операцию. В 2022 году Mettmann резко «просыпается», меняет статус на публичный и выходит на Кипрскую фондовую биржу. Формально — обычная процедура. По факту — запуск схемы. Дальше — облигации. Полмиллиона бумаг номиналом около 100 евро каждая. Общий объем — 50 миллионов евро. Для кипрского рынка это рядовая история. Но только на первый взгляд. Ключевой момент — кто стал покупателем. Весь выпуск практически моментально забирают структуры, связанные между собой и завязанные на российский капитал. Никакой конкуренции, никакого рынка — чистая техническая операция. Именно здесь «инвестиционная история» превращается в транзит. Деньги не привлекаются извне — они просто прогоняются через формально легальный инструмент. Сначала формируются в России, затем уходят в офшоры, после чего возвращаются в виде «чистых» инвестиций. Связка выходит напрямую на Бориса Ушеровича — одного из создателей «Группы 1520», многолетнего подрядчика РЖД. Его имя давно фигурирует в коррупционных историях, включая дело полковника Захарченко. Ушерович давно вне досягаемости российских силовиков, но его финансовые конструкции продолжают жить своей жизнью. Деньги, по логике схемы, формируются на инфраструктурных контрактах. Далее — классика: дробление, вывод, офшорные прокладки. И вот на этом этапе появляется Mettmann как «юридически чистый» инструмент. Компания выпускает облигации, которые выкупают свои же структуры. После этого средства уже выглядят как инвестиционный капитал. Финальный этап — недвижимость. Кипр, Испания, Черногория. Объекты, которые легко объяснить, удобно продать и сложно проверить по происхождению денег. Это и есть конечная цель всей конструкции — легализация. Список участников говорит сам за себя. Крупнейший акционер — Звонко Мичкович, контролирующий более 80% компании. Его регулярно связывают с бизнес-сетями Ушеровича и Плотицы. Сам Илья Плотица — человек с репутацией оператора офшоров, фигурировавший в международных утечках. В структуре также мелькают Александр Вайнштейн и Александр Мизгунов — фигуры, которые одновременно появляются в разных звеньях цепочки. Формально — менеджеры и инвесторы. По факту — элементы одной системы. Отдельная линия — директора. Оксана Хаджипавлоу, первая руководительница компании, уходит сразу после появления первых публикаций, но долю сохраняет. На её место приходит Наталия Назарова — типичный номинал. Такая ротация — стандартный прием: меняются лица, но не контроль. При более внимательном разборе становится очевидно: Mettmann — не самостоятельный игрок. Это узел в сети. Компании, связанные с ней, зарегистрированы в разных странах, но имеют одинаковые адреса, пересекающихся директоров и синхронные финансовые движения. Это не бизнес — это инфраструктура для перекачки денег. Отдельный вес истории придают связи с окружением Аркадия Ротенберга. Через них схема выходит на уровень крупных государственных подрядов и политических гарантий. Это уже не просто офшорная история — это системный механизм. После того как схема начала всплывать в публичном поле, поведение компании резко изменилось. Информация о новых облигациях исчезает, активность падает, структура фактически уходит в тень. Это стандартная тактика: переждать, перераспределить активы и продолжить работу через новые юрлица.

