Игорь Каплун.Иконы

Мой товарищ по оружию Илья уже давно (относительно) в теме подписи своих работ. А я впервые получил такую просьбу. В храме мы молимся по уставу, а келейно можно и своими словами- в этом свободно. Так же думаю и в личном иконостасе. Так что для меня проблем с этим нет

Илия в пустыне. 15-16вв. На этой иконе замечательно видно, как художественными средствами : черными и красными пятнами и вспышками деревьев с пятнышками на золотом пространстве, художник погружает нас в среду иконы. Лик при этом небольшой и сразу воздействовать и обращать к молитве не может. Иконописец выдергивает зрителя из бытового пространства и вводит в художественное. Есть такое мнение среди консервативных иконописцев, богословов и других консерваторов, что икона -это не живопись. Тогда зачем иконописец создает такую потрясающую красоту? Для того, чтобы зрителя погрузить в молитвенное пространство, надо сначала погрузить в художественное, которое создано художественными средствами. И тут два варианта: либо оно будет создано слабо, либо сильно. Я за второй вариант.

Институтские времена. У меня есть друг-однокурсник. Он чем только не занимался ещё до института: и аэрографией, и плевал огнём, и бодибилдингом, и рыбалкой, и разведением рыбок и фазанов и даже ремонтами квартир. На первой встрече он сказал :" Маслом я занимался больше десяти лет". Так вот первый семестр мой друг в институт ещё с какой-то периодичностью ходил, а потом уже стал приходить только за неделю до просмотров и по-быстрому писать и рисовать всё, что требовалось для показа. И у него был один холст, который он нашёл в мастерской, который служил ему основой для каждого нового просмотра. К третьему курсу холст весил около десяти килограмм. Это был наш такой монумент лени. Это я всё к тому, что сам люблю, когда материала много. Холста, досок, красок. Под заказ бывает нужна одна доска, но раз клей надо разводить, то уж в придачу килограмм досок левкашу.

Раз, два, три, четыре. Крест для меня, наверное, основной формат, по которому видно, что пишу для себя. Многим непонятна такая форма с ручкой и её применение. А мне очень и нравится работать с композицией креста.

Будни.

Видео процесса. Видно, что сначала хотел написать Богородицу с предстоящими святыми, а потом передумал. А задача была двусторонний крест сделать в едином каком-то стиле. И поначалу мне казалось, что это не удавалось, но в итоге, вроде, связалось.

Видео процесса. Видно, что сначала хотел написать Богородицу с предстоящими святыми, а потом передумал.

То, что нужно с утра, это, конечно, натюрморт старика Винсента. Всё на своих местах. Смело, просто, живо

Продолжая про лес, про Егора Плотникова и про Ирину Васильеву впридачу. Очень важное качество в живописи- когда зритель смотрит на работу и говорит : " Точно так, я видел! ". Тоесть работа очень убедительна. Что-то такое увидено и отображено художником, что отзывается в душе и сердце зрителя. И у Егора Плотникова это есть. Я при том, что они абсолютно не похожи, сразу вспоминаю пейзажи Ирины Васильевой. Наивное письмо, которое для меня просто фотоальбом. Я в этих лесах и пейзажах гулял, я везде был. Вот такое негородское путешествие

Я ни разу лес изнутри не писал и всегда думал, какой ход найти, чтобы его написать, а при этом каждую травинку не вырисовывать. Вот Егор Плотников так накрасил. На превьюшке как будто фотореализм, а в жизни это иркхмеьровые холсты, накрашенные толстой кистью. Для меня это было удивительным чувством, когда я увидел вживую в другом конце выставочного зала настоящий лес, а подойдя понял, что так неканонично написано🧐

Матисс во многом для меня пример для подражания. Активноработающий в любых условиях, размышляющий, внимательный к происходящему вокруг, порядочный,с очень красивым строем мыслей(судя по письмам). Тут, кочнено, и его мысли о живописи. "Я пишу чувством", " Главный враг художника- его плохие работы", " Я помню с какими чувствами писал каждую свою вещь". А тут на видео ещё и процесс его работы. Для Матисса не было никаких сомнений в том, что он участвует в таинстве. Он и сам говорил, что верит в Бога, когда работает. И для него самого ьыло открытием, когда он увидел свою работающую руку, попавшую в объектив камеры.

Святые Артемий и Нина. 13*16.

Детское. Моих работ до институтских и даже институтских почти не осталось. То, что осталось : благодаря усилиям мамы и бабушки. На даче вот несколько рисунков даже на стенах. 1) Первый рисунок- моя первая работа акварелью на первом занятии подготовительных курсов к худ. школе. Видимо восемь или девять лет. На раздали книжки с рисунками и надо было перерисовать. Смотрели уровень готовящихся. 2) Рисовал на даче искусственный бамбук. Видимо была плохая погода или все друзья разъехались, потому что обычно такими глупостями летом я не занимался. Думаю лет 7-8. 3) Любимая игрушка- Гаврюша. Положил и перерисовал. Самому было удивительно, как он весь в листе поместился. Обычно у меня что-то за край вылетало. Как на бамбуке , например. Не поместилась большая часть растения. Рисовал тоже лет в 7.

Окно дачное и разных художников. А. Васнецов, А. Матисс, в. Шишков, К. Истомин

Спас Нерукотворный. Помню первый художник часто говорил об остроте. Не знаю, почему именно "острый". Может от " остроумного". Но острота для меня очень важна. Я её понимаю, как что-то пронзающее художника. Надо чему-то очень сильно удивиться и это показать другим. И поэтому "пиши только тогда, когда не можешь не писать". Как, например, Ван Гог или Рембрандт. Видео, что это написано всем из существом.

Если посмотреть на сегодняшнюю иконопись, то я, например, отчётливо вижу, что все самые известные иконописцы пробуют себя в других жанрах. Ищут нового глотка воздуха в масле, пастели, компьютерной графике, керамике, для того чтобы сказать что-то потом и в иконе. Можно уже смело сказать, что проект "возвращения к традиции " провалился, и я надеюсь что силы, накопленные в труде поиска новых путей и художественных ходов, найдут своё приложение в иконе. А некоторые смелые иконописцы ходят новыми тропами уже и в иконе. ( А. Трунин, А. Трунин, О. Спиридонова, А. Бодько, А. Солдатов, И. Ходырев)

Путь художника, мне кажется, идёт не от успеха к успеху, а от кризиса до кризиса или от неудачи к неудачи. Александр Ливанов, очень хороший график, использовал даже такую аллегорию : художники, как скалолазы, как бы взбираются по большому куполу, и кто-то протыкает вершину. И всё художники оказываются в ещё бОльшем куполе, в котором начинается новое "путешествие" к вершине. Мне близко такое сравнение, и даже думаю, что путь одного художника имеет такой же купол, который с каждым новым кризисом надо протыкать. Сейчас я ощущаю что-то вроде этого купола перед собой, лопнув который, можно заново задышать. И по правде говоря, в современной иконе есть ощущение этого ,вот-вот готового лопнуть, пузыря.

Матрона московская. 10*12 Икону можно купить. 4 т.

У меня есть любимое в иконе. В целом, конечно, мне очень многое нравится, но так сложилось, что ближе мне всякое провинциальное. Балканы, наш север, Новгород, Псков, Тверь, Украина. Во всём этом обилии очень хороших школ есть что-то , что мне очень близко. Но есть то, что прямо моё. Вот так я хотел бы писать, если бы жил в 16 веке. Сейчас так писать невозможно, но я держу ориентир на такую икону. По конкретике, ясности, простоте, моделировка формы, активному решению . Вещи запредельные