Арбитражный процесс для бизнеса

СКЭС Верховного Суда разбиралась, погасил ли заемщик через транзитные перечисления по счетам третьих лиц задолженность или денежные средства были выведены со счета общества под видом оплаты поставок. Определение от 22.04.2022 г. по делу № А41-11937/2020, № 305-ЭС21-24954 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2112246 Общества взяло кредит у Банка на 10 млн. рублей. Директор и участник Общества ¬передал в залог Банку принадлежащую ему квартиру. Через месяц Гражданин К. умер. Наследниками стали вдова – Гражданка-1 и две дочери Гражданка-2 и Гражданка-3, родство последней было установлено в судебном порядке уже после смерти Директора, наследники в равных долях (1/3) стали участниками Общества. Новые участники Общества Гражданка-2 и представитель Гражданки-3 провели собрание и назначили Гендира. В собрании вдова – Гражднка-1 участия не принимала. Новый Гендир направила 5 млн. руб. на погашение долга по кредиту Банку. Судом в рамках другого дела о взыскании убытков с Гендира и участников Общества установлено, что Общество заключило договор поставок с Компанией, которую возглавлял супруг Гендира, и в рамках исполнения договора перечислило 8,2 млн. руб. Компании. После этого между Банком и Гендиром (как физлицом) были заключены договоры уступки права требования по кредитному договору к Обществу и по договору ипотеки квартиры. Потом Гендир уступила эти права требования Гражданке-4 (матери и представительнице наследницы – Гражданки-3). Гражданка-1 обратилась в арбитражный суд с иском о применении последствий недействительности сделки и о признании погашенной записи о наличии обременения на квартиру. Истец полагал, что Гендир совершила оплату в пользу банка по договору за счет средств Общества, поэтому считала, что обязательства заемщика были исполнены по кредитному договору. Суды отказали в удовлетворении заявленных требований. Суды исходили из того, что сама по себе уступка требований (и исполнение в пользу цедента) не свидетельствует о погашении долга по основному обязательству, поэтому оплату по уступке нельзя переквалифицировать в оплату по кредиту. Суды указали, что при признании уступок недействительными в рамках другого дела не была констатирована мнимость либо притворность названных сделок, в силу чего признание оплаты по уступке погашением долга по кредиту являлось бы необоснованным. СКЭС Верховного Суда в данном споре, достойном бразильской или мексиканской экранизации, нашла противоречия с другими судебными актами и решила отправить дело на новое рассмотрение, указав на следующее: 1) в рассматриваемом случае сложилась ситуация, когда в рамках нескольких дел, касающихся по существу одних и тех же отношений сторон, установлены различные обстоятельства и исходя из этого сделаны различные правовые выводы; - так, в одном решении суда фактически констатирована реальность сделок между Обществом и Компанией по поставке товаров; в то же время в постановлении суда по другому делу сделан вывод о том, что оплата по уступкам совершена Гендиром за счет средств Общества, выведенных через расчетный счет компании как аффилированного лица; - такой вывод возможен только в ситуации, если признать договоры поставки между Обществом и Компанией мнимыми (п. 1 ст. 170 ГК), исполненными с целью вывода денежных средств в пользу семьи Гендира; 2) в рамках настоящего дела Гражданка-1 ставила вопрос о признании факта оплаты денежных средств Гендиром в пользу банка по договору уступки – оплатой задолженности общества перед банком по кредитному договору; удовлетворение подобных требований возможно только в ситуации, если поставки в реальности не осуществлялись и денежные средства действительно были выведены со счета общества под видом оплаты этих поставок; 3) однако, при наличии противоречивых сведений относительно реальности факта поставки разрешение настоящего спора было возможно только в результате устранения названных противоречий, а именно, посредством детального исследования вопроса о реальности поставки. #внутрикорпоративныйспор

СКЭС Верховного Суда указала, что для распределения дебиторской задолженности юридического лица, исключённого из ЕГРЮЛ, может не требоваться наличия судебного признания такой задолженности Определение от 02.06.2022 г. по делу № А40-201403/2020, № 305-ЭС21-28884 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2125064 Общество было исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке в 2019 г., как недействующие юрлицо. Но ровно за год до исключения в 2018 г. продало Покупателю земельный участок и здания в московском районе Замоскворечье за 59 млн. рублей. Нидерландская компания – Учредитель Общества (доля 99,9%) обратилось в АСГМ с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юрлица. Учредитель утверждал, что Покупатель не произвел оплату приобретенных зданий, следовательно, имеется актив (дебиторская задолженность) в виде права требования взыскания задолженности по оплате недвижимого имущества. Третье лицо – Кредитор также просил удовлетворить заявление. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления. Суд руководствовался п. 5.2 ст. 64 ГК, указав на то, что вступившим в законную силу решением суда не установлен факт наличия задолженности, а Учредитель не обращался в регистрирующий орган с соответствующим заявлением в целях воспрепятствования исключения общества из ЕГРЮЛ. Апелляционная инстанция удовлетворила заявление. Были повторно исследованы и оценены доказательства. Суд пришел к выводу о том, что Учредитель представил достаточные доказательства наличия дебиторской задолженности, которые Покупателем документально не опровергнуты. Кассационной инстанции, наоборот, согласилась с первой инстанцией и не нашла оснований для удовлетворения требований. Суд указал на то, что в рамках указанной процедуры, учитывая факт ликвидации юридического лица, не могут рассматриваться какие-либо споры, в том числе, в отношении обязательств ликвидированного лица, споры о праве ликвидированной организации и иные споры. СКЭС Верховного Суда решила, что требования Учредителя нужно удовлетворить и оставила в силе акт первой инстанции, а первой и кассационной инстанции указала на не учтённое: 1) законодательство не устанавливает, что правом на подачу заявления о распределение имущества лица, исключённого из ЕГРЮЛ, наделено только то лицо, заинтересованность которого подтверждена вступившим в законную силу  2) в случае исключения юрлица из ЕГРЮЛ как недействующего (ст. 64.2 ГК) к обязательственным отношениям, в которых оно участвовало, подлежит применению ст. 419 ГК, если специальные последствия не установлены законом (абз. 2, абз. 3 п. 41 Постановления Пл ВС РФ от 11.06.2020 № 6); 3) участники ликвидированного юрлица, равно как и его кредиторы, не вправе самостоятельно обращаться с обязательственными требованиями юрлица к его должникам. В этом случае следует руководствоваться положениями п. 5.2 ст. 64 ГК, устанавливающего процедуру распределения обнаруженного обязательственного требования; 4) возможность защиты нарушенного права, в частности кредитора, не утрачивается вследствие прекращения деятельности юридического лица, может быть осуществлена в сроки, установленные ст. 64 ГК, в процедуре распределения обнаруженного имущества должника. 5) дебиторской задолженностью признаётся право требования одного лица к другому лицу (дебитор), не исполнившему денежное обязательство, в т.ч. право требования по оплате фактически поставленных товаров, выполненных работ или оказанных услуг, по найму, аренде и другим (пп. 1 п. 1 ст. 75 ФЗ от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»); 6) Учредитель являлся участником Общества, который в силу п. 8 ст. 63 ГК, при отсутствии каких-либо ограничений, имеет право получить имущество юрлица, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов, а кредитор на основании вступившего в законную силу судебного акта;  при таких обстоятельствах суды первой инстанции и округа ошибочно посчитали, что Учредитель и Кредитор не доказали наличие права инициировать процедуру и участвовать в распределении имущества, обнаруженного после ликвидации. #недвижимость #ЕГРЮЛ

СКЭС Верховного Суда разъяснила, почему за медицинские услуги, оказанные сверх установленного объема медицинской помощи по территориальной программе ОМС, страховая не должна расплачиваться. Определение от 17.05.2022 г. по делу № А27-23106/2020, № 304-ЭС21-27079 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2118614 Медицинская организация оказала застрахованным лицам медицинские услуги в рамках территориальной программы ОМС, в том числе сверх установленного комиссией по разработке территориальной программы ОМС объема на сумму 138 тыс. рублей. Страховая не оплатила оказанные услуги сверх установленного объема медицинской помощи по территориальной программе ОМС. Медицинская организация обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании задолженности за оказанные медицинские услуги по ОМС. Суд удовлетворил исковые требования организации. Суд указал, что факт оказания медицинской организацией медицинских услуг по территориальной программе ОМС на спорную сумму с надлежащим качеством и в спорном размере Страховая медицинская организация и ФСС не опровергли. Суд посчитал, что оказанные медицинской организацией услуги сверх установленного объема медицинской помощи по территориальной программе ОМС относятся к страховым случаям и подлежат оплате в заявленном размере. Апелляционный и окружной суды оставили судебный акт первой инстанции без изменения. ТФОМС обжаловал данные акты в ВС РФ. СКЭС Верховного Суда решила отказать в удовлетворении заявленных требований Медицинской организации и отменила акты трёх инстанций, указав на следующие: 1) счета и реестры счетов на оплату медицинской помощи, оказанной застрахованному лицу, должны представляться медицинской организацией в пределах установленных ей в надлежащем порядке объемов предоставления медицинской помощи; действующим законодательством предусмотрены необходимые правовые инструменты для обоснованной корректировки распределенного комиссией по ТП ОМС объема медицинской помощи в целях надлежащего исполнения обязательств по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию сторонами этого договора (Определение Апелляционной коллегии ВС РФ от 20.02.2020 № АПЛ19-569); 2) поскольку Медицинской организацией оказаны услуги с превышением объемов оказания медицинской помощи, установленных решением комиссии, при этом счета и реестры счетов на спорную сумму, выставленные медицинской организацией к оплате, не прошли формально-логический контроль в ТФОМСе и Медицинская организация не обращалась с предложением о перераспределении объемов медицинской помощи, у Медицинской организации отсутствовало право на истребование у Страховой медицинской организации спорной суммы; 3) Медицинская организация согласилась с выделенным объемом предоставления медицинской помощи и не обжаловала решение комиссии по разработке ТП ОМС и не воспользовалась своим правом на пересмотр выделенных комиссией объемов с учетом фактической потребности медицинской организации. #ОМС

Подпоручик Киже возник в результате канцелярской ошибки, реально не существовал, но дослужился до генерала. СКЭС Верховного Суда решила, что опечатки не должны приводить к подобным последствиям, а судебные акты не должны порождать неопределенность. Определение от 30.05.2022 г. по делу № А41-1022/2016, № 305-ЭС17-2507 (35) http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2123376  В рамках дела о банкротстве строительной Компании передала в собственность лиц две квартиры площадью 57,5 кв. м. каждая, находящиеся на 10 этаже одного дома. Одну в результате уступки Банка получил Гражданин А., а другую Гражданин Ц. Гражданин А. и Гражданин Ц. подали в суд заявление об исправлении опечаток в определениях суда первой инстанции сославшись на то, что при описании номеров их квартир допущены перекрестные ошибки – они должны были стать владельцами квартир 129 и 132, а стали 132 и 129 соответственно. Но суд в исправление ошибок отказал. После этого Гражданин Ц. обратился в суд первой инстанции с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам. Но и в этом суд тоже отказал. Суд исходили из того, что обстоятельства, приведенные в качестве вновь открывшихся, не являются таковыми. При этом суды отметили, что права участников строительства не нарушены, так как в настоящее время право собственности на квартиру 129 зарегистрировано за Гражданином Ц., а на квартиру 132 – за Гражданином А. Эти квартиры имеют идентичные характеристики и отличаются только расположением на лестничной клетке (одна слева, другая справа). Апелляционный и окружной суды ничего странного не обнаружили в решении первой инстанции. СКЭС Верховного Суда направила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав суду на необходимость проверки доводов о наличии технической ошибки, и на не учтённое судами: 1) в резолютивной части определения разрешен вопрос о передаче квартир в собственность участникам строительства. Данное определение является основанием для внесения в ЕГРН записей о регистрации права собственности. Поэтому судебный акт должен вносить правовую определенность в отношения участников спора; 3) Гражданин Ц. утверждает, что в результате судебного разбирательства в отношениях участников долевого строительства возникла неопределенность: в резолютивной части определения присуждена квартира 132, но передана квартира 129; 4) отсутствие правовой определенности по результатам судебного разбирательства является нарушением права на судебную защиту и не отвечает задачам судопроизводства в арбитражных судах (ст. 46 Конституции, п. 1 ст. 2 АПК). 5) государственный регистратор при регистрации права собственности не вправе давать правовую оценку вступившему в законную силу судебному акту, поэтому надлежащая госрегистрация права невозможна до устранения противоречий самим судом, санкционировавшим передачу имущества; 6) Гражданин Ц. лишён возможности зарегистрировать за собой право собственности на ту квартиру, которая описана в договоре. Кроме того, Гражданин Ц. утверждает, что за свой счёт отремонтировал квартиру 132 и использует ее для постоянного проживания. Поэтому замена этой квартиры на другую приведет к возникновению убытков на стороне участника долевого строительства. #недвижимость

#архивплатканал Налоговый орган в ходе проверки не вправе сомневаться в утвержденной кадастровой стоимости Статус: В пользу налогового органа. Решение суда: Отказывая в удовлетворении заявления организации к налоговому органу о признании недействительными решений об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, суд заключил, что установленный законодательством порядок пересмотра результатов определения кадастровой стоимости не предполагает произвольного изменения сведений о кадастровой стоимости, внесенных в государственный реестр, в том числе посредством ее уменьшения на суммы НДС расчетным способом или на основании иных данных. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 13.11.2020 № Ф05-16792/2020 по делу № А40-24715/2020 Суть дела: Организация является собственником нежилого здания. Ей представлены уточненные декларации по налогу на имущество со ссылкой на то, что выделенная из кадастровой стоимости сумма НДС налогообложению налогом на имущество не подлежит. Налоговый орган не согласился с уменьшением кадастровой стоимости объекта недвижимого имущества на сумму НДС и оспариваемым решением определил налоговые обязанности организации исходя из кадастровой стоимости, данные о которой содержатся в ЕГРН. Значимые выводы: Именно указанные в государственном реестре сведения о кадастровой стоимости, при условии, что они внесены без допущения технических ошибок, должны использоваться для налогообложения. Ни налоговый орган в ходе проведения мероприятий налогового контроля, ни суд при рассмотрении налогового спора не вправе давать оценку тому, является ли утвержденная (или пересмотренная) в установленном порядке кадастровая стоимость правильной и необходимо ли ее уменьшение на величину налога на добавленную стоимость, поскольку решение данного вопроса законом выведено в отдельную административную и судебную процедуру. Уменьшая налогооблагаемую базу по налогу на имущество по спорному объекту недвижимости на исчисленную расчетным путем сумму НДС, организация в представленной в инспекцию уточненной налоговой декларации по налогу на имущество заявила сумму НДС как необлагаемую налогом кадастровую стоимость (льготу по налогу). Между тем, правовых оснований для квалификации исчисленного с кадастровой стоимости НДС в качестве льготы по налогу на имущество не имеется. #налогнаимущество #кадастроваястоимость @nalogi_sud

Полный текст: https://vsrf.ru/documents/practice/31180/ #обзорВС

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2022) (утверждён Президиумом Верховного Суда 01.06.2022 г.) Практика применения законодательства о банкротстве Определение № 307-ЭС18-15392 (3). Ликвидация кредитора в деле о банкротстве не является достаточным основанием для исключения ранее принадлежавшего ему требования из реестра требований кредиторов должника. Определение № 305-ЭС21-19707. Превышение рыночной стоимости отчужденного имущества над договорной ценой само по себе не свидетельствует об осведомленности контрагента должника-банкрота о противоправной цели сделки для ее оспаривания на основании п. 2 ст. 612 ФЗ от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Определение № 306-ЭС21-19450. Правопреемник кредитной организации по требованию, основанному на кредитном договоре, вправе инициировать в упрощенном порядке процедуру банкротства гражданина без представления в суд вступившего в законную силу судебного акта о взыскании долга в общеисковом порядке. Практика применения гражданского законодательства Определение № 304-ЭС21-14144. Пункт 5.2 ст. 64 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня лиц, имеющих право инициировать процедуру распределения обнаруженного имущества ликвидированного юрлица, исключенного из ЕГРЮЛ. Суд при рассмотрении заявления лица, обращающегося о назначении такой процедуры, должен проверить наличие у него заинтересованности в этом. Практика применения законодательства об интеллектуальной собственности Определение № 300-ЭС21-11315. Участник общества вправе оспорить регистрацию товарного знака за другим участником этого общества, если товарный знак является сходным до степени смешения с фирменным наименованием общества, и такая регистрация не отвечает интересам общества. Практика применения земельного законодательства Определение № 302-ЭС21-14414. Возведение на публичном земельном участке только объекта вспомогательного использования не влечет возникновения у его собственника права на приобретение в собственность публичного земельного участка в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 3920 ЗК РФ. Определение № 307-ЭС21-11714. Придание нормативному правовому акту обратной силы допускается только в случаях, когда это прямо предусмотрено в самом акте и не ухудшает положение участника гражданского оборота. Практика применения законодательства о налогах и сборах Определение № 310-ЭС21-11695. Акты законодательства о налогах и сборах, повлекшие изменение условий предоставления льготы по налогу, не могут применяться с обратной силой к налогоплательщикам, которые приступили к осуществлению инвестиций и реализовали инвестпроекты в надлежащие сроки, если это приводит к ухудшению их положения. Определение № 301-ЭС21-16598. Российские хозяйствующие субъекты вправе применять ставку НДС 0% в отношении услуг (работ) по перевозке и транспортировке товаров в порядке международного транзита при соблюдении условий, предусмотренных законодательством. Определение № 305-ЭС21-18005. Налогоплательщик-покупатель вправе учесть расходы на приобретение товаров (работ, услуг) и налоговые вычеты по НДС только в той части, в какой налоги были уплачены лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке. Практика применения страхового законодательства Определение № 308-ЭС21-5947. В оплате медпомощи сверх распределенного объема ее предоставления, установленного решением комиссии по разработке ТПОМС, может быть отказано, если в установленном порядке объем медпомощи не был перераспределен. Определение № 305-ЭС21-15028. Если требование о возмещении убытков возникло из обязательств вследствие причинения вреда, а не основано на договоре перевозки, то к нему применяется общий трёхлетний срок исковой давности. Практика применения положений КоАП Определение № 309-ЭС21-784323. Представление декларантом таможенному представителю декларации о соответствии для представления ее в таможенный орган, повлекшее заявление таможенному органу недостоверных сведений о товарах, образует самостоятельные административные правонарушения при каждом декларировании товаров.

СКЭС Верховного Суда разбиралась при каких условиях возможно взыскание со старого арендатора убытков, вызванных предоставлением арендных каникул новому арендатору, простое помещения и расходов на оплату арендного брокера, если в договоре было условие об отсутствие ответственности за упущенную сторонами выгоду. Определение от 27.05.2022 г. по делу № А40-45186/2020, № 305-ЭС21-24470 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2107308 Арендодатель не получил оплату за несколько месяцев, ход ремонта, который Арендатор обязался выполнить за 180 дней, также не устроил его. Арендодатель обратился в суд с иском о расторжении договора, взыскании задолженности 2,4 млн. руб., неустойки 1,5 млн. руб.. и убытков в размере 102 млн. рублей. Убытки состояли из оплаты услуг арендного брокера и упущенной выгоды. Арендатор тоже подал иск о Арендодателя о признании договора прекратившимся, взыскании обеспечительного платежа и расходов на ремонт – 14,6 млн. рублей. Договор предусматривал, что стороны не несут ответственности перед друг другом за упущенную ими выгоду. Дела были объединены. Суд частично удовлетворил иск Арендодателя, а Арендатору отказал в удовлетворении. Помимо долга и неустойки суд взыскал 2,99 млн. убытков в виде расходов на брокерские услуги, 9,25 млн. упущенной выгоды за предоставление арендных каникул, 2,18 млн. руб. упущенной выгоды за простой помещения.  Суд учёл, что Арендатор не произвёл оговоренный ремонт, поэтому Арендодатель вынужден был предоставить новому арендатору арендные каникулы, поэтому признал неполученные в будущем доходы от аренды упущенной выгодой. Услуги брокера по недвижимости суд также учёл. Апелляционный и окружной суды согласились с первой инстанцией.  СКЭС Верховного Суда согласилась с отказом в удовлетворении встречных требований Арендатора, но в части взыскания убытков Арендодателя направила спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на не учтённое судами: 1) лицо, право которого нарушено, вправе требовать от нарушителя полного возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (ст. 395, ст. 15 ГК); 2) заключение соглашения об ограничении ответственности не допускается, и оно является ничтожным, если нарушает законодательный запрет (п. 2 ст. 400 ГК) или противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (п. 6 Постановлении Пл. ВС РФ от 24.03.2016 № 7); 3) заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства (п. 4 ст. 401 ГК, абз. 2 п. 7 Постановления № 7). 4) п. 4 ст. 401 ГК содержит общее правило, не проводя различий по отдельным способам ограничения ответственности. Соответственно, он должен применяться, например, как в случае установления предельного размера или срока начисления неустойки, так и при любом другом отклонении от принципа полного возмещения убытков, в т.ч. возмещения только реального ущерба без упущенной выгоды; 5) применительно к арендным обязательствам могут быть учтены такие факторы как наличие спора о размере задолженности и размере арендной платы, существование препятствий в пользовании арендованным имуществом и др. При установлении таких обстоятельств нарушение, допущенное должником в виде неуплаты долга, может быть признано неумышленным. В связи с этим условие договора об ограничении ответственности только прямым ущербом должно соблюдаться; а Арендатор ссылался на оговорённое в договоре положение, также на нарушение условий о размере оплаты и о препятствиях в доступе в арендуемое помещение, которые были установлены судом; 6) вывод суда о предоставлении компании арендных каникул сделан без ссылки на условия договора и их анализа; положения ГК о договоре аренды не устанавливают обязанность арендатора возмещать арендодателю расходы на поиск арендатора (брокерские услуги), возложение такой обязанности не предусмотрено и условиями рассматриваемого договора.  #аренда #убытки

Конституционный Суд РФ выпустил Обзор практики за I квартал 2022 года КС РФ в разделе о конституционных основах публичного права, в т.ч. отметил постановления, касающиеся ст. 51 Закона о защите конкуренции и ст. 256 Налогового кодекса. Но оспоренные законоположения были признаны не противоречащими Конституции. КС РФ в разделе о конституционных основах частного права, в т.ч. отметил постановления, касающиеся статей ГПК. Определением от 10 марта 2022 года № 492-О Конституционный Суд выявил смысл положений ч. 4 ст. 392 ГПК. Как отметил Конституционный Суд, возможность пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений по новым обстоятельствам на основании изменившихся впоследствии законодательных норм предполагает наличие явно и недвусмысленно выраженного намерения законодателя не только предусмотреть соответствующее новое обстоятельство, являющееся основанием для пересмотра, но и внести изменения в нормативные положения, регулирующие правоотношения, бывшие предметом судебного разбирательства, позволяющие не рассматривать те или иные решения, действия (бездействие) участников этих правоотношений в качестве нарушающих установленные правила поведения. Постановлением от 10 марта 2022 года № 10-П Конституционный Суд дал оценку конституционности абз. 2 части 3 ст. 445 ГПК Оспоренное законоположение было признано не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования оно допускает поворот исполнения вступившего в законную силу решения суда, принятого по такому делу, в случае его пересмотра по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, притом что само наличие трудовых отношений не было опровергнуто в судебном порядке, а отмененное решение суда не было основано на сообщенных гражданином ложных сведениях или представленных им подложных документах. Полный текст: http://www.ksrf.ru/ru/Decision/Generalization/Documents/Information_1_2022.pdf #КСРФ

Верховный суд России расширил пределы самообороны при проникновении грабителей в дом. Состояние самообороны наступает, даже если преступники вломились в дом, но не избивают жильцов и не угрожают их жизни, разъясняется в постановлении пленума Верховного суда России. Сейчас к преступлениям, при которых может применяться самооборона, относятся побои, грабеж и другие посягательства, связанные с насилием. Судьи дополнили список "незаконным проникновением в жилище против воли проживающего в нем лица, не сопряженным с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица". Необходимая самооборона также наступает при наличии реальной угрозы вне контекста проникновения в жилище — например, преступник "высказывает угрозу немедленного применения насилия в условиях, при которых у оборонявшегося имелись основания опасаться осуществления этой угрозы" (направляет на жертву оружие). При этом все сомнения в превышении пределов самозащиты суды должны трактовать в пользу обвиняемого, отмечает пленум. Наконец-то себя можно защищать в собственном доме. Если вы не знали, убив нападающих в квартире, вы должны были доказывать, что они представляли опасность.

Если в договоре установлено условие о сохранении действия договора до полного исполнения обязательств, то это условие не продлевает и не влияет на исчисление исковой давности Определение от 26.05.2022 г. по делу № А40-199994/2020, № 305-ЭС21-22289 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2121926 Компания выдала Обществу по договору займа и допсоглашению к нему на 205 млн. руб. в 2012 году. По договору и по допсоглашению займ выдавался на 1 год. В 2018 г. Компания обратилась арбитражный суд с иском о взыскании задолженности по договору займа и процентов. В 2020 г. суд отказал в удовлетворении иска. Суд пришел к выводам о том, займ должен была быть возвращён в 2013 г., иск был подан в 2018 г., поэтому 3-летний срок исковой давности истек. В 2020 г. Компания направила Обществу предложение о расторжении договора, которое Общество оставило без ответа. Суд первой инстанции удовлетворил иск Компании и расторг договор. Первая инстанция посчитала, что раз договор займа не исполнен со стороны заемщика, значит он является действующим, поэтому срок исковой давности в данном случае не подлежит применению. Но апелляционный суд отказал в удовлетворение. Окружной вернул дело в апелляционный.  Со второй попытки апелляционный теперь уже согласился с первой инстанцией, которая удовлетворила иск. Заявление Общества о применении исковой давности было судом отклонено. Окружной оставил судебные акты без изменений. СКЭС Верховного Суда отменила судебные акты апелляционного и окружного суда и отказала в удовлетворении иска, указав на не учтённое судами: 1) условиями договора займа определен срок возврата полученной обществом суммы займа и начисленных процентов, общество обязано было возвратить полученные по договору и по дополнительному соглашению суммы и уплатить проценты до 27.04.2013 и 04.06.2013 соответственно;  в указанные даты компании должно было быть известно как о нарушении своего права, так и о лице, его нарушившем, и она имела право выбора способа защиты: требовать от общества возврата полученных сумм займа или требовать в судебном порядке расторжения договора в связи с его существенными нарушениями с соответствующими последствиями (п. 2 ст. 450 ГК); 2) при одном и том же нарушении права выбор способа его защиты не должен приводить к возможности изменения исчисления срока исковой давности (Опр. ВС РФ от 12.03.2020 № 304-ЭС19-21956); 3) обстоятельства, касающиеся правильного определения начала течения срока исковой давности по требованию о расторжении договора займа, имели значение для рассмотрения настоящего иска вне зависимости от избранного компанией способа защиты нарушенного права; неисполнение обществом обязательства по возврату займа и факт того, что договор является действующим, сами по себе не могли служить основанием для исчисления срока исковой давности в ином порядке, чем было установлено решением суда по делу о взыскании задолженности и процентов; 4) условие о сохранении действия договора до полного исполнения обязательств, предусмотренное договором, вопреки позиции судов не влияет на исчисление срока исковой давности и не продлевает его течение, а лишь устанавливает период применимости к отношениям сторон условий договора (ст. 425 ГК); 5) ссылка компании на наличие у нее права на предъявление в порядке п. 2 ст. 452 ГК иска о расторжении договора в связи с тем, что он является действующим, а общество оставило без ответа предложение о расторжении договора, не свидетельствует о возможности удовлетворения такого иска, когда нарушение условий договора, влекущее в соответствии с п. 2 ст. 450 ГК его расторжение в судебном порядке, имело место за пределами срока исковой давности; 6) к требованию о расторжении договора в связи с нарушением его условий заемщиком, который не возвратил в определенный договором срок соответствующие суммы займа и процентов, подлежит применению общий трёх    летний срок исковой давности, который исчисляется с момента получения компанией информации о нарушении права.  #срокдавности

Квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества. СКЭС Верховного Суда указала, что изложенное в ст. 40 НК является далеко не единственным критерием для квалификации предоставления как неравноценного. Определение от 05.05.2022 г. по делу № А12-42/2019, № 306-ЭС21-4742 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2116040 Покупатель приобрёл у Продавца автомобиль Toyota Land Cruiser за 3 млн. рублей. В отношения Продавца была начата процедура банкротства. Конкурсный управляющий Продавца обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля. Суд заявление удовлетворил, взыскал с Покупателя в конкурсную массу 3,882 млн. руб. и восстановил право требования Покупателя к Продавцу в размере 3 млн. руб. Суды первой и апелляционной инстанций исходили из имеющейся разницы между рыночной стоимостью автомобиля, определённой повторной экспертизой, и согласованной сторонами в договоре (22,8%), что с учетом пп. 4 п. 2 ст. 40 НК является существенным расхождением. Окружной суд оставил судебные акты без изменений. СКЭС Верховного Суда решила отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, отменив судебные акты по данному спору, потому что судами не было учтено следующие: 1) необходимым условием для признания сделки должника недействительной по основаниям п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве является неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной этой сделки. При этом в части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной); 2) из диспозиции названной нормы следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение СКЭС Верховного Суда РФ от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671 (2)); 3) Вместе с тем понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Как указал КС РФ в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций; 4) в данной ситуации само по себе отклонение стоимости автомобиля на 22,8% от цены, определенной в результате экспертизы, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого транспортного средства для общества было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения; однако, подобные обстоятельства судами не установлены. При таких условиях оснований для признания оспариваемой сделки недействительной у судов не имелось. #банкротство #неравноценноепредставление

СКЭС Верховного суда прислушалась к доводам о мнимости договора аренды земельного участка Определение от 25.04.2022 г. по делу № А40-217405/2019, № 305-ЭС21-27523 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2112732 Общество взыскало с медицинской Компании 21,4 млн. руб. задолженности за аренду земельного участка с расположенными на нем имущественным комплексом (котельная, скважины, водонапорная башня, гараж, склад и крупные нежилые здания). Право требования арендной платы Общество получило в результате заключения договора уступки с Арендодателем за 400 тыс. рублей. По заявлению Общества было возбуждено дело о банкротстве Компании, и Компания была признана банкротом. Другой Кредитор Компании обжаловал судебное решение в апелляционном суде, указывая на мнимость договора аренды. Суд апелляционной инстанции оставил судебное решение без изменения. Суд указал, что несогласие Кредитора с судебной оценкой представленных доказательств и установленных обстоятельств не может являться основанием для отмены решения; в рамках искового производства вопрос о вредоносности сделки не может быть разрешен и презумпции из Закона о банкротства не могут быть применены; доводы и доказательства, на которые сослался заявитель, не подтверждают наличие вновь открывшихся обстоятельств. Окружной суд согласился с апелляционным. СКЭС Верховного Суда отправила дело в АСГМ на новое рассмотрение, обосновав это следующим: 1) по объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы не являлись участниками правоотношений по спору должника с иным кредитором, они ограничены в возможности предоставления прямых доказательств, подтверждающих свои доводы; в то же время они должны заявить такие аргументы или предъявить такие прямые или косвенные доказательства, которые позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, положенных в основу обжалованного судебного решения; бремя опровержения этих сомнений лежит на кредиторе, ранее участвовавшем в судебном споре, учитывая, что именно он состоит в правоотношениях с несостоятельным должником; 2) Кредитор изложил доводы о необычном характере сделки, формальном составление документов об аренде, на отсутствие у Компании реальных ресурсов для владения имущественным комплексом, на отсутствие в документах бухучёта каких-либо сведений об аренде; полное отсутствие арендных платежей, на противоречие аренды имущественного комплекса интересам Компании, оказывавшей медицинские услуги в другом городе; 3) Кредитор настаивал на том, что участники арендных отношений и договора уступки требования связаны между собой и посредством оформления документов они сначала искусственно создали задолженность перед Обществом ("дружественным" кредитором) в размере, кратно превышающем требования ближайшего по размеру независимого кредитора, а затем инициировали банкротство по правилам несостоятельности ликвидируемого должника для того, чтобы оказать существенное влияние на процедуру утверждения конкурсного управляющего, контролировать банкротство и за счёт своих мнимых требований минимизировать имущественные потери должника и уклониться от погашения кредиторской задолженности перед независимыми кредиторами; 4) суду апелляционной инстанции следовало в рассматриваемом случае дать оценку приведенным доводам заявителя апелляционной жалобы и с учетом этого сделать вывод о том, нарушены ли его права и законные интересы принятым судебным актом, на котором основано требование Общества, но таких выводов апелляционный суд не сделал, а окружной не исправил этого; вопреки выводам судов, вопрос о недействительности сделки по специальным признакам, указанным в Законе о банкротстве (ст. 61.2, ст. 61.3), Кредитором не поднимался, а доводы, основанные на мнимости сделки (ст. 170 ГК) вполне допустимы в качестве возражений на иск о взыскании задолженности; 5) рассмотрение дела по правилам, предусмотренным для рассмотрения дел по вновь открывшемся обстоятельствам, само по себе не является пересмотром по вновь открывшимся обстоятельствам. #мнимаясделка #договораренды

Подписание акта приёма-передачи предмета лизинга с указанием об отсутствие финансовых претензий – ещё не лишает права на получение сальдо встречных предоставлений. Определение от 19.05.2022 г. по делу № А40-83984/2021, № 305-ЭС21-28851 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2119984 Лизингодатель отказался от исполнения договора из-за нарушения Лизингополучателем сроков оплаты, автобус – предмет лизинга был возвращен, в акте приема-передачи была сделана запись об отсутствии у сторон финансовых претензий по взаиморасчетам. Лизингополучатель, определив сальдо встречных обязательств по договору лизинга, обратился в суд с иском о взыскание с Лизингодателя неосновательное обогащения и процентов. Суд отказал в удовлетворении исковых требований, исходя из того, что, заключив соглашение о расторжении и подписав акт приема-передачи Лизингодатель и Лизингополучатель согласовали последствия урегулирования отношений после расторжения договора лизинга, а именно: отсутствие финансовых претензий по взаиморасчетам. Апелляционной суд согласился с первой инстанцией, указав на то, что при определении сальдо встречных предоставлений по договору лизинга Лизингополучателем не были учтены убытки Лизингодателя в виде расходов на ремонт. Окружной суд оставил судебные акты без изменений. СКЭС Верховного Суда отменил судебные акты трёх инстанций и направил дело на новое рассмотрение в АСГМ, указав на не учтённое судами: 1) свобода договора не является абсолютной и имеет свои пределы, которые обусловлены, в том числе, недопущением грубого нарушения баланса интересов участников правоотношений. Пределы свободы договора определяются, в частности, требованием добросовестности, соблюдение которого позволяет отграничить свободу от произвола. В том случае, когда конкретное условие становится частью договора не в результате реализации принципа автономии воли каждой из сторон, а в результате подчинения воли одной стороны другой, обязанностью суда является защита слабой стороны договора от злоупотреблений, допущенных в ее отношении сильной стороной; 2) в случае грубого нарушения баланса интересов сторон на основании п. 4 ст. 1, ст. 10 ГК сторона договора вправе заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной (то есть оказалась слабой стороной договора) (п. 9 Постановления Пл ВАС РФ от 14.03.2014 № 16); 3) условия договора лизинга (соглашения о расторжении договора), защищающие интересы только одной стороны в ущерб другой, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть квалифицированы как ничтожные на основании положений ст. 10 и ст. 168 ГК и в таком случае не могут применяться судом при разрешении спора; 4) если условия расторжения договора лизинга были предложены Лизингодателем, который вопреки требованиям п. 3 ст. 1, п. 3 ст. 307 ГК не предоставил Лизингополучателю сведения о возможной цене продажи имущества, то риски, связанные с несоответствием стоимости, установленной в соглашении, фактической цене продажи не могут быть в полной мере возложены на Лизингополучателя, а Лизингодатель не вправе извлекать преимущество из сокрытия/непредоставления информации; 5) на момент изъятия предмета лизинга Лизингополучатель не мог знать, без принятия дополнительных мер, от какого права (требования) оно отказывается на данной стадии; 6) истолковав имеющиеся в соглашении о расторжении договора лизинга и акте приема-передачи формулировки, как исключающие возможность требовать перечисления сальдо встречных обязательств по договору, суды не были вправе применять соответствующие договорные условия, как противоречащие п. 3 ст. 1, п. 3 ст. 307 ГК и недействительные (ничтожные). #договорлизинга #лизинг

Государственная Дума в третьем чтении приняла законопроект, изменяющий ч. 1 ст. 183 АПК (Индексация присужденных денежных сумм). http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision547544.pdf СЕЙЧАС ДЕЙСТВУЕТ: «1. Арбитражный суд первой инстанции, рассмотревший дело, производит по заявлению взыскателя индексацию присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда в случаях и в размерах, которые предусмотрены федеральным законом или договором.» НОВАЯ РЕДАКЦИЯ: «1. По заявлению взыскателя или должника арбитражный суд первой инстанции, рассмотревший дело, производит индексацию присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда. Если иное не предусмотрено федеральным законом, присужденные денежные суммы индексируются со дня вынесения решения суда или, если решением суда предусмотрена выплата присужденной денежной суммы в предстоящем периоде, с момента, когда такая выплата должна была быть произведена. Если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, для индексации используется официальная статистическая информация об индексе потребительских цен (тарифов) на товары и услуги в Российской Федерации, размещаемая на официальном сайте федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по формированию официальной статистической информации о социальных, экономических, демографических, экологических и других общественных процессах в Российской Федерации, в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".» Из данной статьи АПК планируется в т.ч. убрать формулировку «в случаях и в размерах, которые предусмотрены федеральным законом или договором», которая побуждала многих судей отказывать в индексации, если она специально не оговорена. Аналогичная норма В ГПК (в ст. 208) уже действуют. О необходимости внесения таких изменений указывал Конституционный Суд в Постановление 40-П от 22.07.2021 г., признав ч.1 ст. 183 АПК не соответствующей Конституции (ч. 1 ст. 46). КС РФ в качестве временного критерия для осуществления индексации предложил индекс потребительских цен (тарифов) на товары и услуги Росстата. Но теоретически законодатели могли и другой механизм придумать. 24.05.2022 г. в Госдуме «за» проголосовал 401 депутат и никто «против». Теперь законопроект отправлен в Совет Федерации.

⚡Уважаемые подписчики, в целях поддержки бизнеса мы открываем рубрику #готовыедокументы. Надеемся, что наш небольшой вклад будет полезен и принесет Вашему бизнесу пользу.

Односторонний отказ от контракта может быть признан недействительным, а длительное использование результата работ заказчиком свидетельствует о потребительской ценности произведенных работ и о наличие желания ими воспользоваться. Определение от 11.04.2022 г. по делу № А60-36371/2020, № 309-ЭС22-3946 http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2107846 Институт МВД-Заказчик и ИП-Подрядчик заключили государственный контракт. Подрядчик обязался выполнить работы по ремонту КПП, цена контракта составила 2,2 млн. рублей. Подрядчик выполнил работы и вручил Заказчику акты КС-2, формы КС-3 и счёт на оплату. Заказчик остался недоволен и вручил Подрядчику односторонний отказ от исполнения госконтракта, приложив к нему акт, в котором указал на недостатки выполненных работ. ИП подал иск к Заказчику о признании недействительным решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, взыскании задолженности и неустойки. Во встречном иске Заказчик потребовал взыскать с Подрядчика пени и штраф. Суд первой инстанции признал отказ Заказчика недействительным и взыскал задолженность и неустойку. Встречные требования удовлетворил частично, признав наличие просрочки и пересчитав неустойку. В рамках дела была произведена экспертиза. В экспертном заключении была отражена общая стоимость работ, выполненных Подрядчиком, было указано на наличие недостатков, но отсутствовали выводы о наличии работ ненадлежащего качества. А некоторое проведенные подрядчиком работы были признаны улучшенными по сравнению с предусмотренными контрактом. Суд руководствовался следующим: 1) если на момент получения подрядчиком уведомления заказчика об отказе от исполнения договора подрядчиком полностью выполнены обязательства по договору, то выполненные работы подлежат приемке и оплате заказчиком в общем порядке (ст. 717, ст. 715 ГК); 2) если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (ст. 723 ГК); 3) обнаруженные недостатки не исключают возможность использования результата работ по спорному договору, результат работ для ответчика имеет потребительскую ценность, так как фактически передан заказчику и используется им по своему назначению уже в течение полутора лет; 4) пользование результатом указанных работ в течение длительного времени свидетельствует о потребительской ценности произведенных работ (оказанных услуг) для заказчика и желании ими воспользоваться. Апелляционный и окружной суд оставил акт первой инстанции без изменения. В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании СКЭС Верховного Суда судьёй М.В. Прониной было отказано. Было отмечено, что некоторые проведенные подрядчиком работы являются улучшенными по сравнению с предусмотренными контрактом и подлежат оплате по согласованной стоимости. Кроме того, поскольку затраты на приобретение оборудования превышали оплату по контракту, но суды верно признали, что указанные расходы подлежат оплате в установленном размере. #подряд

КС РФ поставил точку в споре между судами о том, с какого момента необходимо исчислять срок давности привлечения к административной ответственности До этого в судебной практике существовало две позиции: 📌 срок привлечения к административной ответственности необходимо отсчитывать от момента совершения правонарушения 📌срок начинает течь со следующего дня после совершения административного правонарушения КС РФ сформулировал однозначную позицию, в соответсвии с которой срок необходимо считать со дня совершения административного правонарушения Источник: Постановление КС РФ от 17.05.2022 № 19-П   @sudpraktik