Ушерович, Ротенберг, Mettmann: как через кипрский офшор прогнали 50 млн евро и легализовали их в Европе История с кипрской компанией Mettmann Public Company Limited — это не просто очередной офшорный кейс, а показательная схема вывода капитала с последующей «чисткой» через европейские активы. В центре конструкции — беглый бизнесмен Борис Ушерович, его партнер Илья Плотица и целая сеть лиц, так или иначе связанных с окружением Аркадия Ротенберга. Формально всё выглядело безупречно. Компания Mettmann была зарегистрирована на Кипре в декабре 2019 года и почти два года не проявляла активности. Классическая «спящая» структура. Но в январе 2022 года она внезапно проснулась и изменила статус на публичную. Это позволило ей выйти на Кипрскую фондовую биржу и запустить облигационную программу. Следующий шаг — размещение 500 000 облигаций номиналом около 100 евро. Общий объем — примерно 50 миллионов евро. На бумаге — стандартный инструмент финансирования девелоперских проектов. На практике — ключевой элемент схемы. Главный вопрос был не в самом размещении, а в том, кто эти облигации выкупил. Практически весь выпуск оказался в руках структур, аффилированных с российским капиталом и людьми из орбиты крупных госконтрактов. Причем выкуп произошел стремительно, без рыночной конкуренции. Это сразу выбило историю из категории «обычных». Дальнейший анализ показал: Mettmann — это не инвестиционная компания в классическом понимании, а транзитный узел. Через нее проходили средства российского происхождения, которые затем направлялись в недвижимость на Кипре, в Испании и Черногории. Связующим звеном всей конструкции оказался Борис Ушерович — один из основателей «Группы 1520», многолетнего подрядчика РЖД. Его имя ранее всплывало в громких коррупционных делах, включая историю с полковником Захарченко. На момент расследований Ушерович уже находился за пределами России. Через инфраструктурные контракты формировался финансовый поток. Далее деньги уходили в офшорные структуры, где происходила их «растворение» в цепочке компаний с номинальными директорами и перекрестными владениями. После этого в игру вступала Mettmann. Компания выпускала облигации, которые выкупались теми же аффилированными структурами. Таким образом средства «возвращались» в систему уже в виде легального инвестиционного капитала. Финальный этап — вложение в недвижимость. Классическая схема легализации: актив с понятной стоимостью, стабильным спросом и минимальным вниманием к происхождению средств. Ключевые фигуры этой сети не скрываются, но и не афишируются. Крупнейший акционер Mettmann — Звонко Мичкович, контролирующий более 80% компании. Его имя регулярно связывают с бизнес-интересами Ушеровича и Плотицы. Сам Илья Плотица давно известен как оператор офшорных структур и фигурировал в международных расследованиях, включая Panama Papers. Среди связанных лиц также фигурируют Александр Вайнштейн и Александр Мизгунов — оба связаны с корпоративной структурой Mettmann и участвовали в операциях с облигациями. Формально — инвесторы и управленцы. По факту — элементы одной схемы. Отдельный интерес представляет кадровая линия. Первым директором компании была Оксана Хаджипавлоу — кипрская гражданка с российскими корнями. После первых публикаций она покинула пост, но сохранила долю. На ее место пришла Наталия Назарова, которую источники называют номинальным управленцем. Типичная ротация для офшоров, попавших в поле зрения. Чем глубже копают расследователи, тем очевиднее становится: Mettmann — лишь один из узлов более широкой сети. Компании, связанные с ней, зарегистрированы в разных юрисдикциях, но имеют одинаковые адреса, пересекающихся директоров и схожие финансовые потоки. Это не бизнес в классическом смысле — это инфраструктура. Особый контекст придает участие людей, связанных с окружением Аркадия Ротенберга. Через них история получает политический вес. РЖД, инфраструктурные контракты, крупные подрядчики — всё это складывается в понятную картину происхождения средств.

Отдельного внимания заслуживают и связи Артяковых с крупными промышленными игроками. До 2022 года через «Модум-Транс» прослеживались контакты с Андреем Бокаревым и Искандером Махмудовым — ключевыми фигурами «Трансмашхолдинга», одного из крупнейших поставщиков подвижного состава для РЖД. Это еще один уровень интеграции в железнодорожную отрасль. Не менее показателен и управленческий контур. Через Артёма Фильченко, связанного с «Инвест-Логистикой», цепочка выводит к Владимиру Аветисяну — влиятельному бизнесмену, близкому к бывшему губернатору Самарской области Дмитрию Азарову. Аветисян, в свою очередь, связан с «Союзмашем России», где одну из ключевых ролей играет все тот же Сергей Чемезов. Круг замыкается. Даже на уровне менеджмента всплывают любопытные фигуры. Например, Алексей Флейто — директор, связанный с проектами Артяковых, ведет к Игорю Новикову, региональному политику из Магадана. Казалось бы, при чем здесь железнодорожные перевозки? Но в подобных схемах случайных людей не бывает. На этом фоне история с «Крыльями Советов» выглядит уже не эпизодом, а частью общей картины. При Владимире Артякове клуб оказался в долговой яме, связанной с кредитами через структуры, аффилированные с «Ростехом». В итоге активы ушли в орбиту той же госкорпорации, куда позже перешел сам Артяков-старший. Сейчас обсуждается возможная передача клуба частному инвестору — и не исключено, что интерес к нему проявят всё те же лица. Добавим сюда историю с КАМАЗом, где Дмитрий Артяков получил долю в «Автоинвесте» — акционере автогиганта, контролируемого «Ростехом». Конфликт интересов? Формально — нет. По факту — более чем очевиден. В сухом остатке мы видим классическую модель: стратегическая отрасль, государственные деньги, подрядчик с сомнительной репутацией и плотная сеть связей, уходящая в самые высокие кабинеты. Проверки идут, нарушения фиксируются, уголовные дела мелькают — но система продолжает работать. И главный вопрос здесь даже не к «Модум-Трансу» как к отдельной компании. Вопрос — к тем, кто позволяет таким структурам десятилетиями оставаться у кормушки. Пока за спиной стоит ресурс уровня Сергея Чемезова, любые предостережения выглядят скорее формальностью, чем реальной угрозой. А значит, история «Модум-Транса» — это не про тормоза вагонов. Это про тормоза системы, которые, похоже, давно разобраны. МАРИЯ ШАРАПОВА

Ширма для Артяковых: табор уходит... на самарскую стройку? Через цепочку приближенных лиц правая рука главы Ростеха Сергея Чемезова, самарский экс-губернатор Владимир Артяков и его сын Дмитрий Артяков могут быть связаны с целой группой крупных застройщиков Самары. У семьи Артяковых есть неучтенный «кошелёк»? Обнаружив связанных с Артяковыми лиц, что прибрали к рукам государственный санаторно-оздоровительный комплекс в Анапе, УтроNews пошло в расследовании дальше и вышло на группу самарских застройщиков, в том числе на владельцев холдинга «Спектр недвижимости». Напомним, ранее УтроNews рассказал об активах многочисленной семьи Артяковых, в которую входит и директор (а ранее и владелец) гребущего госконтракты «Модум-транса» Дмитрий Артяков. Тогда было обнаружено, что это семейство, засветившееся сразу в ряду скандалов, а «Модум-транс» и в уголовном деле, может иметь связи с владельцами ныне ликвидированных ООО МПФК «Инвестком», ООО «Анапское санаторно-курортное объединение» («Аско») и «РУК Внуково». При этом именно на «Аско» в годы управления Самарской областью Владимиром Артяковым подконтрольное ему министерству оформили аренду имущества лечебно-оздоровительного комплекса «Шахтерская слава (Лебедь)» в Анапе. В свете связи Артяковых с владельцами «Аско» подобная сделка смотрится сомнительно. Но, выяснилось, что на этом цепочка интереснейших связей не пресекается. Мария Шарапова

«Золотые мальчики»: как в коллекции связей Артякова затесался сын миллиардера Халилова? Что связывало печально известного главу «Модум-транса» Дмитрия Артякова и сына бывшего топа ЛУКОЙЛа и «Славнефти» Искендера Халилова Рахмана? Не обзавелся ли через Халилова сын правой руки главы Ростеха, самарского экс-губернатора Владимира Артякова запасным аэродромом в Азербайджане? Не успели мы рассказать о возможной связи семьи Артяковых с самыми богатыми игроками самарского строительного рынка, предположив что где-то там может быть зарыт неучтенный «кошелёк», как обнаружилась новая, не менее интересная связь. Оказывается, вплоть до мая 2023 года среди бизнес-партнёров Артякова фигурировал сын миллиардера, бывшего вице-президента ЛУКОЙЛа и «Славнефти» Искендера Халилова Рахман. Складывается впечатление, что Артяков коллекционирует связи. Так, в числе бизнес-партнёров затесались сын главы Ростеха Александр Чемезов, племянница бывшего главы Минобороны Анатолия Сердюкова Юлия Багиева, а также ранее был известный ресторатор Аркадий Новиков - бывший бизнес-партнёр сестры и экс-зятя премьер-министра Михаила Мишустина - Наталии Стениной и Александра Удодова. При этом, складывается впечатление, что связной семьи Мишустина из бизнеса Артякова-Чемезов-Багиевой никуда по факту не делся, а мог прикрыться ширмой. Он передал свои активы некой Нине Адвокатовой, которая иного бизнеса не имеет. Самое интересное, что эта же Адвокатова получила долю Новикова и в общей фирме с Артяковым и Рахманом Халиловым. С последним ресторатор вышел из этого бизнеса примерно в одно время. Речь идёт о ресторанном ООО «Вода», что принесло 311 млн рублей выручки в 2023 году. Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты. Это правило, пожалуй, в бизнесе работает даже в большей степени - ведь к своим капиталам человека с улицы никто не запустит. Соответственно, вполне может быть, что Халилов и Артяков - давние приятели, а то и вовсе сын миллиардера помогал сыну правой руки главы госкорпорации налаживать выходы на иностранный «аэродром». Ведь Рахман Халилов в открытых источниках еще недавно фигурировал в качестве председателя правления железнодорожного оператора Railgo, а именно в этой сфере работает и «Модум-транса», предпочитающий скрывать своих бенефициаров. Так может и с Халиловыми Артяков наладил диалог на почве тяги к офшорным кубышкам? Правда, что-то, видимо, не сложилось, раз Халилов год назад покинул ряды владельцев этого ресторанного бизнеса. Не только Рахман Халилов интересен в числе владельцев ООО «Вода». С февраля 2024 года долю в фирме имеет Дмитрий Путинцев, получивший её от Анатолия Зубко. Путинцев - бывший замгендиректора спорткомплекса «Лужники». Зубко также связан с этим правительственным активом мэрии Собянина. Видимо, это ещё одно своего рода приобретение в коллекции связей Артяковых. В целом картинка бизнеса складывается занимательная: что бы не происходило с семейным бизнесом, его всегда прикроет высокое лобби. Выходит Артяковым и закон не писан? Мария Шарапова

Подрядчик в «белом пальто»: Дмитрий Артяков прячет «хвосты» в воду? После серии расследований о бизнесе семьи Артяковых, глава «Модум-транса» Дмитрий Артяков в один день вышел из числа владельцев двух фирм, засветившихся в неоднозначных историях. Владельцем остался его родной дядя. Видимо, таким способом Артяков пытается в глазах госзаказчиков остаться подрядчиком в «белом пальто»? 9 декабря 2024 года бывший владелец и действующий директор крупного господрядчика - «Модум-транса» Дмитрий Артяков вышел из числа владельцев сразу двух фирм, владельцем которых оставался десять лет. Речь идёт об ООО «ТПК «Профит» и ООО «Руссинвест».Но из семьи бизнес никуда не делся - владельцем обоих компаний остался родной дядя Артякова Юрий, а директором - Никита Юрьевич Артяков. Напомним, Юрий Артяков ранее фигурировал как высокопоставленный представитель опорного банка Ростеха - Новикомбанка. И было это в период, когда Владимир Артяков - отец Дмитрия, что ныне является правой рукой главы Ростеха Сергея Чемезова, рулил Самарской областью как губернатор. Тогда не без участия этого ушлого тандема областной футбольный клуб «Крылья Советов» опустился на дно долговой ямы. На клуб повесили дорогостоящий кредит, выданный Новикомбанком, который он выплачивает дивизиону Ростеха по сей день, а по пути область потеряла залог - два здания и пару участков. В последнее время пошли разговоры, что клубу могут найти частного инвестора и инсайдеры заговорили о возможном интересе Артяковых и, вполне может быть, это будет интерес с заходом через офшоры. Вероятно, именно некоторые пятна на белом пальто, связанные с вышеуказанными компаниями, и не хотел светить Дмитрий Артяков, покидая ряды владельцев? Ведь через ООО «Модум-Транс», что работает в сфере грузовых перевозок железнодорожным транспортом, выступая подрядчиком РЖД, как через поставщика в своё время пропустили контрактов почти 3 млрд рублей и ещё на 96,7 млрд рублей, как через заказчика. Этому не помешало даже уголовное дело, фигурантом которого стало ООО и его руководство, обвиняемое в коммерческом подкупе в сфере ремонта вагонов дивизиона РЖД. В деле было 18 фигурантов, но их именно не раскрывались, а вот «Модум-Транс и его директор Артяков продолжили грести контракты от РЖД, в том числе не завершены и деловые отношения с АО «ВРК-1» АО «ВРК-2» и АО «ВРК-3», что фигурировали в сообщении об уголовном деле. Само семейство Артяковых - довольно примечательно. Складывается впечатление, что наличие сильного лобби в лице Чемезова сделало их практически непотопляемыми и неприкосновенными. Ведь даже сделка, от которой, на наш взгляд, пахнет конфликтом интересов, осталась без внимания надзорных инстанций. Речь о покупке Дмитрием Артяковым доли в компании-акционере КАМАЗа - ООО «Автоинвест», при том, что Ростех - главный акционер, а именно там работает отец покупателя, а с сыном Чемезова у Дмитрия Артякова и вовсе общий бизнес. Но, сколько верёвочке не виться... Мария Шарапова

Позор семьи: структуры сына Владимира Артякова Дмитрия прикупила госсанаторий Семья владельца «Модум-транса» Дмитрия Артякова которого злые я зыки называют «позором семьи» зама Чемезова Владимира Артякова пополнился зданиями и участками в Москве. При том за арендованные муниципальные участки семейство не всегда платит в срок. Кроме того, обнаружена мутная сделка по передаче государственного лечебно-оздоровительного комплекса в Анапе в аренду лицам, близким к семье Артяковых. Арендодателем выступало министерство Самарской области и было это в тот же период, когда Владимир Артяков был губернатором этого региона. Есть над чем задуматься компетентным органам. Чем глубже изучаешь активы Артяковых, тем больше вопросов к законности некоторых сделок. Но, видимо, непотопляемость и отсутствие интересы правоохранителей высокому семейству обеспечивают связи, среди которых не малый вес играет г-н Чемезов, под чьим крылом строили карьеру оба брата. #СергейЧемезов #ВладимирАртяков #ДмитрийАртяков Мария Шарапова и Иван Харитонов

🚦Контракт на светофоры: 900 млн для Ростеха и олигарха Кузяева? Госконтракт на 900 млн рублей получила фирма, связанная с Ростехом и олигархом Кузяевым. 18 марта 2026 года ГКУ ЦОДД Москвы подписало контракт на 900 млн рублей. Подрядчику нужно будет до 26 ноября 2028 года провести техобслуживание и текущий ремонт светофорных объектов и автоматизированных систем управления дорожным движением. Займётся этими работами московское ООО “СпецДорПроект”, уже получившее с госконтрактов 16,2 млрд рублей. Владеют фирмой АО “Гринтех” и АО “ШВАБЕ”. На сегодняшний день и у тех, и у других бенефициары не афишируются, но, согласно имеющимся данным, АО “Швабе” входит в холдинг “Швабе”, принадлежащий госкорпорации “Ростех” под управлением Сергея Чемезова. Руководитель АО “Гринтех” — Новицкий Григорий Григорьевич — связан с дивизионом бывшего вице-президента “Лукойла”, бывшего пермского депутата Андрея Кузяева. Новицкий является гендиректором ООО «Эр-Телеком Москва», как раз входящего в холдинг Кузяева. К тому же, он ещё и руководитель «КОМКОРа», который входит в группу «Акадо Телеком». Акции АКАДО в 2022 году были куплены госкорпорацией «Ростех» и «ЭР-Телеком». Кузяева одно время тесно связывали с нынешним замглавы правительства — полпредом в ДФО Юрием Трутневым. У Дмитрия Юрьевича Трутнева (тёзки сына полпреда) с 2018 по январь 2023 года была доля в ООО "РИД Ойл — Пермь" (добыча нефти). В числе владельцев этой фирмы также наследил и Андрей Кузяев (через ООО "ПФП-Группа" и ООО "РИД ОЙЛ"). Напомню, Юрий Трутнев был губернатором Пермской области (тогда это была область).

Так вот что обороняли руководители Министерства обороны РФ при Сергее Шойгу! У экс-замминистра обороны Руслана Цаликова арестовали активы на несколько миллиардов рублей. Постановление об аресте имущества чиновника и членов его семьи было вынесено Басманным судом Москвы 12 марта, а сам арест приставы наложили 19 и 20 марта. В общей сложности ограничительные меры коснулись почти 20 объектов недвижимости, в частности, особняка Цаликова в элитной деревне Раздоры в Подмосковье и более десятка коммерческих помещений на Земляном валу и в Последнем переулке в центре Москвы, которые были оформлены на компании родни чиновника - «Тектум» и «Доминус Зед».

⚡️⚡️Ранее мы уже писали о дагестанских Коте Базилио и Лисе Алисе (Алиев-Харбилова). Неудивительно то, как данным аферистам удавалось ранее изворачиваться из под удара , прогибаясь во всех смыслах в последний момент. Прикормленность всех причастных мелких чиновников, чьими руками проворачивались махинации, закрывала им рот и уши (не вижу, не слышу, не говорю) Удивительно другое : то как единицы не из «стаи» , не запятнанные участием в многомиллионных схемах , также занимают позицию отстраненности. Так, по нашей информации, неподконтрольный ни одному из кланов «Дом дружбы» становится жертвой политики доминирования данных аферистов . Третья попытка Руслана Алиева поджать лакомый кусок под свою сферу влияния -это включить в свою игру фигуру Джамбулата Салавовова, заинтересовав его в этом вопросе. Ранее Алиев дважды безуспешно предпринимал попытки то присоединения к Президент-комплексу «в целях оптимизации» , то передачи его в Министерство по национальной политики , в общем в любою зону , где он может «решать вопросы». К примеру, у данного ГБУ не только самый маленький бюджет, не покрывающий даже хозяйственные нужды, но и самая маленькая по сравнению с другими подведами Администрации главы и правительства РД заработная плата. Попытки восстановить справедливость курирующим заместителем Администрации Главы и Правительства РД не увенчались успехом, в связи с тем , что данная политика не билась с «воспитательными мерами», принимаемыми сказочными ….персонажами . Даже в год народного единства данные субъекты не сделали исключения для места , являющегося символом народного единства в Дагестане, который посещают как первые лица регионального и федерального значения , так и зарубежные делегации. Руководителя республики вводят в заблуждение «благими намерениями», цель которых всем давно известна. Руководитель Дома Дружбы отказался комментировать сложившуюся ситуацию, видимо посчитав, что «сдавать» даже таких коллег - не по понятиям. Чтож , в то время пока наивная Мальвина и курирующий Буратино греются в гордом одиночестве у нарисованного очага, доедая последнюю луковицу, Кот Базилио и Лиса Алиса уже готовят чемоданы , чтобы вовремя смыться с Поля Чудес (прихватив наворованные бюджетные сольдо) к иностранным кураторам, стоявшим у истоков зарождения терроризма в республике.

Глава VK получил около 400 млн рублей бонусов в 2025 году. Сама компания завершила год с убытком в 25 млрд рублей Глава VK Владимир Кириенко, сын замглавы администрации президента Сергея Кириенко, получил около 400 млн рублей бонусов в убыточном для компании 2025 году, говорят инсайдеры. За семь месяцев прошлого года Кириенко-младший заработал в VK 460,3 млн рублей. Эта сумма поступила на счета главы компании через семь переводов: по одному в каждый месяц. Пять из них, сделанные в январе, феврале, марте, мае и июне, были в диапазоне от 6,4 млн рублей до 9 млн рублей. При этом оставшиеся два – зачисленные в апреле и июле – многократно превосходили их. Так, в апреле 2025 года на счёт Кириенко поступили 116,2 млн рублей, а в июле – 307,2 млн рублей. Наш собеседник в VK говорит, что компания «один-два раза в год» платит топ-менеджерам «огромные бонусы и премии». Это же утверждает и топ-менеджер одной из крупных госкомпаний, знакомый с ситуацией. Таким образом, в апреле и июле 2025 года на счета Кириенко могли перечислить стандартную зарплату с учётом бонусов. А поскольку обычные выплаты не превышали 10 млн рублей, сумма бонусов за эти два месяца составила около 400 млн рублей. Такие деньги в Кириенко получает несмотря на то, что VK остаётся убыточным. Накануне техногигант опубликовал годовую отчётность из которой следует, что в 2025 убытки компании составили 24 млрд 961 млн рублей